Renew

11 февраля. Громко хлопнула дверь. Этот звук — то, чем Дайки каждый раз заканчивал свою тренировку. Именно свою — вся команда ещё будет потеть в зале часа полтора. Желание тренироваться, которое возникло после проигрыша Сейрин, сдувалось, как проколотый баскетбольный мяч. Сыграться с Вакамацу было невозможным. Новый капитан раздражал, бесил и — что было решающим пунктом — не знал, что вообще значит «быть капитаном». Те качества, из-за которых Дайки на уровне инстинктов признал когда-то Акаши, а затем и Имаёши, в Вакамацу отсутствовали напрочь. Над его попытками организовать команду хотелось лишь посмеяться. А затем разозлить, в очередной раз показать разницу в уровнях и, после двадцатого забитого мяча, свалить с этого бесполезного цирка. Хлопнув дверью. Раздражение кипело и требовало выхода, отзываясь в сжимающихся пальцах и скрипе зубов. Проклятия хотелось лить на всех подряд: начиная с Сацу, которая две недели назад какого-то черта переехала с родителями на Хоккайдо и больше не регулировала тренировки, и заканчивая Акаши, который когда-то не смог контролировать свой долбанный глаз и развалил их команду. Добравшись до дома, он скинул в угол сумку и куртку, и, пройдя в зал, сразу упал на диван. Несмотря на взвинченное состояние, уснуть удалось довольно быстро.

