Любишь? Отпусти...

Спустя какое-то время… Безмятежность. Такое легкое и воздушное состояние, которое кружит вокруг. Развалившись на кровати напротив огромного французского окна, я наблюдал за тем, как солнце медленно выползает из-за горизонта. Слева от меня, положив голову мне на грудь, "спал" мой любимый маленький ангел. Ее грудная клетка равномерно поднималась и опускалась, иногда мне казалось, что она действительно спит – уж очень правдоподобно она это демонстрировала. Ей нравилась эта игра, да и мне тоже, если честно. Пару лет назад она сказала, что лучшее время суток это утро, аргументировав это тем, что просыпаясь, первым делом ты видишь рядом того, о ком мечтала всю ночь. С тех самых пор это стало нашей маленькой традицией. Где бы мы ни были, чем бы ни занимались, каждое утро мы "просыпались" в объятьях друг друга. Впервые за всю мою долгую жизнь я был по-настоящему счастлив. Безмерное, безграничное, абсолютное счастье, которое очень трудно выразить словами. И это самое счастье, сейчас смешно сморщив носик, немного переместились, уткнувшись мне в шею и абсолютно "невинно" забросила на меня свою ножку. Знает ведь, что делает, чертовка! Мои губы сами собой растянулись в улыбке. Только вот этим утром наше мирное нежное счастье рискует исчезнуть, превратившись в маленький ураган, с возможной трансформацией в сильное торнадо. Я уже давно собирался сделать то, что сделаю сегодня, и Тори это явно не обрадует, ну, мне так кажется. Она всегда меня удивляет. Каждое ее решение, каждый поступок всегда был неожиданным, но до удивления искренним. Тогда в лесу она была права в своих опасениях. Помимо чувств, которые были очевидны, мы больше ничего не знали друг о друге, не знали того, что должны были знать. Никогда не думал, что на пути отношений вампиров может стать обычный быт. Мы оба не были готовы к тому, чего так страстно хотели. Она продолжала прятаться в свой идеальный мирок, который придумала в детстве, и ждала, что я буду поступать так, как она придумала, а я продолжал видеть в ней того милого ребенка, которого нужно постоянно защищать и оберегать. Мы спорили, ругались, обижались, но по-прежнему не могли находиться вдали друг от друга. Но в итоге мы справились, и справились гораздо быстрей, чем я думал вначале. Мы стали принадлежать друг другу во всех возможных смыслах и это чертовски приятное ощущение. Мы стали единым целым, полностью погрузившись в наш собственный мир, в который мы никого не пускали. Мы по-прежнему оставались в Англии. Это была поистине волшебная страна, из которой не хотелось уезжать. Моя семья тоже оставалась в Соединенном Королевстве, так как не хотела терять со мной связь. Наше общение было странным. Существовало какое-то негласное правило, по которому никто ничего не говорил о наших с Тори отношениях. Да, по сути, мы никогда и не показывали, что эти самые отношения существуют. Учитывая тот факт, что Деметрий был вроде постоянного квартиранта в доме Калленов, Тори достаточно много времени проводила там с ним и Кэйтлин, его потрясающей второй половинкой. Эта девушка в отличие от него самого очень быстро влилась в семейство Калленов и считалась его полноправным членом. Так же она навещала Эсми, часто болталась с Джаспером. Я проводил время с отцом, братьями, но мы никогда не были у них в гостях вместе, в качестве пары. Даже если случалось так, что мы оказывались в их доме в одно и то же время, то мы практически не разговаривали и не касались друг друга, хотя в остальное время мы с трудом могли держать руки при себе. Объяснение всему этому было достаточно простое – мы не хотели делиться нашим собственным миром. Он был только нашим и нас все это устраивало. Вольтури тоже естественно ничего о нас не знали, что сохраняло наш мир в безопасности. Но именно им посчастливилось оценить наше поведение, как пары, первыми. Воспоминание. С ней определенно было что-то не так. Вот уже около двух недель Тори была не похожа на саму себя. Я всеми фибрами души чувствовал ее нервозность и вечное напряжение. На все мои вопросы она отвечала одной и той же фразой "все хорошо", что приводило меня в бешенство. Сегодня же весь день она просто сидит на одном месте и смотрит в одну точку, это и стало последней каплей в чаше моего терпения. Присев рядом с ней, я пересадил ее к себе на колени. Она тут же крепко обняла меня, положив голову мне на плечо. - Маленькая моя, что тебя тревожит? – тихо спросил я, поглаживая ее спину. Она молчала. А если она молчит, то значит, не хочет мне лгать, но боится сказать правду. Иногда ее поведение было точь-в-точь, как в детстве, что мне безумно нравилось. - Я хочу вернуться домой, - еле слышным шепотом произнесла она. Я же напрягся. Мне совсем не нравится то, к чему все это может прийти. Я не хочу, чтобы она от меня уходила. - Я тебе надоел, и ты все же решила меня бросить? – весело спросил я, пытаясь скрыть напряжение. - Нет! – она