Последний раз

На кухонной стойке початая бутылка виски. Рядом коробка, завернутая в золотую слюду с серебряными узорами. Пышный бант сверху. Под ленту подсунута карточка с розовыми сердечками и ангелочками, а на ней: «Кевину и Дженни от Хавьера». Звонок в дверь отрывает Эспо от созерцания подарка. Раздраженно хмыкнув, он пожимает плечами. Гостей он сегодня не ждёт. Одним махом допивает виски и тащится к дверям. — Боже милосердный! — наигранно изумляется Эспозито, распахнув дверь. — Кого я вижу. Жених собственной персоной. И что ты позабыл у меня… — он помедлил пару секунд, — бро? — Я хочу… — Кевин смущенно топчется на месте, то и дело поглядывая по сторонам. — Может, ты пустишь меня в квартиру? — Заходи! Будь гостем не стесняйся. Так что же ты забыл у меня? — Последний раз. — Объясни. — Я хочу, чтобы мы еще раз занялись… ну, этим самым, — Райан замялся и покраснел. — Чем именно? — откровенно издевается Эспозито. — Занялись любовью. — Не пори ерунды. При чём тут любовь? Любовь — это у тебя с Дженни. Цветочки, поцелуйчики и прочая хренотень. — Да, ты прав, — кивает Кевин. — Тогда чего ты хочешь? — Хочу, чтобы ты меня трахнул. Последний раз. Хавьер с интересом смотрит на Райана и без тени иронии спрашивает: — Ты имеешь в виду — чтобы я выебал тебя? — Да. — Совсем другое дело, — удовлетворенно хмыкает Эспозито. — Проходи. Захлопнув дверь, он направляется в спальню. Расстегивает молнию и одним движением сдергивает с себя джинсы, отшвыривая их куда-то под стол. — Нравится ебаться? — Эспо смакует матерное слово. — Да. Кевин немногословен. Он аккуратно вешает свою одежду на стул: жилет на спинку, поверх него рубашку. Снимает брюки и, встряхнув их, брючина к брючине перекидывает через сиденье. Эспо нравится наблюдать, как раздевается Райан. Его заводит педантичность друга, размеренность движений, и к тому моменту, когда повесив носки на перекладину между ножек стула, он поворачивается, Эспо уже готов. Впрочем, у него никогда не было проблем с эрекцией. И в этот раз стояк отменный. В тусклом освещении спальни тяжелый член кажется почти багровым, а блестящая головка отливает синевой. Хавьер напрягает живот, и, заметно подрагивая, член подтягивается к пупку. Расслышав довольный и восхищенный вздох Кевина, он широко улыбается своей потрясающей улыбкой. — Ну что, брат, давай приступим? Райан шагает к нему, собираясь обнять. — Без нежностей, — отстраняется Эспо. С его лица не сходит улыбка, широкая и фальшивая. — Ты же пришел ко мне затем, чтоб тебя выебали, жестко и по-мужски. Как тебе нравится. Было бы правильно схватить Кевина со всеми его шмотками и вышвырнуть за дверь, но Эспо намеренно грубо произносит: — Тогда так и скажи, чувак. Чего ты жмешься, как девица, — последнее слово звучит пренебрежительно, даже унизительно, но Райану уже плевать на всё. Только Эспо. Только жажда близости. — Мне нравится ебаться. — А почему? — не отстает Хавьер. — Мне нравится ощущение от всего этого. — Ощущение чего и где? — Твоего члена. Твоего хуя, — быстро оговаривается он, замечая кривую усмешку Эспозито. — Быстро учишься. Молодец. Ощущение моего хуя в твоей жопе. Тебе это нравится? — Очень. Мне нравится, когда твой хуй в моей жопе,— это так здорово. Эспозито все заставлял и заставлял «милашку Кевина» повторять похабные слова на разные лады. Придумывал самые изощренные выражения. И, в конце концов, Райан вошел во вкус и начал ощущать их как живые. Каждое матерное слово, каждое грубое проникновение. — Любишь, — шипит за его спиной Эспозито, толкаясь так глубоко, что Кевину кажется, что он ощущает его член у себя в глотке. — Ебаться, — полузадушенным стоном отвечает Райан, приподнимая зад, когда Хавьер почти полностью выходит из него. — Так-то детка. Эспо с оттяжкой шлепает его по заднице, и Кевин вздрагивает, сжимаясь и почти запирая в себе член Хавьера, и слышит за спиной его низкий горловой стон удовольствия. Ощущает, как горит место удара, и расслабляется, закрывает глаза, и чувствует, как внутри него нарастают хорошо знакомые болезненно-сладостные ощущения. От твердой пульсирующей наполненности его охватывает жаркое, обжигающее возбуждение. Толчки Эспо делаются быстрее, энергичнее, и Кевин подчиняется лавиной надвигающемуся экстазу. По-животному вскрикнув, Кевин распластывается на постели и едва слышно стонет, тяжело дыша. Он бессильно лежит, обливаясь потом и зажимая в ладони обмякший член. Теплая, липкая сперма просачивается сквозь неплотно сомкнутые пальцы. Ощущение эйфории медленно проходит. В животе неприятно сосет, и хочется выть от безысходного чувства вины. «Последний раз, — клятвенно заверяет себя Кевин, закусывая угол подушки. — Последний раз». Он разгибает пальцы и вытирает липкую и влажную ладонь о простынь. Досуха. Он не видит, как Эспозито стаскивает с себя презерватив и выливает сероватую, с желтым оттенком жидкость прямо ему на спину. Кевин вздрагивает, и тихонько скулит от щекотного чувства стекающей по бокам спермы Эспо. Последний раз.