Пленница

Когда я открываю глаза, после блаженного забытья, на меня сыплется град слёз и лёгких поцелуев. Эльмира здесь, она всё это время была со мной, и поэтому её лицо сейчас так измучено. И поэтому на нём сейчас сияет такая радостная улыбка, заставляя меня трепетать от счастья. - Моя Эльмира, тебе не нужно было так волноваться, - тихо, после долгого сна, произношу я, касаясь пальцами её горячей щеки. - Я же говорила тебе, что эльфы восстанавливаются удивительно быстро. - Ты не приходила в себя три дня, - всхлипывает златовласка, и я снова вижу, как её глаза наполняются слезами. - Ты истекала кровью и не шевелилась, и я никак не могла расслышать биение твоего сердца. Это было так страшно. Она снова начинает вытирать пальцами мокрые глаза, а я, чуть приподнявшись на локтях, прижимаю её к себе. - Девочка моя, - шепчу ей в волосы. - Моя драгоценная. А она отстраняется на секунду, чтобы глянуть в мои глаза и обвить руками шею, прижаться ко мне. - Больше никогда так меня не пугай, - шепчет красавица мне в самые губы, а после целует. Одновременно нежно и так страстно, как не целовала ни разу до этого. Полностью свободно, по своей, а не навязанной воле и по любви. И только в эту минуту я полностью понимаю, что она простила мне всё. И неуклюжее, но полное коварства похищение, и то, что я самовластно вырвала её из привычной жизни, и мои несуразные, но очень сильные чувства. *** А после на меня словно упало счастье. Оно просто обрушилось, сметая своим потоком всё: и приближающуюся войну, и козни магического принца, и оставленного в прошлом тирана-короля. Эльмира больше не тосковала по дому, или по крайней мере не подавала виду, что тосковала, решив сосредоточиться на насущном. Закатав рукава, она самостоятельно убиралась в доме, отчаянно стараясь придать ему уют. Крепко сжимая мою руку, она гуляла со мной по колдовским землям, с живейшим интересом наблюдая за творящимися здесь чудесами и магическими животными. И мне оставалось только дивиться, откуда в девушке, всю жизнь росшей в золотой клетке, столько энергии и трудолюбия. А ещё принцесса училась. Она с интересом наблюдала за тем, как я варила колдовские зелья, и учила наизусть заклинания. Она брала из моей личной библиотеки книги о колдовстве и древние баллады о героях, проглатывая их почти залпом и засыпая меня интересующими вопросами. И моя драгоценная принцесса училась не только этому. Сбрасывая лёгкие одежды в нашей совместной спальне, Эльмира позволяла мне обучать себя ласкам. Нарушая данные ранее заветы нравственности, она покрывала моё тело поцелуями, позволяя вытворять с собой самые невообразимые вещи. Так что вскоре более страстной и умелой любовницы мне стало трудно даже представить. И на фоне этой внезапно образовавшейся идиллии, я всё чаще думала о том, чтобы сделать принцессу полностью своей. Я знала, что эта малость являлась всего лишь простым ритуалом для девушек, но осознание того, что я стану первой для принцессы во всех смыслах, будоражило воображение. Ведь несмотря на все наши горячие игры, моя малышка всё ещё оставалась физически невинной. И я отчаянно хотела исправить эту оплошность. *** - Моя Эльмира, ты не устала? - вновь спрашиваю я возлюбленную, глядя, как она бегает по лесной траве с корзиной в руках. Но в ответ плутовка лишь смеётся и, посылая мне воздушный поцелуй, убегает вдаль. И мне не остаётся иного выхода, кроме как, отталкивая на ходу еловые ветви, бежать за ней. Чтобы через пару минут всё же выследить коварную беглянку и, прижать к соседнему дереву, начать страстно целовать. - Лиэль, хватит, ягоды рассыплешь, - хмурится моя златовласка, в то время, как я с наслаждением подмечаю её горящие щёки и сбитое дыхание. - А ты держи корзинку крепче, - дразня, подначиваю я и шаловливо веду ладонью по соблазнительной ножке вверх. - Прекрати! - принцесса говорит чуть строже, вцепляясь в плетёную ручку и пытается вывернуться. Но я и на этот раз оказываюсь сильнее, поэтому, ловко перехватив руку, крепко прижимаю её к шершавому стволу. И, пользуясь тем, что вторая рука Эльмиры прочно занята, всё же забираюсь рукой в её трусики. - Уже влажная, - констатирую я, и принцесса вспыхивает, как маков цвет. - Я не... - ещё пытается сопротивляться моя пленница, но любимая корзина уже летит наземь. Алые ягоды высыпаются на траву, украшая её причудливым рисунком, точно сделанным кровью. И я вспоминаю о своей маленькой задумке. - Моя милая, я так изголодалась по тебе, - шепчу я, дразня её плечи лёгкими поцелуями. И воспользовавшись тем, что принцесса чуть отвлеклась, укладываю её на траву. - Ну что ты творишь? - снова хмурится