Грань

Я очень боялась, что мы снова поедем на воздушном трамвае. За все время пока мы шли, я заметила всего пару десятков человек. В прошлый раз была толпа, и то меня трясло так, что только чудом нас не обнаружили. А сейчас, когда людей почти нет... В этот раз я уже не надеялась ни на что. И уже мысленно готовилась к тому, чтобы скулить и упрашивать Хэлл отказаться от этой безумной идеи. Но, как оказалось, переживания мои были напрасны — мы и не собирались пользоваться общественным транспортом. Вместо этого мы воспользовались двумя плоскими эскалаторами — каждый километра два длиной. Не прошло и получаса, как мы стояли возле потрепанного бара в пятом кругу. Честно говоря, если бы я шла одна, ни за что бы туда не заглянула, потому что обычно именно в таких местах живут неприятности. А у меня неприятностей и так было выше головы. И сейчас передо мной вставала дилемма: насколько сильно я могу положиться на мою спутницу. Не будет ли это моим последним путешествием? Нет, я не боялась смерти. Есть вещи похуже нее. Например принудительное возвращение туда, где я буду мучительно сходить с ума долгие годы. Тяжело вздохнув, я медленно зашла в бар вслед за Хэлл. Если верить моим внутренним ощущениям, то сейчас было что-то около пяти вечера и закономерно в баре почти никого не было. Хэлл не останавливаясь проследовала прямиком к барной стойке и, широко улыбнувшись, бармену уселась на стул. Тот, усмехнувшись чему-то своему, достал из-под прилавка большую кружку и наполнил ее пивом, судя по цвету — темным. — Как твое ничего? — одним глотком ополовинив кружку, довольно спросила моя блондинка. А я наконец-то решившись уселась на соседний стул, рядом с ней. — Все так же, Хэлли. Все так же, — лениво протирая стойку, протянул бармен, даже не глядя на меня. Он был очень высокого роста, так что Хэлл рядом с ним казалась просто школьницей, а это чего-то да стоило, учитывая ее рост. Широкие плечи, длинная борода с усами — все это добавляло его образу какого-то медвежьего очарования. Большой, тёплый медведь, который замечателен, только когда спит. А во все остальное время, если вам дорога ваша жизнь, такого «медведя» лучше избегать. — По делам или просто в гости пришла? — хитро ухмыльнувшись спросил он. — Скат попозже обещал приплыть, — не поведя даже бровью, спокойно ответила Хэлл. Очевидно, бармен входил в ее зону доверия — ведь она даже ни на секунду не поколебалась, отвечая ему. — Хан сегодня здесь? — все так же безмятежно продолжила она. — Он обычно не берет девчушек с проблемами к себе, — окинув меня недолгим взглядом, вскользь отметил бармен. — Ну мы спросим это лично у него, Вась, — широко улыбнувшись, парировала Хэлл, допивая кружку с пивом и поднимаясь с места. Не дожидаясь ответа бармена, она потянула меня за столик, который был невдалеке от барной стойки, но при этом привлекал к себе мало внимания, находясь у стены. И тут что-то промелькнуло какие-то голубые искры-волны. — Хан? — усаживаясь на указанный Хэлли стул, спросила я, нервно перебирая пальцами по поверхности стола. Неужели нашли? Хэлл проигнорировала меня и уселась напротив. Закурила и долго пристально смотрела куда угодно, только не на меня. — Работа не пыльная, красить стены, — спустя какое-то время промолвила она. — Отравлений больно много. Но куда без этого в нижнем мире, — тут же добавила, слегка усмехнувшись. — Если повезет, и попадешь к Хановским ребятам, то будет даже креативная работенка, — на этом моменте Хэлл внимательно посмотрела на меня, и снова ее лицо украсила широкая, чуть пугающая улыбка. — И главное, безопасная, — в этот момент я с молчаливым вопросом посмотрела на Хэлл, ожидая разъяснений. Все-таки у каждого из нас свое понимание слова безопасность. Для кого то это — запереть человека в четырех стенах. — Хан не бросает своих, — без тени улыбки сказала Хэлл, заставляя меня ей поверить. Вот почему я пошла с ней. И осталась в течении всего этого времени. Она дарила мне то, чего я была лишена