заглянула мне в глаза, и я увидел ее страх. – Я просто… Я всегда возвращалась домой, на немного, но возвращалась. Это странно, но я скучаю по ним. Последний раз я была в Вольтере еще до моего переезда на Аляску. Прошло слишком много времени… Я хочу домой… - Это же отлично. Они твоя семья. Я не вижу проблемы в том, чтобы ты навестила их. Если это тебя тревожит… - Я действительно не понимал. Она могла отправиться домой в любой момент, когда бы захотела. Почему это ее так тревожило? - Я хочу, чтобы ты поехал со мной, - выдохнула она в мою футболку и крепче прижалась ко мне. Так вот в чем была проблема. Она боялась, что я не захочу ехать? - Отлично. Когда выезжаем? – ласково спросил я, поцеловав ее в макушку. Отстранившись, она посмотрела на меня так, словно не поверила своим ушам. - Ты действительно поедешь со мной? – все еще не веря, переспросила она. Я улыбнулся. - Если это то, чего ты хочешь, то да. – Наградой мне послужил страстный поцелуй. Дорога до Вольтеры прошла в уютной тишине. Она о чем-то усердно думала, а я не хотел ей мешать. Как только мы ступили в замок, она отпустила мою руку. Будет глупо сказать, что я обиделся, но я понимал, почему она это сделала. В следующую секунду я не узнал свою девочку. Она как-то сказала, что рядом со мной чувствует себя полностью защищенной, что рядом со мной ей не нужно быть сильной, не нужно ничего решать, потому что я всегда смогу позаботиться о ней, позаботиться о своем маленьком упрямом ангеле. Так вот сейчас этого ангела тут не было. Я видел рядом с собой сильную, волевую девушку, которая точно знала, что делала. Из моей милой Тори она превратилась в Викторию Вольтури, которую боялись и уважали. Изменились ее жесты, походка… Каждым своим движением она излучала невероятно сильную энергию. И судя по мыслям тех, кто встречался нам на пути - это производило ошеломляющий эффект. Стоит говорить, что в этот момент она была невероятно сексуальна? И самым главным было то, что это ее поведение не было притворством, маской. Это все была она, настоящая она. Просто эту часть своего характера она демонстрировала не всегда и не всем. Когда мы вошли в главный зал, я немного замедлился и остановился у двери. Тори же уверенным шагом двинулась вперед. Нас ждали, вернее, ждали ее. Видимо соблюдая какие-то традиции, она остановилась в центре зала и слегка склонила голову, то же сделали и остальные. Но в следующую секунду она была уже в объятиях Кая, который был невероятно рад ее видеть. Оторвавшись от отца, она кивнула Аро, затем слегка приобняла Маркуса, и вновь вернулась к отцу. Было немного странно видеть их такими. Все же у Вольтури иная репутация. - Рад видеть тебя мой юный друг, - Аро, наконец, обратил свое внимание на меня и махнул рукой, призывая подойти ближе. – В этот раз ты вернулась с подарком, моя дорогая, - он ласково улыбнулся Тори, а она как-то насторожилась. - Добрый день, Аро, - сухо ответил я. В его мыслях царили абсолютно бредовые идеи, объясняющие мое присутствие. - Позволь узнать о причинах твоего визита? – спросил он, протягивая мне ладонь. "Что ж, сейчас будет весело", - мысленно усмехнулся я и протянул ладонь в ответ. - Не думаю, что это хорошая идея, - Викки тут же, перехватила мою руку, переплетая наши пальцы, и оказалась очень близко ко мне. – Я по-прежнему предпочитаю, чтобы моя частная жизнь, оставалась личной, - твердо произнесла она. А я не сдержался и чмокнул ее в висок. Их лица в этот момент я запомню навсегда. Непередаваемые выражения лиц и не менее занимательные мыли. Они даже сразу не нашли, что ответить. Аро был шокирован, даже немного зол, но потом он решил, что рано или поздно я буду рядом с ним в замке, что его немного порадовало. Мысли Маркуса были намного интересней. То, что я в них увидел, поразило меня. Я знал, что наша связь с Тори очень сильная, но то, что видел Маркус… Это трудно было описать словами. Я еще раз убедился в том, что Тори была предназначена мне кем-то свыше. Реакция Кая была самой веселой. - Я знал, что тогда у тебя были личные мотивы, - пробормотал он и неожиданно рассмеялся. Тори, увидев реакцию отца, широко улыбнулась и крепче сжала мою ладонь. Следующая фраза повеселила даже меня. – И мне чертовски сильно жаль Деметрия, - он покачал головой. Отпустив мою ладонь, Викки опять крепко обняла отца и прошептала тихое "спасибо". Конец воспоминания. Потом я понял, почему она так нервничала. Ей была важна реакция отца, было важно его одобрение. Они действительно были семьей, крепкой семьей. Я не говорю обо всех приближенных Вольтури. Я говорю именно о Викки и Кае. Их связь была сильной. Позже я понял почему. Сам Кай рассказал мне об этом. По истине занимательная и трагичная история, которая еще раз доказала, что они не такие, какими их все видят. Виктория напомнила им о той, которую они когда-то потеряли. Ту единственную, которая смогла забраться под кожу трем могущественным