Слышу голос из прекрасного далёка

Настало утро. Кирюшу разбудили солнечные лучи, брызнувшие в окошко и пение птиц. Где-то тихо звучала музыка. Утро было прекрасным. Фили спал, Кили тоже. Братья спали почти одинаково, лежа на спине. Только Кили широко разметался во сне и грозно бурчал, похрапывая, а Фили лежал аккуратно и сопел тихонько. Видимо, даже сквозь сон боялся потревожить Кирюшу. Кирюшка тихо перелезла через Фили. Он не проснулся. Кира прошла в купальню. Умылась, сна ни в одном глазу. Бодренько сделала несколько отжиманий. А потом решила выйти и осмотреться. В голове засела глупая мысль - что-то сломать, чтобы эльфы выпроводили ее вместе с гномами. Девочка оглядываясь, медленно шла по улочкам. Сломать было нечего. Эльфы строить и украшать свои дома умели. Ривенделл был прекрасным местом. Сочная зелень, будто все еще длится лето, нежные соцветия, ранняя, свежая какая-то, музыка, ненавязчиво скрашивающая Кирюшино путешествие по незнакомому месту. Кто-то играл на арфе. Журчали фонтаны. Везде были укромные уютные местечки с беседками, лавочками. Кусты были затейливо пострижены, газоны были ровными. Всюду - мрамор плит и деревянное кружево перильцев и балюстрад. А вот детских площадок - ни одной. И нигде вчера не было слышно детских голосов, криков и песен. Кира вспомнила немногочисленные человеческие деревни - везде были детки. За исключением уехавшей семьи фермера. - Господин эльф! - девочка окликнула высокого эльфа, быстро шагающего мимо нее. Эльф воззрился на девочку, будто видел ее впервые. А вот она сразу узнала его. Элладан! - Здравствуйте, Элладан, - подбежала Кирюша к эльфу. - Я благодарна вам за помощь гномам, вы торопитесь? Не могли бы вы ответить мне на пару вопросов? Эльф внимательно посмотрел на ребенка. Он торопился, но любопытство пересилило. К тому же, брат его явно запаздывал. - О чем ты хочешь спросить, дитя? - спросил эльф, в глазах которого прыгали то ли огоньки озорства, то ли лукавства. - У вас много прекрасных девушек, - помялась Кира. - А дети где? По лицу эльфа пробежала тень, но он тут же по-настоящему озорно поглядел на Кирюшку и звонко расхохотался. - А почему ты, маленькая, спрашиваешь? - весело спросил он Киру. - Неужели наслушалась чей-то болтовни? Гномы, небось, чего наболтали? - Веселость эльфа была напускной, глаза же вовсе не смеялись. Кира, сама того не зная, наступила на больную мозоль его народа. - А почему не видно детских площадок? Ну, таких - где качели, карусели, лазилки всякие? А игрушки у вас есть какие-нибудь? - Ах, вот в чем дело, - понял волнения девочки Элладан. - Сделают для тебя качели. А маленькие эльфы не рождались уже давно. Игрушки, может и остались. Да вроде ты великовата, чтобы интересоваться игрушками. - Я просто спросила. Не надо мне ничего. Я тут все равно не задержусь, - вспыхнула щеками Кирюшка и развернулась, чтобы улизнуть. - Эй, стоп! - не дал ей уйти Элладан. - А почему это не задержишься? Тебе тут плохо, что ли? Тут в любом случае, безопаснее, чем путешествовать с гномами. Не понимал Элладан! Кирюша так привязалась к гномам и волшебнику! Уйдут они к своему дракону и неизвестно, увидит ли она их еще когда. От одной мысли, что больше не увидит Ори, Нори, Гэндальфа, - девочке становилось холодно на сердце. - Отчего варжика убили? - нахмурилась девочка. Надо задать этому воину главный вопрос. - Убийство варгушки неоправданная жестокость! Элладан удивленно распахнул прекрасные глаза. Улыбочка сошла с его лица и стало видно, что прежде всего он воин. - Ты откуда такие слова знаешь? - пробормотал он, оценивающе глядя на Кирюшку. - Хм. Неоправданная. Хм. Жестокость. Мала еще, чтобы понять. - Кого-кого? Как ты назвала? - раздался