Верьте в сказки!

Дождь стучал по крыше. Море бушевало вдали, но в доме было тепло. Огонь в очаге потрескивал, отбрасывая на стены мягкие тени. Эйрин сидел на постели, волосы растрёпаны, рубашка расстёгнута. Ноа вошёл с улицы — промокший, живой, сияющий. — Опять с дождём играешь? — усмехнулся Эйрин. Ноа молча подошёл. Встал на колени перед ним. Уткнулся лбом в его грудь. Дышал. Слушал, как бьётся его сердце. — Я не хочу больше слов, — прошептал Ноа. — Я хочу чувствовать, как ты рядом. Без границ. Без страха. Эйрин провёл рукой по его волосам. — Тогда возьми. Они не торопились. Раздевали друг друга, как будто боялись потревожить тишину. Целовали — медленно, глубоко, будто впервые. Пальцы скользили по коже, оставляя следы, тепло, дрожь. Ноа обнял его — крепко, как будто мог удержать вечность. Эйрин лёг под ним, выгибаясь навстречу каждому движению. Он шептал на древнем языке, но смысл был ясен без перевода: “Ты мой. Я твой. Сейчас. Здесь. Всегда.” Ноа прикасался к нему, изучал его заново — грудь, живот, изгибы бёдер. Их тела двигались, как волны — то мягко, то яростно. Он вошёл в него медленно, сдержанно, с трепетом. Эйрин застонал — не от боли, от полноты. Всё вокруг исчезло. Только двое. Только дыхание. Дрожь. Связь, которая крепче любых клятв. Когда всё закончилось, они лежали рядом. Эйрин прижался к нему, уткнувшись в шею. Ноа обвил его рукой и прошептал: — Здесь и теперь — ты моя стихия. — А ты — мой берег, — ответил Эйрин.