Помощник с того света

      — Где я? — был первый вопрос Акаши, когда он открыл глаза. — Больница? Что случилось? Как я здесь оказался?       Омега встал без всякого труда с больничной койки, чувствуя какую-то необычную лёгкость. Первое, на что он обратил внимание, так это на открытую дверь палаты, возле которой кто-то разговаривал. Решив, что будет лучше обо всём расспросить, чем мучиться в догадках, юноша всё с той же лёгкостью в движениях вышел в коридор.       Возле палаты стоял личный врач семьи Акаши, Мидорима Шинтаро, который беседовал с Мицуро Хаято.       — Вероятность того, что он поправиться — всего 5%. Повреждены некоторые внутренние органы и голова, — говорил Мидорима.       — Это очень печально. Особенно в такой важный момент, — проговорил Хаято.       Сейджуро немного задело, что эти двое никак не отреагировали на его появление.       — Шинтаро, Хаято, я жду ваших объяснений по поводу того, что тут происходит, — приказал омега.       — Полиция уже ищет ту машину. Предполагается, что это было намеренное покушение, — продолжал говорить о своём юрист, будто намеренно игнорируя приказ красноволосого.       — Я требую, чтобы мне всё объяснили, — спокойным, но грозным голосом произнёс Акаши. Обычно, когда он так говорил, все в страхе его слушали и выполняли его желания, но эти двое в упор не обращали на него ни малейшего внимания.       — Никто не смеет игнорировать моего присутствия и смотреть на меня свысока. — Гетерохромные глаза угрожающе сверкнули.       — И-ха-ха-ха! — раздался по коридору весёлый крик. Брюнет с озорным лицом, как маленький ребёнок в супермаркете, катил тележку с медикаментами и колбочками на бешеной скорости.       — Стой! Болван! Сейчас в меня врежешься! Не смей ехать на меня! — Но тележка неумолимо неслась на Сейджуро, который продолжал стоять. Это придурок санитар должен остановиться, а не он, император, отходить в сторону. Но ещё миг и… И грохоча, брюнет прошёл сквозь Акаши.       — Что произошло? — повернулся Сейджуро. Этот санитар тоже его не заметил, да к тому же вообще проскочил сквозь него, как через воздух. Что это было?!       — Такао, здесь не место, чтобы так себя вести, — нахмурив зелёные брови, повернулся к санитару Мидорима.       — Да ладно, Шин-чан. Как пациент? Вышел из комнаты? — спросил брюнет, кивнув в сторону палаты, из которой совсем недавно вышел Сейджуро.       Аловолосый взглянул туда и увидел самого себя, лежащего на кровати! Да-да, самого себя, подключённого к разным аппаратам, которые поддерживали жизнь в его теле!       Акаши медленно попятился назад, не веря своим глазам. Почему он лежит в кровати и в тоже время так легко ходит по коридору? Почему его никто не видит?! Что? Что здесь происходит? Юноша продолжал пятиться, пока не прошёл сквозь стену.       Увидев, что он только сейчас сделал, омега с громким криком отскочил в сторону от стены, но прыжок получился какой-то сильно мощный или, точнее сказать, воздушный, будто он несколько секунд парил в воздухе.       — Что со мной?.. — шептал Акаши. Он поднес трясущиеся руки к лицу. Пальцы и ладони были неестественно бледные, почти прозрачные. Омега огляделся и увидел висевшее на стене зеркало. Юноша поспешил к нему и посмотрел в гладкую поверхность, но не увидел своего отражения.       Сейджуро упал на колени, схватившись руками за волосы.       — Так что же? Выходит я — призрак? — На прекрасном лице появилась нервная усмешка. — Так как это получилось? Ха-ха-ха! Призрак! Неужели я умер?!       Акаши поднял голову и увидел, что он находится не в комнате, а на большой лужайке, залитой тёплыми лучами солнца и окружённой прекрасными деревьями. В центре напротив аловолосого был огромного размера трехлапый чёрный ворон, который пронзительно смотрел на омегу. Справа от птицы стоял высокий парень в серой юката, довольно бледный и с черными волосами. Он о чем-то тихо разговаривал с другим юношей в зелёном кимоно с дружелюбными карими глазами и веселой улыбкой. Слева стоял, хмуря толстые брови, с недовольным выражением лица и с неприятным блеском в глазах мужчина в чёрной одежде с серыми узорами. Но ближе всех к Сейджуро находился довольно необычного вида юноша — золотистые волосы, среди которых выделялись два симпатичных ушка, большой раздвоенный хвост с таким же ярким золотистым оттенком, с симпатичным личиком, на котором сияла радостная улыбка, а янтарные глаза с интересом смотрели на омегу, слегка хитро сощурившись.       