Аквилон

Странное, но такое знакомое пиканье пытается пробудить. Как же хочется его заглушить ударом об стену и окунуться обратно в небытие. Но этот звук, в первую очередь, означает, что сейчас все потребности Джонина - ничто, по сравнению с людьми, которым требуется его помощь. Не проходит и пары секунд, как он преодолевает всяческие силы притяжения к кровати, поднимаясь и тут же потягиваясь, смотрит на часы, фиксируя для себя начало выдвижения в пункт назначения - 5:49. - О, кого я вижу! - внезапно громкий голос лучшего друга вынудил задержаться. - Что ты здесь делаешь? - Джонин отчаянно пытался вспомнить вчерашний день, но в голове не было даже того тумана, который скрывал бы от него истину. Благо, голова не болела, что являлось для хирурга сейчас настоящим чудом, благодатью. - Живу... - усмехаясь, замечает Лухан, подходит к Каю и кладёт руку на плечо. - О... - Кажется, становится слышно, как умственный процесс запустился у младшего в голове. - О-о-о-о-о. - Ещё пауза в молчании. - О-О-О-О-О-О-О-О-О! - Как всё запущенно. - Даже уже не удивляется Лу, констатируя факт. - Ну, видимо, ты впервые за несколько долгих дней поступил как друг. Забрал меня откуда-то, где было прокурено и шумно, смотреть очень яркие и насыщенные сны... и даже охранял мой покой. - Я... - Лухан уже хотел было заикнуться, что работал почти до самого утра, но не стал. - ... Именно так всё и было. А куда ты так рано? - Срочный вызов. Нужен нейрохирург. - Странно, что не вызвали меня... - Я же лучше. Как человек с амбидекстрией*. Джонин успел это сказать и подмигнуть, быстро заканчивая собираться, и в следующий миг уже исчез из поля зрения друга, пока в него летел тяжёлый тапочек.

***

- Йоу, босс. - Громкий бас Чана входил в одно ухо и, кажется, тут же выходил с такой же громкостью через второе. - Что сегодня делаем? Почему-то с этим человеком Чанёль не мог быть до конца собой - грубым и бессовестным. То ли из-за предложенной работы, то ли от того, что он совсем его не знает, и от этого хочется казаться, какое-то время человеком хоть немного лучше, чем он есть на самом деле. - Не сегодня, Чанёль, - спокойно ответил Бэкхён. По голосу стало понятно: он был занят чем-то важным. - У меня дела. - Так-так-так. Что за дела? Я могу помочь. Я хочу... - Кажется, кто-то захотел поработать сверхурочно. - Боюсь, тебе не понравится. - Вдруг отрезал Бэкхён. Чанёль ещё не слышал в голосе парня такой серьёзной нотки. - Не понравится? Ты идёшь на свидание что ли? - Грубоватый голос пропитался усмешкой и ухмылкой. - Если бы я шёл на свидание, то ты обязательно был бы со мной. Где-нибудь в метрах десяти. - Я это запомню. Так, что всё-таки случилось? - Не от волнения, а, скорее, от скуки сероволосый пытался выпытать информацию у Бэкхёна. - Э-э-эм... Одно... Мероприятие. - Сквозь непонятные паузы ответил композитор. - Я должен быть с тобой. - Вовсе не вопрос, а самое уверенное утверждение. Далее последовали короткие и пугающие гудки. - И что этот человек задумал? - Бён ещё не так хорошо знал своего нового знакомого, чтобы делать предположение о его действиях. Но сегодня было счастливое исключение. Заинтригованный Бэк уставился на свои поднятые брови, попытался пальцами поставить их на место, и ещё несколько минут слушал громкое невыносимо быстрое биение собственного сердца. - Я уже в который раз тебе говорю, что не уверен... - Бэкхён не хотел и не любил обижать людей, независимо от своего и их статуса. Поэтому сейчас пытается объясниться, глядя в глаза, находящиеся порядком выше его