Орк и Эльфийка

Адриэль услышала сдавленный стон, похожий на предсмертное рычание загнанного зверя. Осторожной поступью она двинулась на звук и через несколько шагов замерла от неожиданности: привалившись к дереву, в нескольких метрах от нее стоял тот самый громадный орк. Он рассматривал гноящуюся рану чуть выше локтя, и чуткие ноздри девушки сразу же уловили ее мерзкий запах: - more lot, - изумленно прошептала она. Орк вздрогнул, задрал голову и прорычал: - ish zog lat u ghalb, albapŵr! "Он не мог меня услышать", - заметила Адриэль, стоя под тенью деревьев и рассматривая врага. Тот с шумом втянул ноздрями воздух и скривился: - lat ash u burguul. Эльфийка хоть и не понимала темное наречие, но оно не казалось ей таким отвратительным, как другим эльфам. Варварский язык не резал слух, а напротив, пробуждал какой-то первобытный интерес. "Мне уже нечего терять, - думала она, - а он ранен и к завтрашнему дню уже наверняка будет мертв. Этот орк не убил меня... разве не должна я теперь в свою очередь сохранить его жизнь?"- эта глупая, безрассудная мысль захватила ее сознание. more lot - это смертельный яд, который добывают из пыльцы черных цветов Лихолесья. Натирать свои стрелы и клинки зельем считается подлым и бесчестным поступком среди эльфов, интересно, кто же все-таки прибегнул к нему? Враг заметно напрягся - он чувствовал ее присутствие. Краем глаза Адриэль заметила, что рядом с ним нет его лука, только огромная булава. Чтож, от нее то она увернется. Набрав в грудь побольше воздуха, она сделала шаг вперед: - Не бойся. Я не причиню тебе вреда, - как можно ласковее пролепетала она. Орк медленно поднялся. Даже издалека он выглядел неописуемо огромным, сильным, и Адриэль глупо улыбнулась, осознав всю ничтожность произнесенной ею фразы. Больг сжал булаву и не спеша направился к ней. - Lat matub yashd, - прохрипел он и замахнулся на эльфийку. Его плечо мгновенно пронзила острая боль: рука безвольно повисла, выронив оружие, и он с трудом устоял на ногах. Сердце Адриэль охватило чувство глубокой жалости. Она шагнула к нему и умоляюще произнесла: - Помочь. Я хочу тебе помочь. Затем указала пальцем на его рану, а после на свои глаза: - Я хочу осмотреть. Хорошо? Вопросительно глядя на орка, она осторожно приблизилась к нему и протянула руку: - Можно? Больг с недоверием разглядывал незнакомку. Страха он ни капли не испытывал - даже будучи при смерти, он запросто раздавит десяток таких козявок. Настырный чокнутый эльф. Чего она хочет? Добить его? Глупое отродье света, могла бы попросту выпустить в него стрелу из кустов. Он узнал ее еще до того, как она появилась перед ним в лесу. Он запомнил ее запах. Там, у ворот, она целилась в него, отчего-то не решаясь выстрелить. Из-за сияния тонкой эльфийской ткани весь ее облик был подобен волшебному видению. Тонкая, гибкая как тот лук, что был у нее в руках. В ее глазах цвета неба застыло что-то неземное, будто ее душа была где-то вдалеке от сражения. Посмотревший в них тогда орк не посмел на веки погасить их. Или его просто отвлекли? - bugdush, - выругался он и плюнул под ноги эльфийки. Ее гордость была уязвлена. Девушка уже хотела было развернуться и уйти, но что-то все еще удерживало ее. Какое-то необъяснимое чувство влечения к этому орку: наверное, любопытство? Но ведь ранее она не замечала за собой особой склонности к авантюрам, а тем более к таким. "Но я не покажу ему свою слабость" - решила она. Адриэль с трудом преодолела отвращение и наступила на грязную слюну. - Дай, - со злостью потребовала она и схватила его за плечо. Больг отшатнулся, почувствовав ее нежное прикосновение - от его резкого движения девушка в свою очередь испуганно подскочила. - Я то уж подумала - ты собрался меня съесть, - она вдруг широко улыбнулась, но затем быстро погасила улыбку и нахмурилась, вспомнив, что этому орку, в принципе, ничего не помешает сожрать ее на самом деле. Эльфийка с удивлением поняла, что ей приятно касаться его грубой кожи, под которой яростно пульсировали стальные мышцы. Волна мурашек быстро пробежала по ее спине. - Так я и знала, у тебя в крови яд, - стараясь унять волнение в голосе, сказала она. Даже одного прикосновения было достаточно, чтобы подтвердились худшие опасения. Адриэль подняла глаза: орк угрюмо смотрел на нее, будто понимая сказанное. Больг в действительности немного знал общий язык и отчасти разбирал слова эльфийки, но та не сказала ему ничего нового. Ему и так это было известно: столь пустяковая рана не могла причинять дикую, почти непереносимую боль. А уж он то знает о боли всё... Девушка украдкой поглядывала на орка, ей казалось, словно в его глазах появилось какое-то облегчение, смешанное с долей сожаления или грусти. Нет! - возникла другая мысль, - ты просто смотришь в один мертвый, а в другой пустой, ничего не выражающий, без малейших признаков мысли, глаз. Адриэль мотнула головой: однако она знала, что это далеко не так... Ей не хотелось его смерти... но почему? - Если ты меня понимаешь, просто кивни, - робко начала она, - этот яд изготавливают эльфы, и во дворце лесного короля есть противоядие. Я... я могу принести тебе одно. Тогда, на воротах, ты не убил меня, и я всего лишь хочу вернуть тебе долг. Не веря собственным ушам, она вдруг округлила глаза: это Я такое сказала? Какая же отвратительная привычка - сначала говорить, а потом думать! "Он не убил тебя потому, что предпочел убить гнома", - гаденько шипело сознание, - "он не убил тебя, но наверняка убил десятки твоих собратьев" - Нет! Она сама не понимала, почему гнала от себя праведные мысли, почему игнорировала доводы здравого рассудка. "Я хочу помочь ему!" Но этого просто не может быть: она же все-таки предлагает помощь врагу... Нужно ли ей это? Ведь дороги обратно не будет, если хоть кто-то узнает... Глядя на выпученные глаза лихорадочно соображающей девчонки, Больг едва сдержал кривую усмешку, и на мгновение позабыл о жгучей боли в руке. Но всего лишь на мгновение... Она вернулась с новой силой, впиваясь острыми иглами под кожу. Сцепив челюсти, орк коротко кивнул эльфийке и зашагал прочь.