Сны наяву

Вспомнить всё нельзя забыть. Странные сны мне снились ночью. Бродила я по Запретному лесу и что-то долго искала, искала... Вокруг стелился густой туман, я звала кого-то… Но тот, кого звала, так и не откликнулся… Мне стало неуютно, тоскливо и одиноко. Туман разошёлся, выглянуло тусклое солнце. Я села на пенёк и расплакалась. Даже во сне я ощущала горечь потери. Кого я потеряла или что? Что-то очень важное. Вот только так и не поняла, кого-то или что-то. Или и то и другое вместе. Сон тянулся и тянулся, солнце закрыли тучи, стемнело, а я всё бродила и бродила по лесу, слепо натыкаясь на деревья. На душе было тоскливо. Проснулась с головной болью, невыспавшаяся и с давно забытым плохим настроением. Провела рукой по лицу, стряхивая наваждение сна. Потянулась к тумбочке за пузырьком. Приняла зелье, головная боль медленно и нехотя, но отступила. Теперь можно и с мыслями собраться. Кажется, я всё-таки забыла накануне принять зелье. Не помню. Что-то у меня сегодня с памятью. Как будто я что-то важное забыла и никак не вспомню. Впрочем, если это действительно важное, вспомню позже. На память я ещё никогда не жаловалась. Проснулась сегодня намного раньше нужного времени, но спать больше не хотелось, вставать, по правде говоря, тоже. Вертелась в кровати, пыталась вспомнить сон, почему-то казалось, что это важно. Но от попыток вспомнить закололо в висках, начала возвращаться притихшая было головная боль. Ладно, не буду сейчас ничего вспоминать, потом. Успокоившись, я даже задремала и чуть не проспала. Пришлось вскакивать и быстро собираться. В спешке обновила ежедневные чары. Посмотрелась в зеркало. Вот так, теперь я выгляжу просто прекрасно и совсем незаметно, что я сегодня не выспалась. Глядя в зеркало, я решила, что мою причёску следует переделать. Надо что-то новенькое попробовать. И хотя у меня не очень длинные волосы я попробовала заплести две косички. Обернула вокруг головы – хорошо. Только возни много. Перекинула косы на грудь, повертелась перед зеркалом. По-моему, получилось очень мило. За завтраком я обратила внимание, что Малфой усиленно заигрывает с Паркинсон. Странно, в последнее время отношения у них были весьма прохладные, а тут он как будто демонстрирует, что у них полное взаимопонимание. Интересно, для кого это он так старается? Паркинсон заметила, что я за ними наблюдаю, разозлилась, начала Малфоя в бок тыкать и пальцем на меня показывать. Пальцем! Ну и воспитание у вас, мисс аристократка! И я пошла старым, проверенным способом: начала задумчиво разглядывать воротник её мантии. Потом подтолкнула сидевшую рядом Парвати: - Помоги поставить нахалку Паркинсон на место. Смотри на её воротник, как- будто с ним что-то не в порядке. И Парвати, усмехнувшись, тоже начала смотреть туда же куда и я. Потом толкнула меня локтем и шепнула: - Смотри, занервничала. И захихикала. Паркинсон заметила наши взгляды, и, не поняв в чём дело, покраснела от злости, ухватилась за мантию, начала её оглядывать, нет ли дырки или пятна. А потом нервно отвернулась, не удостоила нас больше взглядом. В конце завтрака ко мне прилетела записка. Мне она показалась знакомой, где-то я уже похожую видела. Развернула: «Тебе идут косы». И всё, ни подписи, ни пояснения. И почерк явно зачарованный, невозможно определить чей, буквы ни секунды не остаются неизменными, как будто текут. Только я прочитала, записку, она рассыпалась. Это мне тоже встречалось. Кажется. Я даже лоб потёрла, пытаясь вспомнить. Нет, не получается. Только опять заболело в висках, и закружилась голова. - Ты не заболела? – вдруг встревоженно спросил Гарри. – Ты так побледнела. - Ничего. Всё в порядке. Я сжала цепочку на шее, и сразу стало легче. Хорошо, не буду пока ничего пытаться вспомнить. А откуда у меня эта цепочка, кстати? А, кажется, мне его бабушка Энн прислала. Точно, вместе с письмом. Ну да, это же оберег. Я всё помню. Но почему-то