Witch (Чародейки).

- Ну что там? – недовольный голос Фобоса отдается эхом в огромном зале дворца. Правитель, хоть и раздражен, определенно находится в хорошем расположении духа, о чем свидетельствует множество красных роз, опутавших его трон. На лице принца мельком проскальзывает тень похоти и удовлетворения: «Ватек привел пленника совсем не вовремя, ведь еще полчаса назад…». Стоящий неподалеку Седрик подтверждает мысли своего господина, непроизвольно потеряв естественный облик и превратившись в человека. Его лик по-прежнему отображает теперь те малые доли счастья, что выпали на его голову. В своих воспоминаниях лорд Седрик сейчас далеко, ведь совсем недавно они… Они вдвоем сидели в водах мраморной купальни, наслаждаясь умиротворением бытия. Фобос был доволен, что Седрик поймал мятежника, лорд – тем, что его удалось поймать. Горячие потоки воды окутывали тела, невольно заставляя расслабиться и наслаждаться теплотой и покоем. Напряжение, царившее все это время между ними, спало, нормы этикета и прочие формальности тоже потеряли актуальность. Фобос, как всегда, первым нарушил идиллию спокойствия, вплотную подплыв к другу и обняв столь желанное тело: - Чувствуешь? «А что я должен почувствовать? – Седрик лениво потягивается, опираясь о край купальни. – Стук твоего сердца, дрожь возбуждения по твоему телу или любовь в твоих глазах?». - Ага, - ответ неубедителен, но принц не очень обеспокоен таким положением дел, хотя легкая ухмылка и настораживает его приятеля. - Сомневаюсь, Седрик, сомневаюсь, - кажется, этот голос окутывает все пространство, когда ладонь правителя резко обхватывает член друга под водой и начинает медленно его поглаживать. Наигранное безразличие оппонента испаряется словно дым. Он тяжело вздыхает, ощущая приближение разрядки. Уж кто-кто, а Фобос умеет доставить удовольствие, причем так, что даже холодное к ласкам тело лорда оттаивает, словно лед весной. Безусловно, награда за выполненную работу совсем неплоха, пусть и носит сугубо интимный характер, но возбуждение уже начинает граничить с болью. Фобос проникает внутрь медленно и незаметно, так, что Седрик даже не успевает как следует прочувствовать этот момент и не замечает первых двух толчков. Когда занимаешься этим в воде, ощущения немного другие, но наслаждение, наслаждение всегда одинаково и все также возносит ввысь, на вершину блаженства. Принц, похоже, тоже знает эту простую истину, потому что, тихо застонав, вздрагивает от удовлетворения и небрежно отстраняется от своего объекта любви. Друг, глубоко вдыхая теплый воздух купальни, как-то неестественно улыбается в пустоту. Его облик изменяется и возвращается обратно, словно голограмма, еще и еще, и наконец, остается в человеческой форме. Предел достигнут, хотя легкие нотки пережитого опять напомнили о себе… - Их главарь схвачен, но у портала меня ждали стражницы, - лорд пытается скрыть факт своего неконтролируемого перевоплощения в человека, первым начав разговор. - Стражницы – ветхие развалины, Седрик, - Фобос прощает ему эту оплошность (стража и Ватек все равно не поймут, в чем дело) и даже незаметно улыбается, чувствуя перед другом свое превосходство. - Я рассмотрел их, мой князь. Они – юные девушки. Причем, одну мне удалось полапать лично, правда, я чуток не успел закончить начатое… - Хм, ты не говорил мне об этом. Впрочем, как бы там не было, кристалл отныне у нового поколения. Это может осложнить поиски моей сестры, а найти ее необходимо, если я хочу сохранить власть! «Мятежнику явно не повезло: сейчас он «попадет под горячую руку»!» - думает Седрик и не ошибается – Калеба отправляют в яму в заточение на неопределенный срок. Однако, ждать чего-то большего от принца уже не имеет смысла, и лорд удаляется на поиски нового портала. Фобос, оставшись в гордом одиночестве, замечает сам себе: - Твою ж …! Я не могу скрыть своих чувств из-за этих роз, он – из-за своего перевоплощения. Но сделать нам это стоило, ведь всплыли те подробности, о которых Седрик вряд ли бы мне рассказал. спустя четыре часа - Скажи, где сердце Кондракара? – грозно спрашивает Фобос и оглядывает пойманную стражницу. Вилл трясется от страха и молчит, розы начинают опутывать ее тело, сжимая тиски. На каменный пол капают первые капли крови. - Я ничего не знаю! – скорее, это крик отчаянья, нежели правда. Принц отчетливо чувствует ложь в этих словах. «Да как она смеет!» - возмущение четко отображается на его суровом лице. Шипованные объятья сильнее сжимают тело пленницы, та визжит от боли, но не раскрывает правды. Чтож, раз так, она – достойная его противница. Фобос ослабевает хватку, с сожалением замечая: «Когда же исчезнут эти цветки?! Искрящиеся