А он, случаем, не беременный?

— Знаешь, я давно хотела тебе сказать, — начала Эльза. Бой шёл в самом разгаре: вокруг летали ноги, руки, головы и другие части тела монстров, против которых они сражались. Пока что всё было довольно-таки просто, ведь хоть чудовищ было много и были они живучими, но все они были слабые и даже не заставляли напрягаться. Маг, что их вызывал, явно недооценивал двух волшебников, что пришли по его душу, и надеялся обойтись малой кровью. В принципе, его бы уже давно вырубили, да он был не совсем идиотом и залез на дерево, то и дело перепрыгивая с ветки на ветку, как настоящая белка, и колдовал свои копии, сбивая с толку. Таким образом, в вековом лесу, где кроны деревьев, наверное, достигали самого неба, скрываясь в облаках, то и дело мелькало около ста магов, и только один из них был настоящим. — Что? — поинтересовался Жерар, одной атакой снося около двадцати монстров. Но те были бы не чудищами, если бы не собирались вновь. В общем, тут то и дело можно было увидеть прыгающие ноги и руки, а также головы и прочие части тела. Милота. — Я беременна! — на одном дыхании выпалила Эльза, почти уничтожая своей атакой около двенадцати чудищ. Пауза. Ещё секунда. Яркая вспышка света, взрыв, и буквально через мгновение их окружала почти пустынная поляна... А ведь раньше здесь был лес, в котором росли вековые деревья! Не говоря уже о маге и его копиях, прыгающих с дуба на дуб, и монстрах, которых он вызвал. Полная пустота и тишина... И возглас Жерара: — Эльза, тебе нельзя волноваться и перенапрягаться! В следующую секунду парень подхватил миссис Фернандес на руки – прям в доспехах, да – охнул, чуть не уронив, но, всё же собравшись, потащил к заказчику. Как поняла Эльза, её словам он был невообразимо рад... А пустынная поляна, когда-то являющаяся лесом, тяжело вздохнула – чего она только не пережила: и драконов, которые играли тут в догонялки, и извержение вулкана, и потоп... Но пережить счастливого Фернандеса, который решил, что беременным девушкам делать ничего нельзя, так и не смогла.

***

— Ты издеваешься? — Нет. — Ты точно издеваешься! — Нет. — Тогда скажи: зачем ты оббил все углы ватой? — А вдруг ты упадёшь, ударишься... — Чтобы упасть и удариться, нужно хотя бы ходить, — заметила Алая, сидя в кресле и пытаясь уговорить себя, что насилие – зло. А особенно к своему мужу... В последнее время ей даже ходить нормально не давали, чуть что сразу подхватывая на руки. Нет, конечно, такое ей поначалу даже нравилось, но ровно около часа... Потом появилось дикое желание убивать. Но Эльза старалась вести себя хладнокровно. Ибо муж ей пока ещё нужен, угу. — Вот, теперь ты можешь ходить, и я не буду за тебя опасаться! — счастливо заявил Жерар, за что тут же получил подушкой по лбу. — Да, ты права, стоит ещё сделать мягкими углы у мебели, у стола там... Эльза еле сдержалась, чтоб не запустить в него книгой. Ещё чего, ещё скажет, что книги читать беременным нельзя! Ибо углы острые – в каком-то месте – а об лист порезаться можно!

***

— Эй! — Это вредно! Но не переживай, я за тебя съем... — Жерар, — чуть не прорычала Эльза. — Ты знаешь, сколько там Ешек*? — поинтересовался парень. — А других совершенно не полезных нитратов и так далее? — Жерар! — Это может навредить как и тебе, так и нашему ребёнку! — Жерар, — девушка вздохнула, закрыв глаза и досчитывая до десяти. Нельзя смотреть на него. Она не хочет видеть, как умирает её любимое, самое сокровенное... Но она всё-таки посмотрела. Клубничный тортик в тарелке молодого человека почти исчез, отчего Скарлет подскочила на ноги. — Милая, тебе нельзя волноваться! Водички? В ответ раздалось лишь рычание...

