Индульгенция

      Заккари вернулся домой поздно ночью. Он открыл дверь своими ключами и тихонько прошел внутрь. Тут же зажглась лампа, при входе его ждал папа. — Хоть бы предупредил. А то ушел к деду и с концами. А на звонки почему не отвечал? — Телефон разрядился. Папуль, я очень устал. Давай завтра, — Зак приблизился к отцу и попытался его поцеловать в щеку, но тот отстранил его. — Нет уж. Давай сейчас рассказывай, почему я должен сидеть ночью, волноваться в ожидании тебя. Я звонил Полу. Тебя у него не было. Он, кстати, тоже очень переживает, а для омеги стресс губителен. Тем более ему завтра к детишкам в школу, а он пол ночи тебя по друзьям выискивал… — Патрик, так звали отца Заккари, не закончил, его перебил помрачневший сын: — Ну это его проблемы. — Да что ты говоришь такое?! Что на тебя нашло? — омега разъярился. Тон сына ему не понравился. — Во-первых, я уже не ребенок, чтобы отчитываться о своём отсутствии, мне все-таки двадцать пять лет. И я в праве решать, где и с кем проводить время. Я встретил его. — Кого? — Своего омегу. Папа он потрясающий. А его глаза. Они сводят с ума. Он образованный. С ним мне интересно. И… — Ладно, ладно. Купился на глаза, как и твой отец когда-то? — Пап, не начинай. Ты же сам всегда говоришь, что все забыто. — Закроем тему. А из какой семьи твой омега, сколько лет и кто он вообще? — Его зовут Кристиан. Я не знаю ни сколько ему лет, ни из какой он семьи. Он переехал сюда четыре дня назад. — Четыре дня?! — Патрик воскликнул это так громко, что мог разбудить полквартала. — Ты знаешь его всего четыре дня? И уже готов променять на него Пола? Ты спятил. Действительно, лучше поговорить утром. Пойдем спать. Хотя какой сон, я теперь не то, чтобы не усну. — Успокойся. Завтра все обсудим еще раз, если ты этого захочешь. А что касается Пола, мы не были парой. Так, только близкие друзья. Я думаю он поймет. — Позвони ему. А то он очень переживал, что ты пропал.       Папа поспешил уйти наверх, оставив Зака одного. Конечно же альфа никому звонить не собирался. Он все еще был под впечатлением от проведенной ночи и от дальнейшего поведения Кристиана. Он с нетерпением ждал завтрашнего утра, чтобы снова увидеть омегу.

