Небесные и земные

- Они уже здесь, - обеспокоенно воскликнула Эбби, входя в комнату Кларк. – Ох, дорогая моя! Кларк крепко обняла мать и с тяжелым сердцем прислушалась к шуму, доносящемуся с улицы. Привычный стук копыт и чужая болтовня словно стали в разы громче, неприятно давя на уши и отзываясь нервной дрожью по спине. - Мне пора. Эбби скомкано разжала руки, Кларк воровато посмотрела на неё и подхватила со стола небольшую сумку, расположив шлейку на левом плече. Её поклажу должны были донести земные люди, но собственные и Уелсовы рисунки все же хотелось оставить при себе. – Мне так жаль, что я не могу поехать с тобой, – Эбби скривилась, вытерла глаза рукавом, но бесполезно: те увлажнились снова. – Ты должна оставаться с Маркусом. Я справлюсь, правда. Они меня не обидят, даже если захотят. – Конечно, нет, – Эбби снова торопливо обняла её. – Если мы узнаем, что с тобой дурно обращаются, Джаха разорвет договор и немедленно привезет тебя обратно. Нет, он не станет рисковать так своими людьми ради одного подростка. – Не стоит, – натянуто улыбнулась Кларк. – Ведь Феникс теперь – мой дом и мое будущее. – Не понимаю, как Джаха согласился пойти на это. Вот если бы я стала канцлером… – вздохнула Эбби, приподнявшись, поцеловала Кларк в лоб и вышла за дверь. – Ступай, моя хорошая. Кларк кивнула, поправив лямку. Не стоило затягивать прощание. Воины лидера Блейк ждали во дворе, с интересом осматривая служивший домом один из железных бункеров. Поразительно, сколько их осталось после атомной войны. Кларк подошла к Маркусу, выслушала недолгое напутствие поровну с предостережениями и повернулась к наиболее статному землянину, Берту. Тот возглавлял свадебный кортеж. – Помочь сесть на лошадь? – осведомился Берт у Кларк. – Я сама. Кларк привязала сумку к седельной луке, ухватилась за нее и, устроив ногу в стремени, с горем пополам расположилась на лошади. Ездить верхом она никогда не любила, но проделать до Феникса путь пешком? Она бы добиралась добрых пару недель и со сбитыми коленями, в лучшем случае. Впрочем, сейчас они тоже поедут не слишком быстро. Махнув на прощание Маркусу и матери, Кларк тронула пятками бока кобылки и закусила губу. Предстоящая свадьба перестала казаться чем-то далеким и не относящимся к реальности. Через неделю она прибудет в Феникс и сочетается законным браком с наследником вождя Риллы Блейк, Беллами Блейком. Потому что на этом настоял сам канцлер. Кларк предалась мечтам о том славном времени, когда Джаха частично станет подвластен её воле, и пообещала себе отомстить. А пока ей не оставалось ничего иного, кроме как держаться посередине вереницы всадников и в который раз гадать, что же из себя представляет этот самый Беллами.

***

- Не устала? – Кларк, пребывавшая в полудреме от сморившей её жары, чуть не вывалилась из седла. Подъехавший Берт придержал её за локоть, не давая свалиться. – Не хотел напугать. - Все нормально, - Кларк поерзала. Отсидевшая задница болела, ноги ужасно затекли, став ватными, а при каждом движении икры охватывало болезненным покалыванием. – Далеко до привала? - Я планировал устроить его только вечером, мы бы как раз добрались до одной из деревень. Но если тебе требуется немного размяться, я прикажу остальным остановиться. - Ты пользуешься уважением у остальных воинов. Беллами как-то выделяет тебя среди них? Берт вкрадчиво усмехнулся. - Да, пожалуй. Ну что? Кларк пожала плечами. Она очень хотела слезть с лошади, но выставлять себя слабой перед земными людьми? Посомневавшись еще немного, она неудачно дернулась в седле, рвано вздохнула, когда в левую ногу будто вонзились иглы, и услышала голос Берта. Тот оповестил воинов о небольшой остановке. - Я думала, что это я разрешаю, - проворчала Кларк, принимая помощь Берта и спускаясь на землю. Перед выездом ей доступно объяснили, что приезжие будут полностью подчиняться её указам, в рамках дозволенного, естественно. - Я отвечаю за то, чтобы доставить тебя к вождю целой и невредимой. - Боишься, что Беллами разочаруется моим измученным видом и прикажет бросить тебя в темницу? – полюбопытствовала Кларк, разминая затекшие плечи и шею, удовлетворенно ощущая покидавшие её тяжесть и боль. Всё-таки хорошо, что они остановились. - Воинов не бросают в темницы, только гражданских, - Берт отхлебнул из фляжки немного воды и протянул Кларк. Та взяла, отпила немного и вернула её хозяину. Значит, гражданских. Этот Берт не пренебрегал пользоваться сленгом небесных людей. - А как наказывают воинов? - Порка, - лаконично ответил Берт. - Тебе доводилось узнавать, какого это? - О да, - хмыкнул он. – Но не из-за Беллами. - Рассердил саму Риллу? – Кларк в душе её побаивалась. Не смотря на заключенный между ней и Джахой договор, Кларк нервничала. Вдруг в Фениксе считается нормальным отправлять в темницу членов семьи или устраивать еженедельную порку? - Мы с ней не сошлись во мнении, - напустил туману Берт и отвернулся от Кларк, заговорив с Индрой о грядущей ночевке. Кларк с облегчением обнаружила, что ноги вновь ей подчиняются, и огляделась. Воины перешучивались либо наставляли «гражданских». Последние крутились вокруг пары хлипких телег, где хранились припасы, горшки с каким-то маслами или еще чем и вещи самой Кларк. Всего воинов было пятеро. Главный, Берт – мускулистый и черноволосый, после него наибольшим влиянием пользовалась Лекса, девушка помладше с бесстрастным выражением на лице, изредка бросавшая на Кларк многозначительные взгляды. Далее следовали Ориша и Индра – они казались приятельницами Берта, особенно Ориша. Еще был Линкольн, высокий, плотный, замкнутый, он ехали позади Кларк и, похоже, за всю дорогу не проронил ни словечка. «Гражданских» было с десяток. Как объяснил Маркус, их взяли не столько для работы, сколько продемонстрировать уважение, которое Рилла питала к семье невесты её сына и самой невесте, соответственно, тоже. «Чтобы ты ни в чем не нуждалась в пути», – перевела мать. Кларк недовольно повела головой. Она могла остаться в Ковчеге, и тогда бы она точно ни в чем не нуждалась. – Сядь сюда, – Берт указал на поваленное дерево с толстым стволом. – Зачем это? – спросила Кларк, усаживаясь. Зная этот народ, лучше послушаться сразу и без оговорок. – Чтобы не делать еще одну остановку через два часа, – пояснил Берт, опускаясь перед ней на одно колено. – Что ты… Кларк осеклась, почувствовав, как сильные пальцы умело разминают все еще ноющие мышцы на левой лодыжке. – Разве это работа воина? – нахмурившись, спросила Кларк, заметив, как уставившаяся на них Ориша пихнула стоящего рядом Линкольна в бок. – Мы же уже поняли, что я не хочу попасть под хлыст по возвращению в Феникс, – хмыкнул Берт, переходя к правой ноге. – Задницу я себе тоже отсидела, ты и ее разомнешь? – понизив голос, съязвила Кларк. – Только если вечером, – невозмутимо отозвался Берт. – Иначе остальные превратно поймут мои намерения. – Вот оно что, – Кларк бы продолжила беседу, но очередное прикосновение заставило её вцепиться в сухую кору и плотно сжать губы. – Беллами обязательно оценит твою преданность ему, – заявила подошедшая Ориша. – Не сомневаюсь, – ответил Берт, обменявшись с девушкой странным взглядом. Как если бы кто-то из них удачно пошутил, а второй по достоинству оценил эту шутку. Кларк сузила глаза, но вскоре отвлеклась на более важную вещь – руки Берта творили чудеса! Закончив массаж, а это был именно массаж, Берт заявил, что им пора вернуться на тракт. Кларк, раздосадовано откинув голову, полезла в седло и мысленно приготовилась к новой порции мучений.

