Натуральный брак в искусственных условиях

- Не бойся. Я сделаю это максимально осторожно и быстро, ты даже не почувствуешь, - сказал Билл. Тони нервно передернул плечами и снова уперся взглядом в стену кабинки, куда их отправили после росписи и обмена кольцами. Кабинки, где все молодожены-омеги получали свою метку. Тони раньше представлял свое замужество, но так, как представляют что-то далекое и сказочное. Его свадьба была бы пышной. Муж держал бы его за руку возле алтаря, а гости не сводили бы с них глаз. Тони поцеловал бы мужа, прикасаясь пальцами к его щекам и чувствуя, как избранник улыбается. Им бы аплодировали, даже Блейк бы улыбнулся, а Филипп пожал бы руку человеку, которому он отдавал единственного сына. Ничего даже примерно похожего Тони не увидел. Они с Биллом проснулись, умылись, позавтракали, оделись в светлое и темное, оценили друг друга. Неторопливо приехали в мэрию, где подписали свидетельство о заключении брака. Билл быстро надел Тони кольцо на палец, а омега сперва промахнулся: тряслись руки. После альфа клюнул закрывшего глаза Тони в губы, и они вдвоем ушли в кабинку за меткой. Вот и вся сказка. Волшебство рассеивается с двенадцатым ударом часов, а сейчас как раз было начало первого. Тони не хотел понимать, почему правительство и церковь — впервые объединившиеся, кстати, — сделали метку обязательным атрибутом любого брака. Раньше было проще, раньше не было свидетельств и колец, не было штампов в паспортах. Да даже паспортов не было. Люди брали камни, угли, рисовали на скалах мамонтов, забивали этих самых мамонтов, а потом совершали у шамана под пение голосистого племени обряд. Вот там нужна была метка. Да, она — символ семьи, брака, истинности и законности заключаемого союза. Но что делать таким, как Тони и Билл? Почему нет исключений из правил? Ведь не ради чего-то низменного заключался брак: Билл был в безвыходном положении. Не будь Тони его шансом на семью и детей, разве подошел бы этот альфа к нему на пушечный выстрел? - Если тебя это утешит, то я подавал прошение на рассмотрение моей проблемы судье, - вздохнул Билл. - Это было еще до знакомства с тобой. Он вызвал меня на личную беседу, сказал, что никто не будет ради нескольких человек пересматривать закон. Так что... У нас нет выбора. Да, выбора не было. Тони иногда ненавидел их законодательство. Правительство молодцы в том плане, что договорных браков не осталось, а люди, заключающие союз из-за возрастных рамок, составляли согласно статистике этого года всего-то десять процентов. Мизерное количество. Но метка! Без метки брак не будет действителен, Биллу предложат решить проблему, договорившись с Тони иным путем, а тот не договорится, потому что ему нужна фамилия Билла и его участие в жизни компании отца. Идиотские законы, идиотские правила, все идиотское! Он слишком резко встал к альфе спиной и повернул голову так, чтобы Биллу было удобно ставить метку. Супруг успокаивающе погладил его по плечам, а Тони только сильней напрягся. Шеи коснулось дыхание альфы. Тони вздрогнул, когда чужие горячие губы наградили поцелуем его кожу. Зажмурился, помолился. Стоять в кабинке надоело. Конечно, те, кто были за ней, думали, что они здесь так долго, потому что увлеклись, ставя метку. Трижды ха! Тони облизал пересохшие губы: альфа продолжал расслаблять его легкими поцелуями. - Билл, давай уже. - Я хочу, чтобы ты успокоился. - Боже мой, мы ведь не сексом заниматься собираемся. Это просто самый ужасный день в нашей жизни и проклятая, лживая метка. Прекрати этот... «Цирк» был проглочен воплем. Ладонь альфы грубо закрыла рот омеги, чтобы он не кричал, и оставалось стонать в руку, царапая кисть Билла. От ненавязчивой ласки не осталось и следа: Билл действовал ожесточенно и быстро. Тони понимал, что это из-за его слов, но боль от этого никуда не делась. Когда Билл отстранился, Тони упал на стенку кабинки, тяжело дыша и трогая припухшую метку на шее. Временную метку. Ну и позорище! - Все? - спросил Билл. - Так лучше? Альфа первым вышел из кабинки, оставляя Тони приходить в себя и судорожно вытирать глаза от набежавших слез. Отлично, просто отлично. Обидел Билла из-за неприязни к тому, что их связывала не святая любовь, а взаимная выгода. Совесть спасало только то, что Билл в отместку обидел его. Их поздравили, поставили в документах печать, где подтверждали наличие метки. Тони старался выглядеть радостным, но шея болела, а от понимания, что метка искусственная, мутило. Домой ехали молча: Билл следил за дорогой, а Тони смотрел в окно. Вот так и умирали мечты: их уничтожали суровые реалии. Сказочная свадьба растворялась в дымке и грустно сворачивала скатерти со столов, вытирая ими