вампирам и которую они не уберегли. Для Кая та девушка, тот ребенок был всем, она была его душой. И тогда в Сиэтле, когда он увидел Викки на мосту, он просто не мог поступить иначе. Аро и Маркус сразу поняли причины того, почему Кай принес ее в Вольтеру, почему обратил. И именно по этим причинам Тори так много позволялось. Они все любили ее, каждый по-своему. В Вольтере мы пробыли около двух недель. На прощание Кай даже приобнял меня и тихо сказал фразу, которую я уверен, сказал бы любой нормальный отец другу своей дочери. "Обидишь ее, найду и сделаю все, чтобы ты пожалел о том, что родился". Спустя пару месяцев после нашего возвращения домой произошло еще одно немаловажное событие, которое принесло окончательное понимание того, что мы теперь единое целое. В тот день Тори вместе с Кэйтлин отправилась за покупками. Я же после охоты заглянул домой к родителям. Мы вполне мирно говорили. Девушки вернулись ближе к вечеру, и засели в комнате наверху, что-то обсуждая. Вскоре к ним присоединилась Розали. Все же остальные были в гостиной. Вечер был вполне обычным. Неожиданным стало то, что в доме появились Феликс и Джейн, которые явно были настроены не дружелюбно. Джейн начала требовать немедленного присутствия Деметрия, который, к слову, уже находился наверху с девушками. Джейн вела себя очень некрасиво, грубо требуя от Деметрия того, чтобы он немедленно пошел с ними. Когда Тори спустилась и поинтересовалась в чем собственно дело и что они тут делают, то Джейн выдала фразу, которая даже меня привела в бешенство. - Ты вроде как веселишься со своей новой семьей и парнем? Так продолжай развлекаться и не лезь туда, куда тебя не просят! Тебя это не касается! – с ядом в голосе выплюнула она. Викки не ожидавшая такого напора немного растерялась, а на лице Джейн расползлась довольная улыбка. Но в следующую секунду моя девочка показала, кто в доме хозяин. Резко выставленная вперед рука. Сжатый до предела кулак. И Джейн упавшая на пол с гримасой невыносимой боли на лице. Все произошло так быстро, что в комнате воцарилась полная тишина. Я слышал мысли Джейн… Всего на какую-то долю секунды мне даже стало ее жаль. Ее рот был слегка приоткрыт, а глаза широко распахнуты, все ее попытки сделать вдох, чтобы хоть как-то облегчить себе боль, были неудачными. - Никогда. Не смей. Так. Со мной. Разговаривать, - четко выговаривая каждое слово, произнесла Виктория. Даже в своей ярости она была прекрасна. – Независимо от того где я, с кем я, я все еще являюсь частью того, чему ты служишь. Не стоит забывать свое место, - с каждым новым словом ее кулак сжимался сильней. – И уж тем более не стоит мне грубить. С последствиями этого ты можешь не справиться. Ты поняла меня? – Джейн молчала, она просто не могла ответить, но сделала все возможное, чтобы кивнуть. – А теперь объясните мне, что вы тут делаете? - Виктория, - аккуратно начал Феликс, - Я был против этой идеи, но Джейн… - Мне не интересно, - отрезала она. – Я задала вопрос и хочу получить на него ответ. - Аро попросил нас разыскать одного вампира, который слишком увлекся своими экспериментами и забыл о правилах. - Я была в Вольтере недавно. Вас там не было. Как давно вы пытаетесь его найти? – Викки немного разжала кулак, но все еще не позволила Джейн подняться. - Давно. Он все время ускользает в самый последний момент, словно знает о нашем приближении. Сейчас он находится где-то в Англии, но мы точно не знаем где. Деметрий бы смог его найти, чтобы мы не наделали лишнего шуму. Так было бы проще. - Аро знает о вашей самодеятельности? - Нет, мисс, - как-то виновато произнес тот. - Что ж… Вы ведь знаете, что Деметрий освобожден от всех дел, которые касаются замка, так? И все же пришли сюда… - Да. Мы не хотели вам мешать, но… - Но вам просто надоело. И вы решили упростить себе задачу. Я права? – Феликс просто кивнул в ответ. – Деметрий? - Да, - ответил он и подошел ближе к Тори. - Мы немного прогуляемся. Сейчас. – Тори полностью расслабила руку, и Джейн тут же поднялась с пола и склонила голову, пробормотав тихое извинение. Тори двинулась к двери, а потом застыла и резко посмотрела на меня. Меня тогда поразил ее взгляд. Смесь опасения и чего-то еще, какой-то тревоги и волнения. Ее широко распахнутые глаза пристально смотрели на меня, и я видел в них вопрос. Она будто спрашивала меня вправе она вот так просто уйти. Она словно искала моего одобрения. Меня до глубины души это поразило. Раньше мы сами были ответственны за свои решения, они касались только нас самих, вмешивались только в наши собственные планы, но теперь все было не так. Теперь нас было двое. Мы были вместе. И каждое принятое нами решение, так или иначе, касалось и нашей второй половинки. И факт того, что Тори поняла и приняла это, был невероятной новостью. Она всегда сопротивлялась, всегда искала в чем-то подвох, боялась доверять даже мне (старые раны не давали о себе забыть). Мы были