Просто сон или никогда не уходи

- Садись, я тебе сейчас всё расскажу, - начал было некромаг, но не смог договорить. Таня извинилась и, спросив где ванная, сказала, что сейчас придёт. Она прибывала в чудовищном смятении. С одной стороны, лучше бы было сейчас уйти, а может надо остаться и выслушать его? Что-то здесь не сходится, она ожидала увидеть обычного студента какого-нибудь художественного института, а увидела такого же наглого ухмыляющегося некромага. Хотя в глубине души это её даже обрадовало. Она прошла в комнату, где всё также стоял Бейбарсов. Таня, вдруг поддаваясь минутному порыву, за который ей тут же стало стыдно, подошла к Бейбарсову, обняла его и сказала: - Привет. Уж чего, чего, а такого Глеб не ожидал. Он-то думал, что она всё-таки попробует сбежать от него подальше. Но он ничего не сказал, только обнял в ответ. Таня не стала сильно возмущаться и, устало сев напротив Глеба, сказала: - Рассказывай. - Тебе точно хочется знать? - спросил Бейбарсов. - Да, да, вдруг я смогу вернуть силу Ване, - несколько виноватым голосом сказала Таня. - А вот это как раз, извини, невозможно, - ответил Глеб и начал свой рассказ. *** Как уже знает Таня, Глеб, связанный зеркалом Тантала, потерял свой дар вместе с Ванькой, даже об этом сначала не узнав. Когда же он всё понял, к нему прилетели Сарданапал и Жанна с Леной. Жанна еле выговаривала слова, обнимала Глеба и заливалась слезами, Лена грустно смотрела на Бейбарсова и молчала. Сарданапал объяснил всё Глебу и про отречение от магии Ваньки, и про Таню, которая наконец-то выбрала свой путь. При этих словах Бейбарсов немного поморщился, но не стал никак комментировать. Он долго не мог смириться со своей теперешней жизнью, почти бессмертный и всемогущий парень потерял всю свою мощь, силу, и как тогда сказал Сарданапал, уже не мог пошевелить даже хвостом мёртвой мыши. От прежней жизни остались только лишь неуёмные амбиции, презрение ко всем, а теперь прибавилась ещё и ненависть ко всему. Долгое время после этого, он скрывался где-то в лесу, на Алтае, никого к себе не подпускал. Только Жанна постоянно телепортировала ему продукты, письма, одежду. После месяца такого существования он начал понимать, что надо что-то делать, а не загибаться в собственной ненависти. Несколько раз он пытался покончить с собой, но поблизости всегда оказывались Жанна или Свеколт. И тогда он поехал в свой родной город, где жила его двоюродная тётка. Глеб поступил в художественную академию, где со своим талантом к живописи сразу попал на второй курс. - Что ты постоянно рисовал там, в Тибидохсе? - вдруг спросила Гроттер, хотя уже давно знала ответ на этот вопрос, но почему-то ей хотелось услышать это именно от него. -Тебя, - просто ответил Глеб и продолжил. - Ну так вот, пойдя туда, я начал постоянно рисовать, рисовал почти всегда. По сути, меня больше ничего и не держало, кроме этого в этом мире. Таня слушала, затаив дыхание. Первые полгода, когда он приехал в Новгород, он просто сидел в спальне и рисовал. Изредка выходил покушать. К нему часто приходили некромагини. Но потеряв магию, связь с ними и вообще связь с магическим миром ему было больно их видеть. И когда они, в очередной раз, телепортировались к нему и спросили, как у него дела, он, усмехнувшись, кинул в них вазой. Может быть, после этого они остановят ему сердце, а то эти две шибко заботливые девушки поставили ему небольшой блок на неуязвимость, хотя, как неуязвимость, он просто не мог покончить с собой. Так думал, кидая вазу, Бейбарсов. Ваза разбилась на тысячи осколков, не долетев пару сантиметров до Аббатиковой. У Жанны в глазах стояли слёзы. Она телепортировала, бросив полный боли взгляд на Бебарсова. - Бейбарсов, ты всегда был таким! Ты никогда не был достоин того, как к тебе относятся! Ты никогда не мог ответить добром на добро. Хотя, о чём