Там, где мы счастливы

      Весна отцвела окончательно и уступила место знойному лету. Сидеть за партами стало невыносимо трудно, а слушать учителей и того труднее. Марф таки придумал для бесчинствующих подростков "соответствующее их поступку наказание". Вся школа уже давным-давно наслаждалась каникулами (ну как давным-давно, всего неделю), кроме десятиклассников. Неправильность задумки директора заключалась лишь в том, что при этом страдал весь класс. Но сегодня даже эта вопиющая несправедливость не волновала Кастиэля. Он чувствовал себя несказанно счастливым и, то и дело смотрел на часы. Вот-вот должен был приехать его лучший друг Дин.       Шёл урок литературы. Одна половина класса, за редким исключением, спала, другая - на занятии не появлялась. Анна Милтон относилась к редким исключениям. Она не спала, но и не слушала, и уж тем более ничего не записывала. Анна витала в облаках и "изредка" поглядывала на своего одноклассника Михаила, который тоже не спал, потому что не пристало старосте спать на уроках директора.       В отличие от Анны, он и слушал, и писал, и выглядел бодро. Он отвечал на вопросы Марфа, и Марф был этим очень доволен. (Еще бы!) Иногда подавала голос Руби, которая сидела рядом с Милтон. Было видно, что девушка изо всех сил старается слушать директора школы. Она еле находила в себе силы записывать его слова и периодически засыпала, как и многие в классе. Она и отвечала только для того, чтобы не заснуть окончательно. Метатрон, казалось, не замечал этого. Он сегодня вообще ничего не замечал.       Анна продолжала украдкой разглядывать Михаила. Он нравился ей: такой уверенный, такой надёжный. Всегда собранный. Он сводил ее с ума.       Наконец прозвенел звонок и немного отрезвил девушку. Она оглядела пространство вокруг себя. Ребята нехотя поднимались со своих мест, двигаясь, словно сонные мухи.       Марф нацарапал на доске список книг, который стоило прочитать за каникулы, и весьма довольный собой, покинул кабинет. Гавриил зевал, как старый крокодил и ворчал что-то себе под нос, видимо, разглядел задание на лето. Следующий урок был ничем не лучше метатроновых занудств. Кроули, провались он в тартар, точно не даст им заснуть. Половину урока он, вероятно, потратит на пустые разговоры. Как и всегда.       - Эй, - крикнул Гавриил, всё еще зевая, - может, устроим сегодня вечеринку? Кто за?       - Отличная идея, - бодро откликнулся Сэм. - Я позову Дина!       - Что? - Джо Харвелл мгновенно проснулась. - Когда Дин успел приехать?       - Еще не успел, - поделился донельзя счастливый Винчестер, - хотя, - протянул он и взглянул на часы, - кажется, только что.       - Ты прав, - произнёс не менее счастливый Михаил, показывая смс от Дина.       - Хорошая новость, - заметил Кевин Трен, забыв на некоторое время о предстоящем занятии.       - Зови, кого хочешь, - Гейб похлопал Винчестера по плечу. - Я разрешаю.       Сэм бросил на него насмешливый взгляд.       Кевин Трен шёл на урок обществознания, как на эшафот. Единственное, чего страстно желал парень - это провалиться сквозь землю. Кроули, как назло довольно быстро разглядел свою главную жертву.       - Здравствуй, Кевин! К тебе я обращаюсь персонально, мы же друзья. Остальных я терпеть не могу, особенно тебя. - Он указал на Люцифера. - Кстати, можешь мне сказать каким ветром тебя занесло ко мне на урок?       - Я соскучился, - отозвался парень и проникновенно взглянул преподавателю в глаза.       Тот скривился. Сообщение подобного характера его явно не обрадовало.       - Кевин, - произнёс Кроули, стараясь не обращать внимания на Люцифера. В его глазах блеснул странный огонёк.       Кевин Трен нервно сглотнул, он боялся преподавателя, как огня. Он уже пожалел, что вообще пришёл сегодня в школу. Всего один урок, повторял, словно мантру парень, только один.       За мрачными мыслями, Кевин даже не заметил, что сел рядом с Люцифером. Вот чёрт, подумалось ему, везёт, как утопленнику. Анна и Руби проследовали за свою любимую последнюю парту. Чарли села с Габриэлем. Словно из воздуха материализовался Дик Роман и подсел к Кастиэлю. Опять этот придурок сидит рядом, пронеслось в голове у Каса, какого черта он вообще сегодня пришёл? Вот и листок уже достал. Сейчас опять начнёт рисовать. О господи, пожалуйста, только не меня. Пожалуйста, пусть это буду не я. Кроули, например, очень подходит, отличный натурщик. Лицо Каса выражало муку крайней степени.       