Сапфировый омут

- Сехун, да остановись ты, - крикнул вслед уплывающему тритону Лухан. - Нет здесь ничего, я же говорю, что мы проплыли мимо, нужно было за тем рифом сворачивать, а не плыть прямо. - Да о чем ты говоришь? - недовольно выдал тот. - Я же плавал сюда, это место очень похоже. - Тут каждый пляж и каждый берег похожи между собой, - хмуро указал Лухан. - Мы слишком далеко уплыли, папа будет очень сильно ругаться. - Будет, - кивнул Сехун, по крайней мере, для себя признавая, что они правда ошиблись и заплыли не туда. - Если он об этом узнает, - выдал он, смотря на Лухана и хитро улыбаясь. - Нет-нет-нет, - протараторил Лухан. - Я врать не буду, мне прошлого раза хватило. - Ну, Лу-гэ, - заныл Сехун, подплывая к Лухану и беря его за плечи. - Не будь таким жестоким, папа нас опять во дворце оставит и к отцу не возьмет. Только Лухан хотел продолжить свои наставления, как он заметил поверх плеча Сехуна стремительно приближающуюся к ним акулу. Схватив Сехуна за руку, Лухан поспешно поплыл к поверхности, потому что в воде у них не было и шанса сбежать от хищника. Усиленно работая хвостами и руками, Сехун и Лухан не жалея себя приближались к спасительному небу над головой. Оказавшись на мелководье, они поползли на берег, тяжело и испуганно дыша, из последних сил пытаясь сдерживать истерику и слезы. Все же без сопровождения папы уплывать далеко от города для девятилетних тритонов было очень опрометчиво. И даже глупо. Только теперь было поздно об этом сожалеть. Думая, что на горячем песке они в безопасности, они никак не ожидали, что преследующая их акула выпрыгнет из воды и, клацая зубами, станет извиваясь двигаться ближе к ним. Уже не сдерживая криков и страха, маленькие тритоны продолжили цепляться руками за песок, чтобы хотя бы так ползти дальше. Только и тут судьба была не на их стороне: место, где они выпрыгнули, оказалось лишь небольшим песчаным уголком, упиравшимся в невысокий берег, наверх которого вела земляная дорога, увитая корнями деревьев. Скрыться от кровожадной акулы им было просто негде, да и чем дальше они двигались по песку, тем тяжелей им это давалось, все же дальний песок никогда не был наполнен влагой. Плача и утирая слезы перепачканными в песке ладонями, они не знали, что им делать и как спасаться. Хныча и истошно зовя папу, они цеплялись друг за друга, прижимаясь как можно теснее. Спиной чувствуя начинающуюся земляную дорогу, Лухан и Сехун сожалели, что расстроят своих родителей, и те будут их искать, так никогда и не узнав правду. Видя ряды акульих зубов, которыми та уже приближалась к их хвостам, Лухан обернулся и, утерев слезы, потянулся к корням деревьев. Поднявшись на руках, по крайней мере, на десяток сантиметров, Лухан звал Сехуна за собой. Сехун безропотно послушал брата, стараясь подниматься наверх, при этом оберегая хвост от выпирающих сухих корней. Поднимая хвосты как можно выше, чтобы акула не схватила их, они продолжали взбираться, хотя мало верили в успех: все же руки у них были еще очень слабыми. Но после очередного лязга зубов, который послышался им особенно громким и близким, в их сознание пробралась последняя стадия страха. И они буквально взлетели наверх, падая на ровную землю на возвышении. Сев и посмотрев вниз Лухан с Сехуном опешили. Внизу продолжала трепыхаться и клацать зубами акула, вокруг которой в розовой слизи валялись желто-зеленые чешуйки и плавники, а вместо привычного для Лухана и Сехуна хвоста у них были такие же ноги, как у их отца. Взявшись за руки, они постарались подняться. Вышло это не очень успешно, все же наверх они взобрались исключительно на эмоциях, поэтому сперва они решили начать хотя бы со вставания на колени. Разобравшись с ногами и научившись ими управлять, они решили пойти поискать другой спуск к воде, потому что акула хоть уже практически и не шевелила жабрами, но все еще продолжала дергаться и смыкать челюсти. Ступая по земле, ощущать которую было непривычно, они все дальше и дальше шли по дороге, но, как назло, не видели ни одного более-менее приемлемого спуска: везде были обрыв и камни. Никогда не ходив на ногах, Лухан с Сехуном очень быстро выбились из сил и сели прямо на дороге, где буквально через пару минут едва ли не были раздавлены телегой. - Да что же это такое? - одновременно испуганно и возмущенно выпалил парень, который буквально в последний момент успел остановить коней. Выскочив, он осмотрел обнаженных детей, которые сжались от страха, и, сменив гнев на милость, присел рядом с ними, и мягко спросил: - Как вы тут оказались малыши? Да еще и в таком виде. Грозно взглянув на Сехуна, который уже открыл рот, Лухан сам повернулся к парню и произнес: - Отведите нас к воде. Здесь есть где-нибудь спуск к ней? - Вы купаться что ли голыми пошли? - опешил их случайный собеседник, но встретив в ответ серьезный взгляд необычных глаз, сглотнул скопившиеся слюни и проговорил, махнув ладонью вперед: - Там есть небольшой спуск. - Нет, там акула, - твердо выдал Лухан. - Другой спуск есть? - Акула? - еще более потрясенно переспросил тот, но видя, что ему не собираются ничего пояснять, ответил: - Нет, поблизости больше нет. - Тогда отведите нас к отцу, - не выдержал Сехун, утирая вновь появившиеся слезы. - А кто у нас