ощущение, что я что-то забыла, меня не покидало. Весь день наши девчонки ко мне приставали, почему я заплела косички, что это я имела в виду, а для кого я это сделала. Ну, заплела и заплела, что тут такого? Я им честно так и сказала. Но они не поверили и всё доискивались, кто это мне посоветовал. Да никто, мне самой захотелось, почему бы и нет? За ужином мою новую причёску заметил и Рон. Ну, да, только за ужином, хотя видел меня весь день. На ужин он пришёл после тренировки и был голодный, как волк. Тем не менее, в перерывах между двумя кусками, он пытался выразить своё восхищение. В конце концов, он меня рассмешил. Рон тут же надулся: - Разве я сказал что-нибудь смешное? Всего лишь хотел заметить, что ты красивая, особенно сегодня. Пришлось извиниться: - Прости, Рон, - покаянно сказала я. – Я ничего не имела в виду. Ну что же это такое, как ни скажет комплимент, то либо смешно, либо глупо. Удивительно, как Рон неуклюже выражает свои чувства. Ну, ладно, научится. А я потерплю, он всё-таки мой друг. На следующее утро, после завтрака, когда мы с девочками шли на занятия, я услышала за спиной знакомый тягучий голос: - А тебе идут косы, Грейнджер. Ну конечно, Малфой. Что-то давно его не было слышно. - За них удобно дёргать. Это уже Гойл встрял. Мы мгновенно развернулись с палочками наготове: - Только попробуй! К нам уже спешили Гарри, Рон, Симус и другие. Слизеринцы тоже ощетинились палочками. Чем бы это кончилось, даже не знаю. Но тут мы услышали гневный голос МакГонагалл: - Как вам не стыдно? Дня не можете прожить, чтобы не устроить потасовку! И это в такое-то время! Какой вы пример подаёте первокурсникам? Мисс Грейнджер, вы же староста! - А я бы снял баллов пятьдесят с Гриффиндора, за забывчивость. Ну конечно, это Снейп откуда-то возник. Дай ему волю, у нашего факультета вообще баллов бы не осталось. Выглядел он так, словно его недавно пытали: осунувшийся, глаза запали, лицо просто серое как стена. У меня невольно кольнуло в сердце. Наверное, что-то с ним случилось. Но голос по-прежнему жёсткий и холодный. Даже более холодный, чем обычно. Обвёл всех таким взглядом, словно хотел заморозить. На меня не взглянул, но мне всё равно стало зябко, я даже передёрнула плечами. - Я всем настоятельно рекомендую пересмотреть своё поведении. Особенно старостам! Обвёл всех таким взглядом, что даже слизеринцы притихли и неспеша удалился. Вот ведь характер, если самому плохо, то пусть и другим так же станет. Но про обязанности старосты я, действительно, забываю. Поэтому чуть позже, на перемене, я зашла к МакГонагалл извиниться. А заодно спросит о моих странных снах. Как мне Джинни когда-то советовала. Извинения мои она выслушала с поджатыми губами, а вот услышав о снах, явно заинтересовалась. - Я не могу сразу вам что-то конкретное сказать, мисс Грейнджер. Это не такой уж распространённый дар среди волшебников. Я полагаю, вам следует обратить на него особое внимание. Думаю, я смогу вам помочь, позаниматься с вами индивидуально, чтобы вы могли использовать свои способности в полной мере. В наше время это вам может очень пригодиться. Вот я и напросилась на индивидуальные занятия! Как интересно! Перед уходом я уронила сумку и, когда нагнулась, цепочка выскользнула из-под воротника. МакГонагалл обратила внимание на сердечко: - Простите, мисс Грейнджер, у вас магический талисман? Конечно, это не моё дело... - Профессор, это мне бабушка подарила. И я подробно всё ей рассказала. Вот тут МакГонагалл всерьёз удивилась: - Так ваша родственница Энн Марлоу? И вы ничего о ней не слышали? - Ничего. Я вообще даже не слышала о её существовании. А вы её знаете? - Да. И очень хорошо в своё время. Я даже хотела, чтобы она преподавала в Хогвартсе. Но она, к сожалению, отказалась. Она была прекрасным специалистом в своей области. - Преподавала в Хогвартсе? А можно спросить, какой предмет? - Защиту от Тёмных искусств.