***

      Кристиан увидел папу. Он был, как прежде. Ни одной царапины, ни синяка на лице. Рене стоял перед ним и с грустью смотрел на сына. Крис не выдержал и кинулся на колени перед ним. — Я знаю. Очень рано. Прости меня. Я действительно скорблю по тебе. Мне ужасно не хватает тебя, папа. Скажи что-нибудь. Что это за ребенок был у тебя на руках? Папа, не молчи.       Силуэт стал медленно исчезать. — Нет, прошу не уходи. Дай мне еще раз посмотреть на тебя. Не бросай меня. Ты сердишься, что я оставил Алана? У него же есть Мэттью. Да и потом я навещу их позже. А отец заслужил одиночества.       Кристиан поднял глаза и увидел, что рядом уже никого нет. Он поднялся с колен и побрел на второй этаж. Упав на кровать, он так и уснул в одежде, лежа поверх покрывала.       Утро выдалось тяжелым. Нещадно болела голова, ныл низ живота. Майкл предупреждал, что такое будет, но не говорил, что это так больно. Выпив дозу обезболивающих, он остался лежать на кровати, пытаясь вспомнить все события предыдущего дня. Получалось это плохо. Вспышки воспоминаний проносились перед глазами. Он вспомнил ночь, как ему было хорошо с Закккари. Вспомнил поездку и то, что он увидел в лесу и дома. Крис открыл глаза. У края кровати стоял папа. Его вид был совсем другой. Изуродованный, весь в крови. Он протянул к нему руку, Крис собирался ее взять, но вдруг очнулся. Вокруг уже никого не было. Крис не был напуган, но происходящее его настораживало. С ним уже случалось такое после того, как он сжег Марка. Тот являлся к нему в кошмарах, но это не было столь реалистично. Он никогда не рассказывал об этом папе. Кристиан подумал, что пора с этой проблемой обратиться к врачу. Омега встал и пошел в ванную комнату. Придя в себя, он услышал назойливый звонок в дверь. Крис спустился вниз и открыл дверь, на пороге стоял альфа из бара. — Трудно было тебя найти, детка.       Крис попытался закрыть дверь, но тот придержал ее, втолкнув омегу и войдя в дом. — Думаешь, что так просто отделаешься? Нет! Найти тебя не составило труда. Крутая тачка. Я бы прокатился. Как думаешь, может быть съездим куда-нибудь? — Пошел вон! — Крис был строг и холоден, ни одной эмоции на лице. — Испугался? Может быть закричишь? Или вызовешь полицию? Ну же. — Что тебе нужно? — Ты! Я бы трахнул тебя прямо здесь. Не думай, что ты мне так понравился, что я искал тебя по всему городу. Нет. В тебе нет ничего особенного, ты не привлекателен. Серая мышь. Но я не люблю, когда мне отказывают. Поехали! — альфа схватил омегу за руку. — Нет. Я никуда не поеду, — Крис старался сохранять спокойствие. — Слушай. Давай по-хорошему, — он приблизился к Крису и провел рукой по щеке омеги. Последовал удар. Крис потерял ориентацию. Дальше все как в тумане. Он практически не сопротивлялся, думая, что так будет лучше. Они мчались по старой дороге и наконец съехали в поле. Альфа выкинул омегу из машины на землю. Они были где-то в поле. Еще несколько человек стояло около старого пикапа. — Нашел его?       Крис посмотрел снизу вверх. Альфы оскалились. Один подошел ближе в руках у него была палка. Он ударил Кристиана. Омега упал на спину. Он закрывался от ударов, но не просил остановиться, это не нравилось его мучителям, они хотели, чтобы он умолял. Они били его ногами и палками, иногда попадая по лицу. Из разбитых губы и носа текла кровь. Он стал терять сознание, его продолжали бить, но уже с меньшей слой. Периодически открывая глаза, Крис видит изуродованного папу, стоящего в стороне. «Помоги мне» — прошептал он. Крис стал тяжело дышать, хрипя и глотая собственную кровь. Он буквально стал захлебываться ей. Зрачки расширились, делая глаза черными. Закончив, альфы подняли его и поставили на колени. Он не мог держаться. Криса трясло. Он не мог отдышаться. Один из мучителей расстегнул ширинку и ткнул Кристиану в лицо свой член. — Отсосешь хорошо, останешься жив. Плохо — забьем насмерть, но так, чтобы еще помучился перед смертью, — альфа мерзко заржал, остальные поддержали его.       Крис зло посмотрел на урода и открыл рот. Он задыхался и давился. Сломанный нос плохо дышал. Альфа кончил быстро, по губам и подбородку стекала сперма вперемешку с кровью. — Глотай, тварь! — Криса снова ударили.       Дальше все пошло по кругу. Некоторые подходили к Крису по два раза. Перед его глазами все плыло. Его рвало от омерзительного запаха и привкуса чужой спермы. Крис не выдержал, он зарыдал в голос, задыхаясь и продолжая делать то, что его заставляли. Наконец один из них, молодой альфа, который с самого начала был немного обеспокоен и даже пытался остановить ублюдков, но все равно принял участие в избиении и насилии, спросил: — Может хватит с него? — Да, наверно, ты прав. Эй! Заканчивай.       Последний альфа кончил на лицо Криса и отпустил голову. Кристиан упал на землю. Тот, которому омега отказал в баре, подошел ближе и сел на корточки рядом с его лицом. — Заявишь, зарою тебя и твоего дружка, ясно? — он плюнул в лицо Крису, и вся шумная компания села в машины и уехала, оставив беспомощного Криса лежать посреди поля.