вместе, но она все равно была сама по себе. А в тот момент я, наверное, понял, что это просто часть ее характера, и она действительно, наконец, увидела нас единым целым. Тогда я слегка кивнул ей, а на ее лице расцвела широченная улыбка. Мы все уже видели что-то такое, тогда в Форксе и хотя ее поступок был неожиданным, мы не были сильно удивлены, мы знали, на что она может быть способна. А вот для Кэйтлин это было шоком. Она знала о Вольтури, знала, кем был Деметрий, знала, чем он раньше занимался, но все эти знания были чисто формальными, общими. Рядом с ней он был безумно милым и нежным, домашним. И то, что она увидела в тот момент… После их ухода, она так и осталась стоять на лестнице, крепко вцепившись в поручень, а ее губы слегка подрагивали. - С ним будет все в порядке, - произнес я, желая ее успокоить. Кэйтлин была жутко неадаптированной к жизни вампира, да и вообще жизни, особой. Ей было шестнадцать, когда ее обратили, до этого же девушка не видела ничего, кроме того подвала в котором держал ее какой-то ублюдок, который занимался поставкой девушек в бордели и которого Деметрий в последствии благополучно прикончил. Кто ее обратил - она не знала. Деметрий и Тори нашли ее в лесу в весьма странном состоянии. Несмотря на все то, что она пережила в своей жизни, она была таким невинным цветком, для которого любое простое действие было чудом. Деметрий же был ее рыцарем. - Я знаю, я просто… - тихо ответила она. – Я никогда не видела ее такой. Викки всегда такая милая и добрая, а тут… властная и жестокая. Я не знала, что у нее тоже есть дар. - Ты еще и половины из того, что она может, не видела, - весело хохотнул Эмметт. – И вообще, с ней лучше дружить. И уж тем более, никогда, ни при каких обстоятельствах не следует ее злить, а то с последствиями ты не справишься, - устрашающе добавил Эмметт, за что получил подзатыльник от Розали. Но большого брата это не остановило, и он поведал ей о некоторых "подвигах" ее любимого рыцаря. Когда они вернулись, Кэйтлин изъявила желание научиться драться. И мы в последствии очень весело проводили время вчетвером. По сути, именно Деметрий и Кэйтлин стали нашей новой семьей. Только их мы подпустили так близко, что они смогли проникнуть в наш мир. Кэйтлин стала лучшей подругой Тори, той в которой она так нуждалась. Розали и Элис всячески пытались сблизиться с ней, но у них не получалось. И я понимаю Тори в этом смысле. Небольшая общая черта моих сестричек, совать свой нос в чужие дела и пытаться навязать свое мнение, жутко раздражала. Мы все еще жили отдельно, но я знаю, что Тори хотела бы жить вместе с ними. И я просто уверен, что в ближайшем будущем так и будет. Солнце уже практически полностью выползло из-за горизонта. Настало время просыпаться. Взглянув на свое персональное чудо, которое уже полулежало на мне, я улыбнулся и, не удержавшись нежно провел по ее спине, плавно перескочив на животик, моя рука поползла вверх. Ответом мне было тихое сопение и едва ощутимый щепок в бок. Улыбнувшись, я повторил свое движение. На этот раз она ущипнула меня сильней. - Доброе утро, - растягивая слова, прошептал я ей на ушко. Ее губы растянулись в широкой улыбке, и она полностью переползла на меня. Мои руки сами собой оказались на ее пояснице, прижимая ее еще ближе ко мне. – Пора вставать, - вновь прошептал я, перебирая пальцами, словно играя на рояле. Все еще улыбаясь, она покачала головой, ее распушенные волосы приятно щекотали грудь. - Сегодня была моя очередь тебя будить, - обиженно пробормотала она, надув губки. - Ну, прости, - усмехнулся я, - мне не спалось. Но я готов все компенсировать. - Я и не сомневаюсь, - игриво произнесла она, и тут же оказалось сидящей на мне, ее ноги плотно прижимались ко мне по обе стороны от моих бедер. – Я знаю, - наклонившись, она поцеловала меня в район солнечного сплетения, - что ты, - еще одни поцелуй, но уже чуть повыше, - всегда готов, - с каждым словом она оставляла маленький поцелуй на моей груди, медленно продвигаясь наверх, - компенсировать мне, - легкий укус за подбородок, - свое плохое поведение, - выдохнула она мне в губы и я был удостоен легкого поцелуя. – Именно поэтому я тебя и люблю. – Еще один, но уже более долгий и сладкий поцелуй. Пока наши губы неспешно здоровались друг с другом, а языки желали друг другу приятного дня, мои руки, живя своей жизнью, ласкали ее тело. Спустя бесчисленное количество времени наши тела, наконец, полностью соединились, позволяя физически ощутить чувство полнейшего единства. Я все-таки люблю утро… за его неспешность, нежность, какое-то вязкое чувство удовольствия… За то тепло, которое приносили ее вполне невинные поцелуи, за плавные, медленные движения, которые с каждым толчком возносили нас на небеса, за ее ленивую улыбку и озорной блеск в глазах. Люблю утро за ту невесомую атмосферу счастья, которая окутывала нас своими нежными объятиями, позволяя полностью