Недосказанность

             Протиснувшись через начавшую забиваться в автобус толпу, Блейн облегченно вздохнул, поправляя ремешок сумки на плече. Общественный транспорт Лаймы в час пик больше походил на непроходимый аттракцион. Оглядевшись по сторонам, парень с улыбкой вдохнул свежий весенний воздух, но тут же сморщил нос, уловив окружавший его всю поездку запах собачьего корма. Какая-то особо заботливая заводчица под аккомпанемент недовольных попутчиков, советовавших ей прикупить перевозку для щенка или машину для себя в следующий раз, всю поездку держала своего питомца на руках. Дружелюбный колли игнорировал нападки других пассажиров, с высунутым языком улыбаясь каждому. Утомившись от духоты и тряски, малыш удобно устроил мордочку на плече ближайшего человека, оказавшегося симпатичным студентом Далтона. Андерсон просто не мог спихнуть щенка, поэтому, встретившись с извиняющимся взглядом заводчицы, он вздохнул и отвернулся к окну, пытаясь как можно дальше отстраниться от несвежего дыхания колли.       И вот, будучи буквально выдавленным из транспорта на нужной остановке, Блейн полез в сумку за парфюмом, когда по его плечу что-то прокатилось. Вздрогнув и отскочив вперед, Соловей обернулся, замечая такого же испуганного парня с чистящим роликом для одежды в руке. Покрасневший незнакомец спрятал руку за спиной и, нервно засмеявшись, быстро затараторил:       - Я. Я не хотел испугать тебя. Просто... Эм, просто я видел, с какой героической стойкостью ты терпел этого ужасающего переносчика грязи и шерсти, и решил немного помочь. У тебя... - указав роликом куда-то за его спину, продолжил парень. - Все плечо в этих ужасных волосках, и мои эстетические чувства задушили бы меня, не попытайся я исправить ситуацию.       В удивлении подняв бровь, Блейн так и не нашелся, что сказать.       - Не хотел тебя пугать странным предложением помочь почистить твой кардиган, но, кажется, без спроса это вышло еще более пугающе. Обычно я не пристаю к людям на улицах, просто твой...       - Д-да, я понял, - поспешил перебить явно впадающего в панику незнакомца Соловей. Он даже не пытался скрыть улыбку, которая почему-то не сходила с его лица, стоило Блейну посмотреть на необычно стильно, для такого городка как Лайма, одетого парня. Хотя чего уж там. Кто еще, во всем Огайо, носит в своей сумке чистящий ролик? - И, наверное, спасибо? Думаю, твоя помощь действительно не была лишней.       Шатен заметно расслабился и обезоруживающе улыбнулся, отчего у Андерсона что-то екнуло в груди.       - Фух, честно говоря, я боялся, что ты меня ударишь или вызовешь полицию, - нервно усмехнулся незнакомец, делая маленький шаг вперед и еще раз проводя клейкой поверхностью по плечу Соловья. - Вот, в общем-то все. Мне, к сожалению, уже нужно бежать, так что... Просто постарайся не обниматься со всей живностью, что попадется тебе на пути.       - Меня зовут Блейн, - Соловей не знал, зачем сказал это. Просто не хотелось, чтобы этот незнакомец сбежал от него так скоро.       - Курт Хаммел. И мне правда нужно поторопиться, - попрощался он, на ходу пряча ролик в свою сумку.       "Скажи что-нибудь. Попроси номер. Да хоть что-нибудь сделай!!!" - негодовал внутренний голос Андерсона, пока тот смотрел в спину удаляющегося шатена.       - Ты правда только что назвал того милашку из автобуса ужасающим переносчиком грязи и шерсти, Курт? - наконец крикнул Блейн первое, что пришло ему на ум.       - И ничуть не жалею! - донеслось в ответ улыбающемуся Соловью. Хаммел даже не обернулся и, лишь в преувеличенном жесте расставив руки, пожал плечами.       Еще недолго простояв на месте, с улыбкой проводив взглядом удивительного нового знакомого, Блейн отвернулся и, достав мобильный, открыл карту города. У него на сегодня была серьезная миссия.       Когда хор Соловьев узнал о командах, которые должны стать их соперниками на Региональных, его участники заметно занервничали. Им придется соревноваться с "Детьми Света" - хором церковно-приходской школы. Пусть они выступали и с достаточно специфическим репертуаром, это не мешало им держать планку. И - почему в команде и возникло нервное напряжение напряжение - с "Новыми направлениями". Эти ребята прошли на Национальные в минувшем году и даже заняли там седьмое место. Несомненно, они могли составить Соловьям достойную конкуренцию.       Именно поэтому студенты Далтона ухватились за возможность оценить уровень подготовки соперников. О том, чтобы подослать шпиона, они даже не думали, ведь "Новые направления" буквально выслали им персональные приглашения на свою репетицию, объявив о постановке благотворительного мюзикла. Единогласно решив, что всей командой заявляться в концертный зал им не стоит, Соловьи выставили на кандидатуру зрителя Блейна Андерсона, главного солиста хора.       И вот теперь, в результате всей этой вереницы событий, тот самый Блейн Андерсон стоял сейчас перед главным входом в концертный зал, взволнованно приглаживая лишь слегка покрытые гелем волосы. Удивленным взглядом окинув пространство вокруг себя, он удивился, не заметив ожидаемой толпы желающих посмотреть мюзикл. Парень решил, что все, должно быть, уже заняли места, так что поспешил подняться по ступеням вверх, ко входу.       