На краю

— Тук-тук. Можно? Открыв деревянную дверь, я зашла в кабинет отца. Он не выходил оттуда почти неделю, отвлекаясь всего на сон. Лишь мама могла зайти и покормить, всегда работающего, мужа. — Эмили, это ты? Заходи конечно. Папа сидел за деревянным столом и листал папку желтого цвета с некими бумагами. На ней черным, жирным шрифтом написано "Дело 64". Я прохожу внутрь огромного помещения. Маленькие пыльники были видны на свету, просачивающегося сквозь жалюзи. На полу старый, коричневый ковер. Вокруг большой, стеклянный шкаф и кожаный диван. Минимализм- это второе папино имя. — Мама передала тебе куриный суп и сказала, чтобы к ужину ты был с нами за столом. Я кладу на стол поднос и отодвигаю, уже надоевшие, бумаги. — Я просто не могу понять, как можно было все так чисто сделать? Его глаза выглядят усталыми и измученными. О его состоянии говорят мешки под глазами и иногда дрожащие руки. — Можно взглянуть? Одной рукой, пока отец не успевает возразить, я тащу к себе это дело и открываю первую страницу. — Там фото, лучше тебе не смотреть и тем более половину слов ты не поймешь. — Да неужели? Итак, начнем. А ты ешь давай , и так похудел уже. Я поднимаю бровь наверх и начинаю ходить туда- сюда по кабинету, изображая из себя умелого следователя. "Двадцатого октября 2014 года в центральном парке был найден труп" — Это не интересно. Смачиваю палец и переворачиваю на другую страницу. "Девушка умерла от потери крови" — Ого- го. "Найдена была обнаженной" — Ее что, нашли голой? Папа начал кашлять и отложил серебренную ложку в сторону. — Читай дальше. Я киваю. — В следствие улик найдено не было. Хм. Усаживаясь поудобнее на кожаный диван и свесив вниз ноги, я начинаю представлять, как происходило убийство. — И неужели нет ни одного свидетеля? Да вот же, охранник из будки. Он что говорит? Отец скрещивает свои пальцы на уровне рта, а потом разводит руки в стороны. — Он говорит, что ничего не видел, а записи видео- наблюдения были странным образом уничтожены. Понятия не имею, кто это сделал, да еще и этот странный знак. С огромным вздохом, который наполнен сожалением и яростью, папа встает со своего стула и подходит к окну, медленно проминая свой подбородок двумя пальцами и рукой придерживаясь за подоконник. — Что за знак? Я медленно достаю из кармана свой мобильник и выключаю звук. — Там, на сорок второй странице. Перелистнув на нужное место, иногда посматриваю на отца и быстро делаю пару снимков всего этого. На фото бледный, окровавленный труп с какой-то отметкой в виде креста. — Может это какой-то бешеный монах, помешанный на экзорцизмах? Долго смотреть на такое просто не возможно. Не представляю, как может человек такое сделать, если мне с одного снимка плохо становится. Да что там снимок, от одного описания. Жуть какая. Закрыв дело с глухим звуком, откидываю его в сторону и встаю. Мне жалко отца. Он много работает и у него бывают невыносимо- тяжелые преступления. Я тоже хочу быть копом. А что? Это очень даже интересно. Погони, ограбления. Хоть какое-то разнообразие. — Тебе нужно отвлечься. Я подхожу к нему и обнимаю его сзади, чувствуя запах по истине мужских духов вперемешку с табаком. — Может сходишь с мамой в ресторан? Поверь, она будет рада. — Ты так думаешь? А в какой? Он поворачивается, слегка отталкивая меня, а потом снова обнимая одной рукой. — В "Palermo". Там отличная пицца и очень вкусный тоник. Мы оба кидаем друг- другу сверкающий взгляд. — Один. Начитает тот. — Два. Я отхожу и медленно иду к двери, следя за его движениями. — Три!! Наши голоса в такт прозвенели в помещении и я со скоростью света выбегаю из кабинета в коридор и бегу к маме на кухню. Папа с детства меня пытается обогнать и сам рассказать маме о своих планах и либо от его бега, либо от того, что он поддается, я всегда успеваю первой. — Мам, вы идете с папой в ресторан. Забежав на кухню, кладу руки на колени и сгибаюсь, ловя губами нужный воздух. — Опять победила. Уже следом заходит отец. — Не опять, а снова. Вы договаривайтесь что, где и когда, а я пока пойду в свою комнату и сделаю уроки. Сжав губы в тонкой улыбке и подмигнув родителям, задним ходом выхожу обратно в освещенный солнцем холл. Мои родители- это яркий пример для подражания. Они