Несхожие

Микеланджело ненавидит синий цвет. А у Лео глаза синие. Не голубые, именно синие, необычно и невероятно синие, глубокие. Но они не притягивают к себе. Изумрудный цвет глаз Рафа, карий, почти красный, такой странный цвет глаз Дона, цвет тёмного шоколада глаз Мастера... Майки может часами в них смотреть, и ему совсем не надоест. Его пленяют чужие глаза. Но он не может смотреть в эту пронзительную синеву, пугающую своей холодностью и пустотой. Воротит от того, что он не видит там ничего. Младший понимает, что это глупости - Лео определённо чувствует. Но то, какой барьер он выстроил между собой и миром, выворачивало наизнанку все чувства впечатлительного младшего брата. Лео не пустой, он переполнен. Майки прекрасно знает это. Но не понимает - отчего ж в глазах у старшего ничего нет? Что ж заставляет его скрывать всё это? И не сломается ли он, как было уже не раз? Младший искренне волнуется за своего брата. Он хочет увидеть во взгляде Леонардо высокое голубое небо, которое видел в детстве, а не эту холодную синеву. Желает искренне. Но продолжает воротить взгляд. Синева в глазах Леонардо похожа на морскую бездну. Тёмную, холодную, далёкую, несущую лишь погибель, непригодную для жизни, бесчувственную. Она совсем не идёт к образу лидера. Да, синий - цвет спокойствия и сдержанности, но в Лео есть ещё и уйма других качеств: наивность, впечатлительность, доверчивость, консервативность, упрямство, показной минимализм... в Лео всего слишком много. И эта синева, сковывающая его, просто не даёт этому всему развиваться, показывать себя. И Майки не говорит, почему-то. Лишь смотрит на брата и молчит. В глазах младшего - голубое небо, такое же, как когда-то было и у Лео. Широкое, безграничное. Потому в нём столько жизни - в душе слишком много простора. Потому он и не понимает брата, мир которого сузился до их небольшого убежища. - Лео, а ты море любишь? - Опирается на спину брата, что чистит лезвия катан. Тот задумывается. - Ответом вряд ли будет да, но и не склоняюсь к нет, - приподнимает голову к потолку старший. Майки смеётся - Лео очень любит отвечать именно на его вопросы подобным образом. Сам думай, что ответ значит. - А ты? - Терпеть не могу, - нараспев произносит младший. - Холодное, мокрое, угнетающее. Лео кивает. - И там акулы! - Не во всех же, - поправляет старший. Майки нехотя кивает. - А ещё... оно пугает. - Чем же? - не без интереса интересуется лидер. - Своей синевой. Сдержанной, холодной. Неправильной. - Ну а что поделать, - тяжело выдыхает Лео, потягиваясь к второй катане, - мир не может состоять только из того, что будет тебя восхищать, Майки. То, что тебя пугает, обязано быть. Иначе ты вряд ли когда-нибудь сможешь по-настоящему зажить. - А тебя что пугает? - интересуется младший брат. Лео молча чистит вторую катану. Микеланджело не решается напомнить про свой вопрос, лишь, опираясь на брата, смотрит в потолок, чувствуя невероятное спокойствие, которое появляется лишь в те моменты, когда он рядом с Лео. Старший завершает процедуру ухода за своим оружием, встаёт и уходит из додзё. - Голубое небо, - бросает он напоследок тихо. Но Майки, в глазах которого безграничное голубое небо, отчётливо слышит.