Simple maid

Pov Аура

После тех событий прошло несколько лет. А сколько? Я уже не помню. Мне четырнадцать лет, а амнезия началась где-то восемь лет назад. Я не помню о своей прошлой жизни ничего: не помню где жила, не помню имена моих отца и матери. Знаю лишь то, что от них мне достался серебряный медальон, на котором написано моё имя. На вид он не имеет никакой ценности, но мне оно почему-то очень дорого. Спросите, как я теперь живу? А живу я плохо, у господина Арнольда Кофтуна. Старый извращенец. Я его личная игрушка - когда он злиться и хочет на ком-то сорваться, то жертвой сразу становлюсь я. Как же мне надоело быть униженной, всё время ходить в порванных тряпках, которые и так с трудом висят у меня на теле, получать вывихи и синяки. И не только я стала жертвой всего этого, но и другие дети в возрасте, в основном, от шести до шестнадцати лет. Хозяин их подбирал на улицах, покупал у бедных семей или крал, когда видел необычные цвета волос, разный цвет глаз и так далее. Очень многие умирали от болезней, ударов или когда их наказывали, бросая собакам на корм. Но я хорошая девочка, я должна держаться. Я направлялась в покои моего господина, чтобы убраться. Надеюсь, его там не будет. Иначе он будет кричать на меня за то, что я стою у него над душой. Дойдя до нужной комнаты, я постучалась просто на всякий случай. - Заходи! - раздался до боли знакомый грубый голос. "Чёрт, он там! ", - нахмурив на несколько секунд брови, я зашла в комнату. - Господин, я пришла чтобы убраться в ваших покоях, - сказала я, почтительно поклонившись. В ответ мне в лицо влетел его ботинок. - Так чего ты там стоишь? - нервно спросил Арнольд. - Иди и драй пол, мерзавка! - я кивнула головой и потянулась к ведру с тряпкой. Намочив её, я села на колени и стала мыть пол, начиная от угла и заканчивая в противоположной стороне. Также мне всё время приходилось поправлять рукав, который то и дело норовил сползти с плеча. Как только я хотела это опять сделать, хозяин ударил меня в бок своей тростью. - Работай! - я зашипела от боли, и продолжила доделывать то, что начала. Кофтун стоял сзади , и наблюдал за моими действиями. Когда я немного залезла под кровать, чтобы вытереть там скопившуюся пыль, то сразу почувствовала, как рука господина легла мне на ягодицу. Мои глаза расширились от удивления, а по телу пробежало целое стадо мурашек. - Работай, говорю! - грозно воскликнул старик. Мне же пришлось повиноваться, надеясь на то, что он не задерёт нижнюю часть немного дырявой юбки, которая и так не прикрывала ноги. Как я слышала от пленниц, он вытворял с ними вещи еще похуже, чем обычные избивания людей. Как-то раз это и случилось на моих глазах. Наконец, его рука больше не прикасалась ко мне, и я спокойно выползла из-под кровати. Закончив мыть полы и протирать пыль, я вышла из его комнаты и плотно закрыла дверь. За это время он меня больше не лапал, что немного радовало. Облокотившись об дверной косяк, я тяжело вздохнула и шёпотом проговорила: - Извращенец, - такие слова я вычитала из книг, которые находились в подвале. А читать и писать меня научил очень хороший друг. Он стал мне названным братом. Всё время я и он тайком поздней ночью шли в подвал и читали книги. Ему было тогда лет шестнадцать. Его забрали на службу господину из-за родимого пятна на шее, по форме напоминающего букву "V" . Только он и я были самыми образованными из всех рабов в этом поместье. Жаль, с математикой я не дружила. Уж очень трудный предмет. Но, к большому сожалению, мой друг умер. Его избили до смерти кнутом за то, что он заступился за меня, когда я случайно опрокинула вазу с цветами. Останки тела бросили на съедение собакам. Но я привыкла к этому, ведь прошло