Зарисовки из жизни

      Я приехала в санаторий летом после 4ого класса и первым делом принялась разглядывать мужскую половину своего отряда. Для чего? Чтобы подметить очень красивых ребят и стараться близко общаться с ними как можно реже, дабы не влюбиться в кого-нибудь из них и не изменить моему обожаемому Андрею. Я всех хорошенько рассмотрела и пришла к выводу, что все они не смогут привлечь моё внимание. Это меня успокоило.       Мы сидели в коридоре, ожидая медосмотра. Рядом со мной находился мой хороший знакомый, сын близкой подруги мамы – Миша. Это был красивый белокурый шаловливый юнец, сообразительный, умный, но нетрудолюбивый. Мне было с ним весело и интересно, хотя некоторые его проказы мне не нравились, а порой даже сильно меня обижали. Всё же, я была ему рада. Не так страшно в новом месте, когда кого-то уже знаешь: чувствуешь себя увереннее и свободнее.       Напротив нас, прислонившись к стене, стоял мальчик. Блондин, с красивыми коротко остриженными волосами спереди и длинными, свободно распущенными по шее, сзади (15-20 см). Его наружность не показалась мне привлекательной или отталкивающей. Обычный парень, с обычным веснушчатым лицом, с обычным в таких ситуациях выражением строгости на лице, смешанной со смущением, неловкостью и неуверенностью. Я пробежалась по нему взглядом и со вздохом облегчения подтвердила свою мысль: никто мне здесь не понравится и не вытеснит из сердца любовь к Андрею. Смешная, самоуверенная, глупенькая девочка. Мне очень сильно хотелось быть верной моему доброму другу, поэтому я даже взяла единственную, которая у меня была, фотографию с ним (вместе со всем классом и учительницей).       В столовой, как ни странно, нас тоже посадили вместе. Я, Миша, Никита – тот самый светлый мальчик, и ещё какой-то паренёк, но я не помню кто, да и ни к чему такие подробности. Миша и Никита довольно быстро сдружились и стали везде ходить вместе. Я тоже нашла себе подруг.       Разве я знала, что самые светлые и тёплые моменты нежной любви произойдут этим летом, в этом санатории, что я, забыв об Андрее, буду упиваться вниманием симпатичного мне человека, что я буду его ревновать, чуть ли не драться за него? Что я буду приходить к нему в комнату по вечерам и сидеть с ним, болтая, до отбоя? Что я буду называть его, сидя напротив в столовой, «голубоглазик», а потом смущённо, с дрожью в голосе «мой голубоглазик»? Что я буду мечтать носить его фамилию (как было и с Андреем)? Разве я знала тогда, что это будет последняя моя взаимная привязанность, поэтому надо вдвойне ценить эти мгновения обоюдной радости? По сути, я была маленькой блудницей, подлой изменщицей, лгуньей, но, подумайте, мне было 10 лет! Разве могли меня мучить вопросы нравственности? Я была счастлива, счастлива так, как никогда более. Я любила, меня любили. Что мне нужно было ещё? Ничего, лишь бы это состояние продлилось как можно дольше.       Помню, что мы возвращались откуда-то по лесной дорожке. Стояла тёплая, солнечная погода. Время приближалось к вечеру. Глупо, смешно, но мне начал сильно нравиться тот самый веснушчатый ничем непримечательный мальчик, который в тот день шёл чуть поодаль от меня, впереди. Возможно, постепенно мне открывались красоты его души: доброта, скромность, старательность, дружелюбие. Он был очень хорошим мальчиком. Об этом говорил и Миша, который считал его и после смены близким другом. А может быть, меня, всё-таки, зацепила его своеобразная внешность. Но когда кто-то спросил, красив ли был Никита, я, немного подумав, сказала: «Не очень». Сама не знаю, почему я так ответила. Тот же Миша утверждал, что Никита был миловидным.       О, сейчас, я с радостью говорю: он был красив и внутри, и снаружи.       