Между тем, Гавриил безмятежно разглядывал одноклассников и поедал шоколад. В его голове не было ни одной приличной мысли. А все потому, что думал он о Нурии, которая совершенно точно появится на сегодняшней вечеринке. И которая совершенно точно проигнорирует его.       - Гейб! Не хочешь поделиться? - поинтересовалась Чарли, вырывая его из мира фантазий.       - Нет, - ответил Гавриил, даже не взглянув на девушку.       Чарли не говоря ни слова, выхватила у него лакомство и спрятала у себя за спиной.       - Эй, - возмутился Гейб, но больше ничего сказать не успел, потому что Кроули велел всем заткнуться.       Учитель мрачно оглядел собравшихся.       - Вижу, - начал он, - остальным и в голову не пришло сегодня явиться. Ладно. Кевин, - позвал преподаватель, - расскажи мне, где остальные.       Кевин старательно делал вид, что Кроули не существует. Все, кто в это время смотрел на учителя, могли лицезреть его кислую физиономию.       - Лапуля, у тебя с ушками что-то не так? Где остальные?       - Не знаю, - наконец, произнёс ученик. - Я им не нянька.       Теперь Кевин имел вид примерного ученика. Гавриил с интересом наблюдал за происходящим.       - Где ваш друг Бальтазар?       - С каких это пор он ему друг? - с наигранным удивлением спросил Люцифер.       - Думаю, где сейчас находится Бальтазар не знает даже его мать, - добавил Габриэль.       - Где-то в городе, - серьёзно ответил Кевин. - Я это точно знаю.       Кроули глядел на парня с лёгким недоумением.       - Да, лапуля, шутить ты не умеешь.       - Я умею, - вставил Гейб.       - Тебя никто не спрашивал, - отмахнулся от него Кроули. - Неужели Метатрон не сделал вам ни одного замечания? Где Уриэль, Захария? Где Лилит и Джоана? Где Мэг Мастерс в конце концов?       - Понятия не имеем. Но Метатрон не сделал нам ни одного замечания, - подтвердил Дик, а затем холодно осведомился, когда наконец, начнётся урок.       - Не терпится получить неуд, Роман?       Кроули начинал терять терпение, но Дик оставался невозмутим. Дик Роман всегда невозмутим.       - Ох, как я обожаю потасовки, - Гейб потер ладони в предвкушении.       - Мне тоже нравится, - поддержал его Люцифер.       Кевин с опаской покосился на своего соседа. Люцифер заметил это.       - Ну-ну, малыш, я не такой ужасный, как ты думаешь, - он гадко хихикнул. - Бедный маленький Кевин.       Кевин упорно молчал. И на этот раз делал вид, что не существует Люцифера. С Кроули же сработало, ну, то есть почти сработало.       Сам Кроули уже некоторое время неотрывно глядел на мерзкого соседа Трена, но того это нисколько не смущало.       - Люцифер, - ласково позвал учитель и даже улыбнулся. - Ты не представляешь, как я рад тебя видеть. Позволь...       - Позволяю, - перебил его Люц.       - У меня к тебе есть одна дружеская просьба, ты будь добр послушай и сделай то, о чем я тебя прошу. Заткнись!       Речь Кроули имела эффект градации, начинал он тихо, а заканчивал, соответственно, громко. "Заткнись" прозвучало так, что спящие девушки на задней парте проснулись.       Люцифер молчал и нагло смотрел Кроули в глаза. Было видно, что он нисколько не испугался. Атмосферу разрядил Гавриил. Ну, то есть как разрядил. Зарядил.       - Ай брось, - протянул он, обращаясь к Кроули, - Сядь, подыши, успокойся. Съешь шоколадку. Мы все устали за этот год. Все на нервах. Пусть Люц в качестве наказания сделает парочку заданий, а мы тихо-мирно пойдём домой.       - Вот ты сейчас и сделаешь парочку заданий, умник.       Люцифер довольно хмыкнул. Но Гейб не особо-то расстроился. Кроули огляделся и заметив Кевина, про которого на время совсем забыл, переключил всё внимание на него. Кевин обреченно смотрел на доску и, казалось, не видел ничего перед собой. Чарли вдруг стало очень жаль парня. Она недолго думая подняла руку, намереваясь ответить за него.       - А как же я?! - возмутился Гейб.       - Не волнуйся, дорогуша, - успокоил его Кроули, - и до тебя очередь дойдёт. Парочка заданий у тебя уже есть!       - Я протестую! - горячо воскликнул Гейб. - Я не буду ничего делать. Меня здесь не ценят, не уважают. Моё мнение никого не интересует...       Кроули закатил глаза и тяжело вздохнул.       - Кто-нибудь заткните его!       Михаил сидел с непроницаемым лицом, смотря то на одноклассника, то на учителя. Если он и был раздражен, то никак это не выказывал. Дик Роман с важным видом рисовал Кроули, иногда что-то спрашивая у друга и совершенно не замечая ничего вокруг.       