***

– Разумеется, ужинать вы будете наедине? – Ориша отхлебнула браги и поморщилась. Та оказалась крепковата. – Да. Я вполне способен сам обеспечить ей безопасность. – Берт, – сардоническая улыбка смотрелась на лице Ориши как влитая. – Ты не собираешься рассказать Кларк правду? – Зачем, Ориша? – Затем, что Беллами Блейку потом придется расхлебывать последствия твоего маленького развлечения. – Он справится. – Не уверена, – Ориша отщипнула кусок хлеба и прожевала его. – Я бы поставила на Кларк. Она кажется темпераментной девчонкой. Забьет дубинкой нашего будущего лидера и дело с концом. – На ней будет лежать брачный обет. Кларк придется быть паинькой. – Но пока-то обета нет, – Ориша подалась вперед. – Ты уверен, что соблазнить её до свадьбы хорошая идея? – Восхитительная. Никто ведь не пострадает. – Надо же, как развернулись события, – пробормотала Ориша. – А ведь, кажется, только вчера на полдома крик стоял. – На весь дом. За полдома руку не поднимают. И потом, а ты бы не стала возмущаться, узнав, что тебя собираются женить на девушке без твоего на то согласия, да еще и на одной из небесных? – Если бы я была в курсе, как выглядит мой суженный… нет, – Ориша аж причмокнула. – Попридержи язык и договорись с Финном. Пусть подает ужин через полчаса.

***

Кларк добралась до мягкой подстилки и с облегчением свалилась на нее. Распластавшись и полежав немного, она доковыляла до кувшина с водой, умылась и почувствовала себя почти сносно. – Не помешал? – шатер отворился, впустив Берта. Помешал, и очень, но Кларк заставила себя быть вежливой. Мать взяла с неё слово соблюдать этикет. – Располагайся. Берт без лишних церемоний уселся на постель Кларк и поморщился. – Жестковато. – Земные воины такие неженки? – удивилась Кларк. Хоть они и неплохо жили в Ковчеге, но по её меркам здесь было вполне удобно. – В Фениксе ты поймешь разницу, – отозвался Берт. – Кларк. – Да? – Неужели тебе не любопытно? Ты ни о чем не спрашиваешь. Ни о нас, ни о Беллами. Кларк скрестила руки. - А ты ответишь на мои вопросы? Преданность Блейку не помешает твоей честности? – Не помешает, не сомневайся, – Берт прищурился. – Давай, Кларк, выкладывай. – Я слышала, – Кларк переставила деревянный табурет поближе к «кровати» и уселась на него, – что Беллами интересуют только состязания и охота. Говорят, он умелый воин, но полный болван во всем остальном. Скажи, он умеет читать? Берт запрокинул голову назад и расхохотался, не замечая серьезного взгляда Кларк. – Деревенские россказни! Он неплохо дерется, я бы даже сказал – он настоящая машина для убийств, но это не отменяет других его талантов. Как ты могла поверить, что он не умеет читать? Он же наследник, на… их учат с детства самым разным штукам. – Хорошо, – Кларк слегка взбудоражил разговор. Теперь она знает, что её судьба хотя бы обучена грамоте, – А что он делает в свободное время? Это правда, что он ездит по соседним деревням и соблазняет девушек, а если те отказывают, велит привести их в свой дом и держит в подвале, пока они не соглашаются? – Какую чушь ты несешь! – Берт посмотрел на Кларк так, будто у той выросли рога. – Он никогда не делал ничего подобного. И ему не отказывают девушки. Кларк скептически приподняла бровь. – Значит, он… ну… привлекательный? – щекам стало жарко. Ей всегда было несложно задавать прямые вопросы, это было удобно и практично, но сейчас, обсуждать с кем-то её будущего мужа, которого она даже в лицо не видела, было диковато. Берт замялся. – Мне сложно оценить, – после некоторых размышлений произнес он. – Я никогда об этом не думал. Кларк смутилась. Конечно, он ведь мужчина, какое ему дело до другого мужчины, тем более будущего вождя. – Опиши мне его. – Он высокий, – начал Берт. – Примерно моего роста. Так вот… что еще? Ммм, у него карие глаза и отличные бицепсы. – Такое описание подошло бы многим мужчинам, особенно вашим, – раскритиковала Кларк. – У тебя тоже карие глаза и бицепсы. Я хочу знать подробности. Вот Кларисса, дочка плотника, который в родстве с земным поставщиком, была в Фениксе на прошлогоднем сборе. Она говорила, что, цитирую, «у Беллами Блейка чувственные губы и прекрасные смоляные волосы». – Чувственные губы у тебя, Кларк, а у Блейка рот как рот, – возразил Берт, чем-то раздраженный. Видимо, он был действительно предан Беллами, потому подобные высказывания в его адрес принимал в штыки. Как и следовало ожидать, затея вышла бесполезной. Кларк не корила Берта. Воинам нет дела до мелочей. А вот ей очень хотелось знать все о суженом. Пока она раздумывала, как бы выведать еще что-нибудь, «гражданский» принес поднос с едой. Кларк удивило, что гораздо больше тот расшаркивался перед Бертом. В конце концов, тот был всего лишь одним из земных воинов, а она, Кларк, – будущая жена их вождя. Не то что бы Кларк волновало её будущее положение, но... Видимо, не все земные хотели признавать мир с небесными людьми. – Беллами хочет на мне жениться? – поинтересовалась она, стоило им обоим расправиться с похлебкой и перейти к оленине. – Что? – чуть не подавился Берт. – Что он сказал, когда ему сообщили о нашем браке? – Что лучше он женится на Октавии, – машинально выпалил Берт. – На своей сестре? – Кларк широко распахнула глаза. – У них роман? – Нет, о господи, конечно, нет! – скривился Берт. – Вздорная, смешная девица, вечно сует свой нос в чужие дела, мелкая проныра. Жениться на ней смерти подобно! – но пока он это говорил с его губ не сползала мягкая улыбка. – И Беллами лучше бы отправился под венец с ней, чем со мной, – подытожила Кларк, мрачнея. Она не питала иллюзий: вряд ли этот Блейк был в восторге от перспективы их союза, но услышать подтверждение оказалось обидно. Между прочим, она сильный стратег и очень смышленая, а в будущем станет кандидаткой на место канцлера! Или дело во внешности?.. – Он так сказал, потому что считает меня непривлекательной? – Он тебя никогда не видел. – И заранее счел меня чудовищем. – Да нет же! – Берт отложил в сторону нож. – Просто он был не готов к такому. – Потому что я небесная? – Кларк понизила голос. – Ты не в курсе, он… у него… ну… Скулы Берта слегка порозовели. – Возможно, – сипловато сказал он и прочистил горло. – Ты зря переживаешь. – Я совершенно уверена, что переживаю даже чересчур мало, – Кларк отодвинула от себя тарелку, потеряв аппетит. – Нет. Блейк будет рад увидеть тебя. Ты ему понравишься, – убежденно сказал Берт. – Нет, – Кларк покачала головой. – С чего ты взял? – Потому что вот мне, например, ты очень нравишься. Кларк моргнула и замерла. Не было похоже, что Берт смеется над ней. – Нравлюсь? – Да, – Берт встал со своего места и подошел к Кларк. Та тоже зачем-то поднялась на ноги, приподняв голову и глядя ему в глаза. – Ты производишь впечатление. – Неловкой идиотки? – сглотнула Кларк. Берт усмехнулся, склонив голову к плечу. – Я про другое. Ты… выглядишь хрупкой. Изящной. У тебя тонкие лодыжки, я проверял, – Кларк залилась краской, а Берт продолжил. – Выразительные глаза, скулы. И я уже упоминал про губы. Очень чувственные. Хочется поцеловать. Берт стоял близко–близко, так, что у Кларк немного кружилась голова. Или в том следовало обвинить поданный тем парнем странный напиток. Очевидно, что это был алкоголь. – Поцеловать, – повторила Кларк. – А… В следующее мгновение она забыла, что хотела сказать. Берт положил ладонь на её затылок и накрыл её губы своими. Кларк испуганно открыла рот, но вместо протестующего возгласа получалось какое-то сдавленное мычание, впрочем, прервавшееся довольно быстро. Берт прижался теснее, его язык скользнул внутрь её рта и совершенно бесстыже принялся осваивать территорию. Кларк начала задыхаться, вцепилась в кожаный жилет воина и попыталась укусить нахала. Но тот ловко избежал зубов, ухватил её за губу и сделал что-то такое, отчего у Кларк ослабели колени. Перед глазами все поплыло. Кларк собралась и поступила как настоящая женщина: от всей души наступила Берту на ногу. Тот с воплем отшатнулся. – Какого черта? – Это я должна тебя спросить! – воскликнула Кларк. – Ты должен довезти меня до своего главаря, а не целовать меня так, будто имеешь на это право! – Я… – Берт взъерошил волосы на затылке. – Ладно, ты права. Мне следовало быть сдержаннее. – Именно, – подтвердила Кларк. – А теперь тебе следует уйти, я хочу лечь спать. Немедленно. – Ложись, – согласился Берт. – Я позову Лексу, она уберет посуду и приготовит твою постель. – Спасибо, – Кларк помялась и, когда Берт уже открыл дверь, добавила: – Этого никогда больше не повторится! – Ни в коем случае, – подтвердил тот. Кларк удовлетворенно вздохнула и сама себе кивнула. Она совершила ошибку, но больше ее не повторит.