поплывшие пятна шампанского. - Извини, что я... - начал было Билл, но осекся. - Больно было? - Не больнее, чем тебе. - Значит, достаточно, - ответил Билл. - Я не хотел. Знал, что ты на взводе, не надо было обращать внимания. - Я бы на твоем месте влепил мне пощечину за истерику, - спокойно ответил Тони. Губы Билла на миг сжались в тонкую полоску. Он врезал по гудку, пугая пешехода, полезшего на красный. - Я никогда не подниму на тебя руку, - отчеканил он. - Тони, не знаю, что там у тебя в голове, но я не чудовище. Я не Вселенское зло! Тони жутко устал. Он презирал себя за слабость в кабинке, ненавидел Билла за то, что тот оставил на его шее постыдный след. Это был жуткий день, Тони хотел, чтобы он закончился. Ненавидеть Билла было глупо, но не ненавидеть его сейчас омега не мог. Родители даже не позвонили. Тони ненавидел и их тоже. Фред поздравил сухо и неискренне. - Тони, давай поговорим, - произнес Билл, паркуясь у дома. - Я сейчас неадекватен и могу наговорить того, о чем после буду жалеть, Билл. Оставим все до завтра? Пожалуйста. Тони хотел вылезти из автомобиля, но двери оказались заблокированы. Он обернулся к мужу. Тот упрямо сдвинул брови. - Я так понимаю, ты против переноса разговора, - Тони оставил попытку выйти. - Как ты догадался? - спросил Билл с притворным изумлением. - Тони, ты должен понимать, что мы на равных. Я боюсь представить, как омеге обидно носить временную метку. - Обидно, - согласился Тони. - Но к завтрашнему утру я уже успокоюсь, обещаю. Билл кивнул. Он взял руку Тони в свою, погладил запястье. Омега следил за его действиями. Зачем он это делал? Тони уже понял, что Билл — довольно своеобразный человек, но к чему проявлять заботу о его чувствах? Почему не все равно? Тони ведь знал, прекрасно знал, что никогда не понравится такому альфе. - Я хочу, чтобы ты был в курсе. Мне не меньше твоего обидно было ставить эту метку. Не думай, что ты одинок. Это было странно. Более того — Тони не мог найти этому логического объяснения, хотя, вроде, всегда находил: слова альфы успокоили, даже метка перестала противно болеть и напоминать о своем существовании. Тони смог криво улыбнуться собрату по несчастью, а тот вдруг предложил: - Может, отметим наше замужество? Съездим в ресторан, посидим. Как тебе? А было, что отмечать? Тони считал, что в рестораны ходят, когда есть повод. Какой повод был у них с Биллом? Лучше было просто пойти домой, заняться своими делами и усиленно делать вид, что они семья. Кажется, Билл был наделен даром телепатии, потому как следующие слова с точностью до наоборот повторили мысли Тони. - Мы — семья, Тони. Для меня это много значит. Думаю, нужно постараться хотя бы для самих себя. Зачем им было стараться? Для кого комедия? Метка есть, и эту тайну Тони был готов хранить до смертного одра, если понадобится. Хотя... Им ведь нужно стать друзьями, участливыми партнерами, чтобы не превратить свою жизнь в подобие жизни Блейка и Филиппа. Тони согласился на ресторан. Они не стали заходить в дом и переодеваться. Тони не хотел стыдить альфу перед возможной публикой или знакомыми, поэтому попросил заказать место где-нибудь в тихом уголке. Билл просьбу удовлетворил. В ресторане их встретили широкой улыбкой и назвали Билла по фамилии. Видимо, часто здесь появлялся. Администратор оценил кольцо на пальце и метку на шее Тони, поздравил их, рассыпаясь в витиеватых выражениях. - Что будешь заказывать? - Билл чувствовал себя лучше, чем час назад, улыбался и листал меню. - Я здесь никогда не был, так что закажи на свое усмотрение, ладно? - А твои родители часто ходили сюда на фуршеты, - заметил Билл. Тони промолчал, делая вид, что поглощен интерьером. Красиво. И лица красивые. Тони уперся взглядом в четырех омег, которые чинно сидели неподалеку. Больше внимания привлекал платиновый блондин с кукольным личиком. Тони поспешил вернуть взгляд на место. Билл поражал. Как не стыдно сидеть с таким ним на публике? Родители вот его сюда не брали. А если провести сравнительный анализ между Тони и блондином, то первый оказывался втоптан в грязь по шею. У Билла зазвонил телефон, и он, извинившись, отошел поговорить. Тони от нечего делать принялся листать меню. Одна вкуснятина. Тони впился взглядом в картинку с изображением рыбы по-испански и мигом пожалел, что предоставил Биллу право выбирать самому. - Мне позвонили родители. Ты не против, если они подъедут? И мой брат. Посидим тесным кругом, - сказал Билл. - Твои тебя не поздравят? - Думаю, пришлют открытку, - Тони улыбнулся, а у Билла дрогнул уголок губы. - А твоих я буду рад увидеть. И Дэна тоже. - Ты знаком с Дэнни? - брови Билла поползли вверх. - Когда только успели. Так Тони пришлось