Переезд
15 марта 2015 г., 18:18
Ранним субботним утром в квартире Вовки и Кешки раздался телефонный звонок.
— Мы нашли замечательный вариант! — кричала трубка голосом Костяныча. — Помнишь Женьку, который брат Сашки, который учится на заочке? Так вот, ему, Сашке этому, какой-то Петька передал через Витька, что у какого-то парня квартира-однушка сдается. Недорого! Так что сегодня перевозим вещи!
Вовка стоял и смотрел на взбесившийся телефон и никак не мог взять в толк, кто все эти люди и о какой вообще квартире идет речь. Что за Петьки-Сашки-Женьки какое-то жилье кому-то предлагают, и, главное, недорого? И при чем тут он, Вовка, у него вроде с жилплощадью всё хорошо. Было. Вчера вечером еще точно.
— Кешка, а ну-ка, просыпайся! Ты ничего вчера не учудил? Почему мне Костяныч звонит и про какое-то жилье втирает? Что вы с ним вчера еще натворили, чудовища?! Нашу квартиру продают с аукциона? Мы теперь бездомные? А то мне Костяныч про каких-то Женьку, Сашку, Петьку и Витька с квартирой вещал, в которую мы сегодня с вещами переедем. Я ничего не понял. А ты?
Кешка, с трудом разлепив сонные глаза, уставился на растерянного Вовку.
— Ты на хромой блохе прискакал с того берега моря, которое заяц не перелетит, орёл не перебежит, хотя море и не море, а так, лужа посреди города, где тень на зайца упала и насмерть убила, а из него тулуп вышел и пошел куда глаза глядят, это я понял, — пробормотал Кешка и закутался в одеяло с головой. — Только давай потом, позже, я спать хочу, — и отвернулся в другую сторону.
Вовка, постояв еще немножко, но так и не дождавшись продолжения, побрел на кухню пить кофе и собирать мозги в кучу, чтобы понять, кто в этом доме сошел с ума окончательно. Пока же по всему выходило, что он.
Просидев там почти час, но так и не придя ни к какому решению, он уже собрался будить Кешку, но тут раздался звонок и одновременно с ним в дверь заколотили, и не факт, что не ногами.
Осторожно подобравшись на цыпочках к дверям, посмотрел в глазок, но никаких бандитов не обнаружил. В подъезде кроме счастливой Костянычевой морды больше никого не наблюдалось. Убедившись, что ограбление им не грозит, Вовка пропустил до безобразия бодрого Костю в квартиру.
Эта образина, не поздоровавшись, сразу рванул в спальню будить спящую красавицу по имени Иннокентий.
— Ты куда это собрался, наглая твоя морда? — Вовкиному возмущению не было предела: мало того, что по утрам будят, так еще и в его квартире чувствуют себя как дома!
— Ну так квартира же, вещи! — Ну да, все сразу стало понятней некуда.
— А ну, стоять! Стоять, я сказал! Марш на кухню и объясни мне толком, что происходит в Датском королевстве! И на Тортилу не наступи, она там где-то ползает, — Вовка толкал Костяныча в нужном ему направлении. — А теперь, мой совсем не дорогой друг, объясни мне с чувством, с толком, с расстановкой, кто такие Саша, Петя, Витёк и Женя и каким боком они относятся к нашей квартире?
— Да какая ваша?! Мы с Валей нашли квартиру, недорого, и теперь переезжаем. Сегодня надо вещи перевозить, и вы нам поможете!
На удивление, квартира действительно оказалась вполне приличной: небольшой, но светлой, оборудованной хоть и по минимуму, зато добротно и с умом, а главное — с работающей сантехникой. Более того, хозяин согласился даже частично снизить цену аренды, если жильцы за свой счет проведут косметический ремонт на свой вкус. Но, естественно, ни о каких глобальных перестройках типа объединения кухни с комнатой с целью создания стильной студии речи и быть не могло. Зато до работы Костянычу было добираться гораздо ближе, чем с прежнего места жительства, да и тем более, что попросили его оттуда, как узнали, что не один он там теперь жить будет, а с Валей.
Сделав несколько рейсов на своей верной лошадке, Костя перевез нехитрый холостяцкий скарб из своей берлоги, где верные друзья-товарищи помогли затащить пожитки в новую квартиру. Потом новоселы отправились к Валиным родителям. Было принято совместное решение пока обойтись минимумом вещей, впереди еще ремонт, так что в этом деле чем меньше перекладывать с места на место, тем лучше, поэтому один небольшой чемодан с одеждой и спортивная сумка с обувью, а также мамины блинчики с начинкой «на ужин» не заняли много места в багажнике его ласточки.
Пока таскали вещи, Костяныч все не мог успокоиться, как же им повезло. А то две недели поисков подходящего варианта казались сущим кошмаром.
В одном месте вроде пообещали ремонт, хорошее расположение квартиры, но заломили такую цену, что проще было влезть в кредит и взять ипотеку, чем влезать в тот же кредит за съемную однушку.
В другом месте просили вполне по-Божески, но как только Валя увидела этот общажный кошмар с текущими кранами, облетевшей плиткой и марширующими толпами тараканами, не боящимися даже включенного света, она категорично заявила, что, конечно, рай с милым и в шалаше, но без вот таких домашних питомцев.
