Похититель молний.

      Пахло подгоревшей запеканкой и накаляющейся обстановкой. Словно в воздухе витало ощущение, что что-то вот-вот изменится, что-то вот-вот произойдет.       Прилагая большие усилия, грузная женщина в синем фартуке и подвязанными желтой косынкой редкими волосами, которые, будто не замечая преграду, все равно липли к ее взмокшему широкому лбу, вновь и вновь заносила над тарелками огромный половник, размер которого Нико соотносил с размером своего черепа. Смотря безынтересным взглядом на стекающую из половника на его тарелку струйку, которая не делала жижу в тарелке привлекательнее, парень старался выглядеть как можно более непринужденным, что ему никогда не удавалось, когда на него упорно смотрят. Каждый день, забирая свой так называемый ланч, он чувствовал себя словно под прицелом. Он пытался успокоить себя тем, что эти женщины просто-напросто недовольны своей жизнью, им надоело работать в общепите, и поэтому они смотрят на каждого школьника так, будто хотят низвергнуть его в пучину, но вместо этого плюхают в тарелку сомнительное нечто. Нико ди Анджело еще не знал, что повариха удостаивает лишь его особым вниманием, но он помнил, что где-то есть люди, посылающие деньги на его кредитку, а значит поужинать он может в любом другом месте.       На самом деле, Нико не был единственным, кто "удостоился особого обращения". Забрав последнюю булочку с изюмом, которую можно было так назвать только из-за наименования в меню, парень отнес поднос за дальний столик, где его ждала девушка. Вернее, его сестра - Бьянка ди Анджело. В отличии от Нико, она была более расположена к общению с людьми, более приветлива, но между какой-нибудь подружкой и братом... Бьянка всегда выбирала брата, потому что, хоть и не зная всей правды, они чувствовали, что они нечто большее, чем просто семья. Нико был очень привязан к старшей сестре, хотя был уже достаточно взрослым молодым человеком, чтобы постоять за себя и защитить ее. Вместе они преодолевали опасности еще в раннем детстве, которые и присниться не могли бы обычному подростку, даже с высокоразвитой фантазией.       Сев напротив и кивнув ей, он не сказал ни слова, а сестра молча кивнула в ответ. Они мало говорили о том, что с ними происходит, что с ними было, не задумывались искать ответы на скопившиеся вопросы, а просто держались вместе. Нико с неохотой опустил ложку в кашу, выругавшись про себя, но поймав случайный взгляд сестры, полный тоски, прикусил губу. Он знал, что Бьянка тоскует по другой жизни, которую несомненно заслуживает. Оглядев в очередной раз столовую, Нико не смог сдержать вздох, полный презрения к этому месту. Переводя взгляд с отморозка на отморозка похлеще, он ощущал прилив ненависти к людям, запихнувшим их в эту школу, где учатся как на подбор последние отбросы общества. "Как-будто нам плохо жилось в отеле..." - иногда говорил он, но сестра обрывала все попытки заговорить на эту тему. Минуло пару недель, как начался учебный год и какие-то люди, назвавшиеся опекунами, привезли их в эту школу, сказав, что теперь их место здесь. Кто-то же заботился о них, хоть как-то, поэтому они должны быть благодарны за то, что имеют, но Нико ни на секунду своей жизни не переставал ощущать темную дыру внутри себя, которая будто высасывала из него все чувства и эмоции. Бьянка была единственной, кого он не ненавидел.       Повозив ложкой по густому вареву, парень поморщился и отодвинул тарелку. Сестра вопросительно посмотрела на него, он отрицательно помотал головой, как бы говоря, что не будет есть. Откинувшись на стуле, Нико заметил, как кучка парней посмеивается, глядя в его сторону, а их вожак, будто истинный Аполлон из себя, делится своим мнением насчет новичка. Как только ди Анджело переступил порог этого здания, впечатление о нем сложилось сразу же: "черная кожаная косуха, должно быть, приросла к нему", слишком скрытен, но самые внимательные "наблюдатели" заметили, как Нико поглядывает на парней в раздевалке, а это о чем-то говорит. Проще говоря, он был человеком, которого все предпочитают обходить стороной, не зная чего от него ожидать, но иногда его можно прижать к стенке, как любого лузера здесь, ведь он не особенный. Бьянка же казалась обычной девушкой, не привлекающей внимания, но в ней не было столько отталкивающей энергии, сколько в ее брате.       