Так вот. Мы шли по лесу. Ко мне подошёл парнишка с пухлыми розовыми губами, которые придавали ему такое детское выражение лица, что все за его спиной называли его «тот, у которого ещё молоко не обсохло на губах». Правда, он был похож на младенца. Он спросил меня сразу: «Ты знала, что нравишься вон тому мальчику?» и указал на Никиту, который покосился на нас. Я засветилась (да и как нельзя было засветиться?) и сказала, уверенная в том, что Никита сегодня же узнает мой ответ, он мне тоже нравится. А я уже думала вступать в борьбу с просыпавшимися чувствами, так как мне казалось, что Никита никак не проявлял интереса ко мне. Что может сравниться со взаимностью в любви? Её невероятно тяжело найти. Она как призрак. Ты гоняешься за ней всё время, а она легко, смеясь, ускользает от тебя. Вроде бы, ты уже схватил её, сжал, вот она – твоя, но это мираж, фантазия, игра воображения. С каждым ударом ты опускаешь ниже, реже делаешь попытки, меньшего ожидаешь и, наконец, совсем теряешь надежду на подобное счастье и каждый день рисуешь картины одинокой, больной старости. Как прекрасен человек, в которого Бог вдохнул самоотверженную, глубокую, облагораживающую любовь! Чаще любят эгоистично: «Я дал, дай и ты взамен». А если так: «Я принёс к твоим ногам дары, заработанные кровью, потом и слезами и ничего не требую». Мечты? Но кто будет категорично отвечать, что такой любви не существует? Я уверена, что она есть, просто далеко не каждый с ней сталкивался.       Честно говоря, я думала, что мне захочется многое рассказать, но сейчас я понимаю: я помню только какие-то фрагменты того времени. Глубже, чем в памяти, сохранились чувства, с которыми было связано время, проведённое в санатории.       Опять же не помню, как мы сблизились, но это произошло достаточно быстро. Мы стали ходить вдвоём. Миша тоже нашёл себе подружку (за смену у него их было несколько). Боже, это было всего 8 лет назад, а в голове – пустота, какие-то несвязанные картины, бред, неинтересные и ненужные образы. Я любила. Меня переполняло чувство. Я заботилась о человеке, а он обо мне. Мы оба отталкивали мысли о предстоящей разлуке и отъезде в далёкие друг от друга города. Мы любили! Человек, почувствуй это. Я трепетала и смущалась, когда мы держались с ним за руку, когда обнимались, сидя в одном кресле. Нам было по 10 лет! Я не испытывала ничего подобного уже 8 лет!       Может, это выглядит смешно, но, по существу, трагично.       Я помню, когда мы медленно танцевали, я уже не так сильно смущалась, как с Андреем, и могла прижаться к партнёру. Я чувствовала его дыхание, грудью прислонялась к его груди и была безмерно счастлива.       Странно. Сейчас описывая это, я понимаю, что прошедшее не столь манит меня. Мы были вместе меньше месяца. Кто знает, что произошло бы, если б я встречалась с ним дольше? А наш поцелуй в автобусе? Нет, этот момент нельзя упустить! Мы ехали на экскурсию. Стояла тёплая солнечная погода с лёгким щекочущим ветерком. Миша взял меня "на слабо" и я решилась поцеловать в щёчку Никиту. Вы вспомните себя в 10 лет. Полный автобус детей, где-то впереди сидят вожатые, мы же втроём в самом конце. Страшно, смущаешься, чувствуешь себя ужасно неловко. Резкое, быстрое, неосторожное движение: ты в долю секунды поворачиваешься и касаешься губами его щеки, а он – также стремительно твоей. Все оборачиваются на вас, улыбаются, смеются, удивляются вашей смелости. А ты чувствуешь, как горячая волна удовольствия разливается по твоему телу, щёки краснеют, глаза сверкают... Я тогда взяла его правую руку (он сидел слева от меня) и положила её к себе на плечо, чтоб он меня обнял. А потом, смущённая, сияющая, поглаживала и словно рассматривала его руку, приговаривая: «Какая у тебя кожа нежная» и глядя на него восторженными глазами. Я никогда больше так не целовалась, и никогда я не чувствовала себя такой счастливой, прогуливаясь за руку с мальчиком, как тогда, когда сгорала от стыда и удовольствия, и всё-таки смело держала его руку.       На прощанье он отдал мне свою красную кепку, подписанную «Никита Т.». Она и по сей день хранится у меня дома.       4 года я хранила ему верность! Я ждала, что он найдёт меня в социальных сетях, позвонит (у него был мой номер) или иным образом свяжется со мной. Он связался и в vkontakte.ru написал мне, но он был уже не тот. Мат, безответственное отношение к учёбе, отталкивающее самолюбие, самодовольство, омерзительное, присущее большинству подростков желание казаться крутым. Я была расстроена и раздражена. Разрушились все мои воздушные замки неземного блаженства и вечной любви. Ну и что ж, я благодарю маленького, робкого, ласкового Никиту за тот счастливый месяц! Дай Бог каждому испытать то, что испытала я.