Сука-любовь

POV Max Впору было Алану собирать догадки о Максе, что он, возможно, был пьян, раз появился здесь, нес чушь и вел себя весьма неадекватно. Но ведь это был Барских, а значит место адекватности, рамкам и сдержанности просто не могло быть. Если многие уже к этому не привыкли, то мужчине все равно придется это сделать вопреки его же желаниям. Да, возможно этот долговязый парень и напоминал выскочку, но на самом деле в его душе уже давно не слышно была ни эха, ни отклика каких-то чувств, он превратился в странное существо, неспособное выражать эмоции перед кем-то, истинные эмоции. Но почему Алан действовал на парня совершенно по-другому, выбивал почву из-под ног, словно щипцами позволяя вести себя, как мальчишка - сорванец из соседнего двора, которому не досталась роль заводилы. Они противостояли друг другу во всем: в возрасте, поведении, жизненных мудростях, человеческих ценностях, но лишь желание творить нечто незабываемое объединило и вызывало легкую эйфорию и еще что-то, что не поддавалось описанию, конкретике, но Барских, не непременно хотелось узнать природу этого. - А что я делаю? - Оглядываясь по сторонам, Макс щурится от источника света и пытается отстраниться подальше. - Три часа ночи. - Отличное время, чтобы узнать как дела у знаменитого клипмейкера и почему он, кстати, не спит? - Указывая взглядом на стоящий на коленях у мужчины лэптоп, парень все еще не собирается отдавать Алану его очки , надевает себе на переносицу. Отголоски дымки и усталости разносят по венам странное вещество, которое не предает образу Барских адекватности, а наоборот. - И нет, я не пьян. но мы можем выпить. - Делая разворот вокруг своей оси, Макс направляется к бару, который открывали только в крайних случаях и этот случай, вероятно, настал. Не дожидаясь реакции или каких-либо препятствий со стороны Бадоева, парень подхватывает первую попавшуюся бутылку и открывая, решает пригубить ее прямо из горла. Первые жадные глотки терпко осаждают его язык, а после спускаясь по горлу, пылают как адский огонь, выбивая из глаз слезы, но он, не морщясь, продолжает пить, но вскоре останавливается, чтобы сглотнуть. Все это сопровождается диким ознобом, который бьет измученное без сна тело, но Барских продолжает улыбаться, не собираясь так просто заканчивать разговор. Снимая запотевшие очки с переносицы, Макс плетется обратно к креслу, где сидел мужчина и с легким смешком, ему кажется это забавным, надевает их обратно на лицо Бадоева. - Знаешь о чем я хотел поговорить? - Ему и правда кажется, что они давние друзья, Барских чувствует себя, как минимум, единственным подопечным Алана и не думает, что это когда-либо изменится. И это не странно, ведь он склонен сейчас преувеличивать собственно Я, но и в трезвом состоянии этот фактор вряд ли меняется. - Я давно об этом думал и хочу спросить... - Усаживаясь на быльце кресла рядом с мужчиной, Макс изредка водит плечами, словно в такт какой-то песни. Да, он немного странный, как и сам Алан. Пальцы ловко обхватывают горлышко бутылки, а жидкость на дне плескается от любых передвижений парня. Он поднимает поплывший взгляд на уставшего мужчину и прикусывая губу, пытается собрать воедино мысли. Да, ему нравится думать о Бадоеве постоянно, не выбрасывая из головы его образ, но, Барских почти убежден, что он рассыпется, стоит лишь утолить интерес в физическом контакте... Да, секс не исключался молодым певцом еще при первой встрече с клипмейкером, его запах уводил за собой, а повадки, внутренняя сила дурманили все сильнее. - Меня уже давно интересует вопрос... За какие такие заслуги я стал твоей музой? - Он словно констатирует факт, но все же доля вопроса и интереса в его голосе остается, но голос хрипнет и наклоняясь, чтобы поставить бутылку на пол , закашливается, но все-таки тянется за пачкой сигарет Алана и доставая одну, подкуривает. Клин - клином вышибает. Он давно пользуется этой поговоркой по жизни. "неужели ты такой толстокожий, а я такой идиот, чтобы не замечать очевидного?" POV Alan Клипмейкер с легким интересом наблюдает за парнем и откровенно не понимает чего тот добивается. В какую-то минуту Алану кажется, что он готов даже слегка сорваться и прикрикнуть на своего протеже, который явно переходил рамки допустимого общения и пусть слово «продюсер» было навсегда вычеркнуто из их лексикона еще в первые дни совместной работы, Бадоеву казалось, что