Как в низкобюджетном фильме

Аомине бывал на разных уроках: нудных, веселых, контрольных, совместных, да на всяких разных. И практически на всех мирно спал или кидал самолетики в одноклассников. А сейчас ему приходилось ломать систему и сидеть с идеально прямой спиной на самом солнцепеке (ибо жалюзи не закрывались, приходилось мириться с адской парилкой), иногда кидая уничтожающе-завистливые взгляды на лежавшего в тенечке и спящего Мидориму. Ну конечно, в теле Дайки спать можно, а вот спящая тушка Шинтаро тут же вызовет подозрение и нездоровый интерес. А, быть может, притвориться, что ему плохо и слинять с урока? Не, тоже не прокатит. Ас Поколения Чудес с трудом подавил зевок, подперев голову рукой и уже не вникая в слова учителя. Сидеть становилось уже невозможно, Дайки стал уже слишком часто подавлять в себе желание лечь и уснуть на солнышке, однако понимал, что только его напеченная голова коснется парты, то Мидорима тут же очнется и метким трехочковым метнет в него каким-нибудь предметом. Чтобы не засыпать, Аомине отчаянно хватался за каждую проплывающую в голове мысль, но каждая держалась не дольше пяти секунд. Однако все же нашелся вопрос, который заставил парня резко замереть и похолодеть. «Как контрольную-то мы писать будем?» - с ужасом подумал Дайки. Телами-то они поменялись, но не мозгами. А Мидорима не станет за него писать контрольную, хотя сам Аомине был бы не против подпортить репутацию очкарику, завалив работу. Но как им писать? Высокобалльная работа от Аомине и завальная – от снайпера Поколения Чудес, вызовут большой всплеск удивления и недоумения, их тогда на раз-два раскроют. Но… ай, все плохо. Неожиданно ему в голову точненько так прилетел метко запущенный кем-то самолетик, который тут же рухнул на парту. «Ну и кто этот… ах ты, ублюдок! Да чтоб тебе в голову пас Тецу прилетел!» - мысленно заругался Аомине, но в реальности лишь едва слышно зашипел, сломав двумя пальцами карандаш. Мидорима все так же лежал на парте, но втихушку поглядывал на свое тело прожигающим взглядом. Кинув уничтожающий взгляд на свою тушу с чудиком в ней, Дайки раскрыл «письмо», увидев в нем только одну дурацкую фразу. «Контрольную пишем сами за себя» - гласила аккуратная надпись внутри самолетика. Ас Поколения Чудес взглянул в сторону Шинтаро уже в некой опаской – неужто он прокачался настолько, что мысли умеет читать? Ну, мало ли. С каждым разом вера Дайки в то, что Акаши и Мидорима станут самыми настоящими звездами кино ужастиков подтверждалась и крепла. Выждав прекрасный момент, когда Шинтаро переведет взгляд на доску и учителя, Аомине с поистине садистским удовольствием запустил самолетик в голову самому себе и, когда злой снайпер повернулся в его сторону, швырнул ластиком прямо в глаз. Довольный собой, парень хмыкнул и продолжил рисовать баскетбольный мяч в тетради, просто от нечего делать. До конца урока пятнадцать минут. Аса Тейко нехило тряхануло, когда ему прямо в висок прилетел уже знакомый ему ластик. Борзо развернувшись к сокоманднику, Аомине увидел мстительный взгляд со стороны Мидоримы, который показал ему, великому и непобедимому асу, средний палец. Дайки вызывающе взглянул на чудика, мол, че, думаешь то, что я – это ты, помешает мне тебе устроить какую-нибудь падлянку? Схватив ручку, он, уже не беспокоясь о скрытности перед учителем, швырнул ее в Мидориму. Снайпер с какой-то баскетбольной находчивостью увернулся, так что канцелярский предмет врезался в стенку с неприятным и громким звуком, что не могло не привлечь внимание преподавателя. Два больших ребенка одарили друг друга взбешенными взглядами, после чего Аомине мастерски перехватил в полете запущенный Шинтаро пенал. - Мидорима-кун, Аомине-кун! – повернувшись на визгливый голос учителя, Дайки рефлексивно метнул предмет у себя в руке прямо в сенсея. Раздался звук прямого попадания в голову, крик преподавателя и короткий нервно-истеричный смех Мидоримы, который всеми силами старался подражать асу. Немая сцена, а в классе все растет и растет напряжение. И тут и Аомине, и