Эльмира, но в голубых глазах уже пляшут чёртики. - Здесь же так грязно. Хихикаю, глядя, как она надувает губы, и шепчу заклинание, от которого трава обращается пушистым ковром. - А мои ягоды? - Эльмира всё ещё пытается высказать недовольство, но и сама уже начинает улыбаться. - Наберёшь ещё, - простодушно отвечаю я, думая о том, что хочу ещё раз вот так погулять с ней по лесу. - Вредная ты, я же так старалась, - отвечает моя упрямица, поворачивая голову на бок, подставляя моим губам соблазнительную шейку. И я пользуюсь предоставленной возможностью, начиная целовать её, в то время, как мои руки скользят по телу принцессы, стаскивая одежду. Моя малышка стонет от этих прикосновений. Ей хорошо сейчас, здесь, со мной, и я до безумия боюсь разрушить эту идиллию. Но... - Эльмира, может попробуем сегодня кое-что новое? - спрашиваю я, на секунду отвлекаясь от ласк её истекающего лона. - Что же? - еле слышно шепчет моя красавица, с трудом поднимая голову. - Узнаешь, - отвечаю я, вновь касаясь языком самого чувствительного места меж её раскрытых ног. Ещё один стон, и спина возлюбленной выгибается, возвещая о полученном ею наслаждении. Забавно, моя малышка всё ещё остаётся такой же чувствительной, как и в первый раз, что я была с нею. Такой чувственной, ещё даже не будучи женщиной. Веду языком по влажным губам. Ненадолго. - Я хочу, чтобы сегодня ты стала моей полностью, - говорю я, вновь прижимая ладонь к её лону. - Моей без остатка. Моей женщиной. Мне казалось, что это вызовет интерес принцессы, но вместо этого она начинает вести себя странно. Она, только что получавшая такое удовольствие от моих прикосновений, начинает вырываться. - Я не хочу так, - шепчет Эльмира, и в глазах её загорается смесь отвращения и беспокойства. - Давай как раньше, Лиэль. Нам обеим ведь это так нравилось. Она просит, почти умоляет меня не делать задуманного, но я, вместо того, чтобы отпустить её, наваливаюсь сверху, прижимая хрупкие запястья к земле. - Почему нет? - мой вопрос почти похож на крик отчаяния. - Моя Эльмира, не бойся. Я уберу твои ощущения, и ты не испытаешь никакой боли. - Я не хочу. На этот раз златовласка не играет, она действительно не хочет, чтобы это случилось. И я знаю, что должна хотя бы на этот раз отпустить её, не настаивая, но глаза застилает дикая ревность. Почему она не хочет завершить ритуал? Не потому ли, что ещё планирует то, чтобы после всего, что между нами произошло, вернуться обратно в замок? Не потому ли, что ещё собирается отдать себя заморскому принцу, притворившись невинной девочкой? И поэтому, несмотря на внутренние тормоза, велящие мне не делать этого, я шепча заклинание, призывая ветви лиан ожить и подчиниться моему слову. Призывая их опутать руки и ноги принцессы, фиксируя её тело в застывшем положении. Вновь оставляя её полностью беспомощной и открытой передо мной. - Лиэль, не надо, - шепчет Эльмира, но сейчас в её глазах нет слёз, способных остановить меня. Вместо них сейчас в голубых очах горит какой-то страх, беспомощный и застарелый. И я совсем не понимаю такого поведения. Но губы уже шепчут обещанное заклинание, и я снова начинаю целовать принцессу. Её самые чувствительные места. Кожа, на стыке нежной шеи и плеча. Кончики торчащих сосков. Пупок на плоском животике - и моя златовласка уже изнывает от наслаждения, но всё ещё продолжает отрицательно мотать головой. Почему же? Желая, как можно больше раздразнить принцессу, ласкаю кончиками пальцев чувствительную кожу её бёдер, медленно поднимаясь к верху. Чуть приподнимаю её попку, обхватываю ладонями соблазнительные ягодицы и дую меж колен. И моя златовласка стонет, уже забывая о всевозможных запретах, и я, пользуясь этим, вхожу внутрь неё пальцами. Так глубоко, как могу, чтобы чувствовать её изнутри. Чтобы она чувствовала меня и знала, что теперь она только моя. Что теперь я её никому не отдам. А после, вынув из податливого тела окровавленные пальчики, вновь начинаю ласкать её, чтобы второй раз за эту прогулку довести её до экстаза. И через пару минут принцесса падает в блаженное наслаждение, а я, убирая лианы с её рук и ног, встаю на ноги, начиная натягивать одежду. Краем глаза замечая, что тело возлюбленной окутывает странное свечение. Но оно исчезает так быстро, что мне начинает казаться, что я слишком перегрелась на палящем солнце. Что я слишком переволновалась, и от этого начинаю видеть несуществующее. Но... - Как ты могла так поступить со мной?! - кричит принцесса, и я замечаю, что голубые глаза полны ярости. - Ты же клялась мне, что это не повторится! А в следующую секунду моё платье вспыхивает алым пламенем.