How Much Warm You Can Get.

Экзамен по литературе приходится на пятницу, а сегодня был понедельник, и, по расчетам Фрэнка, он не успевал доучить за неделю лишь одну маленькую тему, которую профессор наверняка не включит в экзамен. Все было рассчитано. Он повторял тему в голове, пока разогревал в микроволновке спагетти. Вернувшись за стол в гостиной, он начал есть, повторяя то, что не произнес себе под нос на кухне, полностью наслаждаясь процессом еды и обучения. Но ничто не длится вечно. Замочная скважина щелкнула, и в квартиру ввалилось тело. Его еще не было видно, но Фрэнк уже закатил глаза и поправил очки, стараясь не обращать внимания. Его сосед, Джерард, наверняка был не один и слишком занят, чтобы хотя бы приветствовать Фрэнка после очередной «последней» вечеринки. Джерард снова пытался завязать с алкоголем. Его брат Майки жил с ними месяц, и Джерард буквально лез на стену от запретов, поставленных его братцем. Признаться честно, Фрэнку Майки тоже успел насолить, но позже они неплохо поладили. - Милая, я дома, - раздался хриплый голос. Джерард не мог справиться со своей кожаной курткой, и его красные пряди выглядывали буквально отовсюду. Фрэнк снова закатил глаза, продолжая есть. Джерард выбрался из плена и рассмеялся. Удивительно, но сейчас еще слишком рано даже для «неудавшейся вечеринки». На шее Джерарда ни одного засоса, и он стоит на ногах. И он пришел один. - Плохой день? – сделал вывод Фрэнк, снова поправляя очки и отправляя в рот очередную мини-порцию спагетти. - А ты все учишь, да? – Джерард стоял, опершись плечом о косяк двери, сложив руки на груди. Его неровно обрезанная майка спадала с одного плеча, черные джинсы обтягивали идеальные ноги, а ботинки были чертовски небрежно зашнурованы. Джерард будто снимался в рекламе каждый раз, как напьется. - Ага, - кивнул Фрэнк, опуская взгляд, стараясь не отвлекаться на вид Джерарда. Красноволосый стал бродить по дому, рыться в холодильнике и всячески шуметь, отвлекая Фрэнка. Это длилось ровно полчаса, пока Фрэнк с силой не захлопнул книгу и не уставился на зад парня, роющегося в морозилке. - Джерард! – крикнул брюнет, а парень высунулся с ложкой мороженого во рту, смотря, как олененок на приближающуюся машину. И даже сейчас он выглядел слишком горячо. – Хватит шуметь. Мой экзамен через неделю, помнишь? – Фрэнк встряхнул учебником в воздухе, отодвигая от себя тарелку и пытаясь найти нужные страницы, помечая их стикерами. Может, потому что все наконец стихло, и Фрэнк вновь включился в работу, он не успел понять, что Джерард находится слишком близко. - Ты выглядишь горячо, когда злишься, - шепчет парень, и Фрэнк может увидеть краем глаза красные пряди, почти касающиеся его щеки. Он позволяет себе рваный вздох, прежде чем притвориться спокойным, но Джерард снова наступает, не дав Фрэнку времени опомниться. Они с Джерардом могли бы даже называться друзьями, если бы Джерард не был слишком горячим, а Фрэнк - слишком незаметным для него. - Ты выучил тему, которая была на сегодня. Я пришел раньше, - мурлычет Джерард, и Фрэнк понимает, что с него снимают очки. Тонкие пальцы осторожно кладут их на стол, закрывают учебник и убирают конспекты. Джерард относит весь рабочий материал Фрэнка в его комнату, а Фрэнк непонимающе следует за красноволосым. Его бедра так мягко покачиваются. Его волосы тоже кажутся мягкими. И кожа. Он выглядит так, что к нему хочется прикоснуться. - Давай ты отдохнешь, а я продолжу свою вечеринку, ладно? – буквально шепчет Джерард, положив учебники и развернувшись к слишком близко подошедшему Фрэнку. Брюнет часто моргает, опустив смущенный и ничего не понимающий взгляд в пол, а его щеки горят чертовски сильно. Хорошо, что в комнате выключен свет. Джерард включает музыку на компьютере Фрэнка так, будто он рылся в нем часами и знает все наизусть. Это, по непонятным причинам, не злит Фрэнка. Это заставляет его прикусить губу, чтобы перестать улыбаться. Он в рваных на коленях джинсах и