Two Sides of the Soul

Когда прилетаешь в другую страну, особенно такую далекую, то будто теряешься во времени, сбившись с привычного ритма и распорядка. Смена часовых поясов для многих ощущается по-разному: некоторым это приносит дискомфорт, другие и вовсе почти не замечают. Мы с Ютакой оказались примерно в одной категории, и заснуть нам обоим не удалось. Время за разговорами (то и дело скатывавшимися до неустанного обсуждения некоего Акиры Судзуки и способностей его серого вещества) прошло быстро, но все же, кидая взгляд на часы, я подсознательно высчитывал, который час в Токио. После первого этапа конференции, на котором нам полагалось по большей части слушать, Ютака потянул меня бродить по городу. Солнце припекало довольно ощутимо, но, казалось, это нисколько не волновало моего любознательного друга. Он с живейшим интересом слушал истории о городе и его достопримечательностях (по крайней мере, те, что я запомнил из экскурсий и статей в интернете), с любопытством рассматривал все вокруг, но напрочь отказывался фотографироваться. Ютака всегда считал себя жутко нефотогеничным, хотя на снимках получался очень даже ничего. Вообще есть у меня подозрение, что самооценка у него низкая, хотя ни в чем больше особо это не проявляется. Но артачился он недолго, ровно до тех пор, пока я строгим тоном не пригрозил больше никуда его не водить. Шелковый Ютака – такая прелесть, ей-богу. Как бы все это ни было весело и приятно, мысли мои все время возвращались к Широяме, как будто других людей, о которых можно подумать, не было. Еще и память то и дело подсовывала слова Ютаки о том, что я влюбился. И ведь другого объяснения моим действиям абсолютно не было. Но как же так, чтобы Такашима Койю просто взял и признался, что влюбился в Аоя?! Будем считать, что он мне… симпатичен. «Не ври хотя бы себе, придурок», - не упустил шанса вставить голосок совести, но был тут же заткнут со всей строгостью. Оставалось только вздохнуть, сделать морду кирпичом и закрыть глаза на этот непрофессиональный и крайне хлипкий самообман. Дни стремительно пролетали, будто специально приближая меня к неизбежной встрече. За то время, что мы провели в Париже, я понял, что поговорить с Юу нужно обязательно. Меня пугала мысль о том, что он звонил, а мой телефон был недоступен (в поездках мы пользуемся рабочими мобильниками, так постановил великий грозный Судзуки-сан), и Юу подумал, что я просто не хочу с ним разговаривать. А я ведь хотел! Очень хотел услышать его хрипловатый прокуренный голос… Да много чего хотел. Я уже решил для себя, что все же готов попытаться построить серьезные отношения с этим мужчиной, хотя раньше считал себя просто неспособным на такой шаг. Представить себе, что можно жить вместе, засыпать и просыпаться в одной постели с одним и тем же человеком, ревновать его к каждому встречному, задержавшему взгляд дольше, чем сам посчитаешь нужным, раньше для меня казалось смешным и нереальным. Но сейчас я этого хотел, хотел так отчаянно, что не мог дождаться окончания командировки. Уже в самолете высказав свои рассуждения Ютаке, я получил в ответ внимательный взгляд и несколько удивленное: - Ты готов к серьезным отношениям. Теперь ты точно готов и должен попытаться. «Да, я должен», - подумал я и уже готов был снова соскользнуть в свои мысли, как Ютака вдруг довольно строго сказал: - Ну хватит, Койю. Ты все эти дни думаешь, загоняешься на в общем-то несуществующей проблеме. Скоро уже прилетим, тогда и позвонишь своему Широяме, а много думать тебе, глупому, вообще противопоказано! - Ну спасибо, - обиженно надулся я. – Юта, а тебе случаем черепная коробка не жмет? – Я окинул его задумчиво-скептическим взглядом. - А? - Нет-нет, ничего. – По угрожающе прищуренным глазам я понял, что пора перевести тему. – О, а давай посмотрим фотки, что сделали, - и коронная очаровательная улыбка, просто по привычке, потому что на Ютаку она почти не действует. Но все же он согласился. Кстати, фотографии получились неплохие, некоторые даже просто отличные, я бы сказал. И даже Ютака это признал. Удачно выбранные места, освещение, позы – я остался доволен. Это нехитрое занятие отвлекло от мыслей, в конце концов, Юта