Стайлз
4 апреля 2015 г., 21:45
Примечания:
эти двое вызывают у меня только положительные эмоции. Скайлз ван лав :D
* - шутка скомуниздена из шоу "Однажды в России".
— Девушка, ваша мама случайно не микроволновка?
Скотт закатывает глаза, с хрустом переворачивает страницу книги и устало интересуется:
— Почему?
— Ты такая горячая*, — смеётся Стайлз. Эту шутку он прочитал в интернете с неделю назад, и теперь при удобном случае впихивает её в разговоре. Разговоре со Скотт.
— Мгм, — согласно мычит она и прокручивается на кресле. Стайлз лежит на её кровати на животе, подперев щеку рукой. — Теперь, когда твой пятиминутный запас сарказма и похабных шуток из интернета закончился, поговорим о истории.
Стайлз разочарованно стонет и прячет лицо в ладонях.
— Скука смертная.
И в следующий момент ойкает от прилетевшей в него книги.
— Серьёзно, Стилински? Ты сам вызвался помочь «подправить оценки этой тупицы»!
Скотт поднимается на ноги и прыгает на кровать рядом с ним. Стайлз хохочет и пытается спихнуть её, на что она оскаливается и клацает челюстью.
— Я думал, что под этим «помочь» подразумевается игра в приставку и поедание пиццы.
Скотт садится ему на поясницу и начинает щекотать. Новый приступ смеха разносится по всему дому, и Мелисса осторожно стучит в стенку. Стайлз закрывает рот ладонью и ёрзает, пытаясь сбросить назойливую подругу.
— Слезь с меня, горячая женщина, — высокомерно произносит он.
— Дурак, — Скотт шлёпает ладонями по его спине, проходится несильными ударами кулаков вдоль позвоночника. — Давай всё-таки займёмся историей.
Как только давление с поясницы слегка спадает, Стайлз резко переворачивается и подминает Скотт под себя. Глаза её широко раскрываются, она автоматически упирается руками в его грудь.
Мысли хаотично бьются в черепной коробке, а сердце заходится в бешеном ритме. Стайлз облизывает пересохшие губы, не понимая, какого хера он делает.
У Скотт, видимо, тот же вопрос. Она смущённо кашляет и отводит взгляд, а Стайлз выискивает не|нужную мысль о том, что он даже не знает, какие на ощупь её губы.
— Конституция США была принята 17 сентября 1787 года, — зачем-то говорит он.
Щёки Скотт полыхают красным то ли от смущения, то ли от горячего дыхания Стайлза, а может от всего сразу. Она отталкивает его и с неуклюжестью поднимается, хватая книжку.
Вновь присаживается на стул рядом с компьютером и заканчивает, не поднимая взгляда:
— На Конституционном Конвенте в Филадельфии.
— Ты невыносимо горячая, МакКолл, — тихо ругается Стайлз, надеясь, что она одновременно и услышит и не услышит его стенаний.