раствориться друг в друге, насладиться той любовью, которую излучали наши застывшие сердца, заставляя наши души парить высоко в небе крепко взявшись за руки. *~~~* - У нас есть какие-нибудь планы на день? – спросил я. Мы все еще были в постели. Ее голова покоилась на моем предплечье, рукой она лениво чертила узоры на моей груди. Сказочная безмятежность утра постепенно отступала. - Судя по всему, они есть у тебя, иначе бы ты так не ухмылялся, - заметила она. Поймав ее ладошку, я нежно поцеловал ее. - Предлагаю навестить Карлайла, - произнес я, заранее зная, что она ответит. - Ну, тогда вперед! Я еще немного поваляюсь, а затем навещу Кэйтлин. Она всё хотела мне рассказать о какой-то идее, которая не дает ей покоя. - Нет, я немного другое имел в виду. Давай навестим Карлайла вместе, - повторил я, выделяя последнее слово. Тори замерла. Я примерно такого и ожидал. Отстранившись, она села и натянула мою футболку. Я чувствовал, как нервозность волнами исходит от нее, и то, что она "жевала" свою губу было тому доказательством. - Нет. Я не хочу… Не понимаю, зачем это надо? Я не хочу… - бормотала она, нахмурив бровки. Я еле сдерживал улыбку. Она сейчас была так похожа на меленького ребенка обиженного на весь белый свет, это было до умопомрачения мило. - Послушай, в этом же нет ничего страшного. Мы были в Вольтере и если они восприняли все это нормально, то думаю, Карлайл и Эсми тем более не сделают ничего из ряда вон выходящего. Все будет хорошо, - Я попытался притянуть ее обратно в свои объятия, но она резко вскочила с кровати. - Нет! Я не хочу, не пойду. Отец не знал, что между нами что-то есть, а Каллены и так все знают. Знают, что мы вместе, что мы счастливы… Зачем все это надо? - она говорила быстро и нервно. Я знал, с чем все это связано, знал и понимал. Но рано или поздно мы должны переступить через все это, она должна переступить. - Я понимаю, что они знают, но я просто… - она не позволила мне закончить. - Ты просто хочешь показушности. А я не хочу этого! Не хочу и не буду! – практически кричала она. Снова попытавшись ее обнять, я прижал ее к двери, тем самым загоняя в ловушку. - Тише, успокойся, - прошептал я, целуя ее в висок. – Все хорошо. Подавшись вперед, она крепко обняла меня, настолько крепко, что это могло бы быть больно. Ей было важно одобрение ее отца, она позвала меня с собой в Вольтеру, чтобы показать, что она счастлива. Чтобы Кай знал, что она не одна, что она в безопасности. И ей была важна его реакция, она была словно благословением для нее. Видя тогда, что Кай не злиться, с ее плеч свалился огромный груз, я знал это. Мне, по сути, требовалась то же самое. Я хотел показать, что она моя и только моя. То, что все знали, что мы вместе было не тем, чего я хотел. Я знал, что и Карлайл и Эсми любят Викторию, что они счастливы за нас, но этого было недостаточно. Она права, в какой-то степени я хотел именно показушности. Желание было странным, мальчишеским, но для меня это было важно. Ее страхи я тоже понимал, в какой-то степени я боялся того же самого, но я все равно хотел этого. - Я не хочу делиться, - прошептала она. – Не хочу впускать их в наш мир. Он только наш. Не их. Ты мой… Я не хочу, чтобы они тебя забирали, - ее грустный голосок был еле слышен. – Да, они и так все прекрасно понимают, но… Не видя всего этого, они не вмешиваются. Я не хочу, чтобы они лезли. А как только они увидят, поймут, что все стало открыто… Начнется все то, чего я так не хочу. Они начнут думать, что мы семья, начнутся шутки и подколы Эмметта, Элис со своим вечным энтузиазмом будет лезть туда, куда не следует… и все прочие. Я не хочу этого. Я хорошо к ним всем отношусь, но… они не моя семья. Ты мой, ты моя семья, но они… Я не хочу делиться, - последнюю фразу она произнесла с завидным упрямством. Моя маленькая, любимая девочка… Я мысленно покачал головой. - Я твой точно так же, как и ты моя. Неужели ты думаешь, что кто-то или что-то заставит меня отказаться от всего этого? Я понимаю тебя, правда, понимаю. След от всего того, что произошло в прошлом, слишком глубок, он не приносит беспокойства, не мешает жить, но он есть. И твое отношение к ним я тоже понимаю. И ты во многом права, их поведение вполне может измениться, но ты ведь все равно останешься собой. Учитывая твой характер, ты врятли позволишь лишнего тому же Эмметту. Я просто хочу, чтобы они увидели нас, нас, как единое целое. Знать и видеть – это совершенно разные вещи. Для меня важно это, понимаешь? Так же важно, как была важна тебе реакция Кая и остальных, - на этих словах ее лоб нахмурился. Это был нечестный прием, но я ничего не мог с собой поделать. Вывернувшись из моих объятий, она быстро схватила свои джинсы и свитер и выбежала из комнаты. Ей нужно было пространство. Рано или поздно она поймет, и если не сегодня то, завтра. Хотя я надеялся, что сегодня. На моих губах сияла огромная улыбка, когда я начал одеваться, что