глаз. - Давай я решу за тебя. Уверенности у меня хоть отбавляй! - Весело и беззаботно продолжал Чанёль. - Если ты меня подведёшь... или опозоришь... - неуверенно начал Бэк. Всё-таки он правильно расшифровал намерения Чанёля приехать и теперь был напуган ещё больше. Всё, что он знает на данный момент о своём работнике (за эти полтора-два месяца) это то, что Чанёль всегда найдёт, что сказать и чем ответить любому, будь то обидчик или товарищ, причём, довольно в грубой форме, всегда постоит за себя, за свои интересы (хотя, на деле, их оказалось неожиданно мало) и всегда добивается своего. Что бы то ни было. - Будь уверен во мне. - Чётко, не раздумывая ответил сероволосый. - Я же не такой неуравновешенный псих, которым меня многие считают. - Ну... - Бэкхён посмотрел исподлобья на высокого парня и тут же заразительно рассмеялся. - Запомни. Три главных правила подобных мероприятий: Первое - Не рассматривать людей как своих будущих жертв или бывших любовников. Не пялиться, в общем. Второе - Разговаривать только тогда и только с теми, кто задаёт вопрос, начинает беседу. И последнее, но самое важное - костюм! - На этих словах чуть было загоревшийся взгляд Чанёля погас. - У тебя нет? - Смеёшься? - Чанёль окидывает себя взглядом, подёргивая одной рукой в кармане штанов. - Кажется, из моего ничего тебе не подойдёт... - Так уж наверное! - вернулся к привычному сарказму Чан. - Но. - Вновь загадочно улыбнулся Бэкхён. - У нас ещё есть время! - Я тебя понял, босс. - Подмигнул Чан. - Только... прошу, на мероприятии не зови меня так. Да и вообще, мне не привычно и неуютно даже немного. - А я думал, ты мне вставишь проводок в ухо, и я уже буду совсем как телохранитель, ходить за тобой по пятам. Тут Бэкхён не удержался и дал высокому смачный подзатыльник. - Там телохранитель не нужен. Да и выглядит это сейчас иначе. А ты вообще немного не тем занимаешься. - Я, конечно, допустил эту мысль, но... У тебя там будет бывший? - Один из них... - Опустив голову, произнёс Бэк затихающим голосом. - Воу. Да вы всё продолжаете меня удивлять, господин. - Господи... - Перефразировал Бён. - ...н. - Нет! - Вдруг взорвался Бэкхён и схватил Чана за плечо. - Всё, идём! За костюмом. В лёгкой, совсем не крупной двухместной машине композитора было уютно. Но кое-кому пришлось тесновато, над чем немного посмеялся Бэк. - Дылда. - Коротышка. - Великан! - Лилипут?.. - Эй, полегче! - Ладно-ладно, подзатыльник от тебя больше не хочется что-то. Дальше они ехали в тишине. Перед примерочной Чанёль получил внушительных размеров катающуюся вешалку, полную самых разных костюмов. Но вот сероволосому они показались одинаковыми и очень скучными. - Одним не обойтись? - жалобно посмотрел на Бёна. - У нас ведь не так много времени. - Не сегодня. Ты должен быть одет с иголочки. Я бы и твоей головой занялся, конечно, будь воля и время... - Волосы не трожь!!! - Раздалось на всё помещение. Тут вдруг весь бутик замер, ожидая ответной реакции. - Ладно, но выделить свои глаза ты мне дашь. - Подмигнул Бэкхён и впихнул дылду в примерочную. - Ну как? - Вальяжно и не торопясь вышагивая из примерочной как какой-то крупный мафиози, Чанёль приближался к Бэку. По пути захватил из вазы искусственный цветок и вставил в карман чёрного пиджака. - Тебе не идёт чёрный... - Отрезал Бэкхён. - Но я... ведь... всегда... - ... костюм. Чёрный костюм. Пожалуйста, - обратился он к девушке-консультанту, - уберите всё чёрное. - Конечно, - тут же отозвалась та. - Что ты имеешь против чёрного? - Во-первых, тебе не идёт, во-вторых, я