***

Завтрак прошел чудесно, воины вели себя подозрительно мило. Кларк же происходящее настораживало. Берт, и вовсе позабыв о данном обещании, казалось, не собирался униматься и не стыдился присутствия своих друзей, продолжая почти в открытую ухаживать за Кларк. Может, он это делал по приказу Блейка? Чтобы проверить верность своей будущей жены? А вдруг Кларк уже совершила непоправимое, и теперь Джаха и Рилла разорвут свое соглашение, земные нападут на Ковчег, небесные будут стрелять в них огнестрельным оружием и… Задумавшись, Кларк едва не облилась сильно разбавленным вином, поданным к столу. Берт обеспокоенно тронул её за рукав. – Ты дурно себя чувствуешь? Кларк дернулась и подчеркнуто сухо поблагодарила за беспокойство. Все, с этой минуты она не позволит Берту продолжить заигрывания.

***

– Переборщил, – постановила Ориша, выравнивая лошадь рядом с конем Берта и кобылкой Линкольна. – Пройдет, – сердито отмахнулся неудачливый кавалер. – К вечеру снова все будет как раньше. – Нет. Она шипит как кошка, завидевшая гончую. – Она не шипит, – вмешался Линкольн. – Она просто смущена и растеряна. И ты действительно перестарался. – У меня меньше недели до прибытия в Феникс, некогда уговаривать. Линкольн неодобрительно посмотрел на приятеля. – Она всю жизнь провела в их железной базе, в компании родителей, погруженная в изучение их странных наук. У Кларк нет опыта, с ней нельзя быть таким напористым. – Но она же все–таки не неприступная девица. – И слава богам, – подала голос сзади Лекса. – Не люблю упрямых. – Вспоминай об этом почаще. – …но Кларк совсем другое дело! – Лекса! – Она шутит, – притушил спор Линкольн. – Попробуй быть с ней понежнее. Ориша притворно застонала. – Не слушай его. Ты знаешь, что он делает, чтобы обольстить? Приносит цветы и рисует портреты! – А ты просто расстегиваешь верхние пуговицы своей рубахи, – хмыкнул Линкольн. – Мой метод работает! – И вы еще пытаетесь давать мне советы, – Берт тяжело вздохнул.

***

– Я не намерена сегодня вести беседы, мне ничего не нужно, так что спокойных снов, я… Берт бесцеремонно отодвинул Кларк в сторону и вошел в палатку, как две капли воды похожую на предыдущую. – Я хочу рассказать тебе кое–что о Беллами. Кларк осеклась, раздираемая противоречивыми эмоциями. Любопытство боролось со здравым смыслом, и последний, как водится, проиграл. – Он ест на ужин младенцев? – мрачно спросила Кларк. – Нет, – Берт устроился на подоконнике, стянув предварительно яблоко с блюда. – Но его часто не бывает в Фениксе. – И? – Ты будешь проводить недели в одиночестве. Сбор дани, охота, проверка деревень, тренировки, дозоры. У него много дел. – Разве я не должна буду сопровождать его? – Кларк скрестила руки. – Сомневаюсь, что он будет брать тебя с собой. Ты отвратительный наездник, быстро устаешь. Мы доехали до Фринтора за три дня, а обратный путь займет у нас вдвое больше. Кларк разозлилась и покраснела. – Мне пора извиниться за то, что я не родилась как вы все – в седле и с мечом в руках? – Нет, – Берт вышвырнул огрызок в окно. – Я веду к другому. – К чему? – Когда ты станешь его женой, ты потеряешь, хм, свободу выбора. Тебе придется соблюдать правила, иначе ты опозоришь честь Блейков. – Я не собираюсь её позорить! – Подумай. Ты будешь совсем одна, в огромном доме, в браке с мужчиной, у которого нет на тебя времени. Кларк нахмурилась. Звучало ужасно и… правдоподобно. Её охватила апатия. Если Берт прав, её жизнь кончена. Нет, у неё останутся уголь и лист в утешение, но все остальное? – У тебя последний шанс побыть с кем-то без шепота за спиной. Предложение было настолько откровенным и однозначным, что Кларк растерялась. – Ты имеешь в виду… – Что со мной ты можешь быть уверена: я тебя хочу не из–за титула или привилегий. – Ты едва знаешь меня, – пробормотала Кларк. – Неважно, – Берт слегка прищурился и окинул Кларк взглядом. – Меня влечет к тебе. С нашей первой встречи, когда ты помешала моей тренировке. – Ты стрелял из лука в живую мишень! – возмутилась Кларк. – Я стрелял в яблоки на их головах и ни разу не промазал, – возразил Берт. Кларк прижала ладони к щекам и закрыла глаза. Это все было полнейшим безумием, но она тоже ощущала влечение. Или это её тело откликалось на столь настойчивое чужое желание. Или ей хотелось испытать, каково это – разделить с кем-то постель. Кларк не знала, она запуталась, она боялась ловушки, боялась, что её обманывают. Посоветоваться было не с кем. – Я… Беллами рассердится, если поймет, что я не девственница, – наконец пришел ей на ум аргумент. Высказав его вслух, Кларк испытала дикое разочарование. Теперь, сама подтвердив невозможность интрижки между ней и Бертом, она осознала: она была бы не прочь. – Есть разные способы заниматься любовью, – немедленно отреагировал Берт. – Я покажу тебе. Завтра. – Завтра? – беспомощно повторила Кларк. И спохватилась. – Я еще не согласилась! – Ты так в этом уверена? Берт снова стоял близко–близко, от него пахло вином и потом. Поразительно приятная комбинация. Кларк попыталась представить их вдвоем, припомнила мурашки, побежавшие от парочки случайных прикосновений, и кивнула. – Завтра. Берт улыбнулся и ушел, даже не попытавшись поцеловать Кларк на прощание. Уснуть Кларк удалось только под утро.