был прав – чем больше думаешь, тем глобальнее кажется проблема. А с моей-то привычкой делать слона даже из самой незначительной мошки, мелочи приобретали масштабы катастрофы. И в какой-то степени поэтому, постепенно приближаясь к аэропорту в Токио, я все равно нервничал. Свою машину я оставил на стоянке аэропорта, поэтому великодушно соизволил подвезти Ютаку до дома, а потом сразу же поехал в офис. Единственный человек, у которого можно было узнать телефон и адрес Аоя, кроме него самого, – это Руки. А телефон Руки, как я полагал, мог быть у Акиры. Прямо цепочка, блин. Однако все оказалось немного проще. Практически влетев в офис, изрядно помятый после перелета и уставший, как собака, я тут же направился в кабинет шефа, рассеянно кланяясь встречавшимся по пути коллегам. В кабинете Акира оказался не один: у окна, сложив руки на груди и оперевшись бедром о подоконник, стоял низкий мужчина, которого невозможно не узнать даже стой он спиной к двери – Руки. Как всегда идеален, холоден, беспристрастен, он небрежно курил. Руки был напряжен и даже не повернулся на звук открывшейся двери, зато Акира практически сверкал самодовольством. - А, Койю, мой блудный друг! Как командировка? – Тон его голоса показался мне издевательским, а довольная ухмылка выводила из себя. – Неважно выглядишь, кстати. «Сука», - должно быть этот выразительно говорящий взгляд сказал ему о многом, но сегодня я не намерен был лаяться с ним, пусть даже и оказался практически униженным перед отстраненно наблюдавшим за нами Руки. Его колкие серые глаза (линзы, безусловно) в обрамлении густо накрашенных ресниц оценивающе пробежались по мне, и я еле смог подавить желание провести ладонью по волосам или поправить одежду. Вместо этого я только раздраженно дернул плечами и кинул на стол перед Судзуки папку документов с конференции, ожидая какого-нибудь едкого комментария или от Акиры, или от Руки, но последний молчал, а Акира смотрел в упор на меня. - Что? – не выдержал я. - Все еще дуешься? Молчи, Койю, просто молчи. - Я, между прочим, звонил тебе, хотел предупредить о командировке, но ты был… - блондин слащаво улыбнулся. Осуждает или издевается? – Хм, несколько занят, не так ли? - Так ли, так ли. – Я упрямо сжал губы, сощурившись. - С кем ты был? - Какая разница? - С Аоем? - Это допрос? - Что за манера отвечать вопросом на вопрос? - Что за привычка выпытывать о моей интимной жизни? - Я беспокоюсь о тебе. - Мне не шестнадцать, и я не маленький смазливый мальчик, которого нужно защищать. - Все еще смазливый, - ввернул в разговор свои пять копеек Руки; светлые глаза ехидно сверкали, доводя меня до бешенства. - Что?! - Аой любит таких, не переживай. - Так ты спал с ним?! – взвился Акира. - Я сплю с теми, с кем посчитаю нужным, Аки! У меня было ужасное ощущение, что дело неумолимо приближается к глобальной ссоре, но позиции я сдавать не собирался, как вдруг Судзуки широко улыбнулся. - Значит, все-таки это его голос я слышал в трубке. Так держать, Такашима. Ничего не понимая, я посмотрел на Руки, но тот лишь пожал плечами и задумчиво пробормотал: - Да уж, ты был прав, Акира. Но тогда это все объясняет. - Объясняет что? – Я переводил потерянный взгляд с одного на другого, но они проигнорировали. - И эти его защитные реплики… - Шипастый у тебя друг, однако. - До тебя ему еще далеко, не переживай. - Теперь понятно поведение Широямы. - Какое поведение?! – не выдержал я, услышав такую важную фамилию. - Ты думаешь, он… - они снова меня проигнорировали, глядя друг другу в глаза! - Влюбился, - наконец констатировали одновременно оба, переводя взгляд на меня: Руки – флегматичный, но все же слегка заинтересованный, Акира – немного удивленный. Они молчали, явно ожидая от меня какой-нибудь фразы, но я лучше уйду в глухую несознанку. И сделать морду кирпичом, естественно. - Ох, знаю я это его выражение лица, ничего не скажет. – Акира притворно тяжело вздохнул и развел руками, все еще выжидающе глядя на меня. – Ты, кстати, чего пришел-то? Если документы отдать, то мог бы и в пятницу. Я безразлично пожал плечами: не говорить же теперь, зачем я пришел на самом деле. Подколки Руки и Акиры мне были не особо нужны; в