это я, ты всегда был темнее нас, именно тебе достались худшие из черт ведьмы! - голос всегда спокойной и уравновешенной Свеколт сорвался на крик. - И знаешь... Мне одно не понятно, почему ты всегда отталкиваешь помощь от тех, кому ты дорог! Мне очень жаль тех людей, которые хоть каплю тебе доверяли и любили тебя. Особенно Таню. И знай, ты был дорог ей, но ты сам всё испортил. Единственное, что ты сделал правильно то, что ты тогда ушёл. Спасибо тебе. Мне очень жаль эту бедную девушку, которая столько страдала из-за тебя. Лена уже кусала губу, чтобы не заплакать. -И ещё, когда... Когда ты потерял магию... У нас разрушилась связь. Мы с Жанной уже не можем слышать мысли друг друга. Мы уже не так сильны, как когда-то. И теперь, даже тогда, когда ты нас отталкиваешь... Знай! Несмотря на всё! Мы придём. Мы никогда тебя не бросим. Лена закрыла глаза и исчезла в красных искрах телепортации. А у Глеба всё стояли в голове слова Лены: "Мы никогда тебя не бросим, знай." Ему стало ещё хуже. Он никогда, оказывается, не замечал, что в этих двух девушках гораздо больше света, чем в нём, они не предавались забвению от своей разрушительной силы. Они были по духу сильнее его. - И они больше не прилетали? А ты их не звал? Да? - тихо спросила Таня. - Да, мне тогда никто был не нужен. Бейбарсов продолжил повествование. Сила начала возвращаться год назад. - Но почему? - воскликнула Таня. - Я тоже вначале ничего не понимал, а Лена... Они пришли. Они пришли, когда почувствовали снова ту связь между нами, вначале плохую, но уже связь. Так вот, Лена могла объяснить это только тем, что Ванька отказался от магии, а Глеб, соединённый зеркалом с ним невольно, тоже остался без магии. Но у Ваньки была только одна его природная сила, а у Глеба был врождённый дар к некромагии с рождения, да ещё сила от старухи, которая во много раз превосходила его собственную. А некромаг не может добровольно отказаться от магии, как и умереть, пока не прошло хотя бы сто лет с момента её получения. Так и сила не могла просто кануть в небытие. Скорее всего исчез насовсем природный дар Глеба, а вот старухина сила начала, год спустя, понемногу возвращаться. Некромагиня сказала, что такое бывало, но очень редко, и что вся сила вернётся, скорее всего, уже скоро. Таня, шокированная всем этим, просто сидела и молчала. - Так ты снова некромаг? - спросила после долгого молчания Таня. Вместо ответа он кинул к её ногам ещё одну чёрную розу. - Бейбарсов, тебе еще не надоел этот цирк? Я то думала, обычная жизнь изменила тебя, а нет! Тот же пафосный, роковой мальчик-вуду! - сказала Таня и кинула в него подушкой. Глеб только самодовольно улыбнулся. Тут Таня заметила то, чему не придавала сегодня большого значения. Он улыбался. И это была настоящая улыбка, а не его обычная ухмылка. "Значит всё правильно, и я смогла ему помочь... " - радостно подумала Таня. Он всё-таки зачерпнул у Вани частичку света, которая теперь уже навсегда останется у него в сердце. Он изменится. Таня верила в это. *** Они просто сидели и смотрели на друг друга. Его чёрные, как бездна, глаза затягивали Таню, она не могла отвести взгляд. Но теперь в этих глазах она видела ещё и бесконечную грусть, а иногда в них проскакивала искра счастья. -Зачем ты пришла? - наконец, не понимающе, спросил Глеб. Таня и сама точно не знала ответа на этот вопрос. Зачем она здесь, зачем она прилетела... Просто так. - Не знаю, - честно призналась Гроттер. - Ну, ладно... Пока. - добавила она - Угу, я тебя провожу, - с этими словами Бейбарсов встал, и они пошли на крышу, где лежал Танин контрабас. Таня, бросив быстрый взгляд на Глеба, поскорее произнесла полётное заклинание и взмыла вверх. Последнее, что она услышала, было: "Всё по-прежнему, я скучал" - Я тоже, - шёпотом сказала, скорее сама себе, Таня, но она не удивилась бы, если бы он услышал.