***

Следующий день пролетел до безобразия быстро. Берт больше не донимал Кларк своим вниманием. Напротив, он все время вполголоса разговаривал с Оришей, а иногда – с Линкольном. Кларк поймала себя на легкой ревности, разозлилась и решила немного посвистеть для развлечения и поднятия настроения, когда к ней подъехала Лекса. – Скучаешь? – спросил она с легкостью человека, привыкшего завязывать необременительные беседы с кем угодно. – Чуть–чуть, – призналась Кларк. – Так я и знала. Бе…рт сегодня совсем тебя забросил, – хмыкнула Лекса. – Давай поддразним его? – Каким образом? – Кларк вряд ли бы объяснила, что ею двигало. – Всего лишь поболтаем, – подмигнула Лекса. – Он собственник, его заденет, что ты оказываешь внимание кому-то еще. Кларк предсказуемо покраснела. Да что происходит? Почему земные воины столь свободно говорят о таких вещах, и почему их совершенно не волнует, что у Кларк намечается интрижка с одним из них? – Не понимаю, о чем ты. Лекса отпустила поводья и похлопала Кларк по плечу. – Расскажи мне про ваших людей, – попросила она. – Они пока не подчиняются твоей воле? – Нет, – Кларк выпрямилась и уставилась перед собой. – Они вообще малоприятны в общении. Постоянно на чем-то зациклены, скрыты, ограничены порядком и правилами. – У меня иное представление о вас, – поделилась Лекса. Кларк вопросительно на неё посмотрела, и та продолжила: – Год назад один из соседних народов пытался напасть на Феникс. Небесные нас здорово выручили. – Да, я слышала. Джаха мне рассказывал. В действительности он помалкивал, но Кларк достаточно хорошо владела способностью подслушивать и выведывать информацию из простейших ответов, чтобы узнать подробности. Двадцать лет назад после вспышки ненависти к небесным людям Рилла Блейк сумела прийти в себя и заключить договор с одним из небесных, канцлером Джахой. Соглашение было простым и обоюдовыгодным. Джаха получал покровительство правителя Феникса, а Рилла – силовую поддержку в случае необходимости. По слухам, Рилла пошла на это скрепя сердце, и в Фениксе до сих пор не приветствовали обычаи небесных, но их оружие и изобретения уже не раз выручали земной народ. Войско Лирта славилось как мощное и хорошо организованное. Говорили, что среди его людей были небесные, и, тем не менее, он не сумел ничего сделать. Оборону Феникса прорвать не удалось, а стоило появиться людям Джахи и выпустить несколько бомб, как Лирт отдал приказ отступать. – Когда-нибудь ты окажешься на его месте, – заметила Лекса. – Я бы предпочла, – Кларк попыталась сформулировать, – не применять силу. Лучше, когда между соседями мир. – Надеюсь, Беллами разделит твои убеждения, – Лекса внезапно стала еще более серьезной. – Та битва была жаркой. Ранили Риллу, да и Беллами досталось. Впрочем, мы тогда почти все обращались за помощью к лекарю. – Небесные на вашей стороне не сражались? – уточнила Кларк. – Шутишь? Только мы, воины, и местные селения. Надо признать, Блейк блестяще натренировал их, да и нас тоже. – Так он хорош? – Кларк ощутила укол совести. – Как воин? – переспросила Лекса. – Очень. Возможно, он лучший. Но, я тебя прошу, не передавай ему моих слов. Вне поля боя он бывает настоящим болваном. Невыносимый засранец. Кларк торопливо дернула Лексу за рукав. К ним приближался Берт, и интуиция подсказывала, что при нем стоит воздержаться от злословия касательно личности их лидера. – Съезди вперед и проверь – в этих лесах часто устраивают засады, – отдал приказ Берт, едва поравнявшись с Лексой. Та на удивление покладисто кивнула и пришпорила коня, в одно мгновение унесшись вдаль. – Там правда устраивают засады? – Кларк хитро прищурилась. – Или?.. – На что ты намекаешь, Кларк? – хмуро поинтересовался Берт. – Никаких намеков, – она приподняла ладони вверх, демонстрируя чистоту своих помыслов. Берт окинул её взглядом и вдруг наклонился, понизив голос. – Как чувствует себя твой маленький зад после целого дня в седле? – Какая трогательная забота! – съязвила Кларк, чье сердце застучало как бешеное. – Все великолепно. – Рад слышать, – Берт дотронулся до колена Кларк, недвусмысленно его сжав. – Кто-нибудь заметит! – Никому нет дела, – возразил Берт, все же убирая руку. – Мне есть, – сказала Кларк. – Имей терпение. С этими словами, чрезвычайно довольная собой, она ударила пятками, и лошадь, всхрапнув, припустила вперед.

***

Кларк как раз закончила выливать на себя воду, когда раздался стук. – Минуту! – крикнула она, лихорадочно оглядываясь. Наконец она нашла свою футболку натянула прямо на влажное тело и дала разрешение войти. Берт запер за собой дверь и остановился, как громом пораженный. Кларк пригладила мокрые волосы, с которых ей текло за шиворот, и переступила с ноги на ногу. – Я думала, ты придешь позже. – Я пришел вовремя. Я бы не простил себе, если бы пропустил такое зрелище! Берт подошел к Кларк и дотронулся рукой до её щеки. – Мне стоит подсохнуть, – пробормотала та. – Никакой необходимости, – запротестовал Берт, плотоядно косясь на обнаженные ноги Кларк. Подобное внимание отозвалось жаром внизу живота и легкой дрожью. Чтобы отвлечься, Кларк решила рассмотреть своего будущего любовника. Видимо, Берт тоже недавно искупался. От него пахло чем-то свежим и притягательным, тонкая рубашка свободно лежала на широких плечах, открывая сильную шею и ключицы. Рукава были подтянуты вверх, до самого локтя, пояс небрежно устроился пониже талии. Кларк сглотнула. Она думала, что согласилась на эту авантюру из чистого любопытства, но теперь истина предстала перед ней в самом неприглядном свете. Она хотела Берта. Тот шумно втянул воздух и на мгновение прикрыл глаза. – Как представлю, что у тебя под ней ничего нет, – начал он, – так… Предвидя крайне смущающие признания, Кларк поступила единственно возможным способом. Она шагнула, обняла Берта за шею и поцеловала его. Тот не противился, раскрыл рот, обеспечивая Кларк доступ, и осторожно обнял её, как бы невзначай устроив ладони на ягодицах. Кларк в ответ жадно сгребла в пальцах темные волосы и всосала в рот нижнюю губу Берта. Это было восхитительно. Медленно, спотыкаясь и путаясь в ногах, они добрались до покрывал. Кларк упала сверху, оседлала бедра Берта и продолжила его целовать, демонстративно игнорируя наглые поглаживания и легкие пощипывания. – Дай мне раздеться, – прошептал Берт. Кларк послушно откатилась. Одежда исчезла быстро, опав на пол неопрятной кучей. Берт, ничуть не смущаясь своей наготы, повернулся к Кларк и решительно потянул вверх её футболку. После недолгого колебания Кларк подчинилась. – Красивее, чем я предполагал, – отвесив сомнительный комплимент, Берт наклонился и провел языком от плеча к шее Кларк, закончив движение почти укусом. Кларк вскрикнула, толкнула Берта и улеглась на него. Чувствовать под собой чужое полуобнаженное тело оказалось странно и приятно. Кларк поерзала, выбирая положение. Берт не мешал ей, он заложил руки за голову, будто боялся, что не выдержит и набросится на Кларк. Это льстило. Кларк немного подалась вперед, проводя грудью по его коже и накрыла его губы своими. Что он делал своим языком и почему это было так чудесно, Кларк осознать не успела. Не прошло и пары минут, как её рваные вздохи сменились тихими стонами, по телу прошел сладкий спазм, в глазах потемнело, а самого Берта выгнуло в сладкой истоме. Стиснув до боли простынь, Кларк отстранилась и выдохнула. Берт начал ощупывать её тело, задевая наиболее чувствительные точки и шаря губами по её шее и изгибе ключиц, животу, груди, плечах. Зарывшись лицом в его волосы, она тихонько всхлипнула, сминая пальцами его руки и вьющиеся волосы. А он не прекращал свои потрясающие махинации, даже не предпринимая попытки стянуть с неё или себя нижнее белье. Видимо, осознавал, что подобная вольность сулит большим, чем обычная порка. Боже, она никогда не испытывала ничего и близко подобного. После пережитого удовольствия Кларк немного разморило. В теле появилась сонная вялость. Берт уложил её, как полагается, обнял, нашептывая что-то ласковое и нежное, и Кларк от души зевнула, провела пальцами по его губам и выхватила до смешного робкий поцелуй. Недолго поерзав и уткнувшись носом в его плечо, Кларк провалилась в сон.