другой ситуации я бы ответил им в той же манере, но сейчас я был уставшим и понимал, что просто не смогу даже держать оборону. А в таком случае лучше сразу сложить оружие. - Ладно, Койю, извини за это, я знаю, как ты бесишься сейчас. - Поправка, Акира. Я не бешусь, я просто в ярости от такого. – Вопреки словам мой голос был предельно сладким, а на губах коронная улыбка, и только глазами я действительно пытался испепелить его. Акира недоуменно смотрел на меня, наверняка не слишком веря своим глазам. - У-у, - насмешливо протянул в наступившей тишине Руки, подходя к столу напротив меня, - птичка решила выпустить коготки? «Черт, как же ты меня выводишь, Руки-сан!» Кажется, моя ненависть скоро целиком и полностью переместится на этого высокомерного ублюдка с ехидными серыми глазами. Что ж, он хочет поиграть. Тогда мы поиграем по моим правилам. Я отодвинул стул и присел, расслабленно откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу. Акира, кажется, занял позицию циничного наблюдателя, сидя за своим столом, оперев голову на согнутые в локтях руки. - А что, если и так, Руки-сан? Хотите сцепиться языками? - Языками ты цепляться будешь с Аоем. Или чем вы там занимались на парковке у театра? - Откуда ты?.. - Не дергайся, я просто проезжал мимо, как это ни банально звучит. – Кажется, его позабавило мое потрясенное лицо. – Но в другой раз это могут увидеть люди совершенно не желательные. - С какой бы это стати тебе предостерегать сейчас? В жизни не поверю, что за Юу волнуешься. - Он для тебя уже Юу? Забавно, чем его зацепила твоя тощая задница? – В его голосе так и сквозил лед, и я в очередной раз зарекся пытаться найти что-то хорошее в людях, которые с первого взгляда мне не понравились. – А впрочем, отвечу. Нет, за него я не беспокоюсь. В конце концов, Аой большой мальчик и знает, чем может грозить ему такое безалаберное поведение. А ты представляешь, Такашима? Я примерно представлял. Если мы с Юу запалимся где-то в людном месте да еще и в какой-нибудь компрометирующей ситуации, то разразится масштабный скандал. Все же его целевая аудитория – женщины, причем всех возрастов, и репутация Юу – практически гарантия его популярности и продвижения вверх. А узнай поклонницы о гомосексуальности своего кумира, думаю, разочарованию не будет предела. - Это невыгодно в первую очередь тебе, - наконец проговорил я, Руки заинтересованно хмыкнул. – Ты – агент Аоя. От его популярности практически зависит твоя карьера. Конечно, ты мог бы в случае чего найти себе другого подопечного, но думаю, что Аой для тебя ну просто золотая жила. И я знаю, что ты скажешь сейчас, поэтому опережу, дабы ты не тыкал меня в это носом: ты знаешь об Аое все, я же – практически ничего. Но если он позволит, я узнаю. И это будет решать только Юу, а не ты и даже не я. Акира смотрел на меня задумчиво, Руки одобрительно усмехнулся уголками губ. Мне же просто хотелось курить, и, хоть Акира относился к этому неодобрительно, я все же подошел к окну. Сегодня среда, конец рабочего дня уже не за горами, но солнце еще довольно высоко над горизонтом. Раскинувшийся внизу город бурлил жизнью, подавлял своим темпом, затягивал в водоворот технического прогресса. - Те два дня, что мы провели вместе, - неожиданно даже для самого себя начал я, выдыхая дым в пыльный воздух Токио, - показали не маску, а его настоящего. Они могут думать обо мне все, что угодно. Что я подстилка, шлюха, что раздвигаю ноги по первому зову и даю всем, кто захочет. Пусть думают, но только я знаю, что никогда не испытывал ничего подобного, занимаясь сексом. С Юу как будто что-то встало на свое место, как кусочек мозаики, и будь я проклят, если он не почувствовал того же. Ох, что-то я совсем расчувствовался с этими неблагодарными. И правда как подросток. Домой нужно ехать, отдохнуть хорошенько перед работой. Но все же остается еще один интересующий меня вопрос. - Руки, почему ты все время говорил так, словно мы с Аоем встречаемся? Мне казалось, что в ответе на этот вопрос будет решение всей проблемы. Сердце забилось ощутимо быстрее, а я напряженно замер в ожидании. Впрочем, Руки не спешил отвечать, решив в лучших киношных традициях потянуть