отец? - Принц Крис, - прохныкал Сехун, шмыгая носом. - Вы его должны знать. Глупо хлопая ресницами, молодой человек посмотрел на второго ребенка, который все же вел себя более сдержано, и с ужасом понял, что они серьезно считают принца своим отцом. Про себя выругавшись за то, что ему такое едва ли на голову не упало, тот выпрямился и произнес: - Так, давайте сначала поедем ко мне, я вас одену, накормлю, вы мне все расскажите, а там решим. - А сразу к отцу нельзя? - спросил Лухан, все же поднимаясь с земли. - Я живу в ближайшем поселке, а до столицы через лес ехать часа четыре, как не больше, недавно там дождь был сильный, - пояснил тот, освобождая в телеге место для детей. - Так что давайте сначала ко мне. Меня, кстати, Бэкхен зовут. А вас как, малыши? Переглянувшись, тритоны по взгляду друг другу поняли, что у них все равно нет выбора и, представившись, поплелись к телеге. ***** Вернувшись от родителей, которые теперь отошли от правительских дел и спокойно жили на рифовом расколе среди поляны ярких розаний, Тао очень удивился, когда не обнаружил Лухана и Сехуна дома. Понимая, что детям пора покушать, он направился на их поиски, сплавав на берег, проплыв весь город и все их любимые пещерки рядом с ним. Когда же он понял, что детей нигде нет, и их давно никто не видел, Тао собрал в себе тритоний голос и издал звуковой сигнал родительского зова. Все окружающие его водные жители замерли, понимая, что их правитель не стал бы пускать такой клич просто так. И когда Тао рухнул хвостом на песок, истошно повторяя зов, на который никто не откликается, все русалки и тритоны бросились врассыпную, начиная масштабные поиски водных принцев. Не желая терять ни секунды, Тао подорвался со дна, поднимая волну песка, и понесся к темным водам, где в глубинах прятался главный город акулоидов - Сеул. Не жалея свою магию, которая в тритонах восстанавливалась довольно медленно, Тао оставлял за собой след из мертвых акул. Буквально ворвавшись в Сеул, Тао замер, горящим взглядом осматривая испуганно замерших акулоидов. И бояться им действительно было чего: водный правитель был в ярости, его глаза горели темно-синим цветом, а вокруг ладони искрились молнии, которые иногда бушуют на людском небе. - Тао, - позвал его скребущий голос. Почувствовав прикосновение к своему локтю, Тао дернулся, разворачиваясь, и был готов выстрелить разрядом магии в того, кто был рядом. Увидев Чунмена, того самого акулоида, который когда-то желал союза с Тао, но получил отказ, Тао подплыл ближе и шипя выдал: - Где я могу найти Кенсу? - Что-то случилось? - обманчиво озабоченным тоном поинтересовался тот. - Это не твое дело, - зло выкрикнул Тао, не сдержавшись и магией разнеся ближайшую скамейку. - Мне нужен Кенсу! - Это мое дело, - так же зло и хлёстко, выпалил Чунмен, выставляя вперед свой трезубец, - если ты по пути сюда убил тридцать семь акул. - Мои рыбки пропали и не отзываются на зов, - пояснил Тао, не желая терять время. - Мне нужен Кенсу, он скажет, где мои тритончики. Скажи мне и не заставляй терять время! - Он ненавидит тритонов и русалок, - напомнил Чунмен, убирая трезубец. - Вместе с ответом ты получишь огромную порцию оскорблений. - Да плевать, - мрачно выдал Тао. - Мне нужно спасти своих Жемчужин. Услышав это, Чунмен закрыл глаза и отвернул голову, все же он действительно любил Тао, и слышать очередное напоминание о его Единении с человеческим принцем, от которого Тао родил две Жемчужины, ему не хотелось. Так больше и не посмотрев на Тао, Чунмен развернулся и мотнув акульим хвостом поплыл прочь, напоследок бросив одному из акулоидов: «Проводи его». Проплыв через весь акулий город, Тао последовал за акулоидом к дальним горам, уходящим все ниже и ниже. Добравшись до вертикальной пещеры, Тао поглубже вдохнул и нырнул вниз в кромешный мрак. Плутая скорее на ощупь среди витиеватых ходов, Тао все же опасался предстоящей встречи. Осьминог Кенсу был известен своим отвратительным характером и лютой ненавистью к тритонам и русалкам. Старожилы водного народа говорят, что когда-то осьминог Кенсу был частым гостем в Циндао, некоторые из них даже шепотом рассказывают, что Кенсу даже был влюблен в одного тритона, но тот хлёстко отбивал тянущиеся к нему щупальца, отчего тот обозлился на этого тритона и, видимо, заодно на весь водный народ. Проплыв чуть дальше, Тао все же увидел слабое свечение. Доплыв до жилого уголка пещеры, Тао опасливо осмотрелся. - И что рыбешка у меня забыла? - раздался раздраженный голос из темного угла, откуда буквально через секунду выплыл Кенсу. Бледная кожа, болезненная худоба, тонкие руки, темные едва ли не синие круги под глазами, черные спутанные волосы, обрезанные неровными локонами, и, конечно же, толстые темные щупальца, перебирая которыми тот передвигался. Подобравшись к котлу, Кенсу бросил в него живую водную ящерицу, отчего та пронзительно запищала, пока это не сменилось звуком шипения ее кожи от разъедания странным варевом. - Рыбеха без мозгов не способна даже ответить на простой вопрос? - оскалился Кенсу, наступая на Тао. - Могу, - хрипло ответил тот. - Скажи мне, пожалуйста, где мои рыбки? Их нет в водном мире и на берегу. Осмотрев Тао с головы до хвоста, Кенсу усмехнулся и приманил к себе