Она смотрела на меня.

      Шум в ушах. Боль. Сильная физическая боль.Но разве она может сравниться с той самой болью, что поселилась в моей душе много лет назад? С той болью, что я причинил Наруто, своему лучшему другу? С той болью, которую я причинил ей?       Ей.       Луч солнца скользнул по моему лицу, пробежался по дорожке слез и остановился на губах. Я так и не узнал, какого это: целовать тебя. Не попробовал тебя. Облизнул потрескавшиеся, пересохшие губы и уловил слабым, грубым от нерегулярного и отвратительного питания вкусовым рецептором, вкус вишни.       А может, мне показалось? Может, предсмертные галлюцинации решили поиграть со мной? Слабым. Разбитым. И скорее всего, в скором времени мёртвым.

***

      Легкое дуновение ветра. Шаги. Шаги?       — Сакура-чан…       Сакура. Ты пришла. Опустившись на колени, сразу начала лечить наши с Наруто руки. Какие там руки, отрубленные конечности. Спокойствие наполнило меня. Я еще успею. Попробовать…Твои губы.       — Спасибо, Сакура-чан.       Мужаюсь и хриплю не своим голосом:       — Сакура, я…       — Не надо. Я должна сосредоточиться!       Нет, Сакура, надо.       — Прости меня…       — Простить? За что?       Еле сдерживаюсь чтобы не хмыкнуть.       Ты все понимаешь.       — За все, что я натворил.       — Лучше бы ты… Чёрт…       Вижу, как в твоих глазах собираются слёзы. И ощущаю, что тоже самое происходит и в моих. Узумаки тоже не сдерживается. Да и нет смыcла что-то скрывать.       — Ты столько всего… Болван…       Заканчиваешь лечение и плачешь.       Слёзы радости.       Наруто смеется, Какаши улыбается, а я пытаюсь выдавить хоть что-то, что могло бы выразить мои реальные чувства в этот момент. Улыбаюсь. Вроде получается. Мне нужен хороший учитель в этом деле, Сакура. У нас ещё будет время.       Я буду смотреть на тебя.

***

      — Буду честен с тобой. При обычных обстоятельствах ты бы уже сидел в тюрьме. И единственная причина, по которой тебя смогли простить — это твоя помощь при отмене техники Бесконечного Цукуёми.       Какаши расслаблен. Он умиротворенно смотрит на меня. Но я всё-таки улавливаю это.       Расстройство.             Он расстроен, что я всё-таки ухожу.       Я вернусь.       — Однако постарайся не забывать, что всё это лишь благодаря Наруто, ведь он герой этой войны… Ладно, я тоже добавил пару слов в твою защиту. Как Шестой Хокаге. Так что успокойся и не делай глупостей, иначе в следующий раз полетит моя голова.       — Хорошо, простите.       Стоишь в двух шагах от меня. Но не смотришь. Неужели тебя так сильно интересует почва под ногами?       — Уже уходишь?       Спросила, даже не подняв взгляд.       — Цунаде-сама едва успела закончить твой протез из клеток Первого Хокаге.       Ну же, Сакура, посмотри на меня.       — Я обязан увидеть всё своими глазами. Как выглядит мир.       Всматриваюсь в твои родные черты, жду взгляда.       — Сейчас я смогу разглядеть по-новому всё то, что уже увидел. Эта мысль не дает мне покоя. И если я сейчас откажусь от этого, нового шанса может и не быть.       Ну же, Сакура.       - А чт… Что, если…       Краснеешь.       — Если я бы… Сказала… Что готова пойти с тобой?       И ты резко поднимаешь глаза.       Сакура. Моя Сакура.       Прости, но…       — Это мой путь искупления. Ты ничего не сможешь поделать с моими грехами.       Я не могу сдержаться. Такое знакомое мне с детства движение. Повторяю его.       Тык.       Два моих пальца упираются тебе в лоб.       Ты слишком удивлена, чтобы что-то говорить. И не надо.       — Мы еще увидимся!       Ты смотришь на меня.       — И спасибо тебе.       Я улыбаюсь. Ты хороший учитель, Сакура.       Ухожу.       Оборачиваюсь. И вижу то, что разливается мёдом на моём сердце.       Она смотрела на меня.