Кевин строчил сообщения Дину. И был рад-радёшенек, что мерзкий сосед и не менее мерзкий преподаватель от него отстали. Люцифер, тем временем, с возрастающим любопытством следил за развитием событий. Но Кроули, видимо, почувствовав со стороны десятиклассников заговор, больше не обращал внимания на двух возмутителей спокойствия.       В конце урока, он все-таки задал Габриэлю парочку вопросов, как и обещал. Пока парень, словно примерный ученик без запинки отвечал, Кроули сумел разглядеть чего там такого рисовал Ричард Роман. Увиденное ему, мягко говоря, не понравилось. Он в приступе злости разорвал рисунок Дика и, пожелав всем отвратительных каникул, ушел громко хлопнув дверью. Гавриил даже не успел до конца осветить вопрос.       - Обиделся что ли? - удивленно произнёс Люцифер.       - Мой рисунок, - сокрушенно пробормотал Роман.       Михаил больше не сдерживался и закатил глаза. Его взгляд красноречиво говорил: "Вы все идиоты".

***

      Чарли Бредбери распахнула тяжелые школьные двери и оказалась в объятиях лета. Солнце светило нестерпимо ярко, и на небе не было ни одного облачка. Джо свалила еще до урока истории. Еще бы, ведь приехал Дин. Чарли тоже очень радовало это событие, возможно даже больше, чем окончание учебного года.       Анна и Руби решили идти пешком. Девушкам очень нравилось вдыхать чудесный летний воздух.       - Знаешь, - сказала Анна вдруг, после долгого молчания, и Руби напрягла слух, - я всегда говорила, что если мне кто-то понравится, то я подойду и скажу ему об этом, но сейчас отчего-то медлю.       На некоторое время они вновь погрузились в молчание, слушая, как хрустит гравий у них под ногами. В воздухе разлилось лето. Напряженная фигура Анны говорила о том, что девушка борется с собой. Наконец, она решилась.       - Я скажу ему сегодня на вечеринке.       Милтон взглянула в глаза Руби, та не говоря ни слова, взяла её за руку.       Придя домой, Чарли обнаружила пропажу дневника. Его, разумеется, никто не мог украсть, кому бы он понадобился? Остаётся только один вариант - она потеряла личный дневник в школе, и теперь его может прочесть любой желающий. Первым позывом было бежать на поиски и как можно скорее, но поразмыслив девушка решила, что не такая уж это и большая потеря, да и нет в дневнике ничего стоящего, ни тебе признаний в любви, ни других тайн сердца, лишь серые скучные будни и наблюдения за одноклассниками.       Чарли открыла дверь в свою комнату и взору её предстала привычная картина: вещи и книги, разбросанные по полу и её младшая сестра Селестия. Девушка сидела на полу и глядя на неё можно было решить, что она медитирует. Но Чарли слишком хорошо знала сестру.       - Может, ты наведёшь здесь порядок?       Селестия бросает на сестру взгляд полный явного неодобрения.       - Гений властвует над хаосом! Только дураки нуждаются в порядке.       Чарли лишь тяжело вздыхает.       - Сегодня Гейб устраивает вечеринку, - говорит она, - приехал Дин Винчестер. Я потеряла дневник, кстати.       - Всегда знала, что ты растяпа, - отзывается сестра. - Ты пойдёшь на вечеринку?       - Не знаю.       - А я, пожалуй, пойду, - заявляет Селестия.       - Тебя не звали, - возражает Чарли.       - Тебя тоже, - парирует младшая Бредбери.       А все-таки жаль дневника, думала Чарли, сидя на детских качелях, мне так понравилось вести записи. Она вздохнула, глядя на дом своего соседа и по совместительству одноклассника, Михаила. Вот кто, пожалуй, никогда ничего не теряет, пронеслось у неё в голове.       Что-то странное творилось последние дни в семье этого парня. Хотя сам Майк и казался прежним, Чарли преследовало неотступное чувство, что это не так. Этот парень не Люцифер, который никогда не ладил с родителями. Михаил всегда был хорошим сыном, ему в новинку проблемы с семьёй. Чарли настолько задумалась, что не сразу заметила, что находится уже не одна.       - Это, кажется, твоё, - сказал ее никогда-ничего-не-теряющий сосед. В руках Майк держал маленькую чёрную книжечку. Личный дневник Чарли.       - Спасибо, - выдавила девушка.       - Больше не теряй, - добавил он, уходя.       - Ты пойдёшь на вечеринку? - крикнула Чарли ему вслед и лишь затем поняла, что сморозила глупость. Конечно, он пойдёт. Как не пойти, когда там будет Дин?       - Разумеется, - откликнулся Михаил. - Ты тоже приходи.