Стараясь не вслушиваться, Нико сжал в руке сухую булочку, надавливая на нее, от чего крошки посыпались на стол. Его лоб нахмурился, черные брови изогнулись, глаза недобро сверкнули. Сестра опустила взгляд в свою тарелку, ведь она знала, что ее брат вспыльчив и легко раздражителен и не терпит, когда при нем говорят о нем же. - Ну не хмурься, сладенький, - улыбаясь, с издевкой сказал "Аполлон". То был парень, про которых говорят "да, он хорош собой, но что-то тут нечисто", с симметричным лицом, светлыми волосами и вишневого оттенка глазами, атлетического телосложения. Одет он как типичный парень, который "заправляет здесь всем", обязательным атрибутом одежды которого являлся бомбер с гербом школы. Он встал и, перекинув ногу через ближайший к Нико стул, присел рядом, продолжая ухмыляться. - Может поделишься? - он кивнул на булочку, которая "таяла" в руках ди Анджело.       За свою недолгую, но насыщенную жизнь Нико видел много странных, необъяснимых вещей. Видел монстров, разных людей, видел монстров в обличии людей, но он понял главное. То, чего не понимают многие в его возрасте и, возможно, не поймут и до конца своих скучных будничных дней: есть люди, которые могут выглядеть прекрасней всех на свете, но по натуре своей они хуже любой гидры, которая подстерегает почему-то именно тебя возле закусочной.       Почему-то именно в этот момент, когда вся столовая замерла, ожидая его реакции, для Нико все, что он так ненавидел, слилось в этом несчастном задиристом парне. Казалось, что никого и ничего больше не существует вокруг и будто бы, если он удушит его сейчас, этого змея, то все проблемы улетучатся и больше никогда не вернутся. - Ну угощайся! - Нико швырнул ему в лицо крошки, в которые перемолол булочку за считанные секунды. Где-то послышался хохот, но его волна быстро спала, потому что все знали, что новичку несдобровать.       "Аполлон" занес кулак для удара, но ди Анджело увернулся и в один счет оказался на столе, скидывая с него на пол подносы и тарелки. Парень поставил одну ногу на стул, чтобы влезть на него и добраться до противника, но Нико одним движением ноги столкнул его, вынудив познакомиться с заплеванной плиточной поверхностью пола. Увидев, что дела идут непривычным для всех ходом, парни стали подниматься из-за соседних столиков, окружая стол, на котором стоял ди Анджело. - Нико, не стоит! - повысила голос Бьянка, отступая к стене, но остановить его было невозможно.       "Используй его только в самых крайних случаях, а ты ведь знаешь, о каких случаях я говорю, верно?" - Нико вспомнил слова одного из тех людей, что привезли их сюда, а именно - слова человека, который дал ему меч из незнакомой парню черной стали, от которого веяло холодом и даже отчаянием. Нико всегда носил с собой меч, пристегивая к ремню, но многие либо не обращали внимания, либо считали меч игрушкой, а сам факт его наличия - очередной странностью этого парня. Но теперь он довольно уверенно держал его в руках и казалось, что он вот-вот занесет его для удара, чувствовалось, что в этом Нико ди Анджело кроется какая-то сила. - Э, брат, успокойся, может договоримся? - прикрыв собой "Аполлона", сказал его лучший друг. Моментально заглянув в глаза нового противника, Нико в доли секунды отметил, как его зрачки наполняются желтым светом и инстинктивно занес меч, вонзив его в плечо парня, который секундой позже рассыпался в черный прах, напоминающий горстку пепла у мангала.       Нико и Бьянка знали, что так погибают только "истинные" монстры, а смертные озирались кругами в попытках разъяснить ситуацию. Брат и сестра взялись за руки, чтобы не затеряться в толпе и побежали к выходу из столовой, но последнее, что они запомнили - это проникающий в глубину сознания крик (фурии, как узнали позднее) и густой туман, который, казалось, никогда не развеется.

