Жена-школьница

      Я беспрепятственно выбралась из школы, только в приемной меня поджидала завуч с визитками в руках всех известных ей психологов, предлагая их мне. Я звонила Мише, но он не брал трубку, даже Дима, который уехал куда-то, не знал о его местонахождении. Ну вот где мне теперь его искать?       По дороге домой я поняла, что даже не знаю, где он, кроме дома, может находиться. Я не знаю, посещает ли он клубы, какие-нибудь другие заведения и есть ли у него вообще друзья, у которых он мог сейчас находиться. Я ничего не знала.       Я позвонила трижды, но никто мне не открыл дверь. У меня уже почти надежды не осталось, но когда я всунула ключ, то дверь оказалась не заперта. Тихо раздевшись и обойдя всю квартиру, я увидела его у себя в комнате - он лежал на кровати, уставившись в потолок.       - Сегодня не идет снег, может, сходим куда-нибудь? - я даже не стала выпытывать о чувствах, которые вызвали у него сегодняшние события, потому что знала, что все мои слова будут бесполезными, если он сам не будет готов со мной ими поделиться.       - Паршивый день, даже снег не идет, - он сел и подозвал меня к себе. Усевшись рядом, я касалась своей рукой его руки. Он все продолжал смотреть в стену. Неужели он так расстроен? Я сплела наши пальцы, успокаивая его. Он удивленно посмотрел на наши пальцы, а после уставился на меня.       - Ты думаешь то, что нас раскрыли, так повлияло на меня? - он начал улыбаться.       - А что тогда так на тебя повлияло? - я тоже начинала потихоньку улыбаться.       - Что завуч считает меня педофилом. Ты уже взрослая девушка, тебе скоро восемнадцать лет, а она выставила все так, будто тебе лет десять, и я держу тебя в подвале, трахая в любую свободную минуту, - я уставилась на него, почувствовав, как мои щеки стали краше помидора, и не могла ничего сказать. Да и что тут сказать. Я готова была провалиться сквозь землю или спрятаться от него в ванной, чего и сделала, если бы он так крепко не держал меня за руку.       - Отпусти меня, - еле слышно пропищала я.       - Зачем это? Разве ты не собиралась меня утешить? - он лукаво уставился на все еще раскрасневшуюся меня. Несколько минут я молчала, потому что в моей голове крутилась только единственная фраза на его вопрос - "Как?".       - Сходим куда-нибудь? - повторила я свое предложение, которое озвучила еще в самом начале.       - Да после слов завуча, мне выходить куда-либо за пределы квартиры стремно. Ты забыла, что она сказала? Повторить? - он явно наслаждался моей реакцией.       - Нет, - слишком поспешно ответила я. - Тогда ищи фильм, а я пойду попкорн делать.       - Ты собираешься прогулять уроки?       - Эй, ты забыл, что меня с тобой в паре обсуждают. Сегодня мне там делать нечего. Пускай все уляжется, тогда и приду.       - Меня-то уволили, но ты-то там учишься.       - Давай смотреть фильм, - я поставила перед ним полную чашу. - Выдался единственный выходной в начале учебной недели, а мне мой "бывший", - я выделила это слово, - учитель приказывает. Не думаешь, что я его уже не обязана слушаться?       - Что-то не помню, чтобы ты его вообще слушалась.       Он выбрал какую-то мелодраму. Мне понравилось, а ему нет, поэтому уже после десяти минут просмотра он начал засыпать. Молодец, Диана, отлично отвлекла его от сегодняшних событий. Я разлеглась на диване, а он сидел на полу. Когда он уж совсем стал засыпать, я накинулась на него, крепко обнимая за шею, как раз в тот момент, когда главная героиня начала рыдать от неудач, свалившихся на нее.       - Диана? - он внимательно посмотрел на меня. Если бы я тоже посмотрела на него, то опять начала бы смущаться, поэтому я не нашла ничего лучше, чем запустить в него попкорном. Прямо в лоб! Опять таки молодец, Диана! - Малолетний изверг, - сказал он, хлопая глазами. - Как ты могла поступить так со мной?! Я, значит, чуть тут не рыдаю, а ты начинаешь меня избивать! Так, значит, ты хотела меня отвлечь?!       - Давай, скажи еще, что ты опечалился. Сколько сижу, все мне кажется, что ты только рад, что наша тайна раскрылась, - он кивнул. - А чему ты радуешься? Меня посчитают малолеткой, которая влюбилась в своего учителя.       - Я тебе нравлюсь? - он перестал улыбаться. Я даже подумала, что он это серьезно спрашивает.       - Да я про ситуацию, - и смотрите-ка, Диана снова молодец. Сказала собственному мужу, хоть и не прямым текстом, что он ей не нравится. Просто супер. - У нас даже нет совместных фотографий, - я сходила за фотоаппаратом. - Сделаем пару снимков?       - Мне что-то расхотелось, - он только что сидел без улыбки, которая раньше не сходила с его лица, но теперь постарался улыбнуться. У меня сердце разрывается от этого. От того, что он вот так грустно улыбается, что считает, будто мне не нравится. Да мне даже самой больно от того, что я не могу ему признаться. Почему? Почему так сложно открыть рот и сказать всего пару слов?       Ночью мы спали спиной друг другу, а утром я вообще одна проснулась. Может из-за этого у меня и настроения нет? Дима приготовил мне и себе завтрак, но забыл про Мишу, который тут же сидел за столом, попивая кофе и печатая что-то по ноутбуку.       В школу меня никто не проводил. Как-то даже непривычно находиться там без него. До кабинета меня опять проводили заинтересованными взглядами. А когда я зашла в сам класс, все молча уставились на меня, только Ирина и Вероника подбежали ко мне, чтобы поддержать.       - Ты уже вернулась? - спросила я грустно у подруги. А грустно мне было не из-за того, что все меня так встретили или узнали о моей личной жизни, а потому что я так обидела Мишу. Да уж, я ожидала, что чуть ли не в истерику впадать начну от страха перед сегодняшним днем, но меня он почти не волнует.       - Как ты можешь сейчас об этом спрашивать?! - громким шепотом спросила Ирина. - Когда мне Дашка все растрезвонила, я поняла, что пора вернуться. А тут еще узнаю, что Вероника на нашей стороне. Почему ты мне все вчера не рассказала, подруга?       - Прости, ты же была с Максимом в больнице, я не хотела тебя отвлекать.       - Как Михаил Тимурович?       - Да ему все равно. Просто я его обидела - не призналась в своих чувствах.       - А вот не надо сейчас киснуть. Сегодня вечером собирайтесь, мы идем на двойное свидание, - она хлопнула меня по спине и села рядом со мной.       Окинув взглядом класс, я заметила Рому, сидевшего на соседнем ряду и так старательно что-то записывающего у себя в тетради. А я опять его не поняла. Он же мой друг или, по крайней мере, таким раньше считался. Почему он не подошел и не поинтересовался о моем состоянии? Ведь когда тайна раскрылась, он понял, что я его не обманывала.       - Ром, ты на меня все еще обижаешься? - я подловила его после урока, когда он схватил все свои вещи и уже готов был рвануть самым первым из кабинета.       - А почему я должен был перестать это делать? Ты думала, что если я узнал, кто твой возлюбленный, то от этого мне станет лучше? Мне станет лучше, если ты станешь моей девушкой, хотя теперь мне такие подачки не нужны. Не понимаю, как ты могла спать с учителем?       Этот разговор у меня все никак не выходил из головы. Было неприятно даже вспоминать эти слова. Я не могла поверить, что это мне сказал мой бывший друг. Один из двух моих друзей предал меня. А именно эти слова я считаю предательством. Ведь друзья поддерживают в трудную минуту, а он отвернулся от меня.       - Ну не могли вы быть друзьями с самого начала, - сказала мне тогда Ирина. - Ты ему с самого начала понравилась, что он и не скрывал. Он не хотел быть твоим другом. И тебе сейчас незачем держаться за те "отношения".       Ирина все-таки права. Я не могла вспомнить ни одного случая, чтобы Рома не делал чего-либо с двойным смыслом. А я и не могла посмотреть на кого-то, кроме Миши. Я уже, похоже, и сама поняла, что нам с Ромой не быть друзьями. Неужели так друзья и теряются?       В конце у нас был английский язык, на котором Лилиан меня взглядом прожигала. Ну, спасибо хотя бы за то, что не пыталась меня унизить. Под конец дня ко мне стали подходить любопытные одноклассники, которые хорошо относились к Мише, и задавали разные вопросы, не выходящие за рамки приличия.       - Рылеева, - после своего урока меня остановила мисс Холл. - Или, правильно сказать, Аракчеева? - она ухмыльнулась. - Ты ведь была тогда дома, когда я пришла в первый день своего пребывания в России. Ну как, насладилась сценой моего унижения?       - Не понимаю, о чем вы, мисс Холл, - я старалась не подавать никаких эмоций, чтобы поскорее покинуть это место.       - Я не думала, что его женой может быть ученица. Какая-то малолетка перешла мне дорогу. Мне!       - Это не составило огромного труда, тем более, что ты изменила ему, - ох, мне уже становится страшно. Кто меня за язык вообще тянет говорить такое?       - Когда я увидела то фото, у меня весь день из головы не выходило твое имя. И тогда я вспомнила о твоем брате. Хороший парень. Особенно хорош он был в постели. Это и послужило концу наших отношений, когда его мать рассказала ему об этом. Я не представляла, как она могла об этом узнать. Пока не увидела ее в компании твоего брата. Хороша старушка. Просто висла на нем. Хотя какая она старушка. Столько пластических операций себе сделала, что сойдет и за тридцатилетнюю.       - Замолчи, не говори так о моем брате.       - После этого я уже не могла все так оставить. Я сняла их секс на камеру и показала Мише. И если тогда он просто избегал Диму, то потом он стал его ненавидеть, а мать, которая не любила никогда его отца, о чем знал сыночек, он стал обходить стороной и посвящал все свое свободное время обманутому отцу.       - Как ты могла так с ним поступить? Ты совсем не думала о его чувствах, показывая это видео. И после всего этого ты думала, что он встретит тебя с распростертыми объятьями. Если ты любила его и хотела вернуться, то не должна была совершать еще бОльшую ошибку и показывать ему это.       - Ты меня не слышала? Кто в здравом уме станет изменять человеку, которого любит? Он мне просто нравился, он был красив, богат, хорош в постели, с ним было интересно и весело проводить время, но я не любила его. Я показала ему это видео, только чтобы наказать его за наш разрыв. Не более того.       - Тогда зачем ты его сейчас преследуешь?       - Я не в полной мере его наказала. Я знаю, что он любил меня тогда и любит до сих пор, поэтому буду маячить у него перед глазами, чтобы он не смог жить спокойно.       - Твое присутствие его не волнует. Он слишком гордый человек и не смог любить тебя после такого предательства. Он просто переживал за меня, боялся, что наступит этот день, но в то же время ждал его. Он боялся, что мне станет некомфортно в моем окружении, но в то же время он не хотел скрываться. Да он в школу-то пошел, чтобы за мной присматривать. Поэтому спустись с небес на землю, ты больше для него ничего не значишь.       Я изо всех сил бежала домой, чтобы сказать ему то, чего все так не решалась сказать. Господи, как же ему тогда было плохо: узнать о предательстве друга и любимой девушки, и сразу после этого о предательстве матери. Как ему плохо было породниться с моим братом, но даже после этого он не стал относится ко мне с презрением. Как же ему было невыносимо каждый день видеться и разговаривать с моим братом, но терпел все это из-за меня. Терпел все его оскорбления и не опускался до подобного из-за меня. Господи, через что он прошел из-за меня. А я еще смею думать, что не нравлюсь ему.       - Миш, - запыхавшись, я не раздеваясь прошла в квартиру, разыскивая его.       - Его здесь нет, - с презрением сказал Дима.       - А тебя я вообще не хочу слушать, - я даже не взглянула в его сторону. - Лилиан мне все рассказала. И о том, как ты спал с ней и с его матерью. Друг называется. Да еще и смел его оскорблять.       - Дин, послушай, - он прижал меня к себе. - Сестренка...       - Зачем ты с ним так? Неужели тебе понравилась эта женщина, она же тебе в матери годится?       - Меня задело, когда наш отец так расхваливал его перед матерью. Я просто не мог с этим смириться. Я разрушил его планы на счет женитьбы на этой потаскушке, но потом понял, что он ничего от этого не потерял, и ударил по самому больному. С этим он уже не смог смириться.       - А потом ты узнал, что я начинаю влюбляться в него, и стал оскорблять.       - Я хотел унизить его в твоих глазах.       - Чтоб ты знал, он никогда не опускался в моих глазах, он всегда выглядел достойным, даже достойнее моего старшего брата, который всегда был примером для меня.       - Дин, - он опять попытался обнять меня. - Не бросай меня, моя маленькая сестренка.       - Ты сделал все свои дела в России? Если да, то уезжай. Тебе пора домой.       Вечером вернулся Миша. Я пока не стала торопиться с признанием, выжидая подходящий момент. Когда позвонила Ирина, я потащила его на свидание, прямо так и заявив ему, чему он сильно удивился. Максим оказался почти одного возраста с Мишей, у них были одинаковые интересы, и они постоянно о чем-то разговаривали. Потом мы все вместе пошли в кино. В кинозале было полно свободных мест, поэтому я попросила Мишу сесть сразу за подругой и ее парнем. Девушка была не против, мне кажется, что им наоборот было так комфортнее. Весь сеанс они над чем-то смеялись, хоть нам показывали фильм ужасов.       - Я люблю тебя, - призналась я как можно тише. Хоть я на это уже решилась, но все равно я так смущалась.       - Что? - он, кажется не расслышав, переспросил.       - Прости, что так долго это не говорила. Я люблю тебя, - я заметила боковым зрением, что он все это время смотрел на меня, но сама я взглянуть на него не могла. Вместо этого я, тяжело вздохнув, положила свою голову ему на плечо. Он отодвинулся, чтобы поцеловать меня. На этот раз он целовал по-настоящему, ни в щечку, ни легким прикосновением к губам, а самый, что ни на есть, настоящий, взрослый поцелуй. - Не знала, что будет так приятно признаваться, - я как будто опьянела, иначе я просто никак не могу объяснить свои слова.       - Поверь, мне было приятнее слышать твое признание, - он еще раз поцеловал меня и обнял.       Дима уехал на следующий день. Его никто не проводил в аэропорт, так как он сам этого не хотел, но я ему мысленно пожелала легкой дороги. Я думала, что его неприязнь к Мише забыта, но он так и не извинился перед ним. Муженек был удивлен скорым отъездом моего брата, но обратно в гостиную он не переселился.       Вскоре наступил Новый год. На елку в школу я не пошла, так как не хочу опять ловить на себе косые взгляды. Да и вообще мне там нечего делать. Я поздравила родителей, мы наготовили всяких вкусностей и поставили загружаться новогодние фильмы.       - Мой подарок, - в руках я держала подушку, сделанную специально для него, с моей фотографией. - Будешь засыпать и обнимать ее, разрешаю даже слюнки пускать, - я поцеловала его так же свободно, как мы стали целоваться после того похода в кино.       - А это тебе мой подарок, - он подарил мне красивое золотое кольцо в виде короны. - У нас так и не было обручальных колец, но теперь они есть, - после этих слов он одел кольцо мне на безыменный палец, а потом себе. Кольца были разными, но то, что они парные, было очевидным.       - Миш, тебе твой папа звонит, - уже после полуночи раздался звонок мобильного от свекра. - Если это не секрет, то давай на громкую, вместе его поздравим.       - Привет, пап, - весело начал Миша, обнимая меня одной рукой.       - Сын, - как-то печально начал он. - Случилось то, чего я так боялся все годы, проведенные в браке с твоей матерью.       - Что она опять натворила? - он быстро посмотрел на меня, но не стал отключать громкую связь, позволяя мне все услышать.       - Твоя мать сбежала с твоим шурином. Они даже из города не успели уехать, как попали в аварию. Они столкнулись с грузовиком. Марина погибла на месте, а Дима сейчас в реанимации...       Невозможно описать тот ужас и страх, охвативший меня, что уж говорить о Мише. Его отец был очень расстроен, но держался ради сына. Через пару минут после окончания разговора, Миша уже начал собирать свои вещи, возвращаясь в Чикаго.       - Поехали вместе, я тоже должна быть там. Миша, пожалуйста, не отворачивайся от меня. Мне очень жаль, что он так поступил, но не замыкайся в себе. Ты должен поделиться со мной своим горем. Миша, пожалуйста, прости...