хрустальный шар, полный бликов и переливов. Всматриваясь в мерцающий свет, Кенсу презрительно скривился и оттолкнул от себя шар. - Правитель, значит, - ядовито выдал Кенсу, а затем выплюнул: - Человеческая подстилка. Нравится хвост подставлять и рот не по назначению использовать? Опустив взгляд, Тао не знал, что сказать, но вспомнив, что он не может терять время и готов ради детей пережить любое унижение, проговорил: - Да, нравится. Я знаю, что перешел все мыслимые и немыслимые грани тритоньей морали, и пусть я буду подстилкой. Я не требую от вас уважения, я допускаю, что не заслужил его, только, пожалуйста, скажите, где мои рыбки. Где мне искать своих детей? - Где-где? - с омерзением выдал Кенсу, бросая в котел водоросли. - Где и отца им нашел. - Но их нет на пляже... - На суше они, глупец, - грубо перебил его Кенсу. - По суше они ходят с человеческим парнем. - Но они не могут быть на суше, - не веря в услышанное, проговорил Тао. - Они тритоны, они не умеют сбрасывать хвост. - Умеют, - фыркнул Кенсу. - Правители двух миров и не умеют? - насмешливо выдал он. - Только не говори мне, что в течение всей беременности ты так и не понял, что внутри тебя дети с ногами, а не хвостами, - увидев, как вытянулось лицо Тао, Кенсу гадко скривился и произнес: - Мозги, как у малька. Они тебя постоянно пинали, а не хвостами били, они только во время родов от солёной воды хвосты получили. Им тесно в тебе было, поэтому хвосты и не появились сразу. За ними недавно погналась акула, вот они от страха и выскочили на берег, где сбросили хвосты. Их подобрали, но за ними смерть по пятам идет. Можете и не спасти своих принцев, - хмыкнул Кенсу и, развернувшись, уплыл в темноту. - Спасибо, - шепнул Тао и, сорвавшись с места, поплыл к поверхности. Доплыв до ближайшего выхода из океана, который соединился с городом, Тао выбрался на берег. Проползя немного по песку, он сел и, подняв чешую в защитном жесте, взялся за острый краешек верхней чешуйки. Зажмурив глаза, Тао слегка потянул за нее, но не нашел в себе сил все же ее выдернуть. Раздосадовано простонав, Тао подтянул хвост к груди и закрыл ладонями лицо. Было страшно. Тао слишком ярко помнил тот самый день, когда он, будучи маленьким тритоном, узнал, что под хвостом и слизистой оболочкой у них находятся такие же ноги, как и у людей. Тао предпочел бы забыть, но он помнил это зверство. Чонин был у них особым тритоном, он любил жизнь и развлеченья, часто забираясь на корабли к морякам, веселясь с ними. Он любил людей и доверял им, как никто. И однажды увидев на берегу троих мужчин, Чонин без страха на волне выехал на берег. Тао наблюдал за Чонином из любопытства, думая, что сможет у него научиться такому же шарму и обаянию. Только вот маленький тритон никак не ожидал увидеть, как те мужчины схватили Чонина, оттащили его дальше на берег на подстеленную ткань и, прижав к песку, стали вырывать какими-то металлическими щипцами вставшую дыбом чешую. Испугавшись, Тао не сразу подал сигнал о бедствии, но, сделав это, мог только наблюдать и ждать, потому что страх сковал его тело. Те мужчины выдергивали красивую бордовую чешую, оставляя под ней воспаленную розовую слизистую. Чонин кричал, плакал, пытался вырваться, но те держали крепко. Когда же мужчины дошли до излома хвоста, все чешуйки разом опали на ткань, а розовая слизистая просто скатилась с ног Чонина. Все его ноги были в ужасных следах от чешуек, но это были именно человеческие ноги, Тао не мог спутать. Заменив под Чонином ткань, один из мужчин сходил к океану и, набрав ведром воды, вернулся, и вылил воду на ноги Чонина. Тот кричал уже сорванным голосом, от чего это больше походило на звуки захлебывания: из ранок стала появляться слизистая, которая разрезалась новой чешуей. Тао не знает, сколько раз эти изверги так издевались над тритоном, он был в страшном шоке, от которого Мудрейшие отхаживали его не один день. Когда же прибыла тритонья подмога, и Тао увел кто-то из тритонов, он уже понимал, что Чонин не выживет. Так и вышло. И сейчас вспомнив тот ужас, Тао понимал, что это его единственный способ выйти на поверхность. Собравшись с силами, Тао все же выдернул первую чешуйку. Не закричав лишь из-за мыслей о Лухане и Сехуне, Тао все же не мог ничего поделать с тем что перед глазами темнело. Хлопнув себя по щеке, дабы не потерять сознание, Тао продолжил выдергивать свою чешую. Однако ему не пришлось даже доходить до хвостового излома, ему хватило и десяти вырванных чешуек, чтобы он лишился чешуи и слизистой оболочки. Встать на ноги было практически невозможно: ноги были слабые и совершенно не слушались, и это еще не говоря о том, что при нагрузке тонкие штрихи от выпавшей чешуи кровоточили. Понимая, что он не сможет сам добраться до города, Тао вздохнул и истратил последнюю свою магию на длинный халат для своего нагого тела и трость. Опираясь на трость, Тао смог подняться и направился прочь от воды. То, что он выбрал не самое хорошее место для выхода, Тао понял значительно позже: когда ему пришлось босиком идти по режущим ступни мелким камням. Оставляя после себя кровавые сапфировые капли, Тао продолжал идти, радуясь, что все же это самый ближайший путь к городу. Зайдя в город, Тао оказался на главном базаре, где все