бы встретиться с Карлайлом. Несмотря на то, что она убежала, все прошло лучше, чем я думал. Был уже глубокий вечер, когда мы с Карлайлом, наконец, освободились. Человечество шагнуло далеко вперед за все эти годы, а Карлайл получил новую пищу для размышлений. Эта его вечная тяга к знаниям перешагнула на новый уровень в связи с последними научными разработками. Сейчас общаясь по интернету с одним шведским ученым, он затеял достаточно интересный проект, который в будущем может принести немало пользы. Я старался помочь ему в его исследованиях, но либо помощи от меня было мало, либо проект зашел в тупик. Так или иначе, дело дальше не двигалось, но отец не отчаивался. Мы спустились вниз, где Деметрий и Эмметт затеяли очередное соревнование в очередную видео игру. Все же остальные с упоением наблюдали за всем этим. Должен признать, что это было довольно весело. Эти двое даже были чем-то похожи в плане своего азарта. И когда они сталкивались лбами, споря о чем-то, зрелище было грандиозным. Я сел в кресло, справа от Джаспера, который прямо-таки развалился на диване. Карлайл присоединился к Эсми, которая сидела напротив Джаспера. Розали была на полу рядом с Эмметтом, а Элис, на мое удивление, сидела то же на полу, но рядом с Деметрием. Эти двое в последнее время стали нормально общаться, чего не скажешь о первом времени пребывания Деметрия в доме. - Добрый вечер. Не помешаем? – любимый голосок раздался со стороны двери. Тори и Кэйтлин зашли в дом в весьма приподнятом настроении. Признаюсь, я был удивлен. Я не думал, что она появиться здесь сегодня. - Ну, что за глупости, милая? – Эсми обняла Тори. – Хорошо прогулялись? – поинтересовалась она. - Главное, что сытно, - усмехнулась Кэйтлин. Понятно, они были на охоте. - Между прочим, могли и предупредить, что собираетесь поохотиться, - немного обиженно сказал Деметрий, не отрываясь от игры. - Оу, кто-то явно не в настроении, - протянула Тори. - Ну так исправь это! Внеси красок, - он широко улыбнулся. - Эй! Не смейте жульничать! – взревел Эмметт, отвлекаясь от игры, тем самым проигрывая очко Деметрию. Когда в небольших играх этих двоих участвовала Тори, все было гораздо интересней. С ее способностью к визуализации, даже обычный шуточный поединок превращался в представление. Тори создавала поистине великолепные образы, а если ко всему этому шоу присоединялся Джаспер, помогая с эмоциональной атмосферой, то мы все погружались в абсолютно другой мир. Жаль, что это происходило не так часто. А жульничество этих двоих заключалось в том, что создавая какой-то образ, например во время схватки Эмметта и Деметрия, Деметрий видел намного больше, чем Эмметт. Тори специально позволяла ему видеть больше, чем другим, давая тем самым преимущество. - Чего ты как не родная? Садись, - Джаспер похлопал по дивану рядом с собой, приглашая Тори, которая все еще топталась в дверях, присесть. Она направилась к нему, но на полпути замерла. Я видел, как Карлайл наблюдает за ней, мысленно отмечая ее странное поведение. Он даже предположил, что у нас с ней не все в порядке, что она нервничает именно из-за этого. Эсми тоже заметила ее странное поведение, некую нерешительность. Пробыв в таком застывшем состоянии около минуты, она оказалась рядом со мной, аккуратно присев на подлокотник кресла, и приобняла меня за плечи. Руки сами собой потянулись к ней, и, обняв ее за талию, я пересадил ее к себе на колени. Она тут же крепко обняла меня и уткнулась лицом в основание моей шеи. На моем лице расцвела широченная улыбка. Она все же решилась. - Спасибо, - прошептал я ей на ушко. Я действительно был ей благодарен. Ответом мне послужил нежный поцелуй в губы. Она поцеловала меня не думая, просто по инерции, но как только поняла, что сделала это в доме моей семьи, то крепче обняла меня и немного сжалась, словно пытаясь спрятаться от окружающего мира. А прятаться было от чего. Все смотрели на нас, ну, за исключением Деметрия и Кэйтлин, которые привыкли к чему-то подобному. Для всех же остальных это было ново. Даже Эмметт оторвавшись от игры, смотрел на нас, широко раскрыв глаза, а затем, улыбнувшись, покачал головой. "ну, наконец-то!" – мысленный возглас Джаспера заставил меня усмехнуться. Мысли Карлайла и Эсми меня тоже порадовали. Они были счастливы за нас и желали счастья нам. "Вы молодцы. Как никто другой вы заслуживаете счастья!" " Ты только береги ее, Эдвард. Она гораздо уязвимей, чем может показаться" "Интересно, Кай обрадуется Эдварду в качестве зятя? Аро точно будет рад" Мы пробыли в их доме примерно до полуночи. Со временем Тори расслабилась в моих руках и присоединилась к общей беседе. *~~~~* Черт, я нервничал. Очень сильно нервничал. Да я за всю свою жизнь так не нервничал! Да, я был немного самонадеян, рассчитывая на положительный результат, но по-другому просто не могло быть! Я давно планировал это. Мне хотелось сделать все идеально, идеально для