сам буду в чёрном. - Ага. - Довольно улыбнулся и даже закрыл глаза Чан. - Типа не хочешь парные костюмы? - В таком случае ты был бы парой для большей половины мужчин там... и не только мужчин. - Усмехнулся в ответ Бэкхён. Его хитрый взгляд одновременно удовлетворил и напугал сероволосого. - Понял, ты тоже умеешь шутить. - Отметил Чан, вытянув указательный палец в сторону композитора. - Так даже интереснее! - Да-да, осторожнее только, я тоже могу ответить. И иди уже мерить оставшееся. - Бэкхён лишь импозантно махнул кистями и плюхнулся обратно на диван напротив. После чёрного следовала парочка тёмно-синих, один клетчатый, аж три серых и три светло-синих костюма. Итог: они отправились следом за чёрными. Бэкхён категорично отвергал всё, в чём выходил Чанёль к нему на свет. - Ты передумал, что ли? - вдруг выдал Чан. - Ты о чём? - сначала не сообразил Бэкхён. - Передумал брать меня. - А-а-а, вот ты о чём. Нет. - Взгляд парня блуждал уже по сторонам в поисках других интересных вариантов, перемещался на более яркие и дерзкие, замечал отдельно висящие друг от друга части одевания. - Просто ты должен выглядеть не как клоун. - Интересно, если я в костюме выгляжу как клоун, то с красным носом, рыжим париком и соответствующим костюмом - как?! - Сарказм долой! У меня есть идея... - загадочно чуть ли не пропел Бэк. - Ммм? - Чанёль внимательно изучал, как Бэкхён сам, без посторонней помощи быстро передвигался, чуть ли не кружась по помещению для удобства, собирал и выискивал рубашку, пиджак и брюки. Выбор композитора его очень удивил. На языке так и вертелось: ох уж эти творческие личности. Своей подборкой Бэкхён был доволен уже тогда, когда отдал одежду изумлённому до молчания Чанёлю. Тот, в свою очередь, не стал сопротивляться, потому что выбора у него толком и не было. Уже в пути Чанёль, наконец, высказался: - Неожиданный выбор. - Но в точку же, согласись. После этих слов Бэкхён ещё раз взглянул на своё творение, поправил чёрный платок, торчавший из кармана молочно-бежевого пиджака. Длинные тонкие ноги в чёрных брюках выглядели сейчас ещё стройнее и до сих пор еле помещались на пассажирском месте авто. А так же Чан всё продолжал поправлять воротник чёрной, как ночь вне города, рубашки, без единой светлой ниточки или пылинки, так как его не придерживал ни галстук, ни бабочка, как у Бэкхёна. - Да. И спасибо, что без галстука. - Решил упомянуть Чан. Быть может, на будущее. - Терпеть не могу эту удушающую херь. - Чан! - Композитор сделал вынуждающую паузу и продолжил: Речь. Следи за ней. Хотя бы сегодня. - Точняк! На него тут же бросился строгий взгляд. - Ла-адно-ладно, шучу я. Последний раз. - И он тут же провёл рукой у рта, якобы закрывая его на замок. - А чего тогда поправляешь каждую минуту рубашку? - Не привык я к подобной одежде... Не было как-то ни необходимости, ни желания. - Сейчас зато есть и то, и другое. Верно? - Бэкхён словно насмехался на ним, как старый друг, потому что Чанёль не чувствовал издёвки ни в речи, ни во взгляде. Мероприятие, о котором так беспокоился Бэкхён, действительно оказалось намного ярче, больше и важнее, чем могло показаться с первого раза. Яркий, и кажется, необъятный зал, украшенный только лишь самыми разнообразными лампами на потолке, стенах и даже на полу. Минимализм - говорит нам современность. Но и в этом есть своё очарование. Если задуматься и присмотреться, то в составленных композициях из ламп можно прочесть надпись или заметить приятный взгляду рисунок. Никогда Чанёль не был на подобных "встречах". Бары, клубы, закрытые площадки для мини-концертов, тусовки на квартирах, игровой дом - вот его сфера, его стихия, его стиль существования. Но таких удачных встреч, как "свидание" с Бэкхёном, не бывает больше одного раза в жизни. И даже такого неподвижного для изменений и принципиального для местообитания Чана можно заставить задуматься, на время отложить свои принципы в сторонку, но не далеко, и постараться что-то исправить. Ведь никакой человеческий поступок, проделанный однажды, не даёт ему безвозвратного билета на задние ряды, где, по сути, собственной жизни нет. Каждый достоин быть, достоин найти свой смысл жизни и далее следовать рядом с ним - жить. Красивые наряды. Дорогие туфли, наверное, сделанные, как минимум, из половины животных, что знает Чанёль. Волшебные причёски и самые разные, но сдержанные и модные макияжи. Всё это, несомненно, в первое мгновение заставляет удивиться и повестись на роскошь, но лишь на жалкие считанные секунды. Отворачиваясь от людей, Чана тянет блевать от подобного массового пафоса, избалованности и лицемерия. - И как ты это всё терпишь? - не удержался он. Подошёл сзади к Бэкхёну и наклонился к уху, тем самым напугав его. - Я-то привык, за столько лет. - Но... зачем? - Профессия вынуждает. Если бы я произошёл из какой-нибудь подобной семьи, то, возможно бы и не нуждался в средствах и занимался бы музыкой в своё удовольствие, или просто-напросто бы привык к такому образу жизни, мышления и никого бы не замечал вокруг. Но наверное, мне больше повезло, я успел сохранить в себе реализм и хоть какую-то честность по отношению к себе и к людям. Я пишу музыку по заказам, по желанию, по вдохновению. Она везде находит своё место. Каждая написанная мною мелодия. Будь то реклама, кинофильм, дорама, колыбельная для кого-нибудь или подарок на день рождения, свадьбу или праздник. Я счастлив, что нашёл то, что делает меня таковым. И это же дело приносит мне средства для жизни. А сегодня... - ПРОСИМ ВСЕХ УЧАСТНИКОВ И СОПРОВОЖДАЮЩИХ ПРОЙТИ В БОЛЬШОЙ ЗАЛ ДЛЯ ОБЪЯВЛЕНИЯ ИТОГОВ XXXI ФЕСТИВАЛЯ МОЛОДЫХ КОМПОЗИТОРОВ. - Раздалось сразу со всех сторон, но не так громко, как это обычно происходит на стадионах или дискотеках. Это ведь светское мероприятие.

***

- Я знал, что здесь всё куплено! - Чертыхаясь и периодически переходя на человеческий язык возмущался Чанёль. - Ну, это ведь не последний раз. - У тебя просто волшебная музыка... Кстати, сейчас-то можно ругаться? - вдруг вспомнил Чан о сегодняшнем запрете. - Уже да-а-а. - Через силу улыбнулся Бэкхён. Он знал, что практически нет шансов на победу. Но всё же не каждый год тебя допускают даже до участия в подобных крупных фестивалях. Бэк мог уже этим гордиться. А приз зрительских симпатий... он его точно заслужил. - Приз зрительских симпатий. Это ладно. Понимаю. Бесспорно! Но кто судил о главном?! - продолжал недовольства Чан. - Судьи. Люди, которые всю жизнь наверное побеждали во многих конкурсах и фестивалях. - Да они ничего не понимают. Я тебе говорю, первое место купили. - Купили за выигрыш, который меньше самой взятки? - Ну, у кого-то просто комплекс победителя, или как там этот феномен называется. - Ну да... Как-то так и называется. - Бэкхён усмехнулся сквозь противоречивые эмоции внутри. - Комплекс давателя взяток и воровства наград - вот как это называется! - выкрикнул как можно громче Чанёль. Кажется, он хотел, даже мечтал, чтобы его хоть один человек оттуда услышал. Но они всё быстрее отдалялись от "места преступления". - Чанёль, ну хватит. - Успокоительным голосом