Иди сюда и заставь меня

Диппер смотрел в окно у себя в комнате. Он часто оставался на ночь один, его это вовсе не пугало. Но когда шаткая хижина скрипит под властью холодного ночного ветра, что зловеще гудит за окном, становится немного страшновато. Но мальчик не боится никаких чудищ. Наверное, потому что не верит в них. Точнее, делает вид, что верит, но в глубине души знает, что никакой мистики не существует. Он открывает настежь окно, впуская в комнату прохладу и почти маниакально улыбается. Ему нравится свежий ветер. Когда-то он слышал, что гулять по ночам полезно для здоровья. Когда-то в глубоком детстве. Он вообще не был уверен в этой информации, но чья-то фраза, сказанная мимолетом, засела в мозгу. Так иногда бывает – сказанные кем-то ничего не значащие фразы западают глубоко внутрь, формируя представление о мире. Пайнс не знал, помогает ли чем-то ночной воздух. Но верил в это, хотя бы потому, что дышать становилось легче, свободнее. Спадали те каменные оковы с легких – можно было дышать полной грудью. На небе блеснули колючие огоньки первых звезд, и показался из-за туч месяц во всей своей красе. Пайнс прищурился, подставляя лицо ветру. Он чувствовал себя, будто моряк, стоящий на носу собственного корабля. Только вот запах моря заменял хвойный. Такой же терпкий и еще более приятный. Мальчик уселся на подоконник и заслушался звуками ночи. Было одновременно так тихо и шумно: в лесу не пели местные пернатые, их заменили сверчки. Если отстраниться от реального мира и прислушаться к природе – ничего остального не заметишь. Диппер, не закрывая окна, развернулся к комнате, почувствовав, что уже не один. Обычно чувство паранойи его никогда не оставляло, но сейчас резко обострилось. И он кашлянул в кулак. - Билл... И есть ли причина тому, что ты голый в моей кровати? – спросил Пайнс, подняв брови, ничуть не удивлённый выходкой желтоглазого работника хижины. Последний засмеялся, разворачиваясь на спину. - Не прошло и года, малой. Я уже думал, буду вечность сидеть тут, пока наша "ванильная девчушка" пялится на небосвод. Может, встретишь своего гостя, м? И, предвидя твой следующий вопрос, Стэнфорд попросил приглядеть за тобой, - он подмигнул, заставляя Диппера фыркнуть. - Так и знал, что старик приложил к этому руку. Ладно, нельзя выгонять тебя в двенадцать ночи. Оставайся. Но ты спишь на полу, - Пайнс подошел к кровати, толкая блондина в бок. Тот как-то злобно ухмыльнулся и схватил подростка за руки, опрокидывая рядом с собой на кровать. Затем прижал к себе, одной рукой зарываясь в каштановые волосы, вторую оставляя на талии. - Билл, - шикнул мальчик. - Да, милый? – издевательским тоном прощебетал Сайфер, мерно поглаживая его по спине. Шатен еще раз фыркнул, но протестовать не стал – рука предупредительно сжала волосы. Все же тот был намного сильнее его самого. - Что ты творишь? – четко отчеканил мальчик, скрестив руки на груди. - М-м… Дай подумать, - хихикнул Сайфер, внимательно вглядываясь в блестящие в свете луны глаза Диппера. – Лежу с тобой, обнимаю. Ты замерз. - Ни капли, - отрицает шатен, мотая головой. Блондин тихо хмыкает, убирая обе руки, и берется за ладони парнишки, целуя холодные пальцы. Подросток в тот же момент краснеет, но не вырывается, послушно лежа без движения и ожидая следующих действий. - Ты как ледышка, - горячо выдыхает Сайфер, согревая холодные пальцы. - Я… - начинает он, но Билл лишь шикает, укрывая их обоих одеялом и прижимая ближе к себе. Диппер ежится, скорее от неловкости, чем от холода, но расслабляется, когда блондин гладит его по спине, успокаивая. - Не говори ничего, Сосновое Деревце. Просто насладись тихой ночью, - шепчет на ухо Билл. Он целует его в открытое родимое пятнышко на лбу и улыбается, видя такое невинное лицо мальчишки. Он редко расслабляется перед ним. Всегда сдержанный, немного грубый, для вида, конечно. Но сейчас… Уставший, обнимающий его. Такой милый. - Сладких снов, милый, - тихо говорит Билл, закрывая глаза. И в тишине ночной померкнет даже свет луны. Для них двоих лишь жить в объятиях тьмы.