***

      Сэм открыл дверь и почувствовал запах маминой стряпни. Хорошо возвращаться домой, особенно, когда знаешь, что приехал твой старший брат. Парень скинул рюкзак и побежал разыскивать Дина, но тот уже сам шел навстречу.       - Привет, - воскликнул Сэм.       - И тебе того же! - бодро отозвался Дин. - Я и забыл какие мама печет изумительные пироги. Просто пальчики оближешь.       Братья обнялись.       - Я скучал по тебе, Сэмми.       - И я, - отозвался младший, не скрывая улыбки, - а где Адам?       - Этот мелкий пройдоха слинял с уроков, чтобы меня увидеть. Он на кухне, - сообщил старший брат, напустив на себя строгий вид.       Сэм поделился последними школьными новостями.       - Да, я в курсе. Адам мне все уши прожужжал. Метатрон кусок дерьма. Это всем было известно с самого начала. Но меня интересует не это, мне бы очень хотелось знать, что с Майком?       - Тайна за семью печатями, - Сэм пожал плечами, - выглядит, как обычно. Никто толком не знает о его проблемах.       - Еще бы, - задумчиво отозвался Дин.       - Они с Диком придут к нам на ужин, - объявил Сэм.       - А Кевина ты позвал? А Чарли?       - Конечно.       К вечеру дом Винчестеров был полон гостей. Пришли Сингеры, Бобби и его жена; Элен с Джо и друзья Дина: Кевин Трен, Дик Роман, Михаил Ричингс и Кастиэль Новак. Дик был, как и прежде невозмутим и принёс с собой около сотни, если не меньше, листочков. Когда Джон с понятным удивлением спросил зачем ему это, тот ясное дело ответил, затем чтобы творить. Кевин совсем отошёл от ужаса, перенесенного на уроке у Кроули и с благоговением слушал Элен, которая убеждала парня, что в следующем году историю у них будет вести она. Новак неотрывно глядел в сторону Дина, словно влюбленная девушка, что несказанно смешило Михаила. Сам Дин ходил по пятам за своей подругой детства.       - Очешуеть, Джо, - Винчестер восхищенно разглядывал девушку.       - Ты выглядишь, как придурок, - констатировала она.       Мэри приготовила чудесный ужин, не без помощи сыновей, разумеется. Невероятно счастливый Дин сидел в кругу своих самых близких людей и с упоением рассказывал о том, как прошёл первый учебный год в университете.       - Я в жизни не делал столько домашнего задания, - смеялся парень, откусывая приличный кусок пирога. - И книг столько не читал. Вы же знаете, книги - это не моё. Вот Сэмми другое дело.       Он с гордостью взглянул на своего младшего брата. Сэм смутился и на щеках у него стал заметен лёгкий румянец.       - Знал бы ты, что твой любимец натворил, - ехидно произнёс Адам.       - К слову, не он один там участвовал, - заступился Бобби.       - А что произошло? - спросил заинтересованный Дин.       - Твой брат подрался в школе, ничего особенного, - ответила Мэри.       - Расскажешь мне потом, - попросил Дин.       После ужина, ребята поехали к Гавриилу.       - Ненавижу его вечеринки, - флегматично произнёс Дик.       - А где Кас? - поинтересовался Михаил. - Он же только что был с нами?       - Я ему позвоню, - вызвался Роман.       - Боюсь, - Кевин скептически смотрел на Дика, - он не возьмёт трубку.       Дик Роман раздраженно вздохнул. Все-таки он не всегда невозмутим.

