Что можно, и чего нельзя, когда твой крёстный - босс Варии?

На долгую прогулку нас, конечно же, не хватило. Потоптавшись на улице полчаса, мы всё же вернулись в замок. Занзас и папа по-прежнему торчали в библиотеке. Завалившись к ним, мы дружно заявили, что проголодались. Через пару минут мы вчетвером уже сидели на кухне и ждали, пока закипит чайник. Попив чаю и захватив с собой печенюшек и конфет (да-да босс Варии неплохо подготовился к нашему приезду!), мы с Мисой отправились в гостиную смотреть телевизор. Спать нам абсолютно не хотелось, несмотря на то, что сегодня воскресенье. Проторчав у телевизора часа три, благо в замке было «кабельное», мы услышали какой-то шум наверху. Выключив телик, и подойдя к лестнице, ведущей на второй этаж, прислушались: - Ши-ши-ши, Лягушонок, ты уже проснулся? Тогда пойдём будить нашего любителя кружавчиков и стразиков! - Бе~л-семпай, какой же вы неугомонный… - Ши-ши, что есть, то есть… - Бел-семпа~й, это был не совсем комплимент. - Молчи и топай за мной земноводное! После слов Бельфегора послышалась возня, ехидное шишиканье и скрип двери. - Оя-оя! Бел, Фран, проказники! Разве можно входить без стука! А что если я в «неглиже»?.. Следом послышался громкий удар, скорее всего, кто-то пинком вышиб дверь… - ВРААААААААЙ! Какого хрена вы не даёте мне поспать в выходной?! На крики из кухни вышел Занзас, но мы заметили его только тогда, когда он подкрался к нам сзади и, резко обняв обоих, громко прошипел: - Подслушиваете?! От неожиданности мы взвизгнули и, судя по резко создавшейся тишине, второй этаж нас тоже услышал. Занзас отпустил нас и стал подниматься на верх. Как только крёстный скрылся из виду, за спиной послышался голос отца: - А ну, хватит подслушивать. Быстро за стол. Пришлось послушаться и пройти на кухню. *** Когда Занзас оказался на втором этаже, он увидел своих подчинённых в весьма непрезентабельном виде. Фран стоял в трусах, футболке спадавшей с одного плеча и одном тапочке. Бел, как говорится, был «без штанов, но в шляпе» - в трусах и диадеме. Скуало стоял в спортивных штанах, съехавших «по самое не могу» и держал в руке меч. Луссурия, конечно же, отличился: жёлтые боксеры в красное сердечко и розовые тапочки-зайчики прекрасно дополняло одеялко персикового цвета, накинутое на плечи. И только Леви хоть и был в состоянии «поднять подняли, а разбудить забыли», одет был более-менее нормально – в рубашку и джинсы. - Врай, Босс, что это за писк только что был на первом этаже? - Ши-ши-ши, Босс, откуда в нашем доме взялись детишки? - Занзас-сама, когда же вы успели обзавестись карапузами? - Босс, как..?! – только и смог произнести Леви, ошарашенный вопросом солнца Варии. - Ну, а ты чего молчишь, предположения закончились? – спросил Занзас, уставившись на Франа. - А мне интересно услышать ва~ашу версию… - Возможно, плохая память, это издержки ВАШЕЙ профессии, но спешу напомнить о наличии у меня племяшек… - Оя-оя! Миса и Норико здесь?! – воскликнул Луссурия, и уже было понёсся вниз, но Босс вовремя наступил на уголок одеяла, из-за чего солнце Варии чуть было не сделал кувырок назад. - Лусс, я, конечно, всё понимаю, но может ты, сначала оденешься? Хотя бы из уважения к их отцу. - Джуро-сан тоже здесь? – Луссурия медленно развернулся и уставился на Босса. - Да. - Босс, у него проблемы? – серьёзным тоном спросил Скуало. - Да. Им придётся пожить у нас некоторое время. - Всё настолько серьёзно? Занзас молча кивнул и пошел в строну лестницы, затем обернулся и, окинув взглядом свою «бригаду» усмехнулся и сказал: - Одевайтесь и спускайтесь завтракать, наши гости ждут. Леви, ты можешь спуститься и так. Леви поправил воротник рубахи и, гордо вздёрнув голову, поспешил за Боссом. *** Отец снова ставил чайник, Миса расставляла на стол вазочки с конфетами и другими вкусняшками к завтраку, а я пыталась найти кофе. На кухню зашёл крёстный, а следом за ними Леви-А-тан. - Здрааааасьте! – протянули мы с Мисой. - Здравствуйте