сразу же замерли, уставившись на необычного гостя: цвет его глаз, волос, чешуйки на шее и синяя кровь, текущая по видневшимся меж полов халата ногам, выдавали его с головой. - Позовите вашего принца, - выдал Тао слабым голосом, но и этого хватило, чтобы рынок зашумел, пытаясь выяснить, где же принц. Принц нашелся буквально через минуту. Крис сам был на том базаре и, заметив странное поведение людей в дальнем секторе, поспешил узнать, что случилось. Увидев Тао, Крис не сразу поверил своим глазам, но все же осознав, что это не сон, бросился к еле стоявшему на ногах тритону. - Тао, - закричал Крис, приближаясь к нему. - Тао, - выдал Крис, подхватывая того в свои объятия. Отпустив трость, Тао буквально повис на Крисе, чувствуя, что больше он стоять не может. Почувствовав, что Тао начинает оседать на землю, Крис бережно подхватил того под коленями и поднял на руки. - Рыбки, - слабо промолвил Тао. - Что рыбки? - переспросил Крис, склоняясь ближе к лицу Тао. - Наши рыбки здесь, они обрели ноги, и их подобрал какой-то парень, - из последних сил ответил Тао, тяжело выдохнув в конце. Чувствуя, как его ноги едва ли не подкосились, а по спине побежал холодный пот, Крис обернулся к сопровождающей его охране и проговорил: - Поднимайте все войска, всю стражу и конницу, ищите двух светловолосых мальчиков девяти лет с яркими глазами золотого и зеленого цвета. Они должны быть с каким-то парнем. Это наследные принцы, и мне неважно, кто может погибнуть во время их поисков, главное, чтобы с их голов не упало и волоса. Быстро! - скомандовал Крис, сам же со всех ног направляясь в замок. По пути посылая всех воинов на поиски детей, Крис принес Тао в свои покои и приказал привести лекарей. Те сначала не знали, что им делать с тритоном, но потом, взяв себя в руки, все же в первую очередь остановили кровь и обработали ранки. Когда Крис убедился, что с самим Тао все в порядке, он собрался направиться на поиски своих сыновей, но именно в тот момент в его покои шагнул его отец. - Что это значит? - хлёстко выдал он. - Ты снимаешь всех воинов, даже стражу с моих покоев ради поисков каких-то мальчишек. Ты сошел с ума? - Эти мальчишки, - прошипел Крис, подходя к отцу, - мои сыновья. Ты же помнишь предсказание старицы Руфь? - риторически выдал он. - Так это правда. Мои первенцы - близнецы. И родил мне их правитель водного народа. Хочешь ты или нет, но те правители двух миров, которых ты так ждал, тритоны. И сейчас они каким-то образом обрели ноги и оказались совсем одни на суше. Мне плевать, что ты об этом думаешь, я отправлю всех и каждого на их поиски. Не хочешь помогать, то хотя бы не мешай. Шокировано смотря на Тао, ноги которого все еще были доступны для взора, король взглядом блуждал по, несомненно, представителю водного народа. Больше почувствовав резкое движение воздуха рядом с собой от уходящего Криса, чем увидев это, король очнулся от своего оцепенения и, разворачиваясь и следуя за сыном, выдал: - Я тоже присоединюсь к поискам. ***** Не очень веря рассказу малышей, Бэкхен все же вез их к замку. Чем, как говорится, черт не шутит. Тем более маленькие мальчики были действительно удивительно похожи на их принца Криса. Да и их необычный цвет глаз... Все это сподвигало Бэкхена думать, что, может быть, они действительно тритоньи принцы, которые одновременно с этим были наследниками и земного короля. Только на своей наивной вере в сказки, Бэкхен уже три часа трясется в телеге, едущей по размытой дороге в глухом лесу. И все было вполне терпимо, пока Бэкхен не услышал волчий вой, который здесь знал каждый: он означал лишь одно - волки нашли жертву и начинают погоню. Понимая, что это, скорее всего, они, Бэкхен сильнее ударил коней, заставляя их бежать, как в последний раз. Хотя, по сути, так оно и было. ***** Перебравшись с постели Криса на ближайший диван, Тао устало выпустил из себя воздух, все же для него оказалось тяжелым преодолевать даже такие расстояния. Распахнув полы своего халата, Тао посмотрел на свои израненные ноги, невольно поразившись тому, как он вообще смог добраться до города. Разумеется, Тао понимал, что причина кроется в том, что тогда его волновали лишь их дети. Теперь, когда все воины города да и простые жители ищут их малышей, он смог немного расслабиться, отчего его ноги перестали столь беспрекословно его слушаться. Когда дверь за его спиной распахнулась, Тао резко обернулся, надеясь увидеть Криса с их рыбками, но, к его сожалению, там стояла та, о которой он успел напрочь забыть - жена Криса, принцесса Адель. - Судя по твоему лицу, ты догадываешься, кто я, - произнесла она, входя в комнату. - Здесь нечего догадываться, - ответил Тао и, кивнув на корону на голове девушки, выдал: - Мамы Криса давно нет в живых, поэтому вариант только один. Плотно стиснув зубы и поджав губы, Адель взглядом, который, как показалось Тао, оставлял на нем темную слизь, прошлась по нему с ног до головы. - Что ему в тебе так могло понравиться, что он позволил тебе влезть в нашу счастливую семью? - с высокомерными нотами произнесла та, сощурив глаза. Задохнувшись воздухом в усмешке, Тао прокашлялся и разразился смехом: - Я влез? Счастливая семья? - не унимался он. - Да мы с ним были вместе еще тогда, когда о тебе и