голос, очень похожий на голос Элладана, но прозвучавший с другой стороны. Кирюшка обернулась. К ним подходил точно такой же эльф, в смысле, он был похож на Элладана, как две капли воды. И одежда на них была одинаковая. Только на Элладане верхний камзол был сиреневый, а на Элрохире - зеленовато-голубой. - Это мой брат-близнец, Элрохир, - представил брата Элладан. - Варжик! Слышал, братец? Она это чудище назвала варжиком! И варгушкой. Нет, ты когда-нибудь такое слышал? Братья заулыбались. Если бы Кирюша была постарше и поопытнее, она поняла бы, что воинам вовсе не смешно. Что ее рассматривают и оценивают, и даже пытаются прощупать при помощи эльфийской магии. - Я чуяла его страх. Он хотел жить! Я понимала все его чувства, а вы его все равно убили. Неужели, вы не поняли, что он не чудовище? Он был не похож на тех, кто чуть не загрызли гномов. Неужели, вы, Элладан, не видели, как я скачу на нем, как он слушается меня? Как мы с ним боимся гномов и эльфов, их желания убивать? Эльфы потрясенно замолчали. Элрохир первым нарушил молчание. - Эх, девочка. Знаешь ли ты, что варги слушаются только отродий тьмы? Никому не дано подчинить себе этих свирепых животных. Кроме орков... и тебя? - он перевел вопросительный взгляд на брата. - Я не отпускаю живыми своих врагов. Ни за что, - жестко сказал Элладан. - Тебе лучше не вспоминать, что произошло между тобой и варгом. Варгом, дитя, а не варжиком. Осторожней со словами. - И с мыслями, - добавил Элрохир. - Особенно когда будешь говорить с владычицей Галадриэлью. Отец вызвал Белый Совет. На совете решат твою дальнейшую судьбу. - Я сюда не просилась. Я домой хочу. А варга зря убили. Он мог бы стать мне вместо лошадки. - Найди Арвен. Нам некогда, дела. Наша сестра поможет тебе отвлечься от грустных мыслей, - посоветовали Кирюше братья. Переглянувшись, они смотрели вслед ушедшей девочке. - Неужели... это и есть Дитя тьмы? Помнишь, мы нашли древние свитки я их переводил? Помнишь, написанное там предсказание? - шепотом спросил Элладан. - Ее глаза чисты, да и душа, по-видимому, тоже. Я не почувствовал в ней ни толики зла, - поделился своими ощущениями Элрохир. - И все же, что-то не так. Отчего ее феа соединилась с феа варга? Ведь так еще не было. - Может, люди из ее страны, откуда она к нам попала, все такие? - пожал плечами Элладан. Братья удалились по своим делам. Как и посоветовали эльфы, Кира нашла Арвен. Кирюша поразилась ее красоте и нежности. Нежность была во всем - в плавных движениях рук, в ровной, без единого прыщика коже. А какая у Арвен была красивая диадема. Тонкое белое золото обхватывало лоб эльфийки, не давая каштановым волосам спутаться и падать на прекрасное личико. Они вместе позавтракали, причем Арвен закормила девочку сластями. Сама она была отчаянной сладкоежкой. Нежная, ранимая и обладающая мощной эльфийской силой и харизмой Арвен, понравилась Кирюше больше своих братьев. Девушка была принцессой, всамделишной принцессой. И вела себя как принцесса. Но не такая, как в сказках, капризная и взбалмошная, а очень гостеприимная, достойная и вежливая. Кирюша сама не заметила, как начала подражать девушке. Обезьянничала мудрый взгляд, королевский поворот головы и ровную осанку. Да. Если бы не гномы, Кирюше было бы чему поучиться в Ривенделле. Может быть, ей подарили бы такое же красивое платье, и она могла бы как принцесса, ровно шагать, царственно поводя взглядом и мило улыбаясь. Арвен показала девочке эльфийские конюшни и дала покататься на черном ласковом пони и на рослом белом коне. Имя у него было чудное для слуха Кирюшки. Похожее на Аэрофлот. Асфалот. А потом она увидела чудо. Огненный конь, словно горящий в лучах заката, с золотой