Верь мне!

Зазвонил телефон. - Блять! - с чувством выругался мужчина. Доставать мобильник под проливным дождем, когда ты пытаешься не попасть в лужу, явно не верх его увлечений! Но кто-то на том конце провода был уж слишком настырным: телефон звонил и звонил. Вскоре Спанк сдался. - Да! - гаркнул он в трубку, нырнув под навес какой-то кафешки. - Мэлис, дружище!!!! - послышалось радостное и точно не трезвое приветствие Алекса. - А ты где? - Под дождем, - сухо отрезал мужчина. Почему-то веселье друга сейчас его только раздражало. - Алекс, чего ты хочешь? - Ладно, ладно... - рассмеялся парень. - Слышу, ты не в духе. А зря! Шуруй скорее домой - тебя там ждет СЮЮРПРИИИИИЗ!!! Вот что-то совсем Спанку это не понравилось. Сразу. На подсознательном уровне. Он интуитивно знал, что сюрприз ему не понравится. Еще не один раз впоследствии он будет вспоминать это заговорщически-бухое "СЮЮРПРИИИИЗ" и свое негодование по этому поводу... *** Открыв дверь своей квартиры, Михаэлис Спанк сразу понял, что здесь кто-то есть. Но он даже и представить себе не мог, что, включив свет в гостиной, найдет аккуратно разложенную на ковре плеть и записку. "Возьми это с собой, о доблестный рыцарь порока! И следуй в опочивальню свою. Там ждет тебя дракон и принцесса в одном лице. Попытайся разобраться сам: кого обезглавить, а кого спасти!". Спанк и не сомневался, что записку писал Алекс лично. Причем мужчину очень заинтересовал вопрос: что же его друг такое пил или курил, что его так понесло? Тем не менее, Мэлис поднял плеть и прошел в спальню. Дело в том, что он был абсолютно уверен, что Алекс снял ему очередную игрушку на ночь. Но обнаженный парень, лежащий на огромной кровати на боку со связанными за спиной руками, перемотанными веревкой ногами, кляпом во рту и гигантским красным бантом поверх всего этого явно не был шлюхой. Сколько же он тут пролежал? Спанк далеко не сразу после звонка приятеля поехал домой. Он еще пропустил по стаканчику с очередным деловым партнером. Рядом со связанным лежали еще какие-то бумаги. Пробежавшись по ним беглым взглядом, Михаэлис издал глухой стон. Оказалось, что парня на кровати зовут Николас, и Алекс купил его как самого настоящего раба для своего друга. Мужчина сел на край кровати - постель ощутимо прогнулась под ним - и положил руку на плечо парнишки. - Ну здравствуй, Ник, - лишенным каких-либо эмоций голосом произнес он. - Знаешь ли, ты оказался в очень щекотливом положении... Хотя выбор перед тобой стоит достаточно простой: смерть или жизнь. - Он замолчал и одним резким движением вынул изо рта пленника кляп. - Что ты выберешь? - Этот вопрос был задан так просто, так... элементарно, как будто обладателю столь отчужденного стального голоса ничего не стоит прямо сейчас перерезать Нику горло и выкинуть его хладный труп на помойку. Но парнишка с завязанными глазами не видел сейчас ледяного взгляда Михаэлиса и не знал о его мрачном прошлом... Несколькими часами ранее. Открыв глаза, но все еще находясь в полусонном состоянии, Николас осмотрелся. Он находился в железной клетке с кандалами на руках и ногах. Рядом стояли такие же клетки с девушками и парнями разных возрастов. Мимо неспешно сновали люди в дорогих костюмах и с жутко высокомерными лицами. Они без стеснения рассматривали пленников, чуть ли не заглядывая им в рот. Воздух в помещении был пропитан ароматами дорогих, слишком приторных парфюмов. Он душил. Хотелось побыстрее выйти на улицу и сделать глоток свежего воздуха, но увы, такой возможности не было. У Флетчера закружилась голова, все плыло, а в нос ударил отчетливый запах чайной розы. К Нику подошел какой-то мужчина лет двадцати пяти на вид, явно заинтересовавшись. Николас поднял на него глаза и ответил таким же пристальным взглядом, пока опять не почувствовал головокружение и ему пришлось зажмуриться. Он успел увидеть, что мужчина выглядел беззаботным и веселым. На губах его играла усмешка, и он явно был пьян. Толстого невысокого мужичка, поспешившего подойти к посетителю, Ник уже не видел, но мог услышать их незатейливый разговор. Звуки доносились будто сквозь вату. - Сколько? – поинтересовался мужчина. Толстяк шепнул какую-то сумму, и через несколько секунд молчания мужчина, улыбка которого стала похожей на чеширскую, выдал: - Беру. «Опять», - промелькнуло в голове у Ника, когда его вытащили из клетки и вновь куда-то понесли. Парень почувствовал невероятную усталость и безразличие ко всему происходящему. Ник быстро вновь отключился. *** Проснувшись в последний раз, Флетчер чувствовал холод пробирающий до костей, а его конечности онемели от жутко неудобной позы. Лишенный зрения из-за чертовой повязки, он мог лишь догадываться, где же оказался. Но уж явно не у себя дома. Лежать пришлось очень долго, и Николас подумал, что про него забыли. Но вот наконец в гробовой тишине послышался звук открывающегося замка. Шаги же, от которых внутри у мальчишки все похолодело и сжалось в тугой комок, раздались немного позже. Мужчина сел рядом, но, вопреки надеждам юноши, не избавил его от пут и даже не снял повязку. Николас остался в полном неведении, что еще больше пугало подростка. Незнакомец начал говорить, и Ник внимательно слушал его. То, что мужчина знал его имя, почему-то не удивило Флетчера. А вот вопрос заставил задуматься. Чего бы он хотел? Смерть – это, конечно, с одной стороны, хорошо. Проще. Что-то подсказывало Нику, что ничего хорошего ему сейчас не светит. Да тут и Вангой быть не надо, чтоб понять это. Что может быть хорошего с таким раскладом? Но жизнь – это все, что у него осталось, так что глупо было бы ее лишаться. Разработав рот, который болел от долгого пребывания в нем кляпа, Николас с придыханием ответил: - Жизнь…