Ещё немного.

Доктор Райли был не слишком стар, но уже почти сед. Положил жизнь на создание этого Наркологического Центра и по праву считал его своим детищем. Был известным и очень уважаемым человеком, как на уровне города, так и на уровне страны. Светило медицины и незаурядный руководитель. И сегодня ему предстоит решить не простую задачу. Признаться, он, человек, чьей семьёй, любовью и судьбой была работа, не думал, что когда-нибудь ему придётся заниматься чем-то подобным. Но этот мальчишка умеет убеждать. Он, этот бешенный омега, поступил к ним две недели назад. Приехал посреди ночи, в состоянии шока, странно, что он вообще смог вести машину. Потребовал люкс. Это что отель? Посетив утром нового пациента, первое, что заметил доктор Райли – тишина и образцовый порядок на этаже. Бардака и раньше не было, это наркология, а не шапито. Но персонал говорил шепот и смотрел в пол. Много позже доктор выяснил, что первые несколько часов пребывания здесь мистер Эклз потратил на взлом очень серьёзных пунктов в распорядке. Первое – его мобильный телефон останется при нём. Второе – если к нему придёт посетитель, его ПРОВЕДУТ к нему. Третье – он, доктор Райли, главное лицо клиники, ни о чём не должен знать. А дня через два он, ни с того ни с сего, очень дисциплинированно записался на дополнительную – положенную ВИП клиенту - консультацию и попросил кое о чём. И доктор бы склонен ему отказать. Что он, семейный психотерапевт? Или нянька? Эклз отказа не принял. Омега пригвоздил его взглядом к креслу и начал рассказывать. Когда время консультации истекло, доктор отменил все назначенные на сегодня встречи до единой. Казалось, что Дженсен не говорил вообще, не слышал и не выдавливал из себя ничего, кроме приказов, в жизни. Доктор не верил своим ушам и боялся спугнуть этот приступ откровенности. Минут через сорок он понял, что его железный пациент припёрт к стенке и стал задавать вопросы. Эклз - отвечать. И вот тогда белоснежная шевелюра Райли встала дыбом. Вчера доктор сделал обещанный звонок. Сегодня… - Доктор Райли? К вам мистер Падалеки, говорит у него назначено. Пригласить? - Конечно! Высокий малый, немного моложе самого Эклза поздоровался и присел в вежливо предложенное кресло. Отказался от кофе и вообще был сама собранность. Доктору хотелось помолчать, рассмотреть его получше, ведь не каждый день видишь такой феномен. Такое чудо. Но по выражению лица посетителя он понял, что слишком душевной беседа не будет и сразу приступил к делу. - Мистер Падалеки… Джаред. Вы позволите мне так называть вас? Альфа кивнул. - Джаред, я вызвал вас, чтобы обсудить физическое и душевное состояние одного из наших пациентов, вашего партнёра, мистера Дженсена Эклза. - Доктор, давайте уясним сразу – мы с Дженсеном не партнёры. - Простите великодушно, я не так выразился… Но. Мы здесь, чтобы поговорить о Дженсене. В его анкете вы указаны как единственное контактное лицо. В каких бы отношениях вы не состояли, по его мнению, кроме вас близких у него нет. Парень опустил глаза. Похоже тактика верная. Помолчал и снова посмотрел в ответ. Его вполне можно понять. Только вот вызвали его сюда не за этим. - Джаред, у меня к вам просьба. Я ничего не знаю о ваших планах, но не могли бы вы, пересмотреть их? - То есть? - Дженсену нужна ваша помощь. - Он не кредитоспособен? «Они даже не осознают, насколько уникальны. Глупые, упрямые дети.» - Джаред, чего вы хотите? Прямо сейчас? - …эээ, доктор Райли… я добирался сюда два часа. Вы пригласили меня, чтобы выяснить чего я хочу? - Да, Джаред , - Райли поднялся и вышел из за стола. Подошёл. – Это очень важно сейчас. Чего вы хотите? Парень некоторое время смотрел ему в глаза, а потом произнёс лишённым интонаций голосом: - Я хочу уехать отсюда, как можно дальше. Доктор наклонился и заглянул в его потухшие глаза. Бедный мальчик, совсем не умеет врать себе. Но очень старается. - А ваш омега хочет, чтобы вы его простили. - Доктор, вы в своём уме?! – Протянул удивлённо альфа, а потом подскочил так, будто его ударили. Спрятал лицо в ладонях, сделал пару шагов в сторону окна. Подышал, через сплетённые, будто в молитве, пальцы. - Что