нее, ну и немного для меня. А это было трудно. Мы не говорили с ней об этом, разве что еще тогда, когда она была ребенком, но это было явно в другой жизни. И в той прошлой жизни наши мнения были категорически противоположны. Все традиционное ей казалось полным бредом, я же был за соблюдение традиций. Поэтому я чертовски сильно нервничал. - Мммм, ты зажег камин, у нас есть повод? - мягкий, соблазнительный шепот раздался рядом с моим ухом. Черт, совсем не заметил, как она спустилась. На ней были коротенькие черные шортики и простая белая майка, волосы все еще были влажными после душа. - Смотря, что ты считаешь поводом, - улыбнулся я, присаживаясь на диван. Она тут же плюхнулась мне на колени. Я безумно любил, когда она сидела у меня на коленях! – И ты выглядишь гораздо лучше, чем полчаса назад. Ауч! – вскрикнул я, когда она стукнула меня по плечу. - Не смей надо мной издеваться! Ты, между прочим, тоже не всегда чистеньким с охоты возвращаешься, - упрекнула она меня. - А вот и всегда, - самодовольно произнес я. - Хвастун! – буркнула она и еще раз стукнула меня по плечу. – Я просто упала, - я засмеялся. - И это говорит вампир, которому перевалило за сотню, - я снова рассмеялся. Когда она появилась на пороге вся в грязи, в порванной майке и с умилительной обидой на лице у меня случился истерический припадок. Я просто не мог остановить свой смех. Она естественно надулась и ушла наверх, а я все продолжал смеяться. - Еще одна шутка на эту тему и я на тебя серьезно обижусь, - она пригрозила мне пальцем, а затем рассмеялась, я без промедления присоединился к ней. – Ладно, признаю, я выглядела жалкой, - выдохнула она. - Ты выглядела милой, - не согласился я. Она лишь покачала головой и довольно улыбнулась. Мы погрузились в комфортную тишину, молча наблюдая за пламенем в камине. Внезапно все мои планы относительно сегодняшнего вечера показались мне глупыми. Ведь это просто были мы… Только мы… - Тори? – позвал я. - Ммм? – промурлыкала она в ответ. - Виктория, я тут подумал… - Ой, не к добру это, - усмехнулась она, за что получила легкий шлепок по попе. - Не перебивай! Так вот… Ты жутко противоречивая особа, твое настроение может меняться со скоростью света сотни раз за день. Ты ужасно упряма, у твоих родственников ужасная репутация, - она хихикнула. – Но при этом ты самое очаровательное и нежное создание, которое я когда-то встречал. Ты до жути самоотверженна и бескорыстна. Ты одна из самых сильных особ, которых я когда-либо встречал. С такой стойкостью переносить все то, что приготовила судьба, могла только ты. Если ты кого-то впускаешь в свою жизнь, то этот человек становиться весьма счастливым ублюдком, потому что ты замечательный друг. Ты всегда верна своим принципам и убеждениям, что делает тебя невероятно особенной. Мне безумно нравится, как ты морщишь свой носик, когда чем-то недовольна, я даже люблю твою отвратительную привычку жевать свою губу, когда ты нервничаешь. Мне нравится "просыпаться" рядом с тобой, нравится целовать тебя, нравится просто держать тебя за руку. Рядом с тобой я чувствую себя целым, чувствую, что мое мертвое сердце оживает рядом с тобой. Давным-давно ты стала моим маленьким ангелом, ворвавшимся в мою жизнь, ты подарила мне душу, ты стала моей душой. И я понятия не имею, чем заслужил такое счастье, счастье быть рядом с тобой, держать тебя в своих объятиях, любить тебя… Из всех возможных засранцев на свете ты выбрала именно меня – эгоистичного мазохиста, который вечно копается в себе, но я чертовски рад этому. Я буду делать все возможное, чтобы каждый день видеть твою улыбку, чувствовать твое счастье. Я обещаю всегда, всю ближайшую вечность заботиться о тебе, любить тебя, терпеть твои капризы, я согласен терпеть даже Деметрия, - я не смог сдержать своей улыбки, она тоже широко улыбнулась, - но у меня есть одно условие. Я готов делать все это и даже намного больше, но, - резко поставив ее на пол, я опустился на одно колено. – Но я готов делать это только для своей жены. Виктория, ты окажешь мне такую честь? Ты станешь моей женой? Держа ее за руку, я смотрел в ее широко распахнутые глаза снизу вверх и ждал своего приговора. Она молчала. Но вот только постепенно она начинала все больше хмуриться, что мне совсем не нравилось. Я опять сделал что-то не так? Что ей не понравилось? Нужно было все же остановиться на варианте с сюрпризом… Черт… В следующее мгновение я оказался лежащим на спине на том самом месте, где раньше стоял кофейный столик, вернее я и лежал на том, что осталось от этого самого столика. Тори сидела на мне верхом, ее руки крепко держали мои, просто приколачивая их к полу. Ее лицо не выражало ничего хорошего. - Да как ты мог вообще? – возмутилась она. – Столько решался на это, что я было уже решила, что ты передумал, а когда, наконец, собрался с духом, то… Зачем все это вообще? Все так замечательно начиналось… Идеально. Зачем было все