***

      Сжимая голову руками, словно пытаясь сдавить себе же череп, Нико согнулся пополам. Глаза болели, некоторое время он не решался их открыть, но когда открыл, обнаружил, что стоит в каком-то переулке рядом с кучей мусора, а, прислонившись к противоположной стене кирпичного старого дома, его сестра приходит в себя, очевидно, ощущая то же самое, что он минуту назад. Парень было бросился к ней, но толстые женские руки схватили его за плечи, приподняли над землей и впечатали в стену. - О чем ты думал, когда мечом перед смертными махал, а? А я еще жалею тут, что туману едкого напустила, так тебе и надо. Посмотрите на него! Разве он мог украсть молнии? - прищурившись, Нико узнал повариху, что совсем недавно плюхнула ему в тарелку кашу, сверля его взглядом так, будто он виноват во всем, в чем только можно и нельзя обвинить мальчишку его возраста. - Смертными?.. - переспросил ди Анджело. Да, они с Бъянкой с детства сражались с разными существами, но не знали кто они, почему охотятся на них, не знали всего того, что объяснило бы многие явления, которые происходили с ними. Они не знали, кто их отец, а помощь (вроде стигийского меча или школы) принимали как должное и не задавали лишних вопросов. - Ах, дорогая, успокойся. Это должно было случиться, кому, если не тебе это знать. Оставь мальчишку, Аид хотел видеть его живым. И ее тоже. - проигнорировав Нико, ответила другая женщина, которая, судя по форме, тоже работала на кухне.       К тому моменту, как Бьянка пришла в себя и, подобно Нико, удивилась такому перемещению, появилась и третья женщина, подобная тем двум, в такой же униформе. Парню показалось, что они похожи и, скорее всего, даже сестры. "Всей семьей в столовке, вот не позавидуешь." - промелькнуло в его мыслях, но одна из женщин обернулась и одарила его грозным взглядом, так что он сразу решил переключиться на другие мысли. Выглянув на большую улицу и убедившись, что никто не застанет их врасплох, одна из "сестер" кивнула, и загадочную троицу окутал туман, подобный тому, что Нико и Бьянка видели в школе, разве что, этот туман не был слезоточивым.       На месте трех некрасивых и полных женщин появились три изящные, непохожие друг на друга молодые красавицы, но с жестокими чертами лица. Все они были высокие, худые, с бледной кожей, темными глазами (от карих до черных) и стильно одеты, причем, казалось, их одежда говорит:"Черный - это такое счастливый цвет". Приняв привычное обличие, молодые женщины оценивающие посмотрели на полубогов, смотревших на них во все глаза. - Так, ладно, времени у нас немного. Сейчас зайдем в кафе, перекусим, а потом отправим вас домой, наконец. - сказала та, которая, судя по всему, была спокойно настроена (если фурии могут быть так настроены, разумеется). - Где мы? - смотря в какую-то одну точку, спросил Нико. - Ему сказали - домой, а он так и не понял! Дубина, на что Аиду сдались эти юнцы, лучше бы нам ими и пообедать! - заворчала одна из фурий. - Помолчи же, а то курорт на Асфоделях тебе обеспечен! Мы в Голливуде, штат Калифорния. - ответила первая. - Наш дом в Голливуде? - спросила Бьянка, настороженно рассматривая замысловатые узоры, которые, казалось, двигались, на кожаном топе одной из женщин. - Вход в него. Так, все, хватит с вас вопросов, еще успеете во всем разобраться. - оборвала разговор фурия, молчавшая все это время, и они вышли на оживленную улицу.       Следуя за незнакомками, Бьянка и Нико остановились напротив детского кафе. Фурии оказались чуть впереди и, казалось, забыли о подопечных, обсуждая как уродливо та или другая выглядела в обличии кухарки. Витрины были разукрашены клоунами и цветами, призывно мигая разными фонариками, а большая статуя на входе в виде леденца отбрасывала огромную тень на стену кафе, загораживая ее. Посмотрев вслед фуриям, Нико крепко сжал руку сестры и шагнул ближе к тени, потянув ее за собой. - Что ты делаешь? - тихо спросила Бьянка, не желая привлекать внимания тройки. - Когда-то в детстве... - сначала начал парень, но все же решил, что сейчас не время для предысторий. - Я уже делал это раньше, поверь мне.       Нико сделал еще пару шагов в тень, Бьянка послушно последовала за ним, не понимая, чего хочет ее брат, ведь спрятаться от этих созданий за леденцом - даже не смешно. Но ступив в тень, девушка почувствовала, слово темнота обволакивает ее и, казалось, с каждым шагом они уходили все дальше и дальше от света, а вокруг них лишь мелькали серые фрагменты карт с различными улицами. Будто они шли в каком-то ином пространстве, находясь вне времени и вне какого-либо определенного местоположения. - Нико?.. Что там в детстве?.. - сильно сжав руку брата, спросила Бьянка. - Я называю это "путешествия по теням". Просто я никогда не брал тебя с собой. - с едва заметной гордостью в голосе сказал Нико, уводя сестру все дальше.