Цветы на её коже

Белокурая девушка мирно спала на огромной кровати. Её локоны хаотично, но так красиво разметались на подушке. Генри из последних сил сдерживал себя, чтобы не подойти и не прикоснуться к шёлку её волос, бархату кожи. — Совершенна! — прошептал так тихо, что сам себя едва услышал. — Кэролайн! Моя маленькая колибри! Выдержка всё-таки дала брешь, и он, наплевав на обещание самому себе сдерживаться, встал с кресла и рванул к ней. Мужчина осторожно прилёг рядом и, боясь разбудить, осторожно, как можно ювелирнее переложил голову блондинки к себе на плечо. А потом жадно втянул носом запах её волос. И в этот момент он почувствовал такой необычайный прилив счастья, который не испытывал с тех пор, как она сбежала от него. "Это как возвращение домой. Это как чистая утренняя роса на прозрачных лепестках белой розы. Это как радуга после сильного ливня!" — он мысленно искал сравнения со своим теперешним состоянием и улыбался. Девушка во сне пошевелилась и ближе придвинулась к нему, а потом инстинктивно потянула к нему руки и обняла его торс, мягко нежась в его ответных объятиях. Генри прикрыл глаза от наслаждения. Пусть бессознательно, но сейчас она была с ним, в его руках. Она укутала его своим запахом, накрыла теплом своего тела. Он был на седьмом небе блаженства. — Моя маленькая колибри! — снова прошептал он и ласково погладил её по голове. Потом его рука спустилась ниже, нежно прикасаясь к оголённому плечу блондинки. Вся такая родная, до сих пор непозабытая им. Да, он наизусть помнил каждый её изгиб, каждую её родинку. Он знал и любил всё в ней. Он ею наслаждался. — Клаус! — сквозь сон пробормотала Форбс и снова заелозила на груди у мужчины. — Клаус! — повторила уже громче и, словно от судороги, сжала пальцами край рубашки Генри. Он нахмурился. Ощущение счастья в секунду растворилось. На душе стало паскудно. Лицо из расслабленного снова превратилось в хмурую маску. Мужчина недовольно сдвинул брови. — Генри! — будто издеваясь, прошептала блондинка и ещё сильнее прижалась к мужской груди. Он не знал, что ей снилось, мог только догадываться, но от упоминания собственного имени злость отступила. И он снова заулыбался. — Моя! — прошептал мужчина и поцеловал белокурую макушку, тут же зарываясь носом в её волосах и жадно втягивая её запах. "Вот поэтому я убивал их всех! — признался сам себе мужчина. — Потому, что они - не ты! Они все только издалека были похожи на тебя, Кэролайн, но при ближайшем рассмотрении и мизинца твоего не стоили! И запах! Ни одна из них так не пахла, как ты, моя колибри!" — думал мужчина и в который раз жадно втягивал носом нежный аромат её тела. Даже сквозь пелену бинтов было видно, насколько он сейчас счастлив. ******** — Выкладывай! — сухо сказал Клаус, едва его гость приземлился в кресле напротив. — Новости ещё те, Клаус! — обречённо предупредил собеседник. — Даже не знаю, с чего начать... — Начни уже с чего-нибудь, Пол! — сразу стал раздражаться Майклсон. — Ладно! Только не кипятись! — опередил его тираду детектив. — Генри жив! — Что?! — выкрикнул Клаус, от злости он даже брызнул слюной. — Но как?! Я лично видел, как он умер от взрыва. — Не умер! — перебил его гость. — Ты дал мне видео твоего брата Генри, и я пробил его изображение по международным архивам систем видеослежения. И ты не поверишь, параметры его тела полностью совпали с человеком, заснятым два дня назад в аэропорту Шарля-де-Голля в Париже. Я провёл расследование. Так вот, после взрыва в небезызвестном тебе ресторанчике, тело увезла французская криминальная полиция. Но как я выяснил, до морга его не довезли, так как по пути человек подал признаки жизни. Мужчина был без документов, явно иностранец. В общем полицейские, что везли его, были не совсем честных правил и позвонили в один засекреченный институт. Они частенько продавали этим мясникам-экспериментаторам бесхозные трупы. А не так давно им заказали кого-то живого, но сильно пострадавшего, например, при пожаре. И вот он случай! — Выжил?! — всё ещё пребывая в шоке, прохрипел Клаус. — И не просто выжил! Я кое-кого подкупил в этом институте. Его хорошенько подлатали, так что твой младший братик будет ещё красивее, чем был до того. — И где он теперь?! Что он делал в аэропорту?! — опередил собеседника Клаус, ему не терпелось узнать всё как можно быстрее. — Он сбежал из института. И знаешь, что самое любопытное?! — Что?! Хватит, не говори загадками! — Клаус терял