два или три года после его смерти. За временем я не следила, так как тут оно длилось очень долго. А может, и целую вечность. Вздохнув, я направилась в уборную, чтобы там положить все моющие средства. Фууух, теперь можно и поесть. Еда у нас, кстати, не очень. Питаемся мы крошками со стола, в лучшем случае и остатками пищи, которую не доели. Но это редко бывает. Придя в назначенную комнату и оставив там ведро с тряпками, я пошла в комнату прислуги. Поворачивая в очередной коридор, я случайно врезалась в чей-то живот. Медленно подняв голову, я увидела немного полноватого человека. Его маленькие чёрные глаза гордо и с капелькой злости смотрели на меня. - А, вы уже здесь? - воскликнул мой господин. - Мелкая зараза! - в этот раз он кричал на меня. - Что ты тут делаешь, м? Брысь от сюда, шавка! - подойдя вплотную ко мне, старик схватил меня за волосы и опрокинул на пол. - Прошу прощенья, господин Арнольд Транси. Надеюсь, моя рабыня вас не побеспокоила? - Нет, что вы, не смотря на то, что она врезалась в меня. А так всё хорошо, - начал лепетать этот Арнольд. Моего господина зовут точно так же. Совпадение? Не думаю. - Не волнуйтесь. Я её потом накажу. Итак, вы хотите купить у меня какого-нибудь раба? - да, кстати, я вам не сказала. Мой хозяин продаёт своих же рабов, чтобы они работали в богатых поместьях или ещё для чего-то. Берёт он только людей с необычной внешностью, как вы поняли. Простаки ему не нужны. - Теперь нет. Я убедился, какие у вас тут "работники", - нервно проговорил Транси, показывая пальцами кавычки. - Неуклюжие лоботрясы. Больше я сюда и ногой не ступлю! Прощайте, - блондин гордо развернулся и направился к выходу. После того, как входные двери захлопнулись, сразу послышался гром с улицы и был виден свет молнии через окно. Зарычав, Арнольд схватил меня за грудки и приблизил к себе. - Маленькая шавка! Погляди, что ты наделала! Теперь я опозорен! Это всё ты, собака! - прокричал он мне в лицо и опрокинув меня в стену, старик стал избивать меня ногами и говорить просто ужасные вещи. Слёзы сами потекли из глаз, но я не буду молить его о пощаде... Не буду. Удар носка ботинка попадает мне в лицо, потом в живот, а затем и в бока. Из носа и уголка губ потекла кровь. Моё тело ослабло, новые синяки наверняка уже появились на теле. Через несколько минут меня перестали избивать. Хозяин тяжело дышал, а на лбу появились капельки пота. Устал, бедолага. Вытащив из кармана платок, господин провёл им по лбу и прокричал: - Скай! - через несколько минут из угла коридора вышел тот самый парень лет двадцати. Он самый преданный человек моему господину. Рыжие кудрявые волосы, зелёные глаза и скользкая улыбка. Как я его ненавижу. Именно он держал меня за руку в тот день, когда дом горел с моими родителями. - Вы что-то хотели? - спросил "рыжик". - Да, - кивнул Арнольд, показывая на меня пальцем. - Выкинь эту дрянь подальше от моего поместья. Я не желаю её больше здесь видеть. Ведьма! - усталым голосом проговорил он и удалился. Когда мой господин скрылся из наших глаз, зеленоглазый подошёл ко мне и крепко взял за руку. - Что ж, считай, тебе повезло, - усмехнулся Скай, улыбнувшись и оскалившись одновременно. - Теперь тебя больше не будут бить и ты можешь спокойно идти своей дорогой. НО, - он грубо поднял меня с земли и закинул на плечо, которое было не таким уж и удобным, - тебе придётся выживать. Ведь не будет у тебя дома и еды. Твои тряпки тебя не согреют зимой. Да на тебя никто смотреть не будет! - прихватив с собой зонт, Скай вышел на улицу. Дождь, как из ведра льёт, и, кажется, нет ему конца. Раскрыв зонт, парень понёс меня в экипаж. Закинув меня туда, он сел на место кучера и карета тронулась. Продолжение следует...