за бред вы несёте? Какое вам дело? Вам знать, хоть что-то откуда? Это Дженс? Дженс вам заплатил за этот цирк?! - Успокойтесь, пожалуйста! Мистер Эклз платит мне согласно прайсу предлагаемых услуг и не больше. Признаюсь, это он попросил меня связаться с вами. И то только потому, что с ним на связь вы не выходите, а он ждёт. Каждый день. - Доктор, - Боже, какие у него глаза… Уставшие. Несчастные. У Эклза сейчас такие же. Что же они с собой творят, им просто нельзя, противопоказано быть… Слёзы. Отлично. Теперь у меня две истерички вместо одной. - Доктор! Дженсен умеет быть очень убедительным. Но вам-то должно быть известно - он наркоман. Он любит только себя, свой кайф, власть и деньги. Вы поверили ему? Поверили?! Я тоже. И зря. Мистер Падалеки, разбитый, обиженный на весь белый свет, направился к выходу. Доктор Райли вернулся в кресло, дождался, пока посетитель дойдёт до двери и произнёс давно заготовленную фразу: - Мистер Эклз сдаёт мазок. Два раза в день. И с наслаждением наблюдал, как медленно оборачивается человек, секунду назад мечтавший оказаться на другом конце вселенной. Он протянул руку, указывая на кресло, и Падалеки вернулся. Как будто у него были варианты. Райли продолжил. - Раскаяние иногда проявляется в причудливых формах, верно? Кто-то ползает в ногах. Кто-то соглашается на унизительные для него процедуры, добровольно запираясь в клинике. Вынужден открываться незнакомым людям, чтобы удержать того, кто ему дорог. - Мы с вами об одном Дженсене говорим сейчас? - Джаред, просто выслушайте меня, хорошо? И не перебивайте. Пожалуйста. Мне известна история ваших… отношений. Мистер Эклз сожалеет и действительно готов на всё, чтобы не допустить подобного в будущем. Не нужно! Не нужно этого скепсиса, мой мальчик. Я видел достаточно наркоманов. Вы не знаете, что толкнуло его на этот путь. Что он чувствовал во время первой близости с омегой. Или альфой… - Похоже, все знают о нём, больше чем я, да? – альфа выглядит так, будто только что в него стреляли. «Сколько боли, сколько горечи. Какое потрясающее исследование я напишу, если уговорю его остаться.» - …и с вами, Джаред. Поверьте, он заметил разницу. И она его напугала. Джаред, что вы знаете, об истинных? Это не сказки для подростков, это вполне конкретный механизм предусмотренный природой для улучшения генофонда… Падалеки смотрит на него, как на больного ребёнка. Встаёт и склоняется над столом, опираясь на него руками. - Что я знаю об истинных? Я знаю, что пытался изнасиловать его через несколько дней после знакомства, что мне, вообще-то не свойственно. И мне теперь с этим жить. Вы не мой психиатр и то, что я думаю об этом и чувствую к своему партнёру («Ага! Значит всё-таки партнёр. Не всё ещё потеряно.») вас не касается. Что о нашей связи теперь знает Дженс? - Он знает всё. Он шокирован, но это не меняет, сути. - Доктор, да какого чёрта!!?... - Такого, что вы не подумали о нём! Обычные альфы и омеги не легко принимают это, справляются лишь единицы. А у него было полное, тотально непринятие себя и наркозависимость! Вы, альфа, представить себе не можете, через что он прошёл, через что ваша связь его протащила! Вы – эгоист и трус, Джаред! Прекратите меня перебивать! Сядьте! Падалеки сел. - Вы нужны ему. И гораздо больше, чем он вам. Беседа продлилась ещё около получаса. На совместное обследование Падалеки отказался ложиться наотрез. Доводы, что это поможет не только им, но и возможно сотням других пар со схожими проблемами на него не подействовали. Когда все аргументы были исчерпаны, Райли предложил проводить мистера Падалеки, а заодно устроить небольшую экскурсию по клинике, может это изменит его взгляды. Когда, долгими петлями, доктор подвёл упрямого альфу к этажу, на котором находился его омега, Падалеки остановился, резко, будто наткнулся на стекло. Поднял на Райли злые глаза и тихо сказал, что осмотром доволен и теперь найдёт выход сам. Развернулся и пошёл в противоположном направлении. Глядя ему в спину, Райли поднёс к уху мобильный и распорядился, чтобы у Дженсена Эклза взяли кровь на биохимию. Немедленно. Это ничтожно мало, но лучше, чем совсем ничего.