терпение. — В аэропорту он был замечен с некой Женевьев, это киллер, разыскиваемая Интерполом по всему миру. А вот далее ещё более интересно! — продолжил интриговать детектив. — Пол! — предупреждающе прошипел Майклсон. — О'кей! Больше не буду тебя томить! — сдался Пол и вмиг стал серьёзным. — Клаус! Накануне тело этой самой Женевьев нашли в Бельгии в дешёвом мотеле, убита выстрелом в голову. А ещё в номере нашли следы пребывания Кэролайн - волосы и пару отпечатков. Пол замолчал, глядя на ошарашенного Клауса. Майклсон сидел в немом ступоре, казалось, что его глаза застекленели, а сам он перестал дышать. — Клаус?! Клаус, ты меня слышишь?! — детектив подскочил и стал трясти собеседника за плечи. — Убью! — наконец выдохнул Майклсон сквозь зубы и до хруста в костяшках пальцев сжал кулаки. — Что?! — не понял Пол и отстранился. — Убью эту живучую тварь! — повторил Клаус. — Это Генри, понимаешь?! Он снова похитил её! — теперь уже с ужасом в голосе прокричал он и отчаянно схватился за голову. — Он украл мою Кэролайн! — Возможно, Полу показалось, но в глазах Майклсона как будто появились слёзы... Детектив притаился, стараясь не тревожить друга. Он понимал, насколько больно сейчас Майклсону, поэтому дал ему время прийти в себя. Но уже через несколько минут Клаус громко выдохнул, выпрямился и решительно посмотрел в его сторону. — Итак, Пол, срочно собираем команду! Всю! Это предел. Я сотру его с лица Земли... Спустя месяц Вот уже больше четырёх недель Кэролайн жила в заточении. Снова шикарный особняк. Роскошный сад за окном, благоухающий различной тропической растительностью. И маленькие колибри в клетке у панорамного окна в её комнате. Кошмар многолетней давности повторялся. За некоторыми исключениями. Кэролайн почти не видела своего похитителя, но постоянно чувствовала его присутствие. Генри избегал прямых встреч с ней. Но Кэр могла поклясться, что каждую ночь он приходил к ней в комнату и до утра сидел у её кровати. Иногда он позволял себе большее - ложился рядом и, обнимая её, шептал разные признания в любви или просто тихо разговаривал с ней, рассказывал, чем занимался весь день, иногда вспоминал прошлое, как жил и страдал без неё, и много чего ещё. Кэролайн слышала его признания сквозь сон, а порой даже просыпалась, но боясь пробудить в нём зверя, лежала тихо, едва дыша. А он думал, что она спит, ну или просто позволял ей притворяться. Так было удобно. Обоим. Каждый новый день Форбс напоминал предыдущий: утренний душ, завтрак, заботливо оставленный на кухне, прогулки по саду, обед, снова прогулки по саду, чтение книг в библиотеке, затем ужин, душ и опять сон, иногда прерываемый опасным визитёром. Кэр догадывалась, что Генри следил за ней. Повсюду, кроме ванной комнаты, были натыканы микрокамеры. Поэтому она была осторожна, опасаясь ненароком выдать себя, инстинктивно погладив животик. А он стал намного заметнее, и Форбс тайком рассматривала его в ванной. И старалась одеваться в самые свободные вещи, скрупулёзно выуживая их из вороха одежды в шкафах дома. Иногда её тошнило, а ещё временами кружилась голова, чувствовалась слабость. Она очень переживала за своего ребёнка - здоров ли? Нормально ли развивается? Хватает ли ему витаминов, белков? Да какие только мысли не лезли в белокурую головку неопытной в этих делах Форбс. Но просить помощи было не у кого, даже интернета у неё не было, и всё, что она могла себе позволить, - это долгие прогулки по саду и побольше фруктов с овощами в рационе. Благо в холодильнике их было в изобилии, Генри не забывал забивать его продуктами. Вот и сейчас Кэр рылась в съестных запасах, пытаясь понять, чего хочет на ужин. А ещё Кэролайн никак не могла разгадать, какую игру на этот раз затеял её похититель? Но боялась прервать её. Она боялась за своё дитя. Она-то знала, на что способен этот жестокий человек... — Здравствуй, любимая! — Кэр вздрогнула и замерла, когда его хриплый голос разорвал тишину. Наверное, он тоже давно не разговаривал, как и она, казалось, уже забыла звучание собственной речи, привыкнув за месяц к внутренним монологам. — Скажешь что-нибудь?! — настойчиво и на этот раз более звонко прервал её мысли мужчина. В ответ Кэролайн резко обернулась в его сторону и затравленно захлопала ресницами. Ужас снова охватил её, а ведь думала, что поборола этот страх. Его лицо уже было без бинтов, красив и так похож на Клауса. — Не бойся меня! — он ей мягко улыбнулся и двинулся