В третьем месте вроде и квартирка была ничего, хоть и тесновата, и цена неплохая, но во всем доме так жутко пахло, что через пять минут осмотра молодожены дружно сбежали, затыкая носы.
И в каждом новом месте было что-то не так, поэтому когда ему знакомый чисто случайно обмолвился о том, что есть квартира, свободная, без тараканов и за приемлемую цену, ребята не поверили, что такая существует в природе.
— Так что фортуна, лотерея, фортуна, лотерея, в жизни и в кино, в жизни — как в кино! — пел Костяныч, топая по лестнице вверх и вниз, таская вещи в новую квартиру. — Бывает и так, друг мой Иннокентий. Хотя даже и не верится. Фортуна, лотерея…
Пока мужики пытались максимально компактно, но при этом художественно, расставить коробки, распаковывая по мере необходимости самое важное, типа посуды и ноутбуков, Валя пошла на кухню сообразить чего-нибудь к чаю. Открыв один из шкафчиков, она с удивлением обнаружила не только минимальный набор необходимых на каждый день досок, но и пару ножей неплохого качества, терку с поддоном и сковородку с набором лопаточек. Не веря своему счастью, она все же решила позвонить хозяину квартиры — мало ли, может, это он случайно оставил, а потом придет заберет. Да и вообще, нехорошо брать чужие вещи без спросу.
Когда чайник вскипел, голодные мужики подтянулись на огонек в кухню. Валя, накрывая на стол, мечтательно вздыхала и ахала:
— Ну какой же он лапочка!
— Кто? — недоуменно вперились в нее три пары глаз.
— Да кто-кто, Сергей, конечно! Вас лапочками назвать язык не повернется! Он нам оставил столько всяких приятностей и полезностей! Даже ноутбук у него, оказывается, который на столе в комнате, к интернету подключен. И им можно пользоваться, он сам сказал.
— Когда это он сказал? — ревниво вскинулся Костяныч.
— А я только что ему звонила, — легкомысленно отмахнулась Валя. — Боже, какая ж они чудесная пара…
— Кто «они»?! У него есть девушка? — аж открыл от удивления рот Костя.
— Да… Констатин, поздравляю тебя, ты балбес, — рассмеялась Валентина. — Максима ты вчера не видел, что ли?
— Ну, был тут какой-то мужик, ага, стоял тут, нервничал, как будто в туалет хотел, а унитаз засорен, — почесал в задумчивости затылок новосёл. — А он-то тут при чем?
— То есть твои друзья «таитяне» — это уникальный вид, больше таких в природе не существует, по-твоему? — скептически хмыкнула Валя, подливая незадачливому мужу кипятка в чашку.
— Да! Мы — уникальные и неповторимые, нас, таких, больше нет! — завопил Кешка с набитым ртом, размахивая надкушенным блинчиком.
— Ну, тогда ладно, тогда пусть звонит, — разрешил Костяныч, глядя на супругу, которая почему-то после его слов сложила руки на груди и сжала губы. — Эй, я ж не против, ты чего! Что я такого сказал-то?
— Значит, мне теперь можно общаться только с теми мальчиками, которые только с мальчиками «дружат»? — с нажимом спросила Валя.
— Так, Валечка, солнышко, успокойся, всё хорошо, Костя у нас просто, как и Кеша, сначала что-нибудь ляпнет, не подумав, а потом затылок под подзатыльник подставляет, — вмешался Вовка, пока дело не зашло слишком далеко. — Ну, ты понял, да? Голову наклонил вперед под углом в сорок градусов! А ты, дорогая, смотри сюда: ладошку держим прямо, немного замахиваемся — и резко шлепаем его по черепушке. Ага, молодец, а теперь еще раз повтори, чтобы руку набить. И не бойся, он привычный.
— Свободу попугаям! Сво-бо-ду по-пу-га-ям! Пусть всегда-а-а будет Костик, пусть всегда-а-а буду я! — вдруг подал голос Кешка, отвлекая внимание на себя. — А я что, а я ничего! А то они только жить начали вместе, а ему уже синяки да шишки! А он не виноват, это оно так всё само получилось.
— Тоже мне, защитничек нашелся, — фыркнул Вовка и попутно за компанию отвесил подзатыльник и Кешке.
Кеша покорно принял причитающийся ему знак особой любви и нежности и тут же поинтересовался:
— А что с ремонтом, когда начнем? Может, не будем оттягивать неизбежное, а завтра и приступим?
Ребята переглянулись и с удивлением уставились на Иннокентия: в кои-то веки от него пришло путное предложение.
Расписав воскресенье чуть ли не по минутам, попрощались до утра, и Вовка потащил своего неугомонного монстра домой. Но Кеша не был бы Кешей, если бы последнее слово не осталось за ним. Уже выходя из квартиры, он развернулся и с гордым видом заявил:
— Я буду сражаться за троих! Нет, за четверых! За двенадцать! За тринадцать! Разрешите идти, сэр?!
Закрыв за друзьями двери, Валя задумчиво посмотрела на Костика и произнесла:
— Да уж, с таким капитаном нам завтра будет очень весело. Главное —
чтобы квартира цела осталась. Остальное мы уж как-нибудь переживем…