Сейджуро встал, гордо выпрямил спину и невозмутимо посмотрел на этих довольно странных людей и на ворона.       — Как я полагаю, вы мне сможете объяснить, что со мной случилось и кто вы также? — произнёс Акаши, сделав приветственный полупоклон в японском традиционном стиле       — Мы духи, помощники бога света Ятагарасу, трехлапого ворона, — произнёс брюнет в серой юката. — Мибучи Лео — Акасита. Это, — он указал на своего кареглазого добродушного соседа, — Шигехиро Огивара. Он — Тимаморе. А его зовут Ханамия Макото. Он является Кумо.       — А я Кисе Рета. Кицунэ, — подскочил к Сейджуро чуть ли не впритык юноша с лисьими ушами. — Ты такой милый, Акаши-чи!       Омега хотел сказать, что никто не смеет говорить, что он «милый», и возмутиться по поводу тупой приставки «чи» к своему имени, но этот наглый кицунэ мгновенно заключил его в объятия.       — Отпусти меня! — пропыхтел юноша, пытаясь вырваться.       — Ниджимура-чи, ну, правда он хорошенький! — Наглец ещё сильнее прижал к себе вырывающегося омегу. — Ну, давай его всё-таки оставим без всяких соревнований на жизнь? Он такой няшка! Пусть он лучше станет моей женой!       Что?! Стать женой этого психа с лисьими ушами! От такого заявления у Акаши аж глаз задёргался от злости.       — Кисе, отпусти его, — заговорил ворон, принимая человеческое обличие. Ятагарасу стал молодым человеком с приятной внешностью в серебряного цвета японской традиционной одежде. Его серые глаза недовольно посмотрели на лисицу, которой пришлось выпустить Акаши из своих объятиях.       — Я — бог Света, Ятагарасу, — представился он. — Твоя душа, Акаши Сейджуро, застряла между миром людей и духов. Ты можешь вновь вернуться к жизни, но ты за неё должен побороться. Или ты предпочитаешь умереть?       — Конечно, он предпочитает умереть и остаться со мной! — радостно заявил Кисе, хищно смотря на Акаши.       — Кисе, это неприлично решать за других, — заметил Лео, недовольно посмотрев на лиса.       — Я предпочту бороться, — заявил решительно Акаши. — Я не хочу терять жизнь. У меня есть дела, которые я обязан выполнить. Я не хочу всё просто так бросить.       — Тогда я дам тебе задание. Если ты его выполнишь, то вернёшься к жизни. А если не сможешь — тогда умрешь, — сказал Ятагарасу.       — И что за задание? — спросил Сейджуро.       Ниджимура задумчиво прикрыл глаза.       — Ты должен помочь человеку обрести его настоящую любовь, — заговорил бог Света. — Срок — две недели.       — То есть, я могу любому помочь добиться его пары за 14 дней? — уточнил Акаши.       — Нет. Тебя может увидеть только один человек, — стал объяснять Огивара. — Сложности прибавляет то, что ты должен ещё и отыскать этого человека. И это не факт, что к тому времени он будет одинок. Ситуация может обернуться и так, что у него уже и будет пара или он вообще не будет нуждаться ни в какой любви.       — Теперь ты точно хочешь побороться за жизнь? — неприятно усмехнулся Макото.       — Ты можешь отказаться и сразу отправиться в мир духов, — внимательно глядел на омегу Ятагарасу.       — Акаши-чи! Оставайся! Тебе будет лучше со мной! Нам будет так весело, — принялся уговаривать своим звонким голосом Кицунэ. Возможно, он опять бы подскочил к Сейджуро, если бы не грозный взгляд ворона, брошенный в его сторону.       — Так что ты решил, человек? — потребовал ответа Ниджимура.       — Я принимаю вызов. — Зрачки гетерохромных глаз сузились, на лице появилась холодная улыбка.       — Да прибудет с тобой твоя удача, — произнёс бог Света, вновь принимая облик трехлапого ворона. Один взмах чёрного крыла — и Акаши оказался в центре Токио, над огромной толпой людей…