потоки молний выглядели куда бы эффектнее». - Седрик, отведи нашу гостью в мои покои. Я хочу побеседовать с ней лично. - Да, мой князь. Сердце Вилл сжимается от страха, предчувствуя неладное. На милость врага рассчитывать не приходится, только не от них! Она смотрит на свои окровавленные руки и ноги, но покорно идет за лордом навстречу своей судьбе: «Что и говорить, день явно не задался!». В покоях правителя Меридиана темно и тускло. Девушка удивляется не только столь скромной обстановке, явно неподобающей принцу, но и довольно малому количеству мебели. Хотя основную часть помещения здесь занимает кровать с темно-серыми бархатными занавесями с золотистой каймой. Седрик оставляет пленницу и уходит, даже не опасаясь того, что она может сбежать. Вандом тут же бежит к двери, ведущей на балкон. Однако, представший вид не радует - высота просто огромна! - Нравится? – насмешливый голос позади заставляет ее обернуться. Фобос ухмыляется над ее беспомощностью, но в любом случае, время тянуть не стоит: - Сколько тебе лет? - Мне будет 16 через две недели, - Вилл не понимает, почему ответила, когда стоило бы промолчать. - Хм. Раз уж нам суждено воевать по разные стороны баррикад, - голос принца становится серьезным, - я тебе наглядно покажу, стражница, что с тобой будет, если ты еще раз предстанешь перед моим взором. - Но Вы же сами меня привели… - Замолчи! Поток энергии тянет ее за ним, прямиком к кровати. У Фобоса нет никакого желания лишать стражницу невинности, она явно не в его вкусе, да и что греха таить, Седрик его тоже изрядно опустошил. Но проучить девчонку надо, пока есть возможность и силы, потому что это многое изменит в будущем. Колючие стебли красных роз опять намертво опутывают запястья Вандом, шипы, вонзаясь в кожу, доставляют неимоверную боль. Девушка кричит, безуспешно пытаясь вырваться из пут: - Пожалуйста, не надо! А-а-а! Прошу Вас… Принц прекращает пытку, улыбаясь в ответ: - Ну, чтож, если будешь хорошей девочкой, я, так и быть, подумаю, стоит ли тебе сносить твою милую головку. Знаешь, сегодня был ужасно тяжелый день, может, поможешь мне чуток расслабиться? Глаза Вилл расширяются как два блюдца, она догадывается о чем речь, но… - Брось, только не говори мне, что ты никогда не веселилась с мальчиками, - Фобос внимательно всматривается в лицо пленницы. - Ни за что! - Ого, - он начинает терять терпение, - я не собираюсь возиться с тобой весь день! Розы сильнее вонзаются в руки, охватывая новое пространство и распускаясь от бесконечных струек крови, стекающей по запястьям. Вандом чувствует, как странные растения словно впитывают ее кровь, требуя еще и еще. Голова начинает кружиться, тело ослабевает: - Я сделаю, сделаю… - она падает на колени от изнеможения, и растения тут же исчезают, будто их и не было. - Прекрасно, я жду, - противник невозмутим и спокоен. - А что надо делать? – невинный вопрос, но она и вправду не знает ответ. - Тяжелый случай. Ну, раз уж ты все равно стоишь на коленях, то вот что… Объяснение повергает Вилл в шок. Раскрыв рот от удивления, она заворожено слушает речь Фобоса, не веря происходящему. - В культурном обществе это называется «French love», так что, делая скидку на Ваше образование, советую запомнить. - Я… я не умею, - дрожащим голосом лепечет Вандом и смотрит на него так, будто перед ней стоит Франкенштейн. - Ну так научись! – принц начинает злиться, усаживаясь на кровать. Она подползает к нему и неуверенно освобождает его член из брюк, откинув в сторону ворот длинной мантии. Ее руки трясутся и дрожат, отчего прикосновения к плоти доставляют Фобосу только дискомфорт. - Это делается вот так, - раздраженно замечает он и, обхватив своей ладонью маленькую ручку Вилл, начинает медленно и уверенно поглаживать член. Первый страх проходит, и Вилл, забыв обо всем на свете, перехватывает инициативу. Процесс завораживает, особенно когда принц закидывает голову назад от удовольствия и непроизвольно вздрагивает, улавливая первую волну наслаждения. Девушка удивленно смотрит на свою ладонь, где растекаются капли его семени, похоже, Фобос потерял контроль: - А дальше что? - Ничего. Уходи! - Так нечестно! – впервые возмущается Вандом, но тут же замолкает, взглянув в грозный лик правителя. - Стража! В яму ее! – в гневе орет тот и отходит к окну. - Да не очень-то и хотелось, - шипит на него стражница, покорно отправляясь в заточение. Однако, не смотря на сложившиеся обстоятельства, ей очень хочется узнать, что бы было потом. И последующий побег с подругами и мятежником все равно не может дать ответа на этот вопрос. И даже оказавшись на Земле, в Хиттерфилде, Вилл по-прежнему спрашивает сама себя: «А дальше-то что?!».