знать никто не знал. Это ты записалась к нам третьей, причем просто досадной необходимостью, поэтому не нужно мне говорить ни о какой счастливой семье. - Это же Крис так говорил, верно? - стараясь держать высокомерный тон, продолжила Адель. - Мало ли что он тебе говорил, он просто успокаивал тебя, ему же выгодно, чтобы морской правитель верил в безумную влюбленность земного принца. А сам Крис был со мной, любил меня, - отчаянно выпалила Адель, чем выдала для Тао свою ложь. Возможно, не приди она к нему с такими словами, Тао бы не рассказал того, что собирался озвучить сейчас, но теперь, после услышанного он не желал давать ей и шанса думать, что Крис когда-то принадлежал ей. - Что же тогда в день вашей свадьбы он не пошел сразу в твои объятия, а пришел ко мне? - хлестко спросил Тао, при этом не собираясь останавливаться: - Если же он тебя так любит, то почему в день вашей с ним свадьбы, он отправил тебя готовиться к ночи, приводить себя в порядок, а сам направился ко мне, прося, чтобы это я выносил его настоящего первенца? Ты до сих пор думаешь, что он тебя любит, а мной пользуется? Не наоборот ли? Совершенно без задней мысли заправив черные локоны за уши, Тао сначала даже растерялся, когда услышал, как Адель сдавленно втянула воздух через рот, и заметил, как она побледнела, смотря на его украшения. Догадавшись, что у той что-то связано с этими сапфирами, Тао мстительно проговорил: - Это его подарок, - и показав свою ладонь, добавил: - как и кольцо. Переведя уже опустевший взгляд на ладонь Тао, Адель дернула губами и прикрыла глаза. Она прекрасно помнит то, как нашла в кабинете принца мешочек с сапфировыми сережками, тогда Адель удивилась их количеству, но оправдала это тем, что Крис, даря их ей, попросит родить ему столько дочерей, чтобы у всех были такие серьги. Прошло немало времени, но Адель так и не получила ожидаемого подарка. Однажды прогуливаясь по замку, она вышла к тренировочной площадке, где Крис как раз занимался со своими приближенными воинами. Наблюдая за красотой своего мужа, она впитывала каждую черточку его напряженного лица и каждую линию его тела. Когда же на очередном прыжке из-под рубашки Криса выбилась цепочка с двумя кольцами, в которых блестели те же сапфиры, Адель стоило огромных усилий, чтобы не вскрикнуть от счастья. Тогда она сочла, что Крис просто ждал кольца, чтобы подарить его вместе с серьгами. Но со временем на цепочке Криса осталось только одно кольцо, а прошло уже едва ли не десятилетие, а Адель так и не получила второе. Теперь же она видела все столь желанные ею подарки на тритоньем правителе. Понимая, что теперь ей даже не нужно разговаривать с мужем, чтобы понять свое поражение, она развернулась и молча направилась к выходу, не видя уже, что во взгляде Тао мелькнула грусть и сочувствие. Тао не понимал, с чего в нем появились такие чувства, ведь тритоны никогда не отличались мягкосердечием, в частности, к чужим и особенно - к третьим лишним. А тут... Тао было жаль принцессу, она оказалась разменной монетой в их игре: король искал принцессу с голубыми глазами, Крис женился на ней только из-за необходимости, тогда еще даже не допуская мысли, что его настоящие первенцы могут выйти из воды на сушу. Сам же Тао принял ее как неотъемлемое дополнение к жизни Криса. И, признаться честно, никогда не видеть принцессу для Тао было намного проще, чем теперь, когда он точно знал, насколько сильно она влюблена в Криса, не отвечающего ей взаимностью. Тао боялся представить, что бы он чувствовал, если бы они с Адель поменялись местами... Поэтому тряхнув головой, тем самым пытаясь выбросить эти темные мысли, Тао перевел взгляд за окно, где уже царствовали Луна и звезды. Когда же послышался топот конницы у ворот замка, Тао не сдержался и на слабых ногах подошел к балконной двери. Было темно, но света от факелов было достаточно для того, чтобы увидеть, как в окруженной королевскими воинами телеге сидели его маленькие принцы, по крайней мере, точно живые. Спрыгнув с коня, Крис подошел к Лухану и Сехуну, от чего те сразу же перебрались к нему на руки и обхватили за шею, хоть и были уже большими мальчиками. Отдав какие-то распоряжения и сказав что-то юноше, который как раз и управлял телегой, Крис направился к главной лестнице. Только после этого отойдя от двери, Тао вернулся к дивану, с замиранием сердца ожидая, когда же в покои войдет Крис. Тот не заставил себя ждать. Поставив детей на ноги, Крис легонько шлёпнул их по ягодицам, тем самым подталкивая к папе. Увидев Тао, Лухан и Сехун сначала не поверили своим глазам, но потом бросились к тому на грудь, плача и наперебой рассказывая, как им было страшно, когда за ними гнались волки, как храбрый Бэкхен спасал их от смерти, и как они были рады, что их отец с воинами направился их искать именно в этом направлении. Успокоив детей, Тао прекрасно видел, что им нужно отдохнуть, и лучше если они это сделают здесь, ибо у них не хватит сил доплыть до Циндао. Попросив Криса подготовить покои для малышей и получив в ответ, что уже все сделано, Тао улыбнулся и, поцеловав своих рыбок, отправил их с отцом. - Не переживай, - произнес Крис, вернувшись к Тао и садясь на низкий столик напротив него, - их спальня недалеко от нашей, и я