продолжил Бён. - Я ведь всё-таки оставил свой отпечаток. И доволен хотя бы этим. Я не как те люди, не стал бы подобное и вообще любой исход отмечать торжеством со всеми родственниками и друзьями. Я бы хотел лишь, чтобы меня заметили нужные люди. - И ты это заслуживаешь. Тебе ещё позвонят, не переживай. Ты войдёшь в мировую историю, как Чайковский или Бетховен. Бэкхёну стало легче от этих слов. - Спасибо, что был сегодня со мной. Наверное, одному было бы в разы тяжелее. - Иначе и быть не могло. Я бы в любом случае оказался тут. Знаешь ли, - уже тише продолжил Чан, словно рассказывал большой секрет, - неведомо откуда произошедшее предчувствие порой приводит меня туда, где мне нужно быть. - Я рад, что оно у тебя есть. И работает вовремя. Обратно предложил везти машину Чанёль, глядя на подавленное состояние парня. Тот был вовсе не против и даже позвал потом Чана к себе на чай. За чаем произошёл уже другой разговор: - Бён Бэкхён, а я тебе нравлюсь? - вдруг разрезает ненавязчивое молчание бас. Бэк принюхался к чаю, проделал то же с чашкой Чанёля. - Мы вроде просто чай пьём, к чему этот вопрос? - Вдруг ему стало подозрительно интересно. - Стало вдруг любопытно. Кто в твоём вкусе. - Парни. - Для начала дал ответ Бэкхён. - Это-то я понял, - усмехнулся Чанёль. - А я? - Нет. И именно поэтому я попросил тебя работать на меня, Чанёль. Всё ведь очевидно и просто. - Знал бы тот, с каким трудом парню далось это враньё. Но ещё одного человека, пусть пока даже не друга, Бэк не хотел отпускать. Кто знает, быть может, они смогут найти те самые точки соприкосновения хотя бы для дружбы. - Логично. Спасибо за ответ, босс, - Чан подмигнул и опять схватил сразу пару печений. - Бэкхён. - Я знаю. - Да нет же, я прошу меня звать так. - Беф пвабвем. - Пережёвывая свою добычу, согласно кивнул сероволосый. Пиджак уже давно висел на спинке стула. Брюки загнуты так, как то было удобно по температуре для Чанёля, а рубашка испачкана крошками и местами покрыта светлыми волосами. - А что на счёт тебя? - не отставал по внезапности и Бён. - Что со мной? - Кого ты любишь? - Я не хочу жить этим жалким чувством. А ещё привязанностью... Мне просто плевать, кого трахать. Он, она, оно - главное, чтобы было весело и хорошо. И ненадолго. Ахахахаха, - этот смех немного напугал Бэкхёна. В подобном ответе чувствовалась истинная сущность Чанёля. Жуткая вещь, - подумал про себя Бэк. - Тогда, у меня есть к тебе предложение. - Заинтриговал. - Как я понял, у тебя ведь нет собственного дома... - Не хорошо начинать предложение с попытки унизить человека. - Внезапно Чан вспомнил о гордости. - Я не то хотел этим сказать... Прости. Я сейчас о другом. Почему бы тебе не переехать ко мне? Раз уж у нас так удачно совпадают графики по жизни, некоторые убеждения. Да и жить одному как-то грустно уже. - Тебе бы семью завести. Детишек... - Э-э-э, нет, спасибо. Обойдусь. Ты ведь внимательно слушаешь меня хоть иногда? - Да, и то верно. Помню, что-то ты говорил уже об этом. Типа я буду у тебя вместо семьи? Как ребёнок? Которого кормят, одевают, надзирают, укладывают спать... - Ты, кажется, начитался сказок, Чанни. Это будет просто нечто вроде взаимовыручки. Я помогаю тебе, а ты помогаешь мне. Всё ведь так и начиналось. - Тогда без бэ! Молодые люди пожали друг другу руки и загадочно переглянулись. Каждому показалось, что он подумал лишь о своём. Но пока даже к лучшему, что они не знают, что подумали об одном и том же синхронно (Чанёль в меру собственной испорченности, а Бэкхён - в силу зарождающегося чувства.