Расписание.

У Санджи есть день, расписанный по минутам. Таблица висит на холодильнике, расчерченная в столбики темным толстым маркером, и, если приглядеться, то можно заметить, что кое-где бумага пропиталась насквозь. Таблица есть и в записной книжке, точно скопированная, только уменьшенная в несколько раз, но такая же точная, написанная гелевой ручкой. 6:30 Он просыпается, механически разлепляя веки, и будильник продолжает надрываться, отчаянно пища, до тех пор, пока не выключаешь сигнал, и на циферблате больше не моргают желтые ровные цифры. 6:40 Санджи смотрит в прямоугольное зеркало, тщательно расчесываясь. Водит мокрой расческой по светлым волосам, чтобы те не лезли в стороны, как ветки в гнезде. Конечно, ведь в офисе будет Нами и Робин, а может и еще много прекрасных леди, раз сегодня встреча. Он представляет себя, идущего рядом с незнакомыми девушками, очевидно являющимися мечтой любого мужчины. В стакане стоит зубная паста и щетка, почему-то зеленая. Санджи вообще не уверен, почему именно этот цвет. И каждое утро, пока умывается, пытается вспомнить почему. Само осознание абсурдности темы заставляет его слабо улыбнуться, глядя на отражение в зеркале, точно повторяющее движение. *** -Зубная щетка, как оригинально. Я рад, что ты не додумался подарить мне полотенце. -Нравится? Я сам выбирал. Ему остается только подивиться непробиваемости Зоро (хотя скорее тупости, замечает Санджи) , мысленно пообещав себе, что выкинет щетку потом. *** В 8:00 Санджи будет на работе. Прямо по расписанию, в 8:08 уже в своем кабинете, лениво прикрывая глаза, откидываясь на спинку кожаного кресла. *** -Мы на работе. Или ты совсем сдурел? -Кого это волнует, придурок? Тем более деваться тебе все равно некуда. Кресло скрипит, когда Зоро усаживает его к себе на колени, комкая пахнущую почему-то зеленым чаем рубашку. Санджи думает о том, чтобы в его расписание, в графу «Досуг» записать убийство этого тупоголового газона. А потом мысли пропадают, когда с него бесцеремонно стаскивают рубашку, прижимаясь сухими губами к ключице. Толстые столбцы трескаются некрасивыми черными линиями, меркнут, и, наверное, точно когда-нибудь пропадут совсем, если Санджи не расчертит новый белый лист маркером. *** В 10:00 по точному расписанию начинается встреча. Она точно такая же, как обычно, убеждает себя Санджи, незаметно ослабляя узел галстука, внимательно рассматривая бутылку с водой, стоящую рядом, когда Нами чертит красными маркерами графики и все цифры будто совсем незнакомые. Зоро сидит через кресло, щурится, глядя на него. И можно заметить, если, конечно, хорошо приглядеться, что зрачок слегка расширен. Чуточку. Почти как раньше, когда этот чокнутый жил у него дома. Летят схемы, графики и немыслимые числа, расписание искажается до неровных, неточных столбцов в записной книжке и тонких линий на белой бумаге. Санджи сглатывает противный липкий ком в горле, откидываясь на спинку кресла. *** У него нет никаких проблем с памятью, но то, что он только что увидел, расплывается туманом, никак не собираясь отдельным куском мозаики-памяти. Из крана льется вода, отражение в зеркале кажется совсем растерянным с губами, изогнутыми в горькую усмешку. У Зоро была приоткрыта дверь в кабинет, и Санджи точно помнит, что девица на коленях у того сладко стонала, пошло прогибаясь в спине. Она наверняка пахнет противными цветочными духами, которые так трудно смываются. Они трахаются на кресле, на ИХ с Зоро кресле. А Санджи уверен, что та шлюха закатывает глаза, чувствуя, как член скользит внутри. К горлу неприятно подкатывает тошнота, а потом его выворачивает наизнанку. Тем вечером все вещи Зоро летят за порог, а количество окурков в пепельнице увеличивается по крайней мере раза в три. И через три дня ту шлюху увольняют из компании. Санджи чувствует мстительное удовлетворение от небольшой мести. Окурков становится меньше. А расписание заполняется совершенно ненужными и бесполезными делами. Графики ровно выстраиваются, широкие столбцы обретают свои места. *** -Давай поговорим. -Я не понимаю о чем ты. *** Зоро приходит вечером после работы без огромных букетов и коробок конфет, перевязанных лентами тошнотворно-розового цвета. Приходит после шести месяцев ледяного молчания и, наверное, кучи сигарет. Приходит с бутылкой крепкого виски. *** Санджи пьян, он и сам об этом знает, когда краснеет под взглядом этого тупоголового газона, который пристально смотрит, не двигаясь с места. -Ненавижу тебя, сука. Ему отчаянно хочется или разревется, как последней бабе, или двинуть тому по роже, чтобы не молчал. -Я скучал, знаешь. Зоро вздрагивает, но взгляд не опускает. А Санджи кривится от того, что тот такой непонятливый и дергает на себя, жадно целуя. Расписание рвется на куски, стирается из памяти, оставляя лишь неприятный осадок. Листки выпадают из записной книжки, исчезая. *** -Ну и зачем ты пришел, идиот? Это была ошибка. Я был пьян, понимаешь. -Я просто вернулся.