Прекрасная дочь

      Как и говорил мой отец, там действительно были люди. Много людей. Как выяснилось позже, они покинули разрушенный город, дабы взять деньги на его восстановление у Торина. - Я Бард, Ваше Величество. Рад видеть Вас и Вашу прекраснейшую дочь. Слухи не лгут, она изумительна, - Бард оглядывал меня, пока я слезала с Орена. - Благодарю тебя, - улыбнулась я ему самой искренней улыбкой.        Отец ревностно взглянул на Барда. И так всегда: его ревность иногда не знает границ. Разбив шатер, они удалились на переговоры. Я оглядела город: руины, оставшиеся от дракона Смауга, люди, оставшиеся без крова по его милости. Всегда считала драконов величественными существами, но уж никак не опасными. Секрет, который есть у меня и моей семьи, известен только эльфам и Гэндальфу. Кто-то схватил меня за руку и, зажав рот рукой, заволок за угол. Увидев кто это, я быстро отпихнула руку. - Какого черта, Леголас? - негодовала я, обнимая своего старшего брата. Он был старше меня на пять лет и с самого детства был горой за меня. -Алласе ли кен селер, - сказал он на эльфийском, разжимая объятия. - Рад тебя видеть, сестренка, - его обычное приветствие. - Принцесса, - поклонилась Тауриэль. Все эльфы были высокие и статные. Наши волосы мы заплетали в причудливые косы, могли даже читать мысли друг друга и общаться на телепатическом уровне. Мне было семьсот лет, Леголасу - семьсот пять, а Тауриэль стала младшей из нас. Ей всего шестьсот. И за то время, пока она служила у моего отца, мой братец навеки подарил ей свое сердце, но, увы, мой папа никогда не женил бы сына на простой лесной эльфийке, как и не позволил своей дочери полюбить человека. У высших эльфов вроде нас были белые, как снег волосы, у лесных - каштановые, а у восточных и прочих земель допускались любые цвета. Мои были русо-белые. Глаза были пронзительно серые, как у мамы, а губы слегка припухлые, как у папы. Я унаследовала лучшие качества обоих родителей. А вот братик был точной копией отца. За время пребывания гномов в плену, я видела, как Тауриэль смотрела на Кили. У них вспыхнули чувства, и я помогу ей отвоевать любовь. Во имя моей ушедшей. - Наше войско. Что они тут делают? - спросил Леголас, когда мы шли к шатру. - Требуем наши бриллианты у Торина, - пожала плечами я.       Зайдя внутрь и встретив там Гендальфа, Леголас поведал нам, что с горы Гундабад выдвигается войско орков. Во главе армии сын Азога - орка, который убил всех гномов и предков Торина. Больг, сын Азога, вместе с орками и варгами направляется к Горе. Итого, получается на нас идет войско, состоящее из полусотни орков. С горой Гундабад у моего отца связаны плохие воспоминания. Мне никто не рассказывал, как погибла моя мать. Нет даже ее надгробия. Только имя - Эллериан. Леголас пару раз рассказывал мне, что она погибла на той горе, но не более того. - Алкэ остается защищать город и его временных жителей. Мы идем к Горе, сначала пробуем мирно решить проблему с долгом Торина, а после я снесу его чертову стену: золото плохо действует на гномов. Потом поучаствуем в битве против Азога, - мой отец скрестил руки позади спины. - Я тоже хочу участвовать в битве, отец. Я готова, - с горечью бросила я, зная его ответ. - Я не готов потерять тебя. Ты остаешься здесь, и это не обсуждается! - король покинул шатер с Бардом и Гендальфом. В нем осталась только я, Леголас и Тауриэль. - Почему твой отец так заботится о ней? О тебе он ни сказал ни слова! - спросила она Леголаса. - Он слишком привязан ко мне. Теперь я точно папенькина дочка, - фыркнула я, присаживаясь на стул. - Та гора, Гундабад. Там погибла моя мать, но было и кое-что еще, - Леголас грустно посмотрел на меня.       Я приготовилась слушать его рассказ. Леголас встал возле выхода и смотрел на яркое солнце. - Предок Азога взял нашу мать в плен. Тогда она была беременна Алкэ. Отец не знал, кто родится, но шестое чувство подсказывало ему, что будет девочка. Он с войском отправился к горе. Оттуда вышли орки с новорожденной на руках и ослабевшей рядом после родов матерью. Орки предложили выбор: либо ребенок, либо жена. Отец понял сразу - они бы не убили Алкэ. Вырастили бы как отличного убийцу, ведь она была рождена от Короля Эльфов и, наверное, была не менее способной, чем он. Отец был в замешательстве. Любовь или семья? Мама мысленно передала ему сообщение о разумном выборе и о том, что у него родилась дочь. Попросила назвать ее Алкэ. Он выбрал ее, - он кивнул головой в мою сторону. - В тот самый момент, когда он произнес: "Я выбираю дочь", из мрачных облаков выглянуло солнце и осветило момент передачи ребенка из рук в руки. Король