***

— Ты точно не хочешь солёные огурцы в клубничном креме? Я сам готовил! — с какой-то гордостью произнёс Жерар. В ответ Эльза отрицательно покачала головой. — Тогда арбуз с семгой? Тоже нет... А лук репчатый с колбасой, пармезанами и клубникой? Тоже нет? — как-то растерянно произнёс Фернандес, ставя тарелку с тем блюдом на стол. — Тогда, быть может, бутерброд с дыней, ананасами, селёдкой и сахарной пудрой? Что, тоже нет? Эльза закатила глаза, вставая и подходя к холодильнику, доставая самый обыкновенный – насколько он может быть обыкновенным – клубничный йогурт, который, кстати, вчера два часа в магазине выбирал Жерар. Чтоб без Ешек был, ага. Парень тяжело вздохнул – он, наслышанный о вкусах беременных, так старался, готовил, чтоб его любимая оценила, а она... А она хочет клубничный йогурт. Печально. На автомате он даже перепутал тарелки, взяв вместо того бутерброда, который он приготовил для себя – с ветчиной и сыром – тот, который готовил для Эльзы. Откусил. И тут же выскочил из кухни. Эльза проводила его взглядом, выразительно вздохнув, поставила недопитый йогурт на стол и поспешила к двери, ведущей на улицу, дабы вырваться на свободу из этого дома. Вроде только чуть больше недели с того задания прошли, а она чувствует себя заключённой, находящейся в тюрьме... Или нет, скорее психом, расположившимся в доме с жёлтыми стенами. — Ты куда? — послышался голос Жерара из ванной. — В гильдию, — ответила Эльза, открывая дверь. — Как?! Там же эти... А вдруг они тебя толкнут? А вдруг ты упадёшь и ударишься об угол стола? Там же углы не оббиты мягким! А ещё Мира... Она ведь точно-точно даст тебе что-нибудь вредное! А ещё там много алкоголя и всё летает и..! Прервала парня хлопнувшаяся дверь. Жерар с неестественно-зелёным оттенком кожи, тяжело вздохнув, поспешил за своей женой. Вот как она может настолько беспечно относиться ко всему? Она даже книги читает, не боясь порезаться об страничку! Вот что ему, несчастному, с ней делать? Правильно, следить и не давать в обиду! И пока что он прекрасно справляется с этой, увы, нелёгкой миссией... Девушка шла вперёд, в гильдию, туда, где уже не была целую неделю три дня и четыре часа сорок восемь минут. Ладно, без минут – их было посчитать довольно проблематично, не говоря уже о секундах. И сейчас Эльза радостно вышагивала по направлению к родному зданию, отметив, что сзади, словно верная собачонка, плетётся Жерар. Впрочем, она бы, наверное, не обратила бы на это внимание, если бы он не тараторил что-то, несомненно, очень важное. Про что? Конечно же про не оббитые мягким углы, чересчур агрессивных и уж больно летучих волшебниках, о вреде тортиков, запаха алкоголя, табака и прочего, прочего, прочего... А потом он резко перешёл на кроватки. Сообщал о том, что у них непременно родится мальчик. Или девочка. И что кроватка должна быть с высокими бортиками, чтоб ребёночек не выпал. И что она должна быть розовая. Или лучше голубая? Или вообще фиолетовая? А затем он вновь резко переключился на несчастную Эльзу, заявив, что она, наверное, уже очень устала так долго идти. И всё равно, что шли они всего пять минут... В общем, до гильдии девушка доехала на руках своего любимого. И хорошо хоть, что до гильдии, а не обратно домой, как хотел Жерар, считающий, что она настолько устала идти пять минут, что ей нужно отлёживаться на диване, а он должен кормить её с ложечки. Выбив с ноги дверь - всё же на