Где эльфа последнего дом. Дитя во тьме

      Как бы то ни было, Глетчер в этом городе неплохо устроился. Спал он на кладбище, обнаружив подходящие для вампиров склепы и подземелья, уходящие глубоко во тьму. Ночами он охотился, и редко охота оказывалась неудачной: людей в городе было много, охотился он в разных кварталах, лишнего внимания к себе не привлекал.       С прошлым он смирился, и оно его более не преследовало. Но за ним неотступно следовал призрак его любви. В тяжёлых дневных снах вампир часто видел Сэнну. Она с улыбкой манила его к себе, он бросался вперёд, но она исчезала, а он просыпался с криком или стоном, чтобы на другой день увидеть этот кошмар снова.       Так прошло несколько лет.       Однажды он пробудился от кошмара и долго стонал, обхватив голову руками. Сожаления были как никогда остры. Юноша выбрался из склепа и отправился на охоту. Найти себе жертву и напиться крови — вот как он жил эти годы, больше его ничего не волновало. Да и это не волновало, если уж начистоту.       Торопиться ему было некуда: вчера он сытно поужинал, голод пока не терзал его. Он огляделся, опустился на одну из могил и вытащил свирель. Деревья, равнодушные кладбищенские стражи, покачивали кронами и осыпали вниз жёлтую листву. Шелестели осенние травы. А кроме них всё молчало, и только музыка, завораживающая слух, звучала в ночи. Замерли сверчки, слушая её и запоминая, чтобы потом перенять; затихли летучие мыши, прекратив возню; перестали сплетничать совы, живущие в разрушенной часовне. Грустная, наполненная тоской по жизни, выстраданная музыка…       — Вот так да! — сказал чей-то красивый, но мёртвый голос прямо в его ухо.       Глетчер вздрогнул от неожиданности, отпрянул и обернулся. За его спиной стоял молодой человек, живым от него не пахло. «Вампир», — верно предположил эльф. Незнакомец немного походил на Принса, но покойный князь, пожалуй, был не таким щёголем, как этот. У вампира были очень высокие тонкие брови, и от этого его мертвенно-бледное лицо напоминало маску. На голове, кажется, был густо напудренный парик с тонкой загогулиной хвостика сзади. Из-под тёмного сюртука выглядывала кружевная рубашка, панталоны гармонировали с чулками по цвету, довершали этот щеголеватый вид деревянные лакированные туфли. Последнее эльфа больше всего поразило.       — Кто ты такой? — спросил незнакомец требовательно.       Глетчер отложил свирель, скрестил руки на груди:       — Глетчер Айс. Кто я по сути, думаю, называть не надо. А ты?       — Арсэ, — ответил вампир, — граф Арсэ.       Судьба свела его на этот раз с графом Вудденстонским.       — Наслышан, — кивнул эльф.       — А ты на людей не похож, — заметил Арсэ после продолжительного молчания. — Какого роду-племени будешь?       — Из эльфов.       Его ответ произвёл на Арсэ огромное впечатление. Он ошеломлённо хлопнул себя по лицу руками:       — Из эльфов, значит? А я-то думал, что это всё сказки. Теперь вижу, что нет. Далеко твоя страна отсюда?       — Далековато, — кивнул Глетчер.       — А сюда какими судьбами?       Эльф задумался ненадолго, подбирая слова:       — Путешествую, можно и так сказать.       — Хм? — удивился Арсэ.       — Проездом, — добавил юноша, — а пока на этом кладбище обитаю. В крайнем склепе.       — А путь куда держишь? — полюбопытствовал вампир.       — Кто знает. — Глетчер пожал плечами. — Главное, чтобы еда была и убежище от солнца. Впереди ведь целая вечность, а куда и когда — не так уж и важно.       — Может, — оживился Арсэ, — в моём замке погостишь? Нечасто мне другие вампиры встречаются. Вдвоём веселее будет ночи коротать, как считаешь?       С недавнего времени эльф к замкам относился с недоверием и даже отвращением, но всё же на приглашение графа ответил согласием.       «Может, что-нибудь новенькое узнаю, — решил он, — и научусь чему-нибудь. Новые места — новые люди, новые люди — новые знания».       Впрочем, он тут же подумал: «Новые знания — новые проблемы. Этого мне ещё не хватало!»       Но уже было поздно идти на попятную: граф вцепился в него мёртвой хваткой и торопил пойти в замок, чтобы познакомиться поближе.       — Я бы перекусил для начала, — заметил Глетчер.       Мысль о совместной охоте привела графа в восторг. Он захохотал и поднял палец вверх:       — А дело говоришь! Есть тут одно весёлое местечко, туда и наведаемся.       