Мидорима отчетливо понимают, что сейчас будут визги учителя, поход к директору и смерть от Акаши. И только они услышали начало гневной речи сенсея, оба страдальчески-убийственно переглянулись и хором тяжело вздохнули. Учитель вещал долго, громко, как казалось Аомине, почти что на уровне ультразвука. Иногда он ловил на себе и на Шинтаро сочувственные взгляды одноклассников, плюс еще два персональных со смыслом «вы – два дибила, как так можно было» от Тецу и Сацуки и один усмехающийся «неудачники-и-и» от Кисэ. Последнюю троицу ас был готов уже придушить, ибо именно их прожигающие взоры доставляли особое «удовольствие» и добавляли желания выпрыгнуть нахрен из окна. - Сегодня оба дежурите по классу! – вынес приговор учитель, ударив со всей дури журналом об стол. От последнего действия начавшие засыпать ученики и, собственно, виновники торжества, подскочили на месте, едва не выматерившись. - Ублюдок, ты ведь начал, - довольно громко прорычал сквозь зубы Аомине, злобно уставившись на товарища по двойному несчастью. Сейчас для полного вида снайпера Дайки нужно было бы еще поправить очки и добавить «Вот верно, Раки сегодня в заднице Оха-Асы». Как по неслышимой для других команде, баскетболисты вскочили с места с явным желанием набить друг другу морду. - Довольно! – громко взвизгнул преподаватель, от чего оба повздоривших парней закрыли уши. – Вон оба из класса! К директору! – Аомине пробурчал что-то нечленораздельное и пошел прочь на пару с Мидоримой. И все же он попортил репутацию Шинтаро, мухаха. Выйдя из класса, у обоих одержимо сверкнули глаза – наконец-то можно начистить неприятелю рожу! Развернувшись друг к другу лицом, оба тут же открыли рот для отборных проклятий и замахнулись руками для ударов. Но, кончено же, им не дадут насладиться надиранием задницы ненавистного человека. - Давайте без этого, - чей-то тихий голос снизу и несильный, но явно задевший нервы удар под ребра заставил резко побледневших баскетболистов заорать от неожиданности и подскочить на месте. - Тецу! - Куроко! И если Тецуя заметил, что как бы Мидорима назвал его так по-панибратски, а как бы Аомине назвал по фамилии, то не подал виду. Так же парни надеялись, что Куроко не заметил, как они «беспалевно» наступили друг другу на ногу, мол, веди себя как, будь мной, ты же я, а я ты, короче, ты понял. - Не кричите, идет урок, а вы идете к дисциплинарному комитету отчитываться, - только избранные могли заметить в, казалось бы, безразличном голосе проскальзывающую строгость и приказные нотки. Относившиеся к таким избранным или просвещенным невезучие парни заметно скисли, ведь их призрачный игрок вполне мог тащить таких двоих увальней за уши до кабинета дисциплинарного комитета. Ой, да ладно, в их памяти был еще свеж тот случай, когда Кисэ целый день жаловался Фантому на свою жизнь, исполняя «ох, какой я бедненький и несчастненький» ритуальный танец. После этого Тецу «случайно» в то время, когда Рета мылся, включил ему на максимум горячую воду, а когда ошпаренный модель выскочил опять-таки «случайно» дал ему дверкой от шкафчика по голове. Фейсом об дор, как говорится. - Тецу, скажи, - вдруг обратился к сопровождающему Мидорима, вновь попытавшись поправить несуществующие очки. Повезло, что шли они позади, так что Аомине успел быстренько ударить бомбардира по руке, которую он тут же опустил. - А кто из нас круче? – во-о-от, это уже был вопрос по делу! У Дайки одержимо блеснули глаза, и он тут же уставился на повернувшегося к ним распасовщика. Куроко удивленно моргнул: - Разве не очевидно? Конечно же… - Тецуя прикрыл глаза, встав к ним полубоком. Где-то на пару мгновений обоим показалось, что сейчас Фантом резко оденет солнечные очки со словами «Конечно же я, bitches», но паренек продолжил, обломав все надежды товарищей по команде: - Конечно же, ответить я не могу, - вздохнул Куроко, продолжая идти вперед. Такого разочарования великие баскетболисты еще никогда не испытывали. «Нет, кончено же, круче я,» - судя по двум сумрачным взглядам, направленных друг на