навстречу, но увидев, как она дёрнулась и вжалась спиной в дверцу холодильника, судорожно сжимая какие-то продукты в руках, остановился. Весь этот месяц он сильно переживал и боялся спугнуть её. Он не показывался ей на глаза, надеясь, что от одиночества она заскучает и сама потянется к нему, как было много лет назад. А ещё он боялся всё испортить. Хоть он больше и не баловался наркотиками, но всё же опасался сорваться. Когда дело касалось Кэролайн, мужчина никогда не мог контролировать себя. — Давай поговорим, любимая! — осторожно продолжил Генри и мягко приземлился за обеденный стол. — Как ты себя чувствуешь? — Он внимательно осмотрел её с ног до головы, в сотый раз отметив её красоту, даже несмотря на бесформенные вещи, которые она умудрялась отрывать в его доме. На это мужчина недовольно хмыкнул, он понимал, Кэр не хочет быть сексуальной, старается казаться серой мышкой. Глупая, думает, что этим она делает себя менее привлекательной в его глазах. — Генри?! — наконец отмерла она. — Чего ты хочешь?! — И снова затравленно хлопнула ресницами и сглотнула. — Просто поговорить! Как приятно слышать своё имя из твоих уст! — ответил он спокойным бархатным голосом. — Не бойся, я не причиню тебе зла! — Он улыбнулся и кивнул ей на стул напротив. — Присаживайся, любимая! Просто поговорим. Ты уже месяц здесь, разве ты не устала от тишины и одиночества?! Кэролайн?! — Он старался сдерживаться, хотя внутри него всё горело. Внутренний зверь снова рвался наружу. Она была так красива, его девочка... — Ну же! Присаживайся, милая! Я не кусаюсь! — И он снова кивнул ей на место напротив. — Спасибо, я постою, мне и здесь хорошо! — тихо ответила Форбс, ей совершенно не улыбалось приближаться к нему. И зря. Лучше бы она села за стол. Потому что Генри тут же подскочил и словно хищник в два шага оказался рядом. — Боишься меня?! — прошипел он, едва сдерживая раздражение, отобрал у неё пакет с какой-то едой и небрежно бросил его на столешницу. — А я ведь сказал, что не обижу! Но ты, как всегда, не веришь мне! — выпалил он, закипая. — А я старался, целый месяц старался, любимая! Не приближался, не беспокоил тебя! — Он придвинулся и буквально навис над ней. Кэр ещё сильнее упёрлась спиной в дверцу холодильника. — Генри, не надо! — пролепетала она, к горлу подступил ком, а глаза наполнили слёзы. В глубине души она ненавидела себя за это, ведь знала, что его внутренний "зверь" подпитывается её страхом, провоцирует его. — Что не надо, любимая?! — прорычал мужчина, его снова начало накрывать. — Я не могу, Кэролайн! Я не могу без тебя! — От напряжения у него в глазах полопались капилляры, и они стали красными. — Я дышать не могу, жить, двигаться, я ничего не могу, а главное, не хочу без тебя! Неужели ты не понимаешь?! — Он схватил её за плечи и, притянув к себе, впился жадным поцелуем. Но через пару мгновений резко отпрянул. — Что?! — Генри почувствовал, как в его пресс упёрся округлый твёрдый живот блондинки. — Что это, Кэролайн?! — закричал он и, отпустив её плечи, схватил края её рубашки и одним движением разорвал все пуговицы. Кэролайн осталась стоять перед ним с оголённым округлившимся животиком. — Не надо! — Она обхватила себя руками, пытаясь прикрыться, с ужасом вспоминая, как когда-то он ударил её и она потеряла ребёнка, но Генри уже был невменяем. — Я сказал, что это?! — заорал он, брызгая слюной. Он снова схватил её и сорвал остатки рубашки, внимательно осматривая её тело. — Беременная?! От него, да?! — всё громче орал он. — Сука! Шлюха! Лучше бы ты сдохла! — прокричал он и со всей силы ударил её по лицу. Кэр отлетела в сторону и, чтобы не упасть, в последний момент успела схватиться за край столешницы. С уголка губ на грудь упала капелька крови. Боль... — Ты говорил, что не причинишь мне зла! — борясь с нахлынувшей тошнотой, она с укором посмотрела на него исподлобья. — Убью! — в ответ прошипел Генри. — Не могла залететь от какого-нибудь другого Майклсона? Почему именно от этого ублюдка? А, Кэролайн?! — продолжал орать на неё мужчина. — Могла выбрать Элайджу, или Кола! Но нет! Ты, как сучка в течке, прыгнула на Клауса! Тварь! — И он снова с размаху влепил ей пощёчину. — Опомнись, Генри! — закричала Кэролайн, инстинктивно прикрывая руками живот. Она уже не сдерживала слёз. Но разве это могло остановить безумца?! — Я не дам тебе родить от этого ублюдка! — холодно процедил сквозь зубы Генри и открыл ящик со столовыми ножами...