выставил у них ночной караул из моих лучших воинов. - Спасибо, - тихо проговорил Тао, кладя свою руку на руку Криса и переплетая их пальцы. - К чему это, Тао? - задетый этим, проговорил Крис. - Это же и мои мальчики. - Ты не жалеешь, что раскрыл эту тайну? - серьезно спросил Тао, посмотрев в глаза Криса. - Ты же мог не озвучивать, что они твои. - Тао, ты хоть понимаешь, как ты меня сейчас обижаешь этими словами? - достаточно резко проговорил Крис, отчего Тао отвел взгляд в сторону. - Это мои наследники, и если бы я знал, что они действительно могут выходить на сушу, то я бы тотчас всем бы объявил о них и о нас с тобой. Конечно, я не позволю отцу, как он теперь желает, забрать их в замок, но теперь именно они будут наследниками нашего королевства. Они и никто больше. И я с гордостью завтра объясню все это нашему народу. Если бы я раньше знал об этой возможности нам с тобой быть вместе на суше, то сейчас бы все было по-другому. - У нас не было возможности быть вместе, - твердо ответил Тао, - и сейчас ее нет. Я не умею скидывать хвост, сам видишь, какие слабые у меня ноги и в каких они ужасных ранах. Это был просто крайний ход, ведь иначе бы наших детей волки бы загрызли. Но я сам не могу просто так, как наши мальчики, снимать чешую. Как я узнал, они это могут потому, что внутри меня они были без хвостов, им там было тесно, поэтому они развивались, как люди, и только при самих родах обросли чешуей. Я же таким не обладаю, мое возвращение в океан будет окончательным, я не смогу ходить по двум мирам, - дрогнувшим голосом выдал Тао и умолк, чтобы не впасть в ненужные эмоции. - Ты должен это понимать. Четко понимать. Не было и не будет нас, как полноценной семьи. Дети да, у меня нет выбора, я понимаю, что теперь они будут правителями и на земле, и в воде, но между нами это мало что изменит. Я не буду каждый раз вырывать чешую, чтобы оказаться здесь. Тао видел, как потух взгляд Криса, но он был обязан это сказать, ведь это было той правдой, от которой ни один из них не мог отказаться. Они разные, они живут в разных мирах. И то, что их дети действительно объединили эти миры, было чудом, поэтому надеяться еще на одно чудо, благодаря которому они будут вместе, было глупо. Чудеса не случаются в одном месте дважды. - Отнеси меня к воде, - попросил Тао, понимая, что сам да еще ночью, он туда не доберется. - Что? - расстроено выдал Крис. - Ты уплываешь? Даже не останешься? Хотя бы ночь, Тао. Тем более дети будут утром спрашивать о теб... - Тшш, - протянул Тао, приложив палец к губам Криса, - я останусь на ночь здесь, но мне нужно подать сигнал, что принцы нашлись. Там же весь подводный мир на хвостах стоит. Облегчённо выдохнув, Крис поднял Тао на руки и пошел с ним по коридорам замка к их личному пляжу. Не дав воде коснуться ног Тао, дабы они не стали превращаться в хвост, Крис с Тао на руках вошел в воду и наклонился, позволив тому опустить ладонь в океан. В темноте ярко увидев понёсшийся по воде импульс, Крис вышел на сушу и, замешкавшись лишь на мгновение, пошел обратно в замок: на этом пляже они проведут еще много времени, а пока... Вернувшись в покои, Крис уложил Тао на постель и, поцеловав того направился в ванную, чтобы смыть с себя пыль дороги, лесную грязь и, возможно, волчью кровь. Возвращаясь в покои, Крис ожидал, что Тао уже уснул после тяжелого дня, но тот сидел на постели, будучи уже полностью обнажённым, и в лунном свете, льющимся из ближайшего окна, рассматривал свои ранки на ногах. - Знаешь, а в них что-то есть, - проговорил Крис, сбрасывая с плеч свой халат и забираясь на кровать. - И что же это? - хмыкнул Тао, ладонью проводя по ноге. - Напоминание о том, что я урод? - О том, что ты особенный, - с нажимом поправил его Крис и, не дав тому и шанса на возражение, впился в его губы. Уложив Тао на постель, Крис разорвал поцелуй и спустился ниже, начиная нежно гладить и целовать едва ли не каждую ранку оставленную насильственно выпавшей чешуей. По телу Тао пронеслась волна дрожи, и он непроизвольно пальцами схватился за светлые простыни. Желание ускользнуть из-под ласк было огромным, все же сейчас он был обнажен как никогда, но вопреки этому Тао собрал в себе всю смелость и раздвинул свои ноги, делая безмолвное приглашение. Замерев и затаив дыхание, Крис не мог поверить в реальность происходящего, все же этим, казалось бы, незначительным жестом Тао давал ему разрешение на многое. Очень многое. Подняв взгляд на Тао, Крис посмотрел на него, без слов задавая свой вопрос. - Я хочу, чтобы у нас все было так, как больше никогда не будет, - произнес Тао, поднимаясь на постели, и, уперевшись ладонью в плечо Криса, стал подталкивать того лечь на спину. Покорно выполнив его желание, Крис лег, при этом совсем не ожидая того, что Тао перекинет через него одну ногу и сядет сверху. Шумно втянув воздух, Крис положил ладони на бедра Тао и стал водить ими по неровной коже, чтобы хотя бы так осознавать, что это правда. Член Тао, который остался точно таким же, каким его помнил Крис, уже утолщился и, пульсируя, лежал на животе Криса. Одновременно с этим на своем собственном члене Крис ощущал капли естественной смазки Тао, которая теперь без препятствий вытекала наружу. Заведя руку за спину, Тао поднял