рассказать краткую историю знакомства с братом Билла, пропустив несколько деталей. Билл слушал внимательно, а после вполне серьезно поблагодарил Тони за Швецию. Рыба все-таки была заказана, и Тони оказался окружен тарелками. Видел бы Блейк! Мысль о папе придала сил, и Тони с аппетитом принялся поглощать еду. Билл порой посматривал на него, как тогда, на обеде в доме родителей Тони, так что омега кожей ощущал исследующие его глаза. Тони незаметно потер нос: может быть, опять испачкался, иначе с чего вдруг Билл не пялился на блондина за другим столом? А, нет, все в порядке, пялился. Тони усмехнулся сам себе, увидев, как Билл краем глаза поглядывал на соседний столик, где пухлогубая кукла попивала шампанское и по-голливудски улыбалась. Наверняка модель, слишком красив, чтобы зарабатывать деньги трудом и потом. Таким платят только за присутствие на планете Земля. Блондин поймал взгляд Билла, потупил глазки, скромно и обворожительно улыбнулся. Тони ковырял рыбу, наблюдая за представлением. Вкусно здесь кормили, Тони пожалел, что не ходил раньше. И не сходит, наверно. С кем? - Когда подъедут твои родители? - спросил он. - М? - Билл быстро перевел взгляд с блондина на Тони. - Что, прости? - Да нет, ничего, не отвлекайся. Я могу уйти, чтобы вам не мешать. На скулах Билла проступили красные пятна. Тони скинул с колен салфетку и ушел в туалет. Морально он был готов даже к любовникам мужа, но когда в его присутствии переглядывались с другим — приятного здесь было мало, хотя Тони и понимал, что не ровня этим двоим. Нужно было пообщаться с Биллом на эту тему. Пускай тот совершает свои альфийские бега, когда Тони рядом не будет. Омега был готов закрывать глаза и на ночные гулянки. Пустяк. Главное — не при нем. - Ага, знаю. Марлоу, мы общались, - в туалет зашел блондин с другом-омегой. Тони замер в кабинке. Очередной за сегодняшний день, только первая была пустая. - Так он не с мужем? Или кто тот омега, который был с ним? - Муж? Серьезно? Нет, я слышал, что он собирался, но не думал... Фу, ну и вкус у него. Как на такую посредственность вообще может стоять? Омеги засмеялись. Тони прикусил губу. Как же надоело! - Любовь зла. - А я видел, как Марлоу смотрел на тебя. - Будешь тут смотреть, когда рядом такое! - блондин фыркнул. - Фу, блин. Ну как так? Почему красивые альфы выбирают себе в пары гадких утят? Из жалости, что ли? Как к брошенному котенку на улице? Хоть бы задница была у его мужа, я бы понял, может быть. Включилась вода. Тони тоже хотел утечь. - Хватит кусать губы, ты и так красивей всех. - Видимо, не достаточно, раз таких ущербных берут в мужья, а меня — нет. Тони впервые в жизни возжелал кому-нибудь врезать, так, что аж кулак зачесался. Вылететь из кабинки и шарахнуть блондина лицом о раковину, чтобы разбить его к чертям, оторвать язык и смыть в унитаз. Тони как будто всем жить мешал! Зачем его обсуждать? Пускай шел бы к Биллу, давал ему свой номер телефона, ублажал его долгими ночами. Нет, нужно пойти в туалет и трещать во всеуслышание! Этот день должен был так закончиться. Не нужно им с Биллом было ехать в ресторан, надо было придерживаться первоначальной стратегии и пойти домой. Блондин ушел, а на Тони накатила волна омерзения. Он потрогал метку, и та словно послала волны зловония, хотя как такового запаха не было. Тони пытался дышать глубже, но рыба попросилась наружу, и Тони вывернуло. Слава Богу, что в туалете больше никого не было. Он вернулся не скоро, за столом уже сидели родители Билла и Дэн. Все сияли, как рождественские ели. Рональд и Элмер вручили Тони коробочку с подвеской на цепочку. Сказали, что под цвет глаз. Тони улыбался, хотя настроения не было, а от вида еды становилось тошно. Метка снова ныла. Тони оставалось надеяться, что так будет не всегда, иначе он угодит в дурдом. Дэн болтал с профессионализмом ведущего на радио, подавляя любое проявление тишины своим сопротивлением. Тони больше отвечал на вопросы, чем пытался участвовать в беседе. На Билла он не смотрел и не хотел думать, обменялись они с блондином телефонами или же нет. Лучше бы Билл сказал ему, чем потом устраивал сюрпризы. - Тони, ты какой-то бледный. С тобой все нормально? - заботливо спросил Элмер, прикоснувшись ко лбу омеги. - Вроде температуры нет. - Я в порядке, просто понервничал сегодня. - Да уж, есть отчего, - Рональд подмигнул старшему сыну, который не смутился, но вилку сжал. - Билл уже пристает? Ты с ним поаккуратней, он весь в меня. - Отец, прекрати. Ни к кому я не пристаю, - отнекивался Билл. К Тони он точно не приставал. Омега запнулся о хитрый взгляд Дэна и только вздохнул. Компания родственников Билла была приятной, но ему очень хотелось домой.