гривой и хвостом. Это был настолько великолепный конь, что у Кирюшки перехватило дыхание. - А кому принадлежит этот конь-огонь? - шепотом спросила Кирюшка, мечтая поскорее сесть на него верхом. - Пока никому, его подарили отцу. Но он горяч и необуздан, он вырос в Ристании, в одном из диких табунов. Конь косил золотым глазом на Кирюшку. - Привет! - подошла к нему Кира. Протянула руку, чтобы погладить по морде. Конь отпрянул, беспокойно забил копытом, всхрапнул. Кира замерла. Что то происходило с конем. Чего он боится? - Осторожно, может куснуть, - предупредила девочку Арвен. Кира почувствовала, как проникает душой и мыслями в сущность огненного конька. Она какими то необьяснимыми усилиям, ранее неведомыми ей, подталкивала процесс вперед. Вот она ощутила, как коню жарко в стойле. Она ощутила жажду. Не свою, коня. - Помоги ты мне, конек, ясноокий Горбунок, - попросила она коня. И их феа соединилось. Кира почувствовала коня глубже - его гордость, непокорность, и в то же время к этим чувствам примешивалась тревога, униженность и страх. Неудовлетворенность и боязнь того, что будет дальше. - Что ты, не все так плохо, - удивленно проговорила девочка. И попыталась передать коню свое видение мира. Конь пряднул ушами и замер. Успокоился, впитывая запах трав, нежность ласковых сильных рук, впитывая в себя воспоминания Кирюши. Он не понимал разницы между собой и ребенком другого вида. Конь рассуждал примерно так: "Если двуногий жеребенок так радуется миру, так доверяет ему и не встречает опасности, значит я тоже должен порадоваться. Я ведь здоров и силен, я быстр. У меня будет наездник? Седло? Ох! Но от жеребенка с двумя ногами так вкусно пахнет молоком и чем то сладким. Пусть седло. Будет приятно побегать, пусть сядет в седло. Погладит? Будет ласково, будет приятно. Пускай. Арвен, все это время наблюдающая общение без слов девочки и коня, не верила глазам. Конь дал Кирюше погладить себя по морде. Девочка притащила седло. С помощью Арвен застегнули на коне все, что нужно для хорошей верховой прогулки. - Не укусит? Не боишься? - негромко, чтобы не испугать коня, спросила Арвен. - Мы понимаем друг друга. - спокойно ответила девочка. Конь вел себя послушно. Дал Кирюше сесть в седло, послушался ее не самых умелых приказов. Впрочем, это только выглядело, как будто девочка управляет конем физически. На самом деле она манила коня, мысленно представив то вкусную травку, то запах краюшки хлеба. Конь прокатил ее шагом, перешел на рысь. Галопировать Кирюшка побоялась - испугавшись, он мог ее сбросить. Но и простое появление девочки на ранее неуправляемом коне-гордеце произвело фурор среди эльфов. Элронд, Линдир и Гэндальф внимательно наблюдали, как конь вышагивает на главную площадь. Доверившаяся коню Кира сидела, покачиваясь в седле, и наслаждалась начавшимся днем. Накатавшись, она заманила коня в стойло, поухаживала за ним под чутким руководством конюшенного эльфа, и побежала к Арвен. Эльф пытался выспросить, не знает ли ребенок смиряющих заклинаний. Кирюшка выкрутилась, сказав ему заговаривалку. Ту самую. Про конька-горбунка. И хихикнула, глядя, как эльф шепчет слова под нос, а конь чуть ли не отпрыгивает от него и горделиво ржет. - И что это было? Ты владеешь осанве? - спросила Арвен, когда они вышли из конюшни. - Чем? - спросила Кирюша. Арвен объяснила. - В моем мире это называется телепатия, - вздохнула девочка и продолжила: - Такого никогда раньше не было. В моем мире, где я жила. А тут - не знаю. С варгом было так же. - Вероятно, при переносе Валар даровали тебе способность общения с животными. Ты сказала о способности Митрандиру? Он и Радагаст Карий тоже могут общаться с животными. Но они не используют