Макс со своей наглостью и слишком большим Я переходит все границы. Вот только самого музыканта, казалось, не заботит абсолютно ничего, так как он идет к бару, пьет когда-то кем-то подаренный Алану алкоголь и чувствует себя, как дома, чем немного в очередной раз поражает Бадоева. Да, он привык, что этот парень ведет себя бестактно и может быть в какой-то мере он позволял себя так вести, а почему бы и нет? В рамках недопустимой допустимости. Ведь это его образ, этакого закоренелого мачо, который всем своим видом показывает, как он крут и как ему на всех наплевать. Алан достает из пачки сигарету и подкурив ее, несильно затягивается, продолжая наблюдать за Максом, снова открыв ноутбуку и поставив его на колени. Он не понимает почему, но он не может отвести взгляд, от этих кошачьих движений, пусть и слегка неуверенных сейчас. Барских пошатывался, его глаза были застелены дымкой, что в очередной раз подтверждало догадки Бадоева. - Наркотики? – он вопросительно поднимает бровь и поправляет очки, которые Макс секундой ранее надел ему. Пожалуй, Алан, даже не хочет это слышать, ведь, по сути, во-первых, он не глупый маленький мальчик и все видит сам, а, во-вторых, он не поощрял это дело, если учесть, что в ситуации Барских наркотики стали слишком часто мелькать. – Может ты как-то приструнишь свои нравы? – немного строго говорит Алан. – И прекращай пить, ты уже не в клубе и не в баре! – мужчина забирает из рук Макса бутылку с каким-то крепким алкоголем и прижимается губами к горлышку, делая несколько маленьких глотков, тут же отставляя бутылку в сторону и затягиваясь сигаретой. Он кривится, так как алкоголь опаляет все внутри и дерет горло, но через пару секунд это проходит и Бадоев удивленно смотрит на Барских. – Я вот сейчас Макс не понял, что за вопросы странные? Ты чем-то недоволен? – усмехается Алан, наблюдая за тем, как Барских достает из его пачки сигарету. – Макс, - как-то очень по дружески, говорит клипмейкер, - если у тебя закончились деньги на выпивку и сигареты, то мог бы сразу так и сказать, а не тащить это у меня. Мне не жалко, но ты же знаешь, я не люблю предисловия. Он смеется и все-таки убирает ноутбук на стол, поворачиваясь к Барских и с интересом наблюдая за ним, пока тот сидел на быльце кресла и затягивался, немного пошатываясь. - Я не сплю, потому что у творческих людей нет определенного расписания, тебе ли не знать, да и что-то я не заметил как время пролетело, думал только начну клип делать, а я его… Я его заканчивая практически, - улыбается по доброму Алан, крепко зажмуриваясь, а затем открывая широко глаза. Он очень много работал и его глаза периодически застилала еле заметная пелена, которая громко намекала клипмейкеру, что пора бы уже и отдохнуть. – Я не знаю о чем ты хотел поговорить, Коль, но давай без предисловий, ну ты же знаешь… - Алан снова улыбается, не повторяя фразу, которую он сказал минутой ранее. Мужчина допивает остывший кофе и удивленно смотрит на парня, явно не ожидая такого вопроса. - Давай для начала разберемся, ты стал моей музой?! – Бадоев издает какой-то истерический смешок и слегка закашливается. – Барских, я, конечно, все понимаю, мы друзья, коллеги, я тебя уважаю, как артиста, но ты не бери на себя столько чести, договорились? – Алан усмехается и сам не понимает, почему сердце стало биться чаще и такое слегка заметное волнение расползлось по всему телу. И ведь певец был прав, он стал именно музой и никем другим, но Бадоев никому об этом не говорил, а не мог же Макс прочитать его мысли. – Но, предположим, ты спросил иначе, например, почему я решил тебя продюсировать. – Алан улыбается и достает очередную сигарету. Он стал много курить в последнее время. Слишком много. – Твой образ вдохновляет, и даже вот сейчас, твое поведение… Если брать во внимание общую аудиторию слушателей, то в основном это молодые девочки и им нужны либо ангелочки, либо черти, ты свыше этого, в тебе что-то демоническое, воплощение зла, обмана, бесчувственности, грубости, но в тоже время страсти и похоти. Ты то, что хотят девушки, но в чем боятся себе признаться. Ты продукт, который хочется покупать, - «Боже, Бадоев, ты такой скучный индюк! Продукт… Аудитории… Не можешь признать, что этот парень для начала вдохновляет тебя, а уже потом всех остальных, и именно поэтому ты за него взялся, эгоистично, ради себя, а не с мыслью о зрителях, как это обычно происходит».