член Криса и направил его к своему входу, но был остановлен Крисом, который коснулся его талии и проговорил: - Ты уверен? Ты же должен понимать, что отсутствие хвоста вряд ли влияет на вероятность зачатия. Усмехнувшись, Тао улыбнулся и ответил: - Мы не маленькие мальчики, чтобы бояться беременности. Стоило только этим словам сорваться с его губ, как Тао резко и сразу до конца опустился на твердый член Криса. Гортанно простонав, Крис сильнее сжал бедра Тао в своих ладонях и прогнулся, запрокидывая голову назад. Последний раз Крис был в Тао около десяти лет назад, и сейчас вновь ощущая эти мягкие и упругие стенки, он просто дурел от нахлынувшего на него наслаждения. Уперевшись ладонями в грудь Криса, Тао двигался плавно и размеренно, позволяя Крису полностью прочувствовать тугость его стенок и то, как они жадно обхватывают его член. Лежа и наслаждаясь зрелищем, Крис впитывал каждое его мгновение, понимая, что Тао прав и это наверняка первый и последний их раз, когда они занимаются сексом именно так. Увидев, что несмотря на энтузиазм, Тао быстро выбился из сил, Крис сел и поддерживая Тао под спину, аккуратно перекатил их на постели. Поцеловав Тао, Крис произнес: - Так я тебя тоже не любил. Занимаясь сексом лицом к лицу, когда можно целоваться до боли в губах, Крис отчаянно жалел, что это лишь на один раз. Ему до безумия хотелось каждый день ласкать Тао, входить в него, чувствовать, как его ноги оплетают его поперёк талии и подталкивают внутрь, и слышать, как жарко и томно во время всего этого Тао шепчет: «Люблю». Но Крис изначально знал на что шел, он давно смирился с тем, что полноценный секс с любимым у него будет лишь один раз за всю жизнь, поэтому он совершенно не ожидал, что тот подпустит его к себе еще раз, тем более так и в таких обстоятельствах. Отчаянно понимая, что такой секс да еще и с любимым стоит того, чтобы ждать его десятилетиями, Крис стал еще интенсивнее входить в Тао, стараясь доставить тому как можно больше удовольствия. Вновь пережив стальную хватку стенок Тао, которые сначала выжали из него всю сперму, а потом вытолкнули из желанного тела, Крис совершенно без сил опустился на Тао, при этом все же стараясь не давить на того всем своим весом. - Я люблю тебя, - прошептал Крис в губы Тао. - И я тебя люблю, - ответил Тао, притягивая Криса для поцелуя, в тот момент совершенно забыв про всех и вся. ***** За завтраком король всячески пытался угодить своим, как оказалось, океанским родственникам. Казалось, что этого хватило, чтобы в нем исчезла вся ненависть к водным жителям, но Тао все равно отвечал тому лишь холодной вежливостью, лишь единожды, когда король заговорил про меню их завтрака, позволил себе посмеяться. - Я не рискнул разрешать готовить рыбу, а то вдруг вы ее не ед... - начал король, но был тотчас перебит Тао: - А чем, по-вашему, мы питаемся? Говядиной и курятиной? - ерничал Тао. - Но ведь хвост, - сконфуженно протянул король. Закинув ноги на стол, чтобы сидевшему напротив него королю было лучше видно, Тао усмехнулся и выдал: - Как видите, у нас под чешуей нет рыбьего мяса. Убрав ноги со стола, Тао продолжил завтрак, вновь ведя себя в рамках приличия. Которые, впрочем, треснули еще раз, только в сторону теплых эмоций, когда в столовую постучался маленький мальчик и попросил позволения позавтракать с ними, так как мать говорит, что ему запретили быть с ними за одним столом. С трудом сдерживая гнев на Адель, Крис поднялся и, подойдя к ребенку, успокоил его, сказав, что никто ему не запрещал, и мать просто неправильно все поняла. Именно тогда Тао впервые увидел сына Криса - Лея, который, несмотря на такую мать, был теплым и светлым ребёнком, сразу же потянувшимся к своим необычным братьям. Отговорившись от просьб Криса и короля присутствовать на официальном объявлении новых наследников, Тао попросил отнести его к воде, где он и будет ждать детей. Отправив Криса наверх, сам Тао стал понемногу поливать свои ноги солёной водой, стоически терпя нарастание слизистого слоя и пробивание через него новой чешуи. Тао знал, что он мог бы сейчас просто прыгнуть в воду и разом получить свой хвост, но он опасался так поступать: все же никто не знал как такая масштабная боль скажется на его возможной беременности. Закончив с возвращением своего хвоста буквально перед приходом Криса с их рыбками, Тао с улыбкой на лице наблюдал за тем, как обнажённые Лухан и Сехун, входя в воду, без грамма боли становятся тритонами. Попрощавшись с Крисом и пообещав, что они решат вопрос с тем, как теперь жить их тритончикам, уплыл обратно в Циндао, где их с нетерпением ждал весь водный народ. ***** - То есть, - строго и хмуро начал Крис, разместившись на песке и перебирая темные пряди Тао, положившего голову на его плечо, - Лухан нашел себе пару и это тритон Сюмин? - Крис, - предостерегающе проговорил Тао, ластясь к руке своего Единенного, - только глупостей не наделай. Не обидь Лухана за его выбор, он все же уже большой мальчик, ему девятнадцать, а не девять. Да и Сюмин хороший тритон. - Но он тритон, - потрясенно выдал Крис. - И что? - спросил Тао, приподнимаясь с его плеча и заглядывая тому в глаза. - Я знаю то, что у вас на Древе растут рыбки от тритонов и русалок, от людей беременеют как