***

Увесистое тело, с разгона усевшееся на его задницу, не делало пробуждение приятным. Попытки скинуть тушу не принесли никакого результата, поэтому пришлось открыть глаза и попытаться повернуть голову. В принципе, удивляться было нечему. - Слушай, - Дайки опять прижался щекой к дивану, - ты когда-нибудь прекратишь надо мной издеваться? - Я не издеваюсь, я тебя бужу! Вот так вот ещё могу... Последовал хлесткий удар ладонью по спине. - Блять, ты что тв... - Эй! Совсем от рук отбился! Не ругайся при матери! - Ну-ну. Матери не избивают сыновей! - Это ты просто не знаешь, как Акира-сан своих детей воспитывает. - А тебе так и хочется продемонстрировать. - Не прекратишь язвить — продемонстрирую. - Ага, уже рыдаю от страха. - Платочков принести? А то ж форму соплями запачкаешь! - Да когда ж ты уже постареешь, а? - Дайки зевнул, протирая глаза рукой. Продолжать эту привычную перепалку было сейчас лень. - Что случилось-то? Чего спать не даёшь? - На кухне кран сломался. Я пыталась его сама починить, но как-то оно... хуже как будто бы стало. Сама не понимаю, почему. - А я даже боюсь себе представить, что ты пыталась с ним сделать. Чего папе не сказала? - Того, что он рядом дрыхнет. Дайки скосил глаза: да, папа спал на соседнем диване, видимо, в такой же позе, как он — на животе, и уронив одну руку на пол. Откуда у них появился второй, точно такой же предмет мебели знала только его мама. Сказала, что её достало смотреть, как два взрослых мужика почти дерутся за это святое место, и на следующий вечер второй экземпляр уже стоял в комнате. Только вот какого хрена будят именно его? - Ну вот к нему бы на задницу и прыгала. Это же он умудрился тебя в качестве жены выбрать — ему и мучатся. - Он мучается сколько надо, поверь мне. А сейчас я просто поступила справедливо — твой диван ближе к кухне, значит тебе и вставать! Сдержать мучительный выдох не получилось. Спорить с ней было самым бесполезным занятием в мире. Хотя надо отдать должное — мама напрягала его в основном только такими мелкими заданиями, как что-то починить или помочь с тяжёлыми покупками. Да и случалось это довольно редко — наверное, два или три раза в месяц, порой ещё реже. В остальное же время его почти не трогали — она без возмущений прибирала бардак в его комнате, ровненько раскладывая диски и журналы с порно, молча расписывалась под записками из школы о недостойном поведении, с улыбкой успокаивала папу, когда тот первый раз почувствовал от него запах сигарет, и никогда, никогда не доставала его расспросами, умудряясь при этом оставаться в курсе всех дел. Он до сих пор помнил, как в тот день, вечером, после того как их команда Тейко официально распалась и они все забрали свои документы из школы, она позвала его на кухню и всунула в руки стакан. Оказалось с виски. Он был уверен, что не выглядел расстроенным, уверен, что не показал ни одной эмоцией, что уже начинает жалеть о многом. Но она как-то умудрилась это понять. Было гадко и не вкусно, но он выпил всё, ещё около часа просто сидя тогда с ней на кухне... А ещё она не умела тихо себя вести и в любой ситуации улыбалась. И всегда прерывала любые попытки указать на его «никудышное» поведение: «Это — мой сын, и я прекрасно знаю, чего он стоит». Он никогда, никогда в жизни бы не признался, что ему приятно слышать эти слова. А соглашаться, немного перед этим поспорив, на такие мелкие поручения уже вошло в привычку, стало своего рода семейной традицией, когда они что-то делали вместе. Да. В том, что ему были нужны и эти моменты, он тоже никогда не признается. - Ладно, только слезь с меня. Счастливо размахивая руками, она направилась на кухню. Проблема с краном была действительно незначительной, с ней удалось справиться минут за пятнадцать. Но отпускать его на диван, видимо, никто не собирался. - Дай-чан, раз уж ты решил встать, помоги мне с посудой. А то мы с тобой последнее время только за чисткой зубов и видимся. Мама расстраивается. - Чтобы тебя расстроить этого будет точно мало, - лениво подойдя, он протянул руку. - Давай уже своё полотенце. Только потом приготовь поесть, хоть в чем-то свои материнские обязанности исполни. Тихий звук воды и монотонное вытирание тарелок даже успокаивали. Грязная гора посуды была почти вымыта, как его мама вдруг обернулась - Дай-чан! Совсем забыла тебе сказать! Пока ты спал, тебе звонил твой солнечный друг. - Кисе что ли? И чего хотел? - Тебя, - она задумчиво посмотрела на потолок и почесала нос зажатой в руке вилкой. - Он, по-моему, всегда тебя хочет. - ЧЕГО? - Дайки замер. - Ты... что... когд... - Ну не мне же он звонит. С тобой хотел пообщаться говорю, как и всегда. Ты чего разнервничался, а? Она невинно хлопала глазами... Черт, никогда невозможно понять, действительно ли она что-то с дуру ляпнула или опять издеваться собирается. - Ладно, давай сюда эту тарелку, а то сейчас дыру в ней протрешь. Иди перезвони. Он всегда такой вежливый. Жаль очень, что вы больше не в одной с ним команде. И маленький этот, Тецуя-кун. Как же было хорошо, когда он к нам приходил. Мы с ним вместе готовили даже... а вы с папой всё потом за пять минут... - Не разводи тут свою старческую ностальгию. Я пошёл звонить. - Ты у меня договоришься до синего глаза, сынуля. Я такое не забываю! - Главное про ужин не забудь. Выйдя в коридор, Дайки сразу набрал номер Кисе. - Аомине-чи! Как же хорошо, что ты позвонил! Ты не подымал телефон, и я попробовал набрать тебя на домашний. Но твоя мама сказала, что ты спишь и она не хочет тебя будить! Это так мило! Она у тебя такая хорошая! Мы с ней... - Кисе. Вам с ней точно надо периодически встречаться и вытрахивать друг другу мозги. Может вы тогда перестанете делать это на мне. Чего хотел-то? - А! Точно! Я сегодня видел Кагами. Он гонял мячик на баскетбольной площадке возле старого сквера на станции «Инаритё». Где-то минут сорок назад. Подумал, что от тебя это достаточно близко. - Близко, и что дальше? - Думаю, что он всё ещё там. Очень уж он задумчиво выглядел, рассматривая мяч. Ты, например, в таком состоянии часа три мог не вылезать с площадки. - Не сравнивай нас, Кисе, - Дайки облокотился на стену. - Я так и не врубился, что ты от меня хочешь. - А тебе разве не интересно, что он там? Я подумал, может ты захоч... - Кисе, это бред. Звони в следующий раз по делу. Отключив телефон Дайки продолжил стоять с закрытыми глазами. Кагами на площадке где-то рядом с его домом. Кагами играет в баскетбол совсем неподалеку. Блять, ну зачем Кисе понадобилось рассказывать об этом? Руки уже словно ощущали мяч, а внутри подымался уровень адреналина. Чёрт. - Вернусь через пару часов, про еду не забудь, - крикнув в сторону кухни, он рванул к выходу.