изрисованной маркером Джерарда домашней футболке, а красноволосый прикрывает дверь, и в комнате свет дает лишь экран ноутбука. Парень обнимает Фрэнка со спины, покачиваясь в такт музыке, его руки на бедрах Фрэнка, а весь материал, который Фрэнк выучил на сегодня, вылетает из его головы. - Потанцуй со мной, невинная школьница, - Джерард хихикает в шею Фрэнка, и тот буквально уплывает куда-то от мурашек, проносящихся по его коже. Под сильными руками Джерарда тело Фрэнка начинает двигаться против его воли. Вскоре он разворачивается, и Джерард заставляет его положить руки ему на плечи. - Ты пьян, - шепчет Фрэнк, и это обижает его. Он так долго мечтал привлечь внимание Джерарда, так часто дрочил на него, пока тот был в душе, так горько плакал в подушку, пока тот ебал очередного парня. Фрэнк мог бы быть на месте всех тех парней. - Я выпил одну банку пива. Я даже могу водить машину, - Джерард закатывает глаза и улыбается, притягивая Фрэнка ближе. Его тело горячее, чем тело Фрэнка, и того обдает несколькими волнами жара сразу. Они оба дышат слишком часто, но свое дыхание напоминает Фрэнку задыхающуюся лошадь, а дыхание Джерарда, мятное, как мороженое, которое он только что ел, такое горячее. Фрэнк закрывает глаза, отпуская себя на секундочку, а в это время руки Джерарда забираются под его майку, и он вздыхает со стоном, тут же краснея. - Черт, - шипит он, делая несколько шагов назад и касаясь прохладными влажными ладонями лица. – Отвали, Джерард, - Фрэнк скорее предупреждает, стоя у самой кровати. Он смотрит на парня с красными волосами злобно, на самом деле злясь на самого себя. Джерард усмехается, стягивая с себя майку и направляясь к Фрэнку. Брюнет смотрит на это тело в его комнате, и его губы сами раскрываются, а глаза буквально закатываются от удовольствия. Джерард толкает его на кровать и забирается сверху, его ботинки тяжело падают на пол. Его живот плоский, его кожа будто мерцает, и Фрэнк хнычет, зная, что не должен позволять себе сходить с ума. У Джерарда ветер в голове, и то, что Фрэнк хочет сделать, принесет страдания лишь ему одному. - Мы просто отдыхаем, Фрэнки, - шепчет Джерард, сжав запястья Фрэнка у него над головой и задирая его майку. Брюнет смущается своего тела, но Джерард так целует его кожу, что он чувствует лишь ожоги, оставленные его губами. Красноволосый постанывает в его шею, потираясь бедрами о парня, и Фрэнк чувствует его стояк почти так же хорошо, как и свой. Джерард рычит и срывает майку с Фрэнка, после чего тут же стягивает с него джинсы. Его раздражает наличие боксеров, потому что сам он чертовски редко носит нижнее белье. Фрэнк лежит в шоке, хватая воздух ртом, следя за быстро спускающейся линией джинсов Джерарда. Он стоит перед ним в свете ноутбука абсолютно голый, такой прекрасный, и Фрэнк кусает щеку изнутри, чтобы не захныкать снова. У него все еще есть гордость. - Я слышал, как ты стонешь мое имя, пока я в душе, - говорит Джерард огрубевшим голосом, и щеки Фрэнка становятся пунцовыми и горят, как седьмой круг ада. – Я слышал, как ты зовешь меня, как просишь трахнуть тебя, - голос Джерарда – это конец вселенной Фрэнка, гребаная черная дыра. Он буквально душит, и Фрэнк извивается на кровати, хватая воздух ртом. Джерард стоит над ним, сжигая своим взглядом все, и цвет его волос, теплый свет фонового рисунка Фрэнка, и играющая музыка – все поджигает Фрэнка, а он так сильно хотел остаться холодным и неприступным. Но даже вечный лед тает. - Так почему ты не просишь меня сейчас? – спрашивает Джерард, становясь на колени между ног Фрэнка, раздвигая их. Брюнет не заметил, как лишился боксеров, и он чувствует себя чертовски нагим, и слабого света ноутбука кажется слишком много, и он не может дышать нормально. – Попроси меня, - требует Джерард, раздвигая ноги Фрэнка против его воли. Он сжимает бедра, ложась на парня. В одной его руке пакетик смазки, а в голове Фрэнка крутится мысль, что Джерард собирается переспать с ним без презерватива. Нет, не