портить? Ну вот зачем, а? – она пыталась выглядеть серьезно, даже грозно, но ее горящие глаза выдавали ее с потрохами. – Ты ведь знал, что я ненавижу все это. И даже не смей говорить, что забыл! Все эти банальные предложения, стоя на одном колене… Тьфу! Да это же словно мыльная опера, - она смешно нахмурила брови, а я широко улыбнулся. – Ты это специально да? Только не смей мне говорить, что сейчас откуда не возьмись, появятся Каллены под ручку с Вольтури и кинуться нас поздравлять? Ведь если следовать твоей любимой классике, то так все должно и быть, да? – я не смог сдержать смешок. – Уф, ненавижу тебя! – отпустив мои руки, она стукнула меня, и смешно надув губки выпрямилась, скрестив руки на груди. Поднявшись и оказавшись с ней нос к носу, я чмокнул такие сладкие губки и обнял ее. Я уже собирался сказать, что успел побывать в Вольтере и получить благословение Кая, что было бы ложью, но мне очень хотелось посмотреть на ее реакцию, как мое внимание привлекла одна из сказанных ею фраз. - Подожди, ты знала, что я собираюсь спросить тебя? – я был удивлен. Никто не знал, даже Карлайл, даже Элис, которая не могла видеть нас, никто. Тори вдруг как-то сильно смутилась. Она попыталась встать, а когда я не дал ей это сделать, она принялась смотреть куда угодно, но только не на меня. – А ну-ка признавайся во всем, пока я не передумал! – она закусила губу и покачала головой. - Быстро! А то накажу. - Сильно? – она прям оживилась. - Что сильно? - Накажешь сильно? – переспросила она, взглянув на меня из-под ресниц, соблазнительно прикусив губу. - Так. Прекрати заговаривать мне зубы. Как ты узнала? – я изо всех сил старался придать голосу серьезный тон, но убрать из него веселые нотки мне так и не удалось. - Эх, - она тяжело вздохнула и обняла меня за шею. – Кажется, кто-то забыл, что девайс у меня хорошо прокачан. А учитывая то, что я практически круглосуточно касаюсь тебя, то как только ты решился, я почувствовала твое решение. – Она выглядела так чертовски соблазнительно, что я накинулся на нее с поцелуем. - Так, - оторвавшись от нее, выдохнул я, - с твоим девайсом мы потом разберемся. Возвращаясь к нашей первоочередной проблеме. Ты согласна стать миссис Эдвард Каллен или нет? - Ну, вот начет миссис Эдвард я точно уверена, что да. А насчет "Каллен" я не уверена, - задумчиво протянула она, я же вопросительно поднял брови. – Согласна на двойную фамилию, - уверенно заключила она. - Ни в коем случае. Я против! – Каллен-Вольтури… Вольтури-Каллен… Не звучит. - Тогда у нас проблема, - грустно выдохнула она. – Мне придется тебе отказать. Ты ведь даже кольцо не приготовил… Вытянув из кармана кольцо, я продемонстрировал его ей, она улыбнулась. - Ты, кажется, в девичестве был Мейсен? Вот стать миссис Эдвард Мейсен я согласна. Давай сюда кольцо! – она широко улыбнулась и потянулась за кольцом. В итоге мы опять упали на пол. Вернее упал я, а она так и продолжала сидеть на мне, широко улыбаясь. - Знаешь, - весело протянул я, смотря на ее горящие глаза и видя в них такие же свои, - я подумаю, над твоим предложением и сообщу тебе ответ завтра. - Что!? – в возмущении воскликнула она. – Давай сюда кольцо, говорю! Думать он еще будет, ага. Размечтался! Ситуация была настолько нелепой, что мы рассмеялись. Но это длилось не долго, так как я снова заткнул ее рот поцелуем. Оторвавшись от нее, я со всей возможной нежностью взял ее за руку и надел на палец кольцо. Мы одновременно широко улыбнулись. - Люблю тебя, - одновременно произнесли мы и снова улыбнулись. - В Вегас летим завтра? – радостно спросила она. - Ну уж нет, даже не думай! Вполне классическая свадьба с шикарным белым платьем, тортом, гостями… - Неа, - она покачала головой. – Белое платье – это само собой разумеющееся, но никаких гостей и тортов, - категорично заявила она. – Хотя Деметрий все рано поедет с нами. Я закатил глаза. - Спорим, что я заставлю тебя передумать? – я многозначительно пошевелил бровями. - Попытаться можешь, но как ты сам сказал, я очень упряма, так что у тебя врятли получится, - она наигранно равнодушно пожала плечами. Покачав головой, я снова приник к ее губам, начиная свою попытку. Хотя кого я пытался обмануть? Если она хочет Вегас, то будет ей Вегас. Неважно как это произойдет, главное, что она станет моей. Моей женой. Мой маленький ангел, который когда-то вошел в мою жизнь крепко держась за руку Эсми, который прибегал ко мне, когда ему снились кошмары, ангел, которого я целовал перед сном, ангел, который полюбил монстра подарив ему душу, который имел величайшую силу воли, чтобы простить, несмотря на все то, что я сделал, ангел, который стал моим персональным счастьем позволив себя любить, будет рядом со мной в качестве моей жены. Моя любимая девочка, моя душа будет рядом. Мы будем единым целым, будем друг у друга, мы будем настоящей семьей и это самое главное, а со всем остальным мы справимся. Вместе. THE END.