столько лет — возможность кому-то верить. Мы просидели пару часов. В молчании. Хэлл курила и пила пиво. Я просто сидела и смотрела на нее. Пытаясь запомнить. Ее движения. Черты лица. Чтобы у меня что-то осталось, если они найдут меня. Или когда. Когда они придут. Придут за мной и меня не станет. — Сбор после полуночи, — едва слышно произнес бармен, принося к нам на стол очередную порцию алкоголя. Вместе с ним к нам подошло несколько мужчин. — Василий сказал, ты хочешь пристроить ко мне кого-то? — спросил худощавый азиат низенького роста, без предисловий переходя к делу, вольготно рассевшись на стуле между мной и Хэлл. Трое, что подошли с ним, молча поздоровавшись с блонди, расселись кто куда придется. И именно в этот момент за моей спиной раздался уже знакомый голос. — Кого я вижу, — протянул голубоглазый брюнет. — А не тот ли это парнишка-строитель? — схватив стул и перевернув его спинкой от себя, Рэй присел за наш столик. — Я гляжу, собираешь вокруг себя холоднокровных? Что, решили принять к себе в ряды еще одного? – обратился он то ли к Хэлл, то ли к бармену, а может быть к Хану. Последний радушно ухмыльнулся и пожал протянутую Рэем руку. — Что тут забыл всемогущий младший страж, — с нескрываемым сарказмом спросила Хэлл, эффектно выгнув бровь. Да, определенно, я просто балдела от возможностей мимики ее лица. — Ну кто-то же должен следить за порядком, — игриво чокнувшись кружкой с Ханом, что оказался его соседом, пафосно изрек Рэй. Не забыв при этом, подмигнуть молодой официантке, что тут же зарделась. Я, кажется, начинала догадываться, почему его звали «красавчик Рэй-Рэй». И это был отнюдь не комплимент. — Ох, Рэюшка, солнышко, благодетель ты наш, как же мы жили бы то без тебя, — слащаво растягивая слова и смешно коверкая произношение, сыронизировала Хэлл. Если я что-то понимала, то Рэй ее несказанно выбешивал. — Змеюшка, дорогуша, сбереги яд для тех, кому он нужнее, — не остался в долгу Рэй. А я решила пересесть за барную стойку. Никогда не любила конфликты. И уж тем более быть их темой — пусть и косвенно. Синяя молния, словно змея проползла по деревянному покрытию, переползая на заднюю стенку, где стояли бутылки, заставляя их дрожать, как только она перебиралась от одной к другой. Боженька, пусть это будут лишь мои галлюцинации. Заметив как я вздрогнула, Василий, — если верить обращению посетителей, то именно так его звали, — налил в небольшой стакан жидкость, чем-то напоминающую кофе с молоком по цвету, и ловко подтолкнул в мою сторону. Аккуратно взяв стакан в руки, я осторожно попробовала напиток. Что-то сладкое, но при этом чувствовался алкоголь, горьковатой волной стекая из моего горла в желудок. Говорят, он помогает расслабится. Было бы неплохо. А то мне уже кажется что попало. По крайней мере я надеюсь, что эти чертовы всполохи мне именно кажутся. Просто галлюцинации и ничего больше. В дверях появился растрепанный парнишка, с небольшой котомкой под мышкой. Парень, поймав мой взгляд, подмигнул мне и скрылся в противоположном направлении. Нужно было сказать Хэлли, что пришел Скат. Повернувшись в сторону столика, я заметила, что она все еще ругается с Рэем. — Старые знакомые, — ответил на мой немой вопрос бармен, протирая полотенцем одну из кружек, что пару минут назад принесли с кухни. И только сейчас, наблюдая за движением его рук, я заметила часть татуировки, что виднелась из-под правого рукава футболки. И глядя на странные скрюченные лапы и змеиный хвост, я внезапно осознала: Вась — было вовсе не имя, вернее имя, но не совсем не то. Это было сокращением. — Умный котеночек, — усмехнулся Василиск, подтверждая мои догадки. Так вот о чем говорил Рэй. Холоднокровные. Я медленно обвела зал глазами: Змея, Скат, Василиск... — Хамелеон, — отметил мифический полузмей, когда я невольно задержала свой взгляд на Хане, который продолжал распивать горячительные напитки. Я от неожиданности поперхнулась. Вот тебе и тихая новая жизнь. Во что меня втягивала эта блондинка?