руках он держал свою жёнушку - Фернандес обвёл гильдию грозным взглядом. Не помогло. — Кхе-кхе, — как можно громче кашлянул Жерар, пытаясь привлечь к себе внимание. Кто-то и правда отвлёкся, стукнул локтем дружка, показывая на дверь, и вскоре драка рассосалась. "Вот я какой!" — важно подумал парень, снисходительно улыбнувшись. Эльза хмыкнула: не говорить же ему, что испугались ребята её? Пусть уж считает так, как хочет, защитничек недоделанный... Лицо Жерара, кстати, приобрело более-менее нормальный оттенок. Почти. Ибо едва он посадил девушку за барную стойку, как тут же умчался в тайную комнату по своим делам. Мда... И как беременные такое едят? Может, их поэтому тошнит? — Эльза, привет! — радостно улыбнулась Хартфелия, присаживаясь рядом на высокий стул. — Знаешь, мы уже не надеялись тебя увидеть... Жерар тут такой концерт устроил неделю назад, что, мол, тут для тебя невообразимо опасно и так далее и тому подобное. Так знаешь, он ещё и вокруг твоего дома барьер поставил, из-за чего мы даже в гости зайти не могли! Хотя мы пытались его разрушить, честно... Глаз воительницы дёрнулся. Так вот почему к ней из гильдии так и никто не зашёл, а Жерар передавал все поздравления по поводу беременности на словах! Вот же ж... Защитник чёртов. — Смахнёмся? — подлез Драгнил, смотря на Эльзу. — Нацу! — явно упрекая, воскликнула Хартфелия. — Ты придурок, мой недалёкий друг, — закатил глаза Грей. — Как ты меня назвал, сосулька? — Драться в другом городе, ибо это может быть опасно для моей жены! — сурово произнёс Жерар, неожиданно появившись. Кожа его всё ещё отдавала зелёным... Убойный бутерброд получился. — Что ты вякнул? — хором воскликнул лучшие враги. В следующую секунду они уже валялись в нокауте, а парень с синими волосами стоял возле своей жёнушки, слегка нахмурившись и явно размышляя о чём-то важном. — Люси, вот ты, как здравомыслящий человек, может посоветуешь, какого лучше выбрать цвета коляску? Я вот хочу синюю, а Эльза настаивает на розовой... — всё-таки произнёс Жерар, и у миссис Фернандес нервно дёрнулся глаз. Это ж когда она успела сказать, какого цвета она хочет коляску? Да и вообще, она всего лишь на первом месяце беременности! Но Жерар всё продолжал и продолжал... — Нужно ещё детскую комнату отделать, обои там, коврик... Углы-то я уже оббил, чтоб мягко было, а вот всё остальное... Ещё нужно купить книжки с картонными страничками. Для Эльзы. А то она может порезаться об лист. Ещё памперсы, пелёнки, платьица, штанишки... О, точно, одежду для беременных! Кстати, Эльза, у тебя что-то глаз дёргается. Устала? Тебе плохо? Срочно едем в больницу! Ой! — А он, случаем, не беременный? — вдруг спросила Люси, хихикнув в кулак, наблюдая, как Жерар, стремительно зеленея, несётся в уборную. Наткнувшись на недоуменный взгляд миссис Фернандес, Хартфелия пояснила: — Да ведет он себя странно... Да ещё и эта статья, в которой написаны слова мастера Боба... — Какая статья? — поинтересовалась Эльза. — Про выплату двадцати миллионов драгоценных тому парню, который родит ребёнка, — улыбнулась заклинательница, вновь хихикнув. Глаза девушки с алыми волосами блеснули: — Что ж... Приду домой, непременно проверю твою теорию. Уж она-то с ним расквитается за чрезмерную заботу! Будто много делов уговорить пройти тест на беременность своего мужа, а после одну полоску подрисовать! Беги, Жерар, беги... Эльза будет мстить. За свободу беременным! И-и-иха!