осанве. Они умеют говорить на языке зверей и птиц! - И так можно? Я знаю уже много о Средиземье. Гэндальф занимался со мной по пути. Много мне рассказывал. Я понимаю, что такое телепатия. Значит, когда моя феа соединяется с феа животного, я могу общаться с ним. Только... - девочка помялась. - Не совсем так. Я как будто чувствую все, что чувствует тот, с кем я соединилась. А сама тоже могу передать, что ощущаю или ощущала. Пока Средиземье было добрым ко мне. Если не считать орков, которые хотели перебить моих гномиков. - Они слышали, как ты их зовешь - гномиками? - улыбнулась девушка. Она вела Киру на обед к своему отцу. - Слышали. У нас гномики - это такие маленькие бородатые человечки, живущие в недрах гор и добывающие самоцветы. - И не рассердились? - осторожно спросила Арвен. - Мне они кажутся суровыми. Особенно лысый и тот, что с топором в голове. - Да нет, - Кирюша полюбовалась на солнце, стоящее высоко в зените. Оно ощутимо пригревало сквозь походную тужурку девочки. - Они немного невоспитанные и обжоры, но в целом милые ребята. Они подошли к столу, накрытому на семь персон. Кира посмотрела по сторонам. Гномий стол отодвинули подальше, помня, что они любят кидаться едой. Арвен указала Кире местечко рядом с собой. - Я за ужином сидела с гномами. А тут много столовых приборов. Я не умею пользоваться всеми, - призналась Кирюша. Арвен пообещала помочь и девочка успокоилась. За стол сели - владыка Ривенделла Элронд, его сыновья Элладан и Элрохир, Торин, Гэндальф. Начался обед. Прислуживающие за столом эльфы принесли чашу с салатом, супницу с вегетарианскими щами, на второе были картофель, посыпанный укропом и котлеты из моркови. А запивали все это взрослые - вином, а Кирюше и Арвен дали компот из смородины. Кирюшка и глядеть бы не стала в сторону морковной котлеты, но тут она была приготовлена с какими-то душистыми травками и была такая сочная и мягкая, что таяла во рту. Все остальное тоже без проблем исчезло в детском животике. Наевшись, девочка отвалилась и прислушалась к беседе взрослых. Говорили о непонятных вещах - то о каком то Дитя Тьмы, которого все ожидал Ривенделл, то о рыбе, которая клевать перестала. Братья заговорили, что орки обнаглели и подходят чуть ли не к воротам долины эльфов. А еще говорили о таинственной крепости Дол-Гулдур и о Некроманте, который в этой крепости засел. Кира зевнула. У гномов явно было веселей. Вон, Фили уже вычесывает морковную котлету из усов и бородки, а Кили соскребает ее же с волос. Бофур снова прыгает и поет как корова с луны прыгнула на радугу, да была пьяная и промахнулась. Бред, но весело. Ори наворачивает картошку. Ори очень любит картошку, особенно печеную и жареную. - Арвен, а вы едите жареную картошку? - спросила девочка. - Едим, но нечасто. Есть и вкуснее кушанья, - поделилась с Кирюшей своими наблюдениями принцесса. - Я люблю тушеную капусту и грибы. Мало-помалу обед закончился. - Я прилично себя вела? - спросила Кирюшка. - Более чем, - ответила Арвен. Она и правда была довольна. Ей было скучно - а тут живая куколка, которая смотрит ей в рот. Материнские инстинкты, опять же. Из песни слов не выкинешь, а из женщины не выжмешь инстинкты никаким воспитанием. Арвен уже мысленно прикинула программу воспитания иноземной малышки. О, она даст этой девчушке все, что сможет! Кирюша же, попрощавшись с принцессой, пошла проведать гномов. Фили и Кили собирались чуть вздремнуть после обеда. У вошедшей к ним в комнату девочки были иные планы, но Фили просто взял ее под мышки и перенес на кровать. Сдернул с Кирюши обувку. Сам улегся рядом. Девочка попробовала похныкать, но братья пришикнули на нее. Она возмущенно повертелась с боку на бок и заснула.