***

      Дверь открыл Гейб, в руках он держал плитку шоколада и выглядел очень довольным.       - Спасибо, - каркнула Селестия, выхватив из его рук сладость.       Она без приветствий прошла в дом, предварительно грубо толкнув парня.       - Это моя сестра Селестия, - сообщила ничуть несмущенная Чарли.       - Я догадался, - буркнул Гейб, пропуская девушку внутрь.       - Эй, я не разрешал садиться со мной? - возразил Люцифер, только завидя рядом с собой рыжую девушку.       Она кого-то ему напомнила, только он не мог понять кого.       - Разрешал, не разрешал, - проворчала Селестия, - какая разница, если я все равно села?       - Никакой, - устало отозвался Люц.       - Вот и заткнись!       Всем своим видом несчастный Люцифер просил о помощи. Но единственный, кто мог ему посодействовать, сейчас не отрываясь глядел на Нурию, которую можно было охарактеризовать одним словом - величественная. Она походила на богиню древних времён. Гавриил сходил с ума от одного ее взгляда. И этот факт очень раздражал Люцифера.       - Ну, что ты уставился на неё? - воскликнула Сел. - Она не обратит на тебя внимания и не надейся, такую образину как ты еще поискать!       И откуда взялась эта грубая девчонка? Люцифер одарил ее равнодушным взглядом.       - И не надо на меня так смотреть? - предупредила она.       - Может мне уйти? - вежливо спросил парень, скрывая крайнюю степень возмущения.       - Неплохо бы было, - откликнулась девушка. - Меня зовут Селестия Бредбери, кстати. А тебя?       Теперь все ясно, подумал парень, надо же Бредбери! Стоило догадаться.       - Люцифер.       - Дурацкое имя, - рассудила она.       Парень закатил глаза и поспешил исчезнуть неизвестно куда.       - Нервный какой-то, - прокомментировала Мэг.       - А, это ты, - протянула Сел. - Как настроение? Жить будешь?       - Буду, - мрачно подтвердила Мастерс, - никуда он от меня не денется, - сказала она, имея ввиду Чака Ширли.       Чарли вот уже минут пять наблюдала за Диком, тот как всегда что-то рисовал. Заметив на себе её взгляд, он встал и направился к ней. Только не это, подумала Бредбери. Когда парень подошел ей стало ясно, что он в стельку пьян.       - Я не могу тебя нарисовать, - прошептал он жалобно.       Чарли взглянула на бумажный лист, ожидая увидеть картину не лучшего качества, но неожиданно её взору предстал самый настоящий портрет. Её портрет. Девушка не верила своим глазам. Она взглянула на Дика, но тот уже спал. Теперь она точно знает, Дик Роман умеет рисовать, еще как умеет. Чарли спрятала листочек в карман. Во сне Роман казался таким милым и беззащитным, она не могла удержаться и погладила его по голове.       В зале негромко играла музыка. Анна вглядывалась в лица присутствующих в поисках Михаила, но парня нигде не было. Девушка решила подняться наверх. Она заглядывала в каждую комнату, но тщетно. Все они были либо пусты, либо заняты... Куда же он мог уйти? Неужели домой? Вот только сидел рядом с Диком! А теперь не найти! Она обязательно должна сказать ему о своих чувствах, зачем иначе она вообще пришла на эту вечеринку?       Милтон заглянула в чью-то спальню. Никого. Анна присела на краешек кровати и задумалась. От размышлений её отвлёк звук открывающейся двери, она обернулась. Перед ней стоял Кас. Девушка разочарованно посмотрела ему в глаза, она ожидала увидеть совсем не его. И хотя на появление Михаила не осталось никакой надежды, Анна надеялась.       - Ищешь кого-то? - спросила она.       Кастиэль кивнул и подошел ближе, совсем близко. Девушка медленно встала, и ей показалось, что она вдруг перестала дышать. Её телом овладело странное оцепенение. Она смотрела Касу в глаза и не понимала, что с ней творится. Внезапно Анна ощутила его губы на своих губах. По коже, словно пробежались тысячи мурашек. Губы приятно покалывало, и по всему телу разлилось пьянящее тепло. Кастиэль сжал девушку в объятиях, и она забыла о том, что искала Михаила, о том, что хотела сказать ему нечто важное. Анна обо всем забыла.