кота за я… хвост, да. - Не знаю, что он нашел в тебе такого особенного, - мужчина поморщился, - но передал вот это, - и достал из кармана пиджака небольшую карточку, протягивая мне, но даже не подумав повернуться. Я взял из его руки карточку и взглянул на белую поверхность. Обезумевшее сердце заколотилось еще быстрее. На картонке был от руки написан номер мобильного и приписка: «Позвони, когда будет свободная минутка». Вот так просто и вроде совсем ничего не говорит о его отношении, но хотелось петь. - Сначала я хотел ее выбросить, - усмехнулся низкий мужчина. – Цени. - О, ты так великодушен, Руки-сан. Аки, отблагодаришь его вместо меня? – Блондин, до этого молчаливый, красноречиво ухмыльнулся. – Хорошенько так от…благодари, да. Практически окрыленный, я направился к двери, чувствуя пробирающий взгляд серых глаз, вперившийся мне между лопаток. - Помни мое предостережение. Ох как зловеще звучит, прямо упаду сейчас, ага. - Хорошо, мамочка, спасибо. – Я очаровательно улыбнулся, закрывая дверь и отрезая ржач Акиры и шипение Руки от посторонних ушей. «Да уж, Акире придется постараться, если он хочет приручить эту стерву». Маска Руки вросла в мужчину слишком глубоко, и проросшие корешки уже навсегда останутся в нем. Но эти мысли пришли и ушли, в конце концов, это их отношения. Я буду помнить его предупреждение, не глупый ведь, но сейчас это абсолютно не главное. Главное успокоиться, добраться до дома и позвонить Юу. Однако сев в машину, я понял, что просто не дотерплю до квартиры: так хотелось поскорее услышать его голос и узнать, что он решил и хотел сказать. Сжимая подрагивающими пальцами карточку, я набрал номер. Сердце снова зачастило, как только стали слышны длинные гудки. В тот момент я боялся. Боялся, что Юу не поднимет трубку, что голос не будет меня слушаться, и не смогу ничего сказать, но эти страхи рассеялись, стоило услышать знакомый голос: - Да? - П-привет. – Пальцы отчаянно сжали корпус телефона. – Это Койю. Черт-черт! Ну вот зачем я звоню? Наверняка он даже и не помнит меня уже. - Хм, значит Руки соизволил передать тебе записку… А то я уже было подумал, что он ее выбросил. Я прикусил губу, сдерживая улыбку, и чтобы не сказать, что именно это Руки и хотел сделать. - Да нет, меня просто в незапланированную командировку сослали прямо в понедельник, так вот только вернулся. - Оу, понятно… Наступила неловкая пауза, и я снова напрягся. Не спрашивать же, чего он хотел? Это будет очень глупо с моей стороны, потому что скажи я такое, он точно может положить трубку. Я тяжело вздохнул, чуть не пропустив такие важные слова: - Я скучал. Сердце пропустило несколько ударов, но… - По мне? – Тихий смешок мужчины подтвердил, что вопрос, по меньшей мере, глуп. - По тебе, конечно. Не хочешь встретиться? - Да, конечно. – Черт, я просто взлетел бы! – А когда? - Ну, я сейчас в театре еще. Может часов в девять? – Да мне было неважно во сколько! Главное, что уже сегодня я с ним увижусь. - Отлично. А… мне подъехать? Мы ведь не можем встретиться где-то на людях… - Что, Руки промыл мозг? – Юу рассмеялся. – Не обращай внимания, иногда в нем просыпается «мамочка». Но все же нередко он бывает и прав. Знаешь, - Юу ненадолго замолчал, и в трубке послышалось, как он протяжно выдохнул, скорее всего выпуская сигаретный дым, - кажется, я теряю сноровку. Если я напрошусь к тебе на ужин, не откажешь? И снова мне показалось, что сердце просто выпрыгнет из груди (что за хрень?!). Юу приедет ко мне. На ужин. Потрясающе. - Тебе вообще сложно отказать. – Я невольно улыбнулся. - Я знаю. – Юу самодовольно хохотнул, подогревая теплый огонек в моей груди. – Значит, в девять я приеду. Все, побежал, а ты отдохни хоть немного с командировки. – И снова смешок. Да уж отдохнешь тут, пожалуй. Все-таки Юу наглец тот еще, но мне это очень нравится. Итак, с идиотсткой довольной улыбкой, которая, видимо, поселилась на моем лице надолго, я отправился в магазин. Если разговаривая с Руки, я чувствовал полное опустошение и усталость, то голос Аоя придал мне сил. Мне предстояло привести в порядок себя, квартиру (что в кои-то веки оказалось даже важнее) и приготовить ужин. Господи, это ожидание сводило с ума.