If I lose myself tonight

      Скотт знал, что по-настоящему может доверять Стайлзу. Даже все эти сверхъестественные штучки. Но помимо чувства доверия он также испытывал страх. Страх потерять друга, который и так в последнее время лезет под горячую руку.       Скотт просит Дерека. И тот теперь всегда рядом: перед полнолунием, во время и после. Подросток искренне не понимает, почему Хейл все-таки согласился. Может ли быть это запоздало пришедшее чувство вины? Но Скотт понимает, что это глупо. Дерек ни в чем не виноват.       И вот накануне полнолуния оборотень появляется собственной персоной, бесцеремонно залезая через окно. Скотт лишь улыбается на это, чувствуя внутренний раздирающий жар. Подросток тут же подрывается со стула и идет к нему, останавливаясь совсем близко. Скотт загнано дышит и смотрит прямо в светло-зеленые глаза, и ждет, сам не понимая чего.       Дерек опускается на кровать и, ничего не говоря, хлопает рядом с собой. Скотт ложится рядом, ощущая тепло мужчины, чувствуя, как все тело болит в преддверии полнолуния. Но он не боится сорваться, ведь рядом тот, кто поможет.       Скотт поднимает на него взгляд и улыбается. Дерек хмыкает и думает, что обнимает ребенка, не иначе.       – Спасибо, – шепчет Скотт, закрывая глаза и начиная засыпать. Непроизвольно он тянется к Хейлу, целуя того в подбородок, а потом утыкается в шею и еще крепче обнимает.       Дерек утыкается в макушку и дышит. Дышит Скоттом.       Может быть, МакКол и не знал на самом деле, но он делал так всегда: перед полнолунием, во время и после. И точно знал только одно: если он потеряет себя этой ночью, то только рядом с ним.