Зверёк, я тебя люблю!

- Спасибо ещё раз, Хибари-сан! – благодарно улыбаясь, пролепетал Тсунаёши, когда они с Главой ДК подошли к его дому. - Не за что, – стараясь быть хладнокровным, коротко кивнул Кёя, отдавая пакет владельцу и кидая многозначительные взгляды на дверь. На несколько секунд воцарилось неловкое молчание. Савада разглядывал носки своих кед, а Кёя разглядывал Саваду. И тут… она дала о себе знать. Гипер-интуиция, как нарастающий сигнал будильника, начала просыпаться в сознании мальчика и трезвонить маленькими звонкими колокольчиками, предупреждая Босса Вонголы о чём-то таком, о чём он ещё не мог догадаться сам. И Савада услышал ее. Ему внезапно захотелось домой. - Ну...я пойду, - чувствуя некоторую неловкость и не желая растягивать паузы между фразами, произнёс он. – До завтра, Хибари-сан! – резко поднимая голову, на выдохе выпалил он, и, торопливо забежав на крыльцо, открыл дверь и прошмыгнул в дом. Всё это он проделал настолько молниеносно, что Хибари, который был поглощён своими мыслями о Саваде, вынырнув из них, растерянно открыл рот, не успев ничего сказать, даже банальное «пока». - Хм… - приводя мысли в порядок, многозначительно хмыкнув самому себе, Глава ДК повернулся спиной к дому Тсуны и пошёл в сторону школы. А Тсуна, забежав в дом и закрыв дверь, с вымотанным видом прижался лбом к двери, устало выдыхая. Нет, всё-таки он сегодня устал. День был странным и… ещё это смутное ощущение. Интуиция всё так же трезвонила мальчишке о том, что что-то не так. Всё это странно, необычно, и он бы не сказал, что это «не так, как всегда». Наоборот, мальчишке казалось, будто он опять попал в переплёт. Это странное ощущение у него появлялось всякий раз, когда он влипал в какую-нибудь ситуацию, типа конфликта колец или истории с Бьякураном. И вот, сейчас опять интуиция подсказывает ему, что он, в очередной раз, сталкивается с чем-то, что впоследствии предательски скинет его душонку и относительное внутреннее спокойствие, в ментальную божественную пятую чакру. Проще говоря… летит всё к ебеням. В очередной раз. Но он привык. И пока Тсуна размышлял, что на этот раз с ним приключится, его и так закрытые глаза и рот накрыли чьи-то тёплые ладони. Резко дёрнувшись, он попытался завопить, но получилось лишь жалкое, умоляющее мычание. - Угадай, кто? – попросил его некто, сдавленным полушепотом, полным нетерпеливого ожидания, и в котором слышался еле сдерживаемый восторг. Обычно так разговаривают шутники, которые подвешали над дверью ведро с краской и теперь ждут, пока объект шутки войдёт в дом, откроет дверь и… И попутно они рассказывают всем желающим план шутовства, вот именно таким вот тоном! - Ммм… Мыфмх... Ммуумф? – промычал в ответ свой вариант определения личности этого таинственного некто с тёплыми ладошками и озорным голосом Савада. - А? Чего? – растерянно разглядывая макушку Десятого, произнёс некто, убирая руки с его лица. - Я говорю…- резко поворачиваясь, сказал Савада – А? ПРИМО? – в шоке выпалил Тсуна, скидывая свою челюсть на пол. - Угада-а-ал, Тсунаёши-кун! – не растерявшись, Примо, с самой что ни на есть довольной улыбкой, сжал Тсуну в своих объятьях. – Ты скучал по мне? – сбавив голос, грудным голосом прошептал Джотто своему приёмнику на ушко. - А? С-скучал?.. – Десятый Вонгола ещё был в шоке от внезапного появления Первого, и потому его мозг сильно притормаживал, никак не позволяя ему понять всю суть происходящего. - Что? Не скуча-ал? – упрекающее протянул золотоволосый. – А я вот соскучился! – нежно целуя в щёчку Тсуну, от чего тот опешил, промурлыкал он. - Ты..ты другой… - кое-как выдавливая из себя и заикаясь, прокомментировал поведение Первого Тсунаёши. - Другой? – как будто не замечая шокированного взгляда Вонголы Дечимо, – И как? Я тебе таким больше нравлюсь? – кокетливо дёрнув плечиком, подмигнув Саваде, спросил Джотто. «Нет, ты больше похож на Луссурию» - разглядывая своего предка, подумал Тсуна. - А...почему? В чём дело? Почему ты тут? Ты же...ну…- опомнившись, неловко пробормотал Тсуна, – должен быть как бы...в мире мёртвых… - Ах, ну всё дело в твоём кольце и в тебе, – резко становясь серьёзным, ответил Первый. - Во-во мне и кольце? – растерянно спросил Савада, ничего не понимая. - Да, – кивнул Джотто. – Ты попросил, а кольцо исполнило твою просьбу, и вот я тут. - Оре? Попросил? – недоумённо повторил парень. - Да, ты попросил, чтобы кто-нибудь тебе всё объяснил. И я тут, – нежно шепча в ухо Саваде, соблазнительно пробормотал Примо, заботливо обнимая растерянного мальчика за плечи. - Я всё тебе объясню, мой прелестный Вонгола Дечимо, – спускаясь другой рукой к талии, убаюкивающее шептал Джотто. Тсуну немного напрягало поведение своего предка. Он был совсем не таким, когда вокруг него были его хранители. Но он так устал, и, от мягкого шёпота, нежных обнимающих его тело рук, лёгких, как пёрышко, прикосновений губ к его лицу основателя Вонголы, парня начало клонить в сон, он даже позабыл, что он был голоден, позабыл о Хибари. Джотто почувствовав, как в его руках хрупкое тело мальчишки начинает обмякать, аккуратно подхватив его на руки, понёс наверх. Положив его в постель, Первый, нахально рассудив, что здесь нет второй кровати, а ночевать в другой комнате он не хочет, да и Тсуна пока не против, лёг в одну постель со своим преемником. Нежно обняв мальчика и разглядывая его, он подумал: «Ммм… не хочу тебя никому отдавать…» - и дотронулся губами до носика Тсуны, от чего тот сонно поморщился и, сладко причмокивая, прижался к своему предку поближе, кладя свою руку Джотто на талию. «Яап!» - пропуская удар в сердце и чувствуя, как оно у него, и так уже вроде мёртвого, но сейчас оживлённого, хочет остановиться. - «Боже! Бедный Хибари, через что ему приходится проходить каждый раз, когда он видит Тсуну», - с сожалением и некоторой ноткой злорадства подумал Примо. Ведь сейчас Савада спит не с грозой Намимори, а с ним, с Джотто, и обнимает тоже его. - «Нет, не буду спать, слишком жалко мне тратить время на сон, когда рядом со мной лежит такое сокровище», - устраиваясь поудобнее и предлагая свою руку вместо подушки Тсуне.