собирается. Собирается. Нет. Собирается. Нет… - Джерард, - стонет Фрэнк, распадаясь на кусочки и разрушаясь изнутри. Он обхватывает напряженные плечи руками, скользит ладонями по напряженным бицепсам, хнычет и подается бедрами вперед. Обычно Джерард усмехается. Обычно для Джерарда все жалкие. Обычно Джерард – король мира. Но он не усмехается. Он раскрывает пакетик со смазкой так же нетерпеливо, как стонет Фрэнк. Он водит членом между его ягодиц, а Фрэнк пытается трахнуть сам себя. Брюнет чувствует, как он горит. Джерард растягивает его, и это совсем другие ощущения, нежели чертов вибратор или пальцы. Это не его рука. Это рука Джерарда. Это его волшебные пальцы, на которые он засматривался, когда красноволосый неаккуратно резал тосты и слизывал кровь с очередного пореза. Теперь Фрэнку кажется, что красноволосый делал это все специально. Джерард стонет так, будто это доставляет ему такое же удовольствие. Он позволяет Фрэнку остаться на спине, он смотрит на Фрэнка таким голодным взглядом, будто вот-вот сожрет его, и когда Джерард кусает брюнета за оголенную девственно-белую шею, Фрэнк кричит от удовольствия, прогибаясь. Джерард вводит член, зная, что Фрэнк ахуенно готов сейчас, и им обоим все равно на незначительную боль. Красные пряди при ускоряющемся движении становятся влажными, и брюнет позволяет себе коснуться дрожащей рукой лица парня сверху, чтобы убрать их. А Джерард позволяет себе новый укус. Он рычит, оставляя багровые метки на шее Фрэнка, а парень под ним хочет кричать в голос, что он целиком и полностью принадлежит ему. Джерард двигается все быстрее, а его влажная от слюны ладонь быстро дрочит Фрэнку, и они оба стонут, как никогда в жизни не стонали. Это их квартира, несмотря на то, что они ее снимают, они здесь одни, они имеют право на небольшое развлечение в понедельник вечером, когда учеба Фрэнка и вечеринка Джерарда не задались. Джерард сжимает запястья Фрэнка и кончает в него, рефлекторно сильно ударяясь бедрами о бедра, и Фрэнк кончает, просто сходя с ума от картины кончающего в него Джерарда, от заполняющих его ощущений. Это то, что он хотел почувствовать так, блять, давно. Это то, ради чего он жил. Когда Фрэнк приходит в себя, он чувствует себя слабым, мышцы приятно болят, и он не может пошевелиться, хотя мозг сигнализирует бежать отсюда подальше, потому что это не было похоже на «просто секс». По крайней мере, для него. Джерард что-то говорит в подушку, и Фрэнк слышит, как парень возится, намереваясь встать. Он приносит салфетки с кухни, и пару секунд они вытираются. Джерард выглядит счастливым. Фрэнк выглядит смущенным. Джерард помогает Фрэнку подняться с кровати, придерживая того за бедро, и Фрэнку хочется одеться и заплакать. Красные пряди небрежно лежат на потрясающем чуть раскрасневшемся лице. Парень дает брюнету его пижаму, уходит одеться сам и возвращается, увалившись на кровать Фрэнка, когда тот уже почти уснул. Слезы почти появились на щеках Фрэнка, но он сглатывает ком, готовясь к очередному скрытию эмоций, когда рука Джерарда обвивает его сзади. - Это стоило того? – спрашивает он, а его голос предательски дрожит. - Тебе не понравилось? – спрашивает Джерард. В его голосе должны были сквозить нотки самодовольства. Он знает себе цену. Но их нет. Он говорит с волнением и заботой. Фрэнк не отвечает. В нем слишком много всего бурлит, и он все-таки чувствует слезы на щеках. Красноволосый разворачивает его к себе и наконец-то, блять, целует. Фрэнк даже представить не мог, что его губы имеют такой вкус. Он слишком эмоционально расшатан сейчас, поэтому он сжимает майку Джерарда дрожащими пальцами, сам углубляя поцелуй, толкнувшись языком вглубь горячего рта Джерарда. Он дрожит от кончиков волос до пальцев ног, его буквально пробирает. Вкус поцелуя соленый из-за слез, но этот вкус быстро уходит, потому что Джерард наваливается на него и просто крепко обнимает. Фрэнк чувствует везде его руки, и ему уже не жарко. Ему чертовски тепло.