Сокровищница

"Надо знать этот великий секрет жизни: лечите душу ощущениями." Оскар Уайльд

      Она знала, какое на вкус солнце. Приторно сладкое, словно шоколадная конфета во рту – это в летние дни. Осенью солнце напоминало дольку кислого апельсина, сочного и мясистого, но все-равно непомерно кислого. Когда же все вокруг устилал собой колючий снег, солнце отдавало мятой и мелиссой, от которых во рту неприятно щипало, и девушка каждый раз ежилась, словно от холода. Она многое перепробовала в своей жизни. Еще с самого детства любознательная малышка тянула в рот все, что попадалось ей в руки – так она познавала окружающий мир, пробовала его на прочность своими маленькими молочными зубками. Что-то, вроде зубной пасты с клубничным наполнителем, вызывало щенячий восторг у ребенка, в то время как известка, усердно выколупанная из стен все той же девчушкой, доводила ее до слез.       Она знала, как пахнут люди. Они пахли по-разному, каждый по—своему. От ее мамы всегда пахло сдобой. Горячими булочками с корицей и ванилью, мускатным орехом и прочими пряностями. Малышка еще не знала, что это такое – пряности, но она свято верила, что так пахнут все мамы. Это их аромат, аромат уюта и домашнего очага. Аромат означающий защиту и тепло. Ее отец пах по-другому. Когда он возвращался с работы – помилуйте, что за место такое – она не бросалась ему на шею и не торопилась обнять. От отца всегда разило чем-то резким и неприятным, но со временем девочка полюбила и этот запах. Запах бензина и солярки. Она четко уяснила для себя: так пахнет папина усталость. Со временем она уловит нотки еще более резкие и неприятные. Мама скажет ей, что так пахнет алкоголь, но девочка навсегда запомнит, что это аромат криков и боли.       Она знала, как звучит жизнь. Ее голос был так переменчив – от будоражащего гула машинных двигателей до кроткого звона весенней капели. От перебранок строителей, сооружающих новостройку в их дворе, до лая соседского бульдога, которого так любила девушка. Она старательно чесала его за ушком при каждой встрече, а он довольно сопел и фыркал, щурясь от удовольствия. Она любила запираться у себя в комнате и, приникнув к холодной стене, слушать как в обеденное время их соседка убаюкивает своего новорожденного сынишку, так ласково, что девочка порой сама засыпала под эти колыбельные. Еще ей нравилось пение канареек на соседской лоджии. Они жили там круглое лето, и круглое лето развлекали своими трелями юную школьницу. Но их клетку убирали с балкона, едва в воздухе ощущалось похолодание. Тишина стала для нее верным признаком приходящей осени.        Она была счастлива в своем мире состоящем из звуков, запахов и ощущений. Она была счастлива по незнанию. Девушка просто не знала, каким сокровищем ее обделила жизнь.