***

Когда Кларк проснулась утром, Берта и в помине не было. Ванна все так же стояла посреди комнаты, на простыни красовалась парочка пятен, соседняя подушка осталась примята, но землянин как сквозь землю провалился. Настроение, бывшее до того прекрасным, сразу же упало. Кларк быстро оделась, попыталась хоть немного прибраться, но успеха не достигла. Поэтому, заслышав стук, она поспешила спуститься вниз. – Тебе что-нибудь нужно? – участливо спросила Ориша, жестом осадив привставшего Линкольна. Кларк неловко улыбнулась, прикидывая, как бы поделикатнее узнать, куда подевался Берт. – Нет, я… я проголодалась. Это было правдой: после ночных утех есть хотелось ужасно. Желудок заурчал в подтверждение, щеки обожгло румянцем, а Ориша похлопала её по плечу. – Мы не допустим, чтобы будущая жена нашего принца умерла с голоду! – Ни в коем случае, – подал голос Линкольн и исчез в соседней комнатушке. Сразу после этого появилась девушка, дочка трактирщика. Она принесла поднос – похлебка, хлеб, немного сыра и мяса, и Кларк с жадностью набросилась на еду. – Одно из несомненных достоинств Беллами – он всегда добивается желаемого, – пробормотала Ориша совершенно не к месту. Кларк оторвалась от супа и непонимающе уставилась на воительницу. – Мы как раз обсуждали недавние события, – объяснил Линкольн, перехватив взгляд Кларк. – Линкольн, какого черта они там возятся с вещами? Клянусь, мы вернемся в Феникс, и эти бездельники пойдут в темницу! – Берт швырнул на стол нож и вдруг остановился, как вкопанный. – Уже поднялась? Отлично. Доедай, нам пора ехать. Рилла оторвет нам голову, мы задерживаемся. Придется сегодня двигаться без остановок. Справишься? Последние слова Берт произнес, остановившись за спиной Кларк и положив руку ей на плечо. – Постараюсь, – пообещала Кларк, не зная, как реагировать. Она ожидала немного большего после совместной ночи. Но, наверное, зря. Ведь Берт не обещал ей ничего, кроме того, что между ними и случилось. Да и случилось ли вообще, не считая парочки приятных ласк и теплой ночи в объятиях? Настроение испортилось окончательно. Кларк доела, не чувствуя ни вкуса, ни запаха, отряхнула руки и поплелась наверх. Не успела она войти, как вслед за ней проскользнул Берт. – Кислый вид из–за меня? – взял быка за рога Берт. – Ох, Кларк! Язык скользнул по кромке уха, губы сжались на мочке. Кларк выставила руку, не давая приблизиться, но Берт взял её за запястье и отвел в сторону. – У меня были дела, – шепнул он, поглаживая Кларк по бедру. – Настолько важные? – видит бог, она старалась скрыть обиду. – Очень важные, – рот переместился ниже и теперь методично оставлял короткие поцелуи на шее. – Но мы все наверстаем сегодня вечером. Мелькнула мысль отказаться, попросить не приходить к ней. Кларк почти заговорила, но вместо этого почему-то обняла Берта, потянула за волосы, вынуждая поднять голову, и поцеловала его. – Другое дело, – улыбнулся Берт и мягко провел пальцами по ягодице Кларк. – А теперь собирайся, пора выезжать. День прошел как в тумане. Кларк не могла перестать улыбаться и коситься на Берта. Тот, как назло, все время болтался рядом с Оришей, потом к ним присоединился Линкольн. Чуть позже Берт подъехал к Индре, и Кларк отвернулась. Сколько можно! К вечеру усталость дала о себе знать. Кларк была измотана как путешествием, так и невниманием. И она точно бы выгнала Берта из отведенной комнаты, если бы не услышала краем уха разговор. – Ты нас загонишь! – выругалась Ориша, распрягая лошадь. – Надо было думать раньше. – Тебя забыл спросить, – Берт потрепал коня по холке. – Что, так не хочешь возвращаться в Феникс? Дело в Кларк? – В ком же еще, – носок сапога от души пнул хлипкую деревянную перегородку. – Два дня осталось. – Сам виноват, – Ориша явно не была настроена проявлять сочувствие. – Твоя поддержка так воодушевляет, – съязвил Берт. – Отправь кого-нибудь из слуг на базу. Мать наверняка беспокоится. Пусть ей подтвердят, что мы успеем вовремя. Ориша кивнула, а Кларк незаметно проскользнула в дом. Её сердце пело. Пока она вдруг не осознала: в Фениксе все кончится. Через два дня они прибудут, Кларк обретет мужа, и связь с Бертом придется разорвать навсегда. – Ты уже поела? Если нет, то… Кларк не стала дослушивать. Она успела испереживаться, представляя себе унылое и безрадостное будущее, так что она была твердо намерена напоследок ухватить побольше. Берт, похоже, её страстный порыв удивил и впечатлил. Ответив на поцелуй – больше болезненный, чем приятный, он крепко прижал Кларк к себе, а потом без слов потащил в постель, не прерывая своих прелюдий еще долгое время, когда все закончилось. Руки бережно обняли, сухие губы коснулись виска. Кларк закрыла глаза, успокаиваясь. Они немного полежали, оделись, и Берт позвал одного из людей – им требовался ужин и вода для умывания. Удовлетворив и этот голод, они наскоро освежились и снова легли. Кларк чувствовала себя странно. За окном было темно и очень свежо, поэтому лежать в постели с Бертом, греясь об него, зная, что ему дозволено вести себя как вздумается, казалось особенно здорово. Кларк потерлась носом о плечо со слабо различимым шрамом и уложил одну руку на живот Берту. – Ты осмелела, – рассмеялся тот, прихватывая губами волосы на макушке Кларк. Ответа не требовалось. Кларк потянулась, коротко поцеловала Берта в щеку и отправилась осваивать новые территории.

***

Самой тяжелой предсказуемо стала ночь перед прибытием. Кларк не хотела судить поспешно, но факты были на лицо. Их отношения с Бертом не просто вышли за рамки официальных. Они грозили обернуться большим, нежели интрижка между неопытной невестой и скучающим воином. В общем, стоило признать: Кларк увлеклась Бертом. То, что начиналось как любопытство и подогревалось малодушной страстностью, переросло в иное чувство. И чувство это явно было взаимным. Отсюда и нелепые подначки, на которые так щедр Берт, отсюда же и безобидная демонстрация своих навыков и осведомленности с местностью, которыми вдруг начала злоупотреблять Кларк. Они оба практически перестали таиться. Быстро отдав распоряжения слугам и остальным воинам, Берт ехал бок о бок с Кларк, полностью погруженный в их по большому счету бессмысленный диалог. Кларк бы не смогла потом воспроизвести, о чем они говорили. При попытке что-то припомнить голову застилал сладкий туман, а разум подсовывал картинки – Берт запрокидывает голову, смеясь, Берт прикусывает губу, Берт закатывает глаза, Берт поправляет перчаткой прилипшую ко лбу прядь… Кларк за эти несколько дней умудрилась выучить запах своего новоиспеченного любовника, манеру произносить фразы медленно и четко – будто он постоянно отдает приказы нерадивым и тупоголовым подчиненным, с легкостью бы описала походку Берта, его посадку в седле, передала бы интонации, с которыми он говорит. Не менее внимательно Кларк впитывала и более интимные вещи: как Берт улыбается, когда они по утрам ввязываются в шутливое сражение за одеяло, как смотрит с нежностью, очерчивая кончиками пальцев кларковы скулы или губы, как у него сбивается дыхание перед каждым поцелуем Кларк. Кларк было плохо от одной мысли, что завтра они въедут в Феникс, а вечером она станет женой незнакомого ей наследного вождя Беллами. И что потом? Она будет натыкаться на Берта в тренировочном дворе, кивать в ответ на сдержанный поклон и уходить в спальню к другому мужчине? Кларк даже малодушно подумала об отказе от брака, но так подвести своих людей и мать? Невозможно. – Что с тобой? – шепотом спросил Берт, поворачивая за подбородок голову Кларк. – Ничего, – соврала та. Делиться переживаниями не хотелось. Берт слегка прогнулся, пошевелил левой лопаткой – видимо, она затекла, и снова улегся на простынь. Примерившись, он одним движением сгреб Кларк в охапку и уложил её на себя сверху. – Переживаешь из–за завтрашней свадьбы? – Да. А вот ты поразительно спокоен, – огрызнулась Кларк. – Вдруг Беллами узнает о нас? Неужели тебя не пугает его гнев? – Ты стоишь этого риска, – улыбнулся Берт, ловя губами пальцы Кларк – та неосторожно погладила любовника по щеке. – Болван, – притворно рассердилась Кларк. Её опять мучили двоякие эмоции. Она была счастлива услышать подтверждение привязанности Берта, но всерьез переживала за его дальнейшую судьбу. – Нет. Это была отличная неделя, – возразил Берт. – Я правильно сделал, что поехал. Кларк не решилась ответить. Она лизнула любовника в шею, засосала в рот кожу и поерзала. – Эй, потише! – рассмеялся Берт. – Мне еще завтра верхом ехать. Кларк ухмыльнулась. Нет, ей очень нравился предложенный Бертом способ заниматься любовью, но сейчас она была намерена попробовать кое–что еще. Будет несправедливо, если в первый раз она окажет такую ласку нелюбимому мужу. Возбужденный член гордо возвышался между разведенных ног. Кларк улыбнулась с оттенком непонятного торжества и взяла головку в рот. Не прошло и пары минут, как удивленные тихие стоны сменились громкими, по телу прошел сладкий спазм, в глазах потемнело, а самого Берта выгнуло в оргазме. Стиснув до боли простынь, он, заметив вовремя отстранившуюся Кларк, кончил на ткань и обессилено выдохнул. – Невкусно, – постановила Кларк, отдышавшись. Уголки рта побаливали, язык немного онемел. – Это не совсем еда, – философски отозвался Берт. Его рука ласково потрепала затылок Кларк. – Определенно. Кстати, – внезапно Кларк стало дико интересно. – Что ты любишь есть? – Мое любимое блюдо? Не считая тебя? – поддразнил Берт. Кларк шутливо ткнула его в бок. – Ладно, ладно! Сдаюсь. Маринованные яйца. Они острые, пряные… идеальная закуска. – Звучит ужасно, – поразмыслив, сообщила Кларк. – Ты попробуешь и влюбишься в них, – с невероятной убежденностью в голосе сказал Берт. – Спроси Линкольна, он тоже от них в восторге. – Их подадут на свадебном пиру? – тихо спросила Кларк, кутаясь в одеяло – ей стало зябко. Берт помолчал, а потом плотнее укрыл её. – Конечно. Там и попробуешь. Кларк закрыла глаза и прикусила губу, давя неожиданно подступившие к горлу рыдания. – Все не так плохо, как ты думаешь, – Берт осторожно прижал её к себе и поцеловал в темечко. Но его слова вряд ли можно было считать большим утешением.