С помощью указателей добравшись до зрительного зала, Блейн сначала решил, что все-таки заблудился. Лишь самодельный плакат-афиша, висевший у дверей, ведущих в зал, указывал на то, что выступление все же пройдет здесь. Здесь. В зале, едва ли заполненном на треть. Привыкший к полному аншлагу Андерсон, все еще недоумевая, где остальные зрители, прошел вниз и, выбрав место по центру в четвертом ряду, наконец присел.       Закрытый занавес шелохнулся, и в небольшой щелке между двумя тяжелыми красными полотнами показалось лицо явно взволнованной брюнетки. Быстро просканировав взглядом зал, она кивнула каким-то своим мыслям и скрылась за непрозрачной материей. Посмотрев на часы, Блейн понял, что самое время начинать, и в подтверждении тому приглушенный свет в зале погас окончательно. Яркий луч прожектора был направлен на центр сцены, и занавес медленно пошел вверх.       Блейн все еще не мог отойти от зажигательного исполнения жгучей брюнеткой в ярко ялом платье "Америки", когда первые аккорды "Одной руки - одного сердца" донеслись до его слуха. Софит осветил пару, сидящую в окружении незамысловатых декораций, и Андерсон почувствовал, что не может вдохнуть. В одетом в горчично-желтого цвета куртку Тони Блейн с радостным удивлением узнал того самого парня с автобусной остановки. "Курт! Его зовут... Курт", - с замершим сердцем вспомнил он. Но стоило Хаммелу пропеть первую строчку, как все мысли из головы Андерсона улетучились в миг.       Он узнал этот контртенор. Один из Соловьев, не пропустивший в прошлом году Национальные, которые проходили в городе, куда они с родителями поехали с туристической группой, как-то раз давал ему послушать запись с конкурса. Но сейчас, слушая парня вживую, Блейн понял, как глупо было тогда восхищаться пением из диктофона. Настоящий голос Курта звучал чище, выше и словно был способен достигнуть самого сердца слушателя.       Андерсон даже не задумывался, была ли их встреча проделкой судьбы или нет; все, о чем он мог мечтать сейчас, и что ему было необходимо - чтобы зрители синхронно поднялись с мест, покинули зал, желательно захватив с собой и всех участников "Новых направлений", за исключением разве что потрясающего шатена, самозабвенно исполняющего одну из самых трогательных серенад мюзикла. Все еще будучи во власти своих видений, где на сцене сейчас вместо Марии сидел сам Блейн, парень не заметил, как первый акт подошел к концу, и занавес снова опустился.       Зрители, пользуясь случаем, возбужденным шепотом делились впечатлениями, и только один человек поднялся с места, направляясь к лестнице. Проследив за кудрявым молодым мужчиной, Андерсон увидел, как тот скрылся за неприметной раньше дверью в стене. Она наверняка вела в коридор, по которому можно пройти за кулисы, к гримеркам или в общую комнату, поэтому брюнет, не найдя ни одной причины, чтобы оставаться в зале и дальше, большими шагами прокрался к небольшой арке.       Чувствуя комок размером с теннисный мяч где-то под горлом, Блейн аккуратно закрыл за собой дверцу, отделяющую зрительный зал от светлого помещения, в котором он оказался, и, повернувшись, вздрогнул, испуганно прижимая ладонь к груди. Прямо перед ним с немного маниакально дружелюбной улыбкой стояла та самая брюнетка, что выглядывала из-за кулис перед началом. Нервно оглядевшись и не заметив никого поблизости, Андерсон потер затылок, пытаясь превратить сумбурные мысли в относительно разборчивую речь.       - Я... Э-э... Курт. Я хотел...       - Ты - друг Курта Хаммела, пришел посмотреть наше выступление и, пока у нас антракт, хотел воспользоваться возможностью, чтобы сказать, как замечательно мы справились со своей работой? - затараторила девушка, сыгравшая Марию.       - Я. Д-да, я хотел...       - Меня зовут Рейчел Берри, рада знакомству, - все с той же не угасающей улыбкой она протянула ошарашенному Блейну небольшую ладошку. - Мы с Куртом - лучшие друзья, и я уверена, что он рассказывал мне о тебе. Как ты сказал тебя зовут? Впрочем, - приложив пальцы к раскрывшемуся рту Андерсона, перебила его Рейчел, - не важно. Скоро начнется второй акт, так что мне нужно приготовиться к тому, чтобы быть прекрасной* на сцене, а тебе - скорее увидеть Курта. Пошли за мной.       Едва поспевая за сверхэнергичной девушкой, тянущей его за руку, Блейн уже пожалел о том, что решил пройти за кулисы. Когда встреча с очаровательным парнем с остановки казалась ему лишь вероятной, он чувствовал себя уверенным, однако теперь, зная, что за поворотом его будет ждать наверняка удивленный, если не испуганный, шатен, который наверняка даже не помнит его имени... Андерсон успел осознать, в какую неприятную ситуацию вляпался и хотел, было, сказать неугомонной Берри, что ему срочно нужно отойти, как брюнетка остановилась и, открыв дверь, буквально впихнула Соловья в просторную комнату, кокетливо послав ему на прощание воздушный поцелуй.       Повернувшись, Блейн поймал на себе несколько удивленных взглядов и, не найдя среди них обладателя самого прекрасного из голубых оттенков глаз, собрался извиниться и стыдливо попятиться обратно, когда почувствовал чью-то ладонь на плече.       - Блейк? - окликнул его уже знакомый высокий голос.       Набрав в легкие побольше воздуха, Соловей повернул голову и лицом к лицу встретился с в недоумевающем жесте поднявшим бровь шатеном.