тритоны, так и русалки, а отношения между человеческими мужчинами ты осуждаешь. Так почему ты не против союза нашего сына с тритоном? - закончил свою тираду Крис, во все глаза смотря на Тао. - Потому что это тоже допустимо, - спокойно пояснил тот. – Древо само даст им сферу, но просто у этого тоже есть свои особенности. Рыбка будет развиваться два года, так еще и Сюмин из чистокровных тритонов, поэтому нам можно не надеяться, что их рыбка унаследует способность Лухана сбрасывать хвост. В союзе тритонов нет ничего предосудительного, Единение не выбирает пол партнера, оно выбирает сущность. Нахмурившись, Крис все же не стал комментировать выбор своего сына, главное же, чтобы Лухан был счастлив, ведь их с Тао выбор тоже многие бы осудили, если бы узнали. - Ты мне об этом не говорил, - протянул Крис. - А то, что я тебе рассказывал о желании правителя акулоидов получить меня в союз, тебя не смутило? - скептически поинтересовался Тао, с ухмылкой смотря на Криса. - Нет, - честно ответил Крис, вспоминая, что Тао действительно ему это рассказывал. Рассмеявшись, Тао ударил хвостом по воде, чем обрызгал их, и проговорил: - Ты мне еще скажи, что не знаешь, по кому сохнет наш малыш Сехунни? - Откуда мне знать ваших русалок? - сведя брови спросил Крис. Залившись смехом, Тао откинулся на спину, продолжая хохотать: - Ты неисправим, - выдал Тао. - Ему один мужчина нравится, которого ты, кстати, должен знать. - Кто? - настороженно спросил Крис, выжидающе смотря на Тао. Перекатившись на бок, Тао подпер голову рукой и протянул: - Кто у нас лучший друг Лея? - Нет, - шокировано выдал Крис, понимая, про кого Тао говорит. - Да-а, - смеясь, протянул Тао, вновь широко улыбаясь. - Только не Чанёль, - закрывая ладонями лицо, простонал Крис. - Пусть он и из знати, но он же в циркачи пошел. Тем более «Повелитель огня», - передразнил Крис то, как Чанёль представлялся, когда рассказывал о своей работе. - Тритон и повелитель огня. Какая глупость. - Только не смей им мешать, - строго выдал Тао, ткнув пальцем тому в грудь. - Я попрошу Чондэ за тобой проследить. - Чондэ и так за мной следит и все тебе рассказывает, - с теплой улыбкой проговорил Крис, всегда смотря на проказы своего младшего сына сквозь пальцы. - Но ладно, Чондэ, но как ты смог Лея так же настроить? У тебя такая сеть информаторов, что ты в курсе каждого моего шага. - Секрет, - хитро проговорил Тао. - Где кстати Лей? Он давно ко мне не приходил. - К матери уехал, она потребовала его присутствия на каком-то вечере, - ответил Крис без особого желания. Прошло десять лет, а Адель так и не простила Криса с Тао, она ненавидела их люто и даже пыталась сбежать домой, забрав с собой Лея, но в это, благо, вовремя вмешался король. Выдав ей огромную сумму на содержание, король отправил её на все четыре стороны, при этом не позволив забрать принца. Понимая, что четвертую дочь и так после развода не очень примут, а с ребёнком, тем более еще одним наследником на престол ее отца, ее вообще на порог могут не пустить, она взяла деньги и уехала, но за все эти годы продолжая «пить» у них и Лея кровь. Слишком уж для нее было унизительно то, как она выразилась, что ее муж изменял ей с рыбой. Чувствуя, что атмосфера все же испорчена: так бывало всегда, когда Крису напоминали про его бывшую супругу, к которой у него была не меньшая ненависть, чем у той к нему, - Тао сел на песке, ладонями проводя по хвосту. Задев одну поднявшуюся чешуйку, Тао умудрился ее поймать, до того как она упала бы вниз. Тао не знал причину того, почему его чешуйки стали выпадать, и ее же не могли найти их Мудрейшие, хотя они и предполагали, что тот поступок Тао с вырыванием чешуи не прошел бесследно для его организма. Все же он даже Чондэ родил без хвоста. Страшно тогда перепугавшись, что его ребенок захлебнется в воде, Тао собирался уже метнуться на поверхность, как его остановил один из Мудрейших. Присмотревшись, Тао понял, что Чондэ совершенно без проблем находится под водой, будучи и в человеческом обличии. То в каком состоянии был Тао, когда беременел, очень сильно сказалось на их ребенке, Чондэ мог снимать и выращивать хвост исключительно по своему желанию, независимо от того в воде он или на суше. Он часто дразнил этой своей особенностью Лухана и Сехуна, которые все же могли сбрасывать чешую только на земле, но в остальном он безумно любил всех своих старших братьев без исключения. И именно это кардинальное отличие Чондэ ото всех других водных жителей действительно склоняло Тао к мысли, что постоянное выпадение на суше его чешуек, взамен которым в воде вырастали новые, было связано с тем его поступком. Через плечо оглянувшись на Криса и увидев, что тот лежит с закрытыми глазами, Тао осторожно закопал чешуйку в песок и вновь лег под бок Криса, который сразу же обнял его за плечи. Тао не рассказывал Крису о своих проблемах с хвостом: не хотелось его обнадеживать. Но все же Тао не исключал того, что через несколько лет, когда хотя бы Лухан и Сехун заведут свои семьи и возьмут в свои руки правление их владениями, он сам вновь вырвет всю эту слабодержащуюся чешую и пожелает провести всю оставшуюся жизнь с Крисом в каком-нибудь тихом местечке среди леса, в котором Тао так хочется лично побывать. Конец.