***

– И как она? Славная девчонка? – Из того, что я успел о ней узнать, могу сделать вывод, что она недурна , – Беллами отщипнул виноградину от ветки и закинул ее в рот. После утомительной скачки и постоянного недосыпа он был рад оказаться в своей палатке, вымыться и переодеться – так что даже проснувшееся любопытство матери не вызывало раздражения. Впрочем, сейчас ему в принципе не удалось бы разозлиться. Беллами настолько погрузился в предвкушение свадебной церемонии, что все остальное его не волновало. – Октавия утверждает, что вы подружились во время пути, – деликатно продолжила расспросы Рилла. – Мы переспали, или что-то вроде того, – не стал ходить вокруг да около Беллами. – Не мог дождаться? – на лице Риллы появилась незнакомая улыбка. Не осуждающая, а какая-то теплая, дружеская. – Не хотел, чтобы она легла со мной только потому, что так нужно, – поморщился Беллами. Все–таки обсуждать такие вещи… он бы предпочел их вовсе не обсуждать. Определенно. – Настоящий Блейк, – хмыкнула Рилла, не скрывая понимающей улыбки. – Ты так и не признался ей, что ты и есть мой наследник? – Нет, – быстро ответил Беллами. Требовалось срочно сменить тему. Не стоит пояснять матери, что Беллами элементарно струсил. Что-то ему подсказывало, что гнев Кларк будет ужасающим. – Молодость, молодость. Щенки, – беззлобно пробормотала Рилла. – Хорошо. Собирайся и приходи в зал, там почти все готово. Церемония начнется через два часа. Ну, два часа Беллами сможет не попадаться на глаза Кларк, тем более, что ту тоже сейчас должны готовить к свадьбе. Беллами припомнил сшитый «придворной» портнихой красно–чёрный костюм с открытым декольте и засомневался. Вряд ли Кларк оценит насыщенность красок и символику одеяния. Но вот это уже точно не вина Беллами.

***

Кларк неодобрительно посмотрела на себя в зеркало, и это придало ей решимости. – Ориша, я не смогу сочетаться браком с Беллами, – заявила она поджидавшей её воительнице. От неожиданности та уронила подбрасываемый вверх мешочек с какими-то травами. – Мое появление на людях в подобном костюме подорвет доверие к Блейкам и выставит меня идиоткой перед всем земным народом. – Если тебя волнует только это… – А еще я люблю другого и готова поклясться в этом перед кем угодно, – закончила Кларк. – Так и следует поступить, – вдруг проговорила Ориша. – Давайте я отведу тебя в положенное место, ты взглянешь Беллами в лицо и так и скажешь ему. Кларк быстро повернулась к девушке. – И где здесь обман? Я чувствую, ты что-то скрываешь от меня. Чутье чего-то нехорошего вовсю билось в ней, колотя по легким и принюхиваясь как сторожевая собака, готовая броситься вперед по малейшему знаку. – Его нет, – поспешила откреститься Ориша. – И плюнь на костюм, никому не будет до него дела. В этом она была права – когда наследного вождя бросают у алтаря, тут не до тесьмы на куртке. Кларк зажмурилась. Она сама не верила, что собирается сделать это. Сможет ли она? Но мать?.. И люди. Она все–таки должна пойти и принять свою судьбу как женщина. И все же она предупредит Беллами – пусть тот не питает лишних иллюзий. Ориша без особой почтительности ткнула Кларк локтем в бок, и они двинулись по ярко освещенным факелами коридорам. В зале, если только этот увешанный тканями длинный проход можно было так назвать, было людно. Кларк оглушила дикая музыка и гомон, но вскоре она уже сожалела об утихшей болтовне. Установившаяся тишина действовала на нервы. Кларк почти не видела трона и сидящую на нем женщину. Мужская же фигура, поджидавшая её у ступенек перед возвышением, и вовсе расплывалась. Кларк сглотнула, стиснула пальцы Ориши и поплелась навстречу своему без пяти минут мужу. Каблуки сапог тихо утопали в земле, никакие посторонние звуки не нарушали покой и волнение. Сердце стучало, отдаваясь ритмичным шумом в ушах, во рту пересохло, ладони взмокли. Паника щекотала пальцы и ресницы, Кларк с трудом держала её в узде. Она с грехом пополам добралась до нужной точки и замерла. Ноги подкашивались, а Ориша, как назло, отстранилась. Пожилой мужчина с размалеванным и отталкивающим лицом шагнул вперед, взял Кларк за руку и соединил её с другой рукой. Сухой и теплой. Очень знакомой рукой. Кларк уставилась на широкое кольцо на указательном пальце. Взгляд её скользнул выше – по мускулистой груди, обтянутой чёрной рубахой и скрытой под наброшенной вычурной курткой, по твердой линии подбородка, по щеке… Берт пристально посмотрел на неё в ответ и слегка нахмурился, указав глазами на начавшего что-то говорить мужчину. Кларк, может быть, и попробовала бы сдержаться, не будь настигшее её открытие столь ошеломительным, но не сейчас. – Что это значит? – прошипела Кларк, пытаясь отдернуть руку. – Я тебе потом все объясню, – сдержанно отозвался Беллами. – Прекрати сейчас же! – Ах прекратить! – огрызнулась Кларк, под шумок вырывая свою ладонь из ладони Беллами. Тот резко перехватил её снова и сжал. Ярость в глазах Кларк воспылала еще ярче. – Джонсон, продолжайте, пожалуйста, церемонию, – громко сказал Беллами. – Кларк взволнована происходящим, но не причинит никому вред. Кларк тут же дала слово, что уж одному-то человеку в этом зале она потом с большим удовольствием причинит вред. Самыми разнообразными способами. Дальнейшее отложилось у неё плохо. Джонсон долго что-то говорил, затем спросил согласие Кларк, и та почти рявкнула «да». Злость поутихла, теперь Кларк послушно стояла, сжав губы в одну линию. Не без опаски Джонсон уточнил ответ Беллами, объявил их с Кларк молодоженами и водрузил Кларк на голову переплетенных из веток и цветов обруч. Беллами поклонился матери, пребольно дернув Кларк за руку и вынудив последовать своему примеру, а затем с неколебимым спокойствием повернулся к ней и коротко поцеловал в губы. Зал утонул в восторженных криках и рукоплесканиях, Рилла благословила молодых и распорядилась начать праздничный пир.