друга, мысли Аомине и Мидоримы были идентичны. Их путь к дисциплинарному комитету только начался. - Я лучше, очк… кхм, нанодайо! - Ты слабак, я тебя в баскетбол обыграю! - …У тебя сексуальности веника! - Ага, а у тебя обаяние швабры! - Может быть, вы заткнетесь наконец и мы спокойно дойдем до кабинета?.. * * * Как писалась контрольная работа – это лучше даже не вспоминать. Из шестидесяти заданий Аомине знал ответы только на три, ни одной даты, ничего в голове аса не было. Подкидывать монетку было единственным верным решением, так что тестовую часть он кое-как решил. Он свято верил, что его никто не заметил, а то это было бы странно – подкидывающий монетку Мидорима, которой сквозь зубы бормочет «халява приди, халява приди, Мидориме намсти». Но ни о какой халяве и речи не шло. Учитель стоял и, казалось, ядовито смотрел только на Дайки и Шинтаро. Ас Поколения Чудес был уверен, что сенсей сделает все, чтобы они контрольную завалили. Хотя, Мидорима сможет сделать так, чтобы преподаватель просто в обморок грохнулся от качества работы. Поэтому Аомине, тайком усмехаясь, продолжал наугад ставить ответы. Остальные уроки баскетболисты спокойно отсидели, словно на каторге. Их никто не спрашивал. Никаких прочих работ не было. Так что был обычный нудный день, но с примесью актерской игры, ибо вести себя как неприятный тебе человек – то еще удовольствие. Аомине был уверен, что их старания с чудиком выглядели как карикатура на нормальных аса и бомбардира. Но им предстояло самое худшее, что только может быть – дежурство по кабинету и, самое ужасное, наказание от Акаши. Подойдя к классу, баскетболисты уже задницами чуяли какую-нибудь падлу, что им сделал преподаватель. Осторожно и опасливо, словно бы пол мог мгновенно подорваться под их ногами, неудачники прошли внутрь, но все было спокойно. Учитель собирал три огромные стопки листочков с контрольной в одну, все было тихо и мирно. Увидев ожидаемых им учеников, тот слащаво улыбнулся, от чего обоих передернуло. - Мидорима-кун, можешь начинать уборку, а ты, Аомине-кун, не мог бы мне помочь унести стопку с работами? – Дайки мысленно зловеще расхохотался, переводя взгляд с оторопело-обреченного Мидоримы на огромную гору работ высотой с половину Мурасакибары. Когда шатающийся аки пылинка на ветру Шинтаро ушел вместе с довольным учителем (при этом первый кинул убийственный взгляд в сторону лыбящегося аса), Аомине взял нужную ему метлу и начал подметать. Точнее, водить предметом для уборки по полу, напевая какую-то дурацкую песенку про халяву и мстю снайперу, которую придумал на контрольной. Причем увлекся он сильно. Неожиданно раздался жуткий грохот, а резко вскинувший голову Аомине смог увидеть, как в комнату вваливается Мидорима, стукнувшись головой об косяк и, что-то бормоча, скрывается в лаборантской. Сказать, что Дайки офигел – это очень скромно промолчать. - Аэ-э-э… - протянул в ахуе парень, почесав макушку. – Э-эй, Мидорима! – очнувшись, взревел Аомине, тряся в воздухе рукой с веником. - Завались, Ахомине, сейчас я помогу! - в ответ рявкнул Шинтаро, чем-то гремя. Ас пробурчал что-то про наглых идиотов и продолжил подметать не подметаемую грязь на полу. Спустя пару минут из лаборантской раздался очередной грохот, словно бы шкаф какой-то грохнулся, стук головой об что-то твердое (как предположил Аомине – полчку шкафчика), а после вместительное и очень конкретизированное «Блять!». - Тварь, ты какого черта воду тут разлил?! – раздался взбешенный голос оттуда, а после показалась злобная и мокрая морда Мидоримы. Довольный ситуацией ас тут же заржал, тыкая пальцем в Шинтаро, который пытался поправить очки. - Что здесь?.. – отвлек их тихий голос из дверного проема. Замершие в своих позициях баскетболисты медленно, как в фильмах ужасах, повернули головы на звук и увидели шокированного Куроко, что с открытым ртом смотрел на это шоу. Как-то неловко. - О, Куроко, - с нервным тиком и дебильной дерганной улыбкой начал говорить Аомине, случайно вышвырнув веник в открытое окно. – А мы тут убираемся… Немая сцена.