Эльфов обзавелся дочерью, но потерял любовь. Он дал ей второй имя - Светлая, так как она стала его светлым и единственным лучиком в жизни после смерти матери. Он не позволял нянькам и слугам приближаться к ней, взял всю заботу о ней на себя; поставил ее колыбель в своих покоях. Любил так, как не любил меня. Вот почему он так заботиться о тебе, и вот почему он так к тебе привязан. С тобой он перестает быть Королем: с тобой он становиться отцом. Тем, кого никогда не было у меня, - Леголас ушел. Тауриэль присела на колени возле меня. Так вот почему он меня так опекает... У него ко мне больше, чем любовь и привязанность. - Я его единственное напоминание о ней, - грустно констатировала я. - Или просто единственное оставшееся от его любви, - Тауриэль положила свои руки на мои колени. - А знаешь, что мне досталось от моей любви? Огромная и незаживающая рана в сердце и этот меч, - я достала из ножен золотой меч. Если приглядеться, то можно было увидеть там слово "Люблю навеки" на эфесе. - Леголас не говорил мне, что вы были влюблены. - Это было давно, да и мою любовь не вернуть... А вот твою постараться можно. - Вы про Кили? Ах, Принцесса, боюсь, что из нас выйдет никудышная пара. Эльф и гном. - Ты ведь любишь его? - я внимательно вглядывалась в нее. - Люблю. Всем сердцем, - тихо проговорила она, пряча взгляд. Я посмотрела на выход из шатра и увидела брата. Его голубые глаза выражали боль и огорчение. Тауриэль разбила ему сердце, влюбившись в гнома. Он поджал губы и ушел. - И я любила. Он был человеком, и звали его Джон. Он пришел из Озерного Городка, чудом пройдя мимо пауков. Он был отличным кузнецом, и отец оставил его у нас, как лучшего из лучших. Впервые войдя в зал и увидев его, я ахнула: черные как смоль волосы, карие глаза, тонкие губы. Он отвесил мне поклон, и его кучерявые волосы упали на щеки, - улыбнулась я своим воспоминаниям. - Тайком я приходила в кузницу, наблюдая за его работой. Он стучал огромным молотком по раскаленному железу, выплавлял причудливые фигурки и делал отдельный подарок для кого-то. Это была роза из золота и металла. Чудесней и прекрасней я не встречала. В тот день я сидела на балконе своей комнаты и глядела на звезды. Они всегда завораживали меня своей красотой. Снизу раздался голос, и я увидела Джона. Он прижал палец к губам и поманил меня за собой. Осмотревшись, нет ли охраны, я спрыгнула с балкона и пошла вслед за ним. Он привел меня к мысу Элен - на самую высокую точку замка. Оттуда звезды были видны лучше, вот и название - Звезда. "- Вы знаете, что я не встречал никого столь удивительной и красивой, как вы?", - он отвлекся от звезд и взглянул на меня. "- Претенденток было много?" - пошутила я. "- Ни одна не достойна Вашей красоты", - он вытащил эту самую розу. Стебель ее был из металла, а вот сам цветок из золота и украшен самоцветами. "- Она прекрасна... И, пожалуйста, давай на ты", - я дрожащими пальцами взяла цветок в руки. Джон сократил расстояние между нами, и я впервые поцеловала мужчину. С тех пор мы часто встречались там, на мысе. И так было до тех пор, пока отец не прознал о нас. Его ревности и ярости не было предела, и он выгнал Джона из королевства. Ночью мне удалось проникнуть в Озерный городок и нормально попрощаться с ним. Я велела ему жить обычной жизнью, не искать девушку, похожую на меня, обзавестись семьей и забыть обо мне. Он просто крепко меня обнял и, поцеловав, сказал, что никогда не полюбит никого так же сильно, как меня. Вороны приносили мне вести о нем: с кем он и как поживает. Его роза до сих пор хранится у меня. Как и меч, что он подарил мне. Он женился на девушке по имени Мейси; Бард его дальний предок - в нем я вижу черты некогда любимого Джона, - грустно закончила я свой рассказ. Тауриэль смотрела на меня с сожалением. - Вы так сильно любили его? - спросила наконец она. - Да. И я хочу, чтобы ты так же любила Кили. И чтобы хотя бы вас никто не разлучал. Мне судьбой было предначертано выйти замуж за Принца Ваниара - Дэрина. И мне придется, как наступит время. Но ты... Ты вольна выбирать. И я надеюсь на твой разумный выбор, - я собиралась покинуть палатку, но Тауриэль задала последний вопрос. - Как называется ваш меч? - Эруа, - сказала я на эльфийском, что означает "Единственный". И, улыбнувшись, покинула шатер. Сложно вспоминать того, кому отдала свое сердце и кому могла отдать душу. Дэрина я даже в глаза не видела, знала только, что в Ваниаре обитают самые прекрасные эльфы Средиземья. Ища взглядом отца, я не заметила, как споткнулась и упала в чьи-то сильные и властные руки. Поднимая глаза, я встретилась с пронзительным взглядом голубых глаз.