***

Маринованные яйца оказались редкостной дрянью. Кларк незаметно отодвинула от себя тарелку и потянулась к бокалу. На её запястье легла тяжелая ладонь. – Даже не думай. – Ты еще смеешь мне что-то запрещать? – сквозь зубы поинтересовалась Кларк. С того момента, как их поженили, они обменялись разве что десятком слов, и Кларк намеревалась игнорировать обманщика дальше. – Повежливее, – бросил Беллами, фальшиво улыбаясь, и принялся демонстративно поглаживать руку Кларк. – Ты же не хочешь провести нашу брачную ночь в темнице? – У нас не будет брачной ночи, – отрезала Кларк, включаясь в игру. Она пылко стиснула пальцы Беллами, вонзив как следует ногти в кожу. Она была бы рада ударить коленом в челюсть, но после данного обета эта возможность стала временно недоступной. Оставалось действовать самой. – Намереваешься играть в стеснительную девственницу? – осведомился Беллами. Голос не предвещал ничего хорошего. – А, по-твоему, я должна раздвинуть перед тобой ноги? – усмехнулась Кларк. Она надеялась, что не переигрывает. С самого начала церемонии Кларк не знала, куда деваться от стыда. Воины все понимали, были посвящены в «эту маленькую шутку», смеялись за спиной Кларк. Может быть, они ставили деньги, сколько потребуется времени их «принцу», чтобы облапошить небесную простофилю, эту глупую девчонку. Кларк хотелось спрятаться ото всех. И от тех, кто знал её по путешествию из Ковчега, и от впервые видевших её людей – те не стеснялись разглядывать новоявленную жену Блейка. И Кларк понимала, что в своем дурацком одеянии, тощая и неприлично молодая она кажется им… Ох. Будь проклят Джаха и особенно Беллами! – Ладно, – примирительно сказал Беллами. – Ты злишься. Я бы тоже злился. Но по большому счету… – Что? – Кларк так резко повернула голову, что аж свело шею. – Прошлой ночью ты была расстроена, что мы не сможем быть вместе. А теперь мы женаты. – Если бы я не была связана обещанием… – Да почему это так важно?! Кларк закрыла рот. Она не собиралась тратить время на такого болвана, как Беллами. – Я не собирался разыгрывать тебя, – предпринял еще одну попытку Беллами. – Ты меня обманул. Ты от скуки затащил меня в свою постель. Что, не мог дождаться, пока с полным правом сможешь меня изнасиловать? – спросила Кларк, отпивая крепкого вина. В голове уже слегка шумело, и она намеревалась выпить гораздо больше. Беллами отшатнулся. – Хорошо. Я не стану тебя переубеждать. На другом конце стола кубки взмыли вверх, чествуя молодых, и Кларк осушила свой до дна, не забыв широко улыбнуться.

***

Напиться все–таки не удалось. Хмель туманил разум, но Кларк отлично соображала, где она. Слуги ушли, оставив её в нательных штанах и тонкой сорочке, Кларк села на кровать, невольно осмотрев комнату. Им выделили небольшой однокомнатный домик посреди леса, недалеко от лагеря, видимо, показывая этим свое уважение. Не у всех людей были дома. Кларк затихла и стала прислушиваться. Ждать особо долго не пришлось – в покои ввалился Беллами. Двигался он неплохо, но глаза его выдали. Он был пьян. Кларк на мгновение захотелось забыть о собственной обиде. Наверное, заняться любовью сейчас оказалось бы приятно. Кларк представила, как головокружение от алкоголя смешивается с горячкой взаимной страсти, как они падают на простынь и целуются, пьянея еще больше… Но она действительно злилась на Беллами. А тот, похоже, напрочь забыл об их разговоре на пиру. – Кларк, – пробормотал Беллами, на ходу стягивая с себя рубашку. Будь это любой другой человек, Кларк бы не повременила как-то переменить тему разговора, или придумать рубивший бы на корню всю несостоявшуюся беседу ответ. Но сейчас она оказалась лишена привычной защиты. По ощущениям это было хуже, чем очутиться с голым задом посреди городской площади. – Не дури, ты хочешь меня, – Беллами как раз достиг столбика, на котором крепился балдахин, когда Кларк проворно переместилась по другую сторону ложа. – Я хочу обратно, в Ковчег, – Кларк подтянула подушку за угол, перехватила ее поудобнее и швырнула в Беллами. Тот увернулся, но из–за выпитого реакция замедлилась – подушка задела его по касательной. – Ерунда, – Беллами уже ловчее увернулся от второй подушки, сделал выпад, поймал потерявшую равновесие Кларк за кисть и сильно дернул. Больно ударившись коленями, Кларк уткнулась носом в красное грубое покрывало, расшитое белыми нитками. – Ненавижу тебя! Беллами то ли не расслышал, то ли не придал значения. Кларк оказалась перевернута и прижата к постели. Беллами нависал сверху, крепко удерживая её руки своими. Ногами он стискивал бедра Кларк. – Ну же, – Беллами склонился, горячий мокрый язык прошелся по щеке, закончив путешествие у ушной раковины. По телу Кларк побежали мурашки. – Давай, Кларк. Прости меня. Нахлынувшее возбуждение испарилось. Беллами было плевать, что он целую неделю морочил ей голову, что он заставил её так беспокоиться – сначала чувствовать себя изменницей, затем мучиться от перспективы разлуки с любимым человеком. Беллами хотел её трахнуть. И извинялся лишь для того, чтобы Кларк ему отдалась. – Нет, – вскинулась Кларк. Жгучая обида заполнила её целиком и схлынула, оставив равнодушие. – Но ты не обязан извиняться. Делай, что хочешь. Кларк обмякла, перестала вырываться и сопротивляться. Беллами нахмурился – видимо, через винный дурман соображалось плохо. – Ты… – Мне раздеться или ты сам с меня все снимешь? – спросила Кларк, тщательно изучая балдахин. Шов посередине был удивительно ровным. Беллами молча отстранился. Он несколько секунд внимательно рассматривал лицо Кларк, затем встал, поднял свою рубаху и надел ее. – Я не собираюсь в этом участвовать, Кларк. – Прекрасно, – отозвалась та. Губы дрожали, глаза защипало. – Слухи врут. Я никогда никого не затаскивал в кровать силой. – Как благородно, – Кларк сдерживалась изо всех сил. – Надеюсь, ты хорошо выспишься! Если Беллами и желал не подать виду, как он задет – он потерпел сокрушительное поражение. Последние слова он рявкнул, а, уходя, так хлопнул дверью, что Кларк почти поверила, что та сейчас вылетит из проема. А ведь толщина дерева там была не менее трех дюймов.