Эльф улыбнулся, клыки заныли при мысли о грядущей трапезе.       — И что за местечко?       — Бордель в восточном районе Гарадда. — Арсэ махнул рукой, указывая направление.       — Что? — не понял юноша, поскольку такого слова ещё не слышал. — Что это значит?       — Публичный дом, — объяснил Арсэ с усмешкой. — Что за взгляд? Как будто не хочешь туда идти.       — Верно подметил, — поморщился Глетчер. — Ноги моём в таком нечестивом месте не будет!       — И зря, — пошло ухмыльнулся граф, — там не только еду можно найти, с такими красавцами любая девка на всё будет готова! Поди, изголодался по девкам-то в пути?       Перед глазами вновь промелькнуло воспоминание о Сэнне, юноша сжал занывший висок и поморщился. Воспоминание заколыхалось, пошло трещинами и рассыпалось мелкими осколками, осталась лишь невыносимая боль в сердце. Арсэ смотрел на него с удивлением. Глетчер взял себя в руки и проронил:       — Предпочитаю в менее людных местах охотиться. Мне это ни к чему.       — Хм? — Граф наклонил голову набок. — Что-то ты приуныл разом. Видно, потрепало тебя в твоих странствиях?       Эльф поджал губы:       — Тебя это не касается, так что не требуй, чтобы я тебе о прошлом рассказывал.       — И в мыслях не было! — Арсэ помахал перед собой рукой. — Мне твоё прошлое ни к чему. У каждого под плащом свои скелеты. Что ж, раз уж ты на людях бывать не любишь, тогда в замок отправимся? У меня там припасено кое-что, поделюсь и с тобой.       Глетчер кивнул. Граф окинул его взглядом, повертел головой:       — А вещи твои где? В склепе спрятал? Забирай их, да пойдём.       Эльф снисходительно улыбнулся:       — Вещи? К чему мне вещи? Мне лишь знания нужны, и со мной один лишь опыт. Сколько тебе лет, Арсэ?       Граф прикрыл глаза, припоминая:       — До ста — пяти годов не хватает. А тебе?       — Раза в три тебя старше. Навскидку.       Арсэ округлил глаза, но ничего на это не сказал.       — Так что вещами я себя не обременяю, — заключил эльф.       — И как же ты без всего этого обходишься? — никак не мог понять вампир.       — Да что мне нужно… — пожал плечами юноша.       — Новая одежда, как минимум, — окинув эльфа критическим взглядом, заявил Арсэ. — Твоя старая… э-э… поизносилась немного.       Действительно, эльфа можно было принять за бродягу. Плащ, который всё время цеплялся за кусты и изгороди, местами порвался. Рубашка и штаны были тоже не в лучшем виде, поскольку он частенько зарывался в землю, не успевая добраться до кладбища. Сапоги, пожалуй, были ещё годны, но каблуки уже сбились. О перчатках вообще говорить не стоило.       — Пожалуй, ты прав, — рассеянно согласился эльф, соображая, как это он успел так себя запустить. — Одиночество — коварная штука, я и думать об этом забыл… Ну, это легко исправить.       — Легче лёгкого, — подхватил вампир, — прикажу портным сшить для тебя подходящее платье, у меня лучшие мастеровые во всём графстве!       — Чтобы получить новую одежду, мне портные не нужны, — снисходительно улыбнулся Глетчер. — Достаточно вот так сделать…       Он прищёлкнул пальцами и перевоплотился, теперь одежда на нём была с иголочки.       — Ого! — поражённо воскликнул Арсэ. — Вот так чудеса!       «Похоже, ему о колдовстве мало что известно, — понял эльф. — Тем лучше. Хватит с меня колдунов! А этот может мне и приятелем стать, если только у вампиров вообще друзья могут быть!»       Впрочем, что-то ему подсказывало, что дружба эта скоро закончится. История с Эланом научила его осторожности, так что он не спешил раскрываться.       Резкий голос графа прервал его мысли:       — За мной, дорогу я тебе покажу.       Бегал он на удивление быстро, несмотря на кажущуюся неудобной обувь. Небо между тем просветлело, но это всего лишь показалась луна, беспокоиться было не о чем. Арсэ дороги не разбирал, ломился прямо через кусты, с треском ломая ветки. Да уж, осторожным он точно не был. Сам эльф скользил рядом бесшумно как тень, поражаясь и даже раздражаясь его беспечности.       Вот путь им преградил узкий провал, на другой стороне угрюмо глядел прорезями бойниц мрачный замок, окружённый высоким крепостным валом. На шпиле самой высокой башни развевался флаг с причудливым гербом. Эльфа отчего-то передёрнуло, входить в замок совершенно не хотелось.       — А вот и моя обитель, — с гордостью сказал Арсэ, простирая руку. — Цитадели под тысячу лет, а то и больше.       Глетчер заглянул в бездну, прикинул расстояние на глаз и предположил, что мог бы перепрыгнуть на ту сторону без особых проблем. Но этого не потребовалось. Арсэ вынул из-за пазухи небольшой рожок и подул в него, на этот звук через пропасть тотчас же опустился со скрежетом деревянный мост. А мог бы воспользоваться колдовством, стало быть — и такого не умел. Эльф приободрился.       — Добро пожаловать! — приветливо воскликнул Арсэ, подхватил эльфа под руку и повлёк за собой в замок.       Когда они прошли, мост вновь поднялся. Миновав грязноватый дворик, вампиры оказались в нижнем зале с арочными сводами. Он был наполнен дразнящим живым запахом, который щекотал ноздри и будил вампирское нутро: к графу повыскакивали слуги, начали выспрашивать, не угодно ли хозяину чего-нибудь. Все они были людьми.       «Удивительно!» — подумал Глетчер и как-то даже усомнился, что слухи насчёт зверств графа правдивы.       — Поесть, — приказал Арсэ, стаскивая с эльфа плащ и швыряя его одному из слуг, — мне и моему новому другу. Живо!       Слуги помчались выполнять приказ, граф указал на кресла возле тлеющего камина:       — Присядем покуда? Или тут можно насквозь промёрзнуть.       — Вампиры холода не чувствуют, разве ты этого не знаешь? — Юноша криво усмехнулся, но сел, утонул спиной в непривычно мягкое — после всех нор-то и склепов! — кресло и пробормотал: — Давненько я перед камином не сидел…       Арсэ, ничуть не боясь огня, протянул к нему ноги, словно и вправду мёрз.       — Почему же ты путешествовать решил? — спросил граф с любопытством. — Если сказкам верить, так эльфов в дорогу пряником не заманишь!       — По глупости, — мрачно отозвался Глетчер. — Не отправился бы в это чёртово путешествие, вампиром бы не стал.       — А тебе вампиром быть не нравится? — уточнил Арсэ.       — А тебе нравится?       — Не жалуюсь.       — Стало быть, по своей воле вампиром стал?       — Конечно. А ты?       Эльф помрачнел ещё больше:       — А меня никто не спросил, хочу я этого или нет. Меня от скуки создали. Как занятную игрушку. Всего лишь игрушка… — глухо повторил Глетчер. — Тебе ещё повезло. Вот только, что тебя прельстить могло?       — Как что! — воскликнул Арсэ. — Вечность, конечно же.       — Вечность… Но неужели тебе никогда не хотелось увидеть солнце ещё раз? Неужели ты не тоскуешь по дневному свет? Неужели… — Голос вампира сорвался.       Он запустил пальцы в волосы, болезненно поморщился и замолчал.       — Я никогда о таких глупостях не думал, — пожал плечами Арсэ.       Взгляд эльфа погас. Говорить вслух о страданиях было бессмысленно: граф его всё равно не понял бы. В самом деле, «никогда о таких глупостях не думал».       — Странный ты, Глетчер Айс, — заметил граф. — Но ты мне всё-таки нравишься. Может быть, именно странностью.       Слуги между тем вернулись с двумя бледными худенькими девушками. Они были как тени, печальные и поникшие, надежды или чаяния в них давно были мертвы.       — А вот и ужин, — весело сказал Арсэ, поднимаясь и прихватывая обеих девушек за плечи. — Ровена и Летта, они сёстры. Ровена (тут он встряхнул ту, чьи волосы были темнее) моя возлюбленная. Я бы с ней обвенчался, кабы в церковь мог войти. Но ведь и без этого мои чувства и намерения вполне серьёзны. А Летта — так, запасной вариант. На случай.       При этих словах девушки вздрогнули и побледнели ещё больше. Арсэ осклабился и толкнул Летту к эльфу:       — Дарю.       Сам же он притянул Ровену к себе и впился в её шею. Запах крови наполнил замок. Голова Глетчера закружилась, он со страхом посмотрел на Летту, которая, покорная судьбе, опустилась к нему на колени и наклонила голову, убирая с шеи волосы; там было много шрамов, старых и относительно свежих. Видно, они были в плену уже порядочно.       — Кушайте, господин, — без выражения пригласила Летта.       — Бедная девочка… — прошептал эльф, кладя ладонь ей на щёку. — Если бы я только мог тебе помочь…       Летта вздрогнула, не ожидая услышать от вампира ничего подобного, и с робкой надеждой взглянула на него, осознала, что он искренен, и взмолилась:       — Тогда убейте меня, сил моих больше нет. Хотя… — Её глаза вновь потускнели. — И после смерти мне не будет покоя, ведь я стану одной из этих тварей.       