Любовь нельзя купить

Она ненадолго закрывала глаза, но не могла слишком долго находиться наедине в темноте. Каждый раз при закрытии своих глаз, шатенка вспоминала ту пугающую темноту, ту крышу, то заброшенное, пустое и сырое здание. Она вспоминала ту улыбку Стефана, вспоминала его прикосновения и вот она уже вновь дрожит от страха и не может уснуть. Какую ночь подряд, она молчит и ночью старается спать в полной темноте, в одной кровати с Деймоном. Она боялась попросить его включить свет, потому что думала, что ему будет неудобно. — Я знаю, что ты не спишь. — вдруг шепчет Деймона и Елена вздрагивает от его голоса. — Я слышу твое непрерывистое дыхание. — чуть громче говорит брюнет и поворачивается лицом к девушке. Она сомкнула губы и опечалено смотрела в его глаза. — Мне не спиться. — Четвертую ночь подряд? — с грустью спрашивает Сальваторе и Елена опускает глаза и избегает его взгляда. Ей было стыдно смотреть на него после того, что произошло. Она боялась, что он расскажет это или что-то вроде такого, но он молчал и старался быть нежным с ней. Он не шутил, не издевался, а наоборот был заботливым и уступчивым. Елена не ответила на его вопрос и у нее незаметно полились слезы из глаз, скатываясь по щекам и на простынь. Его рука нежно дотронулась до ее лица, но она тут же вздрогнула от ужаса. — Ты в безопасности, не стоит бояться. — ласково и с улыбкой проговорил Деймон, а Елена начала отрицательно кивать. — Я не выхожу из дома. Я боюсь смотреться в зеркало. Я боюсь закрывать глаза. Боюсь, что когда усну, то снова увижу тот ужас. Я не могу думать ни о чем другом, как о том самом дне, Деймон. Я не чувствую себя в безопасности. — громко произнесла шатенка, а затем отвернулась от него и стала смотреть на стену. Она вновь попыталась закрыть глаза, но как только она пыталась сделать это, то все внутри сжималось и ей было душевно больно. Слезы невольно капали на подушку и она не могла думать о чем то светлом или хорошем. Темнота поглощала ее с каждой секундой все больше и больше. Она почувствовала как нежные руки Деймона приобняли ее за талию и спокойным голосом он произнес: — Никто не причинит тебе боль, Елена. Я рядом и всегда буду. Я обещаю. Она немного расслабилась и губы Сальваторе коснулись ее волос, а она обняла его руки, который он обвил вокруг ее тонкой талии. — Спасибо. — прошептала она. *** Деймон проснулся раньше чем сама Елена, которая наконец смогла уснуть. Он улыбнулся, понимая, что возможно сможет ей помочь забыть тот день. Он все думал как ему стоит отомстить Кэтрин и Стефану, но знал, что не сможет сообщит об этом прессе или полиции, потому что сама Пирс сможет уладит всё, что угодно своими деньгами. Деймону нужно было продумать идеальный план, чтобы сломить их обоих настолько безвыходно, что они будут молить о пощаде. Деймон привстал с кровати и открыл шторы, чтобы побольше света попадало в комнату и освещало каждую вещь. Брюнет лениво пошел на кухню, чтобы в первые в своей жизни самостоятельно приготовить какой-то завтрак для Елены. Он не знал почему, но ему хотелось видеть улыбку на лице Елены, отчасти потому что он чувствует вину за произошедшее, но и потому что он не мог ненавидеть ее. Недавно он сам понял это, когда готов был убить лучшего друга, потому что его руки коснулись ее. Деймон достал яйца и молоко, а затем сыр и бекон, после попытался сделать что-то путное с этим, но у него явно плохо выходило. Кулинария не былом его талантом. Он попытался разбить яйцо, но только в третий раз у него получилось это более или менее нормально. Он добавил слишком много молока, поэтому яичница просто плавала в сковородке. Сама яичница приклеилась, потому что он забыл налить масла. «Избалованные богатые детки», как говорила бабушка Сальваторе, «Ничего они не умеют.», и Деймон наконец понял, что она имела в виду. — Елена! — он улыбнулся, отдирая яичницу от сковородки и выкладывая ее в две тарелки. Елена с удивлением осмотрела его, а затем она начала громко смеяться. — Ну хоть я добился твоей улыбки... — прошептал Сальваторе сам себе.