***

Кларк провела два томительнейших часа, пока не решилась. Замотавшись в теплый плащ и разыскав свои сапоги, она выглянула в коридор. И обомлела. Два стражника молча несли караул у их спальни. Кларк стало дурно. Слышали они их ссору или нет? Пока она приходила в себя, один из них заговорил. – Вам нужна помощь? – Нет, – открестилась Кларк. Разумеется, ей очень была нужна помощь. К сожалению, она не была уверена, какая именно. – Расслабьтесь, парни, я ей помогу, – Линкольн воистину обладал даром появляться из ниоткуда в самый нужный момент. – Пойдемте, миледи. Кларк согласно кивнула, приятно польщенная высказанным в её адрес подобным обращением, нога в ногу отходя от воинов с Линкольном. – Поругались? – участливо спросил Линкольн, когда они свернули направо. – А ведь я предупреждал Беллами. – О чем? – нехотя уточнила Кларк. – Что не стоит тебе врать. Но он же никогда не слушает чужих советов. Да я и не рассчитывал: давно не видел, чтобы он так западал на кого-то. Кларк облизнула губы. Любопытство разгорелось в ней моментально, но выдавать себя не хотелось. Впрочем, Линкольн обходился без понуканий. – Ты прости, мы все сначала не в восторге были. Мы-то мечтали: вот окрутит Блейка какая-нибудь девица, он нас в покое оставит. А то тренировки да дозоры, кружку–другую пропустить некогда. С девушками тоже не повеселишься, когда штаны в седле и на охоте протираешь. И вдруг лидер объявляет, что Беллами должен взять в жены какую-то там Кларк. Скандал на весь зал был! Но после пары дней порки и уговоров Беллами подуспокоился. Октавия там ему что-то наплела, вот они с Риллой и сговорились. Что он на тебя до свадьбы недельку посмотрит. Мы все не против были, нам-то что? А потом… – Что потом? – Кларк плотнее запахнула плащ. – Ничего. Влюбился он в тебя, как дурак, – Линкольн зевнул в кулак. – Нет, – возразила Кларк, чувствуя, что если не настоять, тот переключится на другую тему. – Как это нет? – Линкольн раздраженно махнул рукой. – Ты вашу первую встречу помнишь? Когда он в Дика ножи кидал? – Придурок, – кивнула Кларк. – Все земные так выпендриваются, – не согласился Линкольн. – Знаешь, какую я девицу как-то раз в Мерсии очаровал? Затеяли мы с одним парнем… – Линкольн! Он усмехнулся, перестав казаться подвыпившим балагуром. – Он по тебе сохнет, как ни по одной девчонке не сох. Кларк закусила губу. Память настойчиво подсовывала ей картинки из недавнего прошлого и… вряд ли Линкольн ошибался. – И ты не лучше. Светишься вся, когда Беллами рядом оказывается. Вот это уже было лишним. Кларк насупилась. Вовсе она… – А еще вы женаты, – напомнил Линкольн и мягко подтолкнул Кларк к потемневшей от времени жалюзи. – Иди. – Что там? – Сама знаешь, – не поддался Линкольн и зашагал прочь. Вдоволь попереминавшись с ноги на ногу, Кларк отодвинула ткань. Беллами обнаружился сразу – он сидел на небольшом стуле у разожженного костра и пялился в огонь. Стук шагов заставил его обернуться. – Как ты меня нашла? – Неважно, – Кларк подошла к пламени. – Почему ты не спишь? – Не твое дело. – Почему ты так поступил? Беллами вздохнул и потер основанием ладони глаза. – Проваливай, Кларк. Его поза сказала больше, чем намеревался сказать сам Беллами. Кларк догадывалась, чем руководствовался «Берт». Как там говорила мать?.. Все Блейки гордецы?.. Мама! – Она тоже в этом участвовала! – воскликнула Кларк, захваченная мыслью о небывалом предательстве. Её собственная мать! – Эбби? Да. Она решила, что это будет неплохо. Если мы познакомимся до свадьбы. Надеялась, что это поможет. Кларк опустилась на шкуру, поближе к нагретой земле. Силы окончательно покинули её. – А Маркус? – Он никогда не видел меня, – признался Беллами после паузы. – Кларк, если хочешь… где-то через месяц или два, ты сможешь вернуться в Ковчег. Придумаем какое-нибудь объяснение, например, что тебе легче сосредоточиться на конкретных вещах дома, или что там остались нужные тебе книги и прочее. Кларк крепко сжала челюсти. Беллами бросил на неё косой взгляд и внезапно рассвирепел. – Это тебя тоже не устраивает? – Я с удовольствием вернусь в Ковчег, – не дрогнула Кларк. Беллами со скрежетом отодвинул стул и выпрямился. Кларк почувствовала себя неуютно, продолжая сидеть на полу. – Ты упрекаешь меня за обман, а сама врешь? – Я не вру! – Кларк впопыхах поднялась. – Ты… – Значит, в Ковчег? – уточнил Беллами. – Через месяц? – Именно так. – Отлично, – широко улыбнулся Беллами. – Но знаешь… – Что? – насторожилась Кларк. – Этот месяц ты проведешь в моей постели. И если понадобится, я тебя привяжу к ней, – сказал Беллами, сжав предплечье Кларк. Та дернулась, но Беллами толкнул её к стене, хитро удерживая руки и засунув колено между ног. – Ты там предлагала мне выбор?.. Я решил, я раздену сам. Кларк слабо запротестовала, ткнула локтем наугад и оказалась прижата еще крепче. Беллами дернул застежку плаща, сорвал тяжелую ткань и впился ртом в обнажившееся горло. Злоба было заворчала где-то в районе желудка – как потревоженная кошка, но тут же исчезла. Словно ее никогда и не существовало. – Убери от меня руки, – Кларк бросила сопротивляться – у неё не было шанса против опытного воина. – Мечтай. Я и так долго терпел, – Беллами снова стал терзать кожу. От его поцелуев–укусов расходились искорки удовольствия. У Кларк немножко сбилось дыхание, она сглотнула и ощутила, как язык Беллами проехался по её подбородку. Кларк будто встряхнуло, она и не заметила, что Беллами опустил левую руку вниз и безошибочно сжал через ткань рубашки грудь Кларк. Инстинктивно вздрогнув, Кларк испуганно подалась назад, но зря – вместо каменной кладки её ягодицы соприкоснулись с правой ладонью Беллами. Конечно, можно было и дальше делать вид, что Кларк не нравится происходящее, но они оба уже достаточно побыли болванами. Кларк обняла Беллами за шею, нашла его рот своим и стала целовать. Получалось более хаотично, чем в последние их ночи, но все было правильно. Беллами оставил в покое грудь Кларк и теперь беззастенчиво щупал её задницу, то сминая нежные половинки, то несильно разводя их в сторону. Словно ему не терпелось добраться до узкого входа. И Кларк не сомневалась – Беллами действительно не терпелось. Получив кое–какой опыт, Кларк отчасти рассталась со своими страхами, а сейчас и вовсе ничего не боялась. Так что настойчивый интерес Беллами вызывал трепет и предвкушение. Ладони проскользили наверх, сильно надавливая на спину, царапая ее сквозь рубашку и опуская на мягкие покрывала. Беллами оторвался от губ Кларк и хищно провел по нижней большим пальцем. – Что? – Как там сегодня Джонсон говорил? Согласна ли ты, Кларк? Теплая насмешка отозвалась мурашками. – Тебе не хватает огненного круга вокруг нашего «ложа»? – хрипло спросила Кларк. – Было бы здорово, - рассмеялся тот, ловя очередной поцелуй.

***

– Что это за место? – спросила Кларк чуть позже. Она лежала на животе, упиралась подбородком на грудь Беллами и возила пальцами, повторяя ими темную дорожку волос, сбегавшую к паху. – Моя комната, – Беллами перехватил её за запястье. – Была. Подразумевается, что теперь я буду жить в доме. – Со мной. – Да. – Ты не хочешь? – Кларк приготовилась проявить благородство. Если Беллами привязан к своей бывшей комнате – прекрасно. – Предлагаешь мне пробираться к тебе под покровом ночи, как к любовнице? – уточнил Беллами. – Ты не ответил. – Если ты не планируешь держать там разрезанных лягушек или чем вы там еще, небесные, промышляете… – Беллами! – Кларк несильно укусила его. – Ого! – тычок в бок оказался скорее обидным, чем болезненным. – Я тебе колени прострелю, – необычайно серьезно пообещала Кларк. – Ты не можешь, – самодовольно улыбнулся Блейк. – Пока наши с тобой… главнокомандующие живы, мы лишены некоторых привилегий. – Пусть будут живы как можно дольше, – Кларк не нравилось думать о таких вещах. – Да. Что-то у меня нет желания каждый день сидеть и обсуждать с Советом всякую чушь. – Зато ты будешь в городе, – Кларк пожалела о вырвавшихся словах. – Поясни? – отреагировал Беллами даже слишком быстро. – Ты говорил… еще когда не был самим собой, что я буду проводить целые дни в одиночестве, – нехотя напомнила Кларк. – Охота, порядок, объезд земель… – Ты же догадалась, что я немного приукрашивал? – поинтересовался Беллами. – Когда говорил, что наездница из меня никудышная? – Нет, – рассмеялся Беллами. – Тут я был честен. – Значит, ты все–таки не будешь меня брать с собой, – подытожила Кларк. – Буду. Кларк скептически подняла бровь. – Неужели? – Да. Тебя нельзя оставлять одну. Ты либо разнесешь мне дом, либо от скуки придумаешь к моему возвращению какую-нибудь каверзу, либо случайно очаруешь Лексу, она ведь из наших немного… выделяется. Она привяжет тебя к кровати и… Не желая слушать дальше поток глупостей, Кларк для острастки уверенно сжала его пах. Беллами моментально умолк. – Что ты делаешь? – Напоминаю тебе о твоей уязвимости, – Кларк отпустила мошонку и быстро поцеловала Беллами куда-то рядом с пупком. – И если бы я очаровывала Лексу, это было бы не случайно, и вовсе бы она меня никуда не привязала! – Ты недооцениваешь земных женщин. Октавии, например, иногда прислуживает девушка, дочка кузнеца. Хватка у нее крепче твоей будет. – Имел повод убедиться? – поддразнила Кларк. – Да, было дело, – пробормотал тот, с улыбкой целуя нахмурившуюся жену в висок. Когда примерно через час они засыпали – в обнимку, умудрившись улечься так, чтобы никто никому не мешал, Кларк не могла избавиться от трепещущего под ребрами чувства, что это было только начало. Чего-то нового, таинственного и нераскрытого. Но пока она спала, а земные люди праздновали свадьбу Беллами Блейка. Люди пили за их здоровье и еще не знали, что их союз не просто просуществует до конца их жизни, а прославится на века. _____________ Кто понял что к чему еще до второй пары "звездочек"? :D Подчеркиваем ошибочки! Дорогой ЛексиКонь. Да благословит тебя господь.