Эльф дёрнулся. Как верно она сказала: «тварей»! И он такая же тварь.       — Ох, простите! — тут же воскликнула Летта, заметив, как исказилось его лицо.       — Ничего, ты ведь права. Обещаю, что ты никогда не станешь тем, чем мы являемся, — твёрдо пообещал эльф.       Летта пробормотала слова благодарности и закрыла глаза, готовая распрощаться с жизнью. Глетчер поцеловал её в шею, но этот поцелуй был смертелен. Горячая кровь хлынула ему в рот, он глотал её с радостью: впервые он мог помочь хоть кому-нибудь, освободить от гнетущей участи и тьмы. Вскоре кровь стала пустой и безвкусной, Летта вздрогнула и замерла в его руках. Юноша пригладил её волосы, бережно опустил её тело на пол перед камином и начертил на её груди запрещающий колдовской знак: так она бы не воскресла, каким бы ни было колдовство.       Арсэ, который уже наелся и теперь поглядывал в их сторону, весело заметил:       — И впрямь, оголодал в дороге. Ничего, она очнётся завтра и ещё послужит тебе.       — Не очнётся, — холодно возразил эльф. — Я убил её.       — Вот ещё, они всегда воскресают, — беззаботно отмахнулся Арсэ.       — На этот раз не воскреснет. Я освободил её душу… — Он накрыл лицо девушки платком. — Прости уж, но ведь ты сказал, что даришь её мне.       Ровена, как показалось, посмотрела на сестру с завистью. А вот Арсэ опешил. Он захлопал глазами, потом протянул:       — Да разве такое возможно?       — В этом мире всё возможно.       Обожженные пальцы вдруг заныли, эльф поморщился, подул на них. Они всё ещё были черны.       — Что с твоей рукой приключилось? — воскликнул граф.       — Обжёгся.       — Обжёгся? — недоверчиво спросил вампир. — Обо что же?       — Солнца коснулся.       Арсэ растерялся, потом погрозил эльфу пальцем и со смехом сказал:       — Понял, ты меня разыгрываешь! Как будто ты до солнца мог дотянуться!       — В моей стране на арфы натягивают солнечные лучи вместо струн.       — Уму непостижимо… Ты точно меня не обманываешь? — усомнился граф.       — Не обманываю.       — Да разве можно из солнца струн наделать? — развёл руками Арсэ.       — В мире много чудес. Ты, наверное, об Эльфрисе и не слышал, об эльфах только по сказкам знаешь.       — Эльфрис? Это ещё что такое?       — Страна, откуда я родом.       — А, припоминаю, ты говорил, когда назвался… И что же?       — Там нет ночи, к примеру, а луна и солнце стоят на небе одновременно.       — Уж больно на сказку похоже, — с подозрением отозвался вампир.       — Не веришь — твоё право, только я сказок не рассказываю, — ответил Глетчер с лёгким раздражением.       — Ну, ну, — поднял руки Арсэ, — прости, если чем обидел. Не думал, что ты так близко к сердцу примешь.       — К сердцу? — усмехнулся эльф. — Нет у меня сердца. Разве ты не знаешь, что у вампиров нет сердец?       — То есть?       — Ни души, ни сердца. Мы мертвы с момента обращения. И жизнь наша — жалкое её подобие! — поддерживается в наших телах только чужой кровью.       — Нет! — резко сказал Арсэ. — Это ложь! Мы не мертвее всех прочих.       — Пульс пощупай, — равнодушно предложил Глетчер. — Ни дыхания, ни слёз, ни боли… Какие ещё нужны доказательства? Всего лишь пустая оболочка, поддерживаемая колдовством. Впрочем, ты ещё слишком молод, чтобы осознать это.       Арсэ принялся мерить зал крупными шагами. Ровена поспешила ускользнуть, вероятно, предчувствуя бурю.       — Может, и так. — Вампир вдруг остановился, исподлобья взглянул на эльфа. — Но кто сказал, что все эти людишки вокруг живы? Может быть, это они мертвы. А уж я себя и при жизни живее, чем теперь, не чувствовал.       Глетчер никогда о таком не задумывался. Возможно, граф был прав в чём-то, но сложно было судить: эльф ведь человеком никогда и не был, так что понятия не имел, что обычно чувствуют люди или как себя ощущают.       — В любом случае… — Арсэ выпрямился и протянул руку юноше. — Оставайся. Твоё общество мне интересно. Ты — сама тайна, а я тайны просто обожаю. К тому же всё тайное всегда становится явным, не так ли?       Глетчер улыбнулся:       — Не будь самонадеянным!