девочки! – Леви потрепал нас по волосам, затем поздоровался с отцом и, захватив с полки чашку, уселся за стол. - Занзас, - окликнула я его, как только он полез в холодильник, - а у вас молоко есть? - У «нас» есть, - сказал он, протягивая мне, ещё не открытую, бутылку магазинного молока. Да, крёстный прекрасно помнит, что просто не переношу молоко, покупаемое у частников. Потому, что оно никак не стерилизуется. И поэтому, его нужно кипятить, а меня от одного запаха кипячёного молока начинает выворачивать. - Пасиб, - я налила молоко в кружку и сунула его в микроволновку, не то, чтобы я любила горячее молоко, просто я не хочу заболеть, напившись холодного. Люблю молоко чуть прохладнее комнатной температуры. Дождавшись, пока молоко нагреется, села за стол, добавила в бокал чайную ложку кофе и столько же сахара и начала с энтузиазмом перемешивать гремучую смесь. - Как ты это пьёшь? – скривилась Миса, покосившись на кружку в моих руках. - Как-как... Ртом! – хихикнула я. Что поделать, но вкусы у нас с ней абсолютно разные. И это касается не только еды… В кухню вошли Скуало и Фран. Поздоровавшись, они уселись за стол. Когда мы впервые появились в замке Варии и познакомились с подчинёнными крёстного, Занзас сразу пояснил, что теперь мы часть семьи. Но в ответ на его речь последовали только лишь скептические взгляды, на что Занзас добавил, что МЫ - дочери Джуро. После чего все закивали, давая понять, что уяснили о ком идёт речь. Поэтому Скуало относился к нам… как бы поточнее выразиться… снисходительно: «Привет», «пока», «с уроками помочь надо? Хорошо», «не надо? Ещё лучше». Фран был младше нас, и ввиду того, что мы пытались нянчиться с ним, что его немного раздражало, обходил нас стороной. Но были и те, кому предупреждения Босса были «по барабану». Собственно один из них сейчас и стоял на пороге кухни. - Добрый день Джуро-сан! – учтиво поздоровался Бел и, подтащив стул, нагло уселся между мной и сестрой. - Ши-ши-ши. Какие девушки появились в нашем доме, теперь принцу не будет скучно… - прошипел Бел и обнял нас обеих за талии. Отец с усмешкой наблюдал за действиями Бельфегора. Папа знал, что ни смотря на свою репутацию потрошителя, Бел, хоть и чуть старше нас, видит в нас маленьких котят, которых можно только тискать и умиляться и не более. - Бел, «девушкам» ещё 16 нет, так что притормози, - попытался осадить его Занзас. Но Бельфегор руки не убрал и ничего и не ответил, точнее не успел. Потому, что в кухню влетело само солнце Варии! - Ох, Джуро-сама! Рад вас видеть! – отец поздоровался в ответ, после чего Луссурия направился в нашу сторону со словами: - Норико, Миса, вы даже не обнимите мамочку? Нам пришлось выпутаться из объятий Бела и встать, после чего мы подверглись долгому тисканью Луссурии. После объятий «солнца» мы снова попали прямиком в объятья потрошителя. - Бельфегор, - по голосу отца можно было догадаться, что он вот-вот рассмеётся, - как же ты будешь чай пить, без рук-то? - А я и не голодный, ши-ши-ши… Но всё же, минут через 20 Бел оторвался от нас и заварил себе чай. Все сидели и болтали о каких-то пустяках, было такое ощущение, что мы вот так каждый вечер собираемся: всей семьёй, за большим обеденным столом. Занзас, Скуало, Леви и папа обсуждали, кого из охраны нанять, чтобы сопровождать нас в школу. Переводиться мы отказались и поэтому до школы нам теперь идти не пару минут, а больше часа. Луссурия спорил с Мисой насчёт того, какой блеск для губ больше подходит под её оттенок кожи. А Фран с Белом пытались поделить последний кусочек пирожного. Фран доказывал, что Бел должен уступить ему потому, что он (Фран) младше, а Бел в свою очередь возмущённо утверждал, что когда все ели он не ел, так как был занят очень важным делом (обниманием нас) и поэтому именно он должен съесть пирожное. Я просто сидела и с глупой счастливой улыбкой наблюдала за происходящим за столом… На душе было как-то легко и спокойно. Всё-таки хорошо, что мы приехали именно сюда…