Орк и Эльфийка

- Куда мы направимся? - Предупредить. Отца. Со мной? - Да, конечно. - vargpŵr! - заорал Больг, и из леса тотчас же выскочил огромный черный варг. Животное бросилось на эльфийку , клацнув зубами по воздуху всего в нескольких сантиметрах от ее лица: орк успел схватить волчицу за шкуру, мощным движением швырнув об дерево. - bag tahpŵr! - выругался он и с размаху ударил зверя по морде, - narkuu narkomg u ta! - Больг, хватит! - Адриэль повисла на его руке, предотвращая следующий удар, как вдруг варг снова попытался укусить ее. Орк пнул ногой скалящегося пса и повернулся к эльфийке. - Ей не больно, - буркнул он и подозвал животное: - guuk! Волчица покорно подошла к хозяину, продолжая рычать на Адриэль. Больг отвесил ей новую оплеуху, заставив замолчать. - Не бойся, - он приподнял эльфийку за талию и посадил на присмиревшего варга. Адриэль вздрогнула, сразу почувствовав напряжение животного и исходящую от него злобу. Орк уселся позади нее, одной рукой приобняв девушку за талию, а другой вцепившись в загривок зверя. - ish lash lat, - он крепче прижал к себе ее тело. Его горячее дыхание обожгло кожу, вызвав волну дрожи. - Ч-что? - пролепетала она, сгорая от нахлынувшего желания. Больг усмехнулся и молча пнул варга пятками. Зверь тут же рысью понесся по лесу. У Адриэль перехватило дыхание. Не смотря на то, что сильные руки крепко держали ее, она дико боялась упасть со спины зверя. Перепрыгивая через пни и коряги, волчица быстро неслась навстречу ветру. От ее шкуры воняло псиной, но девушке было наплевать - она судорожно вцепилась в кудлатую шерсть, моля Эру не позволить ей свалиться с этого животного. Вскоре они выбежали на более ровный путь, и понеслись по сухой земле мимо скал и пещер. Солнце откидывало свои первые лучи с востока, обещая теплый и погожий день. Легкий весенний ветерок нежно ласкал кожу, даруя ощущение блаженства. Левая рука орка все еще крепко придерживала ее за талию, и Адриэль вдруг рассмеялась от нахлынувшего на нее счастья. Больг не остался в долгу, громко расхохотавшись в ответ. Казалось, они понимали друг друга без слов. Эльфийка слегка обернулась, посмотрев на него через плечо, и удивилась,что она совершенно перестала замечать его уродства. Все происходит слишком быстро, да... Но именно с ним она стала чувствовать себя полноценной и, что самое главное, полностью защищенной. Свирепый и сильный, он как бы дополнял ее, в свою очередь она же - добрая и веселая, дополняла его. Эльф и орк. Красавица и чудовище. Свет и тьма. Внезапно они остановились. - Жди здесь, - приказал Больг и помог Адриэль спуститься с варга. - Жди, - повторил он и понесся дальше, с гораздо большей скоростью. Эльфийка в недоумении стояла под тенью деревьев, прислушиваясь. Ее тонкий слух уловил какой-то топот, словно тысячная армия проходила неподалеку. Она обхватила руками дрожащие плечи и вгляделась вдаль. **** Отец вел за собой сотни орков к Эребору. Сидя верхом на своем преданном белом варге, он возвышался над остальными, всем своим обликом являя силу и мощь. Новая броня, новое оружие на изувеченной руке... но те же шрамы, что и сотни лет назад. Азог собственноручно покрыл ими свое тело - это был символ его превосходства, власти, бесстрашия и жестокости. - Принц Лихолесья и одна эльфийка в Озерном городе, - Больг приблизился к отцу. Бледный орк нахмурился и одним взмахом руки остановил войско. Затем подъехал вплотную к сыну и направил острую сталь в его лицо: - И ты убил их? - Они бежали, - Больг напрягся, надеясь, что отец не заподозрит его ложь, - визжа словно трусы. - Глупец! - в гневе выругался Азог, - они вернутся с армией эльфов позади себя! Сын молча потупил взгляд, моля лишь об одном - чтобы отец не учуял её запаха, которым пропиталась его кожа... - Скачи в Гундабад, - перебил его мысли Азог и прищурился, - приведи мне легион! Больг коротко кивнул и поспешил прочь. Облегчение от того, что отец не уличил его во лжи, сменилось тревогой: эльфийке совсем не место в Гундабаде. **** Орк молча гладил ее по щеке. - Там что, идет армия? - помертвевшим голосом спросила Адриэль. Он ничего не ответил. Девушка обхватила ладонями его лицо, заставляя посмотреть себе в глаза: - Зачем вам эта война? Ведь погибнут тысячи... С обеих сторон! Больг вздохнул и заставил себя заговорить: - Близится тьма. Ты ничего не знаешь, наивный эльф. Адриэль отпрянула. Она уже смирилась с тем, что ее возлюбленный: грубый, неотесанный орк, но обида вспыхнула с новой силой. Он понял, что оскорбил ее, и нежно притянул к себе: - Я ничего не решаю. Наклонившись, он уткнулся в ее макушку и глубоко вдохнул цветочный аромат. - Давай убежим? - прошептала Адриэль. Фраза прозвучала неожиданно, введя его в полнейшее замешательство. Больг посмотрел на эльфийку. Конечно, красивая. И она - его. Только его. Ему хорошо с ней; он еще ни к кому не испытывал таких чувств. Но предать отца - сама мысль об этом претила ему, злила его, заставляя до боли сжимать кулаки. Он молчал. - Значит ... нет? - не дождавшись ответа, осевшим голосом пробормотала Адриэль. Она широко распахнула глаза: в них плескался откровенный страх. - Что ж... Она повернулась, намереваясь уйти, но сильные руки не дали ей ступить и шагу. - Нет. - Что - нет?! - Нет. - Нет? - Нет. На глаза эльфийки навернулись слезы. Ох, мама... Она только сейчас в полной мере осознала, какую совершила ошибку. Отдалась порыву страсти, закрыв глаза на все и на всех. Благоразумие будто специально покинуло ее в те минуты, а теперь злорадно потирает руки. Чем она думала? Чем она думала, когда спасала орка, когда рисковала стать изгнанницей ради него, когда отдавалась ему этой ночью? Чем..? Глупым, наивным сердцем... Да что она вообще может знать в свои пятьсот лет о мире? А о любви? А о войне... Больно, очень больно. Ее феа плачет от предательства порочного хроа. Но ведь этой ночью она любила его не только телом... она любила его душою, сердцем, всем своим естеством. До этого момента она еще ни капли не жалела, что отдалась желанию страсти, ее огню, ее безумному порыву... Больг был удивлен: он не видел причин чтобы плакать. Но эльфийка казалась такой подавленной и опустошенной. Решила убежать, глупышка... От этого мира никуда не убежишь, только если в могилу. Наивный ребенок. Скоро мир окунется во тьму, и всему светлому, доброму придет конец: людям, эльфам, магам, гномам... Но только не ей. Он никому и ни за что не позволит причинить ей вреда, даже своему отцу. - Едем, - сказал он, вытирая большими пальцами ее мокрые от слез щеки. - Что? Куда? - Адриэль опешила и вяло попыталась воспротивиться, когда крепкие руки усадили ее на варга. Больг сел позади, снова обнимая ее за талию. - Слишком много думаешь, - прорычал он и ткнулся носом в острое ухо, - от этого беда.