***

      Неизвестно сколько Крис пролежал, стало темнеть. Над омегой нависло темное небо, сквозь тучи которого местами проглядывали только только намечающиеся звезды. Крис простонал, но встать не пытался. Ныло все тело, особенно низ живота. Голова болела, дышать носом было практически невозможно. Крис повернул голову увидел свою машину с разбитыми стеклами. Сбоку была огромная надпись «Шлюха». Крис простонал и попытался встать. Закружилась голова, и ему снова пришлось лечь на землю. Он закрыл глаза. Открыв их через некоторое время, он снова увидел отца. — Почему? Почему? Помоги мне! Забери меня! — все, что говорил Крис больше было похоже на хрип. — Папа, мне больно, — он протянул руку вперед и коснулся его ног.       Ему показалось, что Рене был настоящим, что ему это не привиделось, он мог чувствовать его. Отец отступил, a затем стал удаляться все дальше и дальше, пока не исчез в ночном лесу. — Нет! Стой! — Крис стонал и хрипел. Он снова потерял сознание.        Крис очнулся уже глубокой ночью. Стало очень холодно. Конец ноября, и уже ночами были сильные заморозки и даже снег. Крис снова попытался встать. Тело не слушалось его. Руки онемели, но это отвлекало от другой боли во всем теле. Он кое-как дополз до машины. Ключи были в замке зажигания. Крис пытался завести машину. Руки тряслись. Без сил он откинулся на сидении и прикрыл глаза, снова потеряв сознание. В этот раз он пришел в себя быстрее. Крис снова и снова пробовал завести машину. Обессилив в конец он с силой ударил по рулю. «Значит так должно быть» — подумал он. Крис полез в бардачок. Достал пачку сигарет и зажигалку. Он закурил. Выкурив несколько, он немного успокоился и попробовал снова. Машина завелась. От радости на глазах снова появились слезы.       Дорога была пустая. Это было хорошо, потому что вести аккуратно и соблюдать все правила Крис физически был не в состоянии. Доехал до дома он быстро. Машину Кристиан не смог загнать в гараж, поэтому оставил ее прямо перед домом. Дверь долго не поддавалась. Руки не слушались его. Наконец он открыл дверь и вошел. Дойдя до дивана, стоящего с в гостиной, он упал на него и, свернувшись, уснул. Он тяжело дышал, периодически просыпался, поворачиваясь, стонал, ему было больно, тошнило, кружилась голова.       К утру он совсем измучился и уснул. Разбудил его звонок в дверь. Крис не спешил открывать, но звонки не прекращались. Где-то в коридоре звонил телефон. Перед глазами все плыло. Он с трудом встал. По стене дошел до двери. На этот раз он решил проверить, кто пришел. На пороге стоял Зак. Крис открыл и просто упал в руки альфы. Тот подхватил его. — Крис! — Зак был спокоен, только глаза выдавали его волнение. Он взял Криса на руки и отнес в гостиную. — Крис. — Зак тише позвал омегу и осторожно коснулся его лица, от чего Крис застонал. — Уходи, — прохрипел он. Кристиан приоткрыл глаза и увидел, что альфа набирает, что-то на своем телефоне. Он схватил Зака за руку, вырвав телефон из рук. — Тебе нужна помощь, — Зак был более, чем обеспокоен. — Нет. Только не в больницу, — Крис забился в подкатывающей истерике. — Нет! Не надо! Я не хочу!       Альфа придерживал его. Гладил по рукам. Крис стал успокаиваться. — Тише! Тише! Я не оставлю тебя. Слышишь? Все будет в порядке. Я позвоню знакомому врачу. Он ничего никому не скажет. Все будет конфиденциально, — Зак догадывался, что омегу могли изнасиловать, но старался об этом не думать. — Сможешь встать? Я отвезу тебя. Крис только кивнул. Ему было безумно плохо.       В больнице Криса осмотрели быстро. Как и обещал Зак, не было никаких лишних вопросов со стороны медицинского персонала. Его оставили в палате одного, накачанного снотворным и обезболивающими. Врач вышел к Заккари. — Ну что? Как он? — Зак обеспокоено посмотрел на строгое выражение лица мистера Брукса. Джеймс Брукс был старым другом отца Зака. Он работал в городской клинике и всегда был готов помочь каждому члену семьи Фитц-Гилберт. — Будем надеяться, что все обойдется. Все возможные осложнения я постарался предотвратить. Изнасилования не было, — он сделал паузу, — по крайней мере никаких повреждений при осмотре я не выявил. Но можно задать тебе вопрос не только, как врач, но и как друг твоей семьи? — Брукс снова посмотрел на Зака. — Да, — альфа насторожился. — У тебя серьезные отношения с этим омегой?       Вопрос ошарашил Заккари, но он поспешил ответить: -Да. Я чувствую, что он моя пара. Я еще никогда в жизни такого не испытывал. — А ты все о нем знаешь? — В смысле? — Заккари откровенно напугал вопрос. — У него была проведена гистероэктомия.       Заккари вопросительно замотал головой. — У него удалена матка. Он никогда не сможет выносить и родить. Я не должен был тебе этого рассказывать. Это врачебная тайна, но я посчитал, что ты обязан знать, пока не поздно. — Что не поздно? О чем вы? Я люблю его. Мне все равно. А дети… В мире столько сирот. Я думаю, что если придется мы сможем решить эту проблему, — Зак был потрясен услышанным, но по-прежнему внешне спокоен. — Все-таки ты еще мальчишка. Ну да ладно. Я сделал, что мог. Дальше все зависит от пациента. Ему лучше не говори, что знаешь. Заодно и проверишь, честен он с тобой или нет. Мне пора. Удачи, Заккари.       Врач ушел. Зак еще постоял около палаты, но затем тоже решил уйти, посчитав, что на сегодня с омеги хватит и ему нужно отдохнуть. А завтра он снова вернется сюда и будет с Крисом столько, сколько тот захочет, и сделает все, чтобы он был счастлив.