THE

Искры Хосока медленно его убивают.

Чон Хосок весь сияет цветными огоньками. Под ребрами его щекочут маленькие яркие искринки фейерверка и рвутся выбраться наружу, заставляя его всегда носить улыбку. Чон не бывает при нас печален. Искры словно лава выбираются из него наружу, высыпаясь из-под ресниц и через рот. Каждый день мы только слышим, как они звонким смехом падают и ударяются о пол или садятся нам на кожу, вызывая приятные мурашки, и тоже улыбаемся. Хосок — это целый фейерверк с бесконечной палитрой своего многообразия. Миллиарды огней настоящей магии, в которую все верили в детстве. Мы хлопаем в ладоши, улыбаемся, и иногда забавно скачем на месте. Огромные вспышки сверкающего дождя вызывают восторг и счастье, позабытые нами из детства. Ведь никогда фейерверк не запускают в горестные минуты или минуты отчаяния. Наша память видит только самые прекрасные моменты в жизни рядом с этим чудом. Мы любим, когда бархатное темно-синее полотно ночи озаряется красивыми искрами его сердца, и не замечаем, как ломаются его рёбра. Мы не обращаем на это внимания, или пугаемся крика Чона, который слышен в радиусе нескольких километров, прикрыв уши ладонями. Собаки залают. На машинах сработает сигнализация. Где-то треснет стекло на окнах. Настолько больно Хосоку дарить иногда радость. Когда последние заряды догорят, ошмётки души Хосока останутся незамеченными огарками, падающими с большой высоты на землю. Чернота ночного неба скроет их под своим покровом, и наш взор проглотит эту иллюзию. А утром придут дворники, соберут его остатки, сметя в урны, и навсегда отправят на свалку. Мы уйдём, превратив его из нечто потрясающего и волшебного, дарящего улыбки и яркие воспоминания, в черные лоскуты разорванного сердца. Праздник закончится, и вместе с ним забудут про Хосока, детство и мечты. Потому что завтра кого-то ждёт школа или универ, а взрослым снова придётся идти на работу. А Чон Хосок будет дальше улыбаться, веря, что огни его сердца ещё раз озарят небо, а наши лица счастливой улыбкой. Ведь на витринах магазинов его еще так много частичек его души, которые он готов дарить нам снова и снова, пусть это и причиняет ему неимоверную боль и оставляет пустоту внутри.