доказали, что фраза : "Любовь живет три года" , полная чушь. Они вместе уже девятнадцать лет и за это время, как я помню, не было ни речи о разводе или разрушении такой крепкой семьи. Ко мне они относятся хорошо. Другие родители муштруют своих детей, а я, заслужив доверие своим тактным поведением, довольствуюсь многим. Да и тем более, когда твой отец полицейский и вот так ловит преступников, можно ничего не боятся. Я быстро поднимаюсь к себе в комнату, оставляя за собой топот, после старых кед. Когда я прохожу мимо папиного кабинета, мое любопытство берет верх и пока он его не запер, захожу внутрь. Уже тогда знала, зачем я иду туда и что хочу сделать. На цыпочках подойдя к дивану, хватаю папку с убийством и щелкаю на мобильный все страницы. Особое внимание уделяю фотографиям именно того места, где все произошло. — Отлично. Тихо бормочу себе под нос и кладу дело на место. — Что ты тут делала? На выходе меня поймал отец и странно разглядывал меня. Я по пятки ушла в пол, покраснев. — Да я.. Ну.. Так это..Телефон забыла! Я протягиваю аппарат перед собой и обходя папу, иду в свою комнату, облегченно выдохнув. За спиной слышу щелчок. Кабинет закрыт и больше туда прохода нет. Хорошо, хоть все успела сделать. — Мы через десять минут будем выезжать, ты поедешь с нами? Уже заходя в комнату, я обернулась. — Мне кажется, будет лучше, если вы поедите вдвоем, да и тем более Мэри позвала меня к себе. Я пожимаю плечами, закрываю дверь и закатываю глаза от того, какой же я могу быть милой и доброй. Иногда самой не по себе от такой фальши в своем поведении. Не люблю врать родителям, тем более сама Мэри улетела в Англию вместе с братом еще на прошлой недели. Усаживаясь за компьютерный стол, открываю, обклеенный стикерами, ноутбук и захожу на свою страничку в твиттер. Сообщений всего пару штук и одна как раз от подруги. Я с нетерпением хочу поделится с ней своим глупым планом. Кому: Мэри. "Я достала то самое дело! Угадай, кто пойдет сегодня на ночную прогулку?" Меня распирало от ожидания. От кого: Мэри. "Что?! Ты серьезно?! Как тебе это удалось?!" Я прекрасно знала, как подруга мечтала пойти со мной. Стуча пальцами по клавиатуре, набираю ответ. Кому: Мэри. "Мне удалось отвлечь его. У меня есть фото с места преступления. Когда я закончу, составлю свое дело и прикреплю туда всякие доказательства" Отсылаю и довольно распечатываю фото, которые сделали минут десять назад, в тайне от всех. Ответа ждать я на стала. Мне нужно было приготовится к тайному проникновению в ночной парк и как Шерлок Холмс начать свое маленькое путешествие. Я достаю с верхней полки своего шкафа старый, потертый рюкзак. Кидаю в него снимки, чтобы сравнивать все, пару пакетиков, в которые обычно кладут мелкие улики, фонарь, пинцет и на всякий случай нож. Мало ли, что может произойти. Для такого случая нужна специальная одежда. Поэтому мои руки начинают яро рыть, как крот, в своем шкафу, в надежде найти нужный "клад" — Это не то. На пол летят светлые джинсы. — Это тоже не то. Следом платье и майки. — Бинго! В глаза падают черные шорты и такого же цвета кофта с капюшоном. Я видела как в фильмах обычно такие одевают, чтобы спрятать лицо. На часах почти девять. День сменился сумерками и солнце начинает уныло уходить за горизонт. От моего дома до центрального парка пол часа пешком. За это время можно не только поймать троих преступников, но и самой согрешить. Слишком нудно и долго. Закинув рюкзак на одно плечо, спустилась вниз. В доме мертвая тишина. Сума сойти можно от этого. Надо уже привыкать жить без родителей, взрослой жизнью. Ага, конечно, кто бы разрешил. Я в последний раз смотрю на себя в зеркало, обуваю на удивление белые и чистые кеды и открываю дверь, закрыв ее за собой ключом, который в свою очередь кладу под коврик на пороге. — Привет, Эмили, куда собралась? Ко мне побегает маленький и озорной мальчишка. Соседский, рыжеволосый чертик, который всегда умудряется что- то сломать. — Иду искать того, кто накажет тебя, если ты еще что- нибудь натворишь. Улавливаешь суть моих мыслей? Я обхожу его и выкатываю из гаража свой велосипед, седлая железного коня. — Ты вредина! Ребенок топает ногой и когда я уже отъехала от дома, показывает мне в след кулак. Смешной малый.