***

Кагами действительно был ещё там. Делал броски, ведя мяч от одной стороны поля к другой, прыгал со штрафной линии, делал обманные движения перед воображаемым противником. Но всё как-то вяло. Скучно. Снова в голове всплыло упоминание о том, что они с ним похожи. И это злило. Не хотелось выглядеть со стороны, как этот придурок. - Ну и чего ты один? Как же команда? Надоела уже? - Дайки вошёл на площадку, закрывая за собой решетчатую дверцу. - А твоя тень? Неужели Тецу понял, что с тобой только время теряет... - Аомине, - тот почти рычал. - Ты чего сюда припёрся? - Поиграть, идиот. Именно для этого и приходят на баскетбольную площадку. Ты не знал? - было отчетливо видно, как Кагами в раздражении сжимал кулаки. - Так что с Тецу? Я думал, что вы неразлучная парочка теперь. - Это совершенно не твое дело, - Кагами швырнул ему мяч, перемещаясь в центр площадки. - Если пришел поиграть — начинай, а не трепись. Скинув куртку, Дайки подошел к нему и внимательно осмотрел с ног до головы. - Ты проиграешь. Потому что не учишься на чужих ошибках. Не давая времени противнику ответить, он перетёк в игровую стойку и повёл мяч вправо. Кагами среагировал сразу же, останавливая любые попытки продвинуться. Резко сделав маленький шаг назад, Дайки на выдохе развернулся, и, нырнув под пытающуюся остановить его руку, рванул к кольцу. Но не удалось. Уже через секунду перед ним снова стоял Кагами, не давая сделать прыжок. Вот оно — чувство азарта, когда тебе не позволяют так просто забросить мяч. Приятно чувство, но... жаль, что уже не того уровня, что на Зимнем Кубке. Он сделал обманное движение в левую сторону, одновременно делая бросок назад за правое плечо. Короткого замешательства соперника хватило, чтобы развернуться, схватить отскочивший от земли мяч и, на долю секунду оглянувшись на корзину, одной рукой направить его точно в цель. - А я что говорил? - Это только начало! - Кагами тут же помчался к противоположному кольцу. Этот идиот свято верит, что он сможет победить и в этот раз. Дайки подпрыгнул секундой позже, но этого хватило, чтобы выбить мяч, когда он был уже почти в корзине. Через пол часа счет был 12-4, и игра начинала надоедать. Кагами распалялся, но это только делало его более невнимательным. Перехватив инициативу на середине поля, Дайки побежал в сторону своего же кольца. Плавный разворот. Он выдохнул, закрыл глаза и подпрыгнул, делая бросок почти через всю площадку. Мяч сделал, казалось, бессчетное количество кругов по кольцу и упал внутрь корзины. 13-4. - Понятия не имею, как Мидорима может делать это так идеально. У него даже сетка не колышется. Перфекционист чёртов, - он подобрал куртку и направился к выходу. - Куда пошел? Я не собираюсь заканчивать! - Зато я собираюсь. С тобой веселее играть, чем с другими, но не более того. Пусть тебя лучше Тецу потренирует его пасы брать. Против вас двоих мне нужно ещё отыграться. - Какого хрена опять Куроко? Вы все на нём помешались! Мне плевать на его пасы! Я могу обойтись своими силами, Аомине. Мы играем теперь по-разному. Я уже забыл, какого это — получать пас от нег... Кретин. Не эти слова. Не эти!* Дайки хватило трёх шагов, чтобы оказаться перед Кагами, и двух секунд, чтобы схватить его за майку и швырнуть на сетчатый забор. Ещё через секунду его кулак прошёлся прямо по носу этого придурка. Закапала кровь. Надавливая локтем на грудь, и зафиксировав вторую руку, не давая вырваться, он прижал его к сетке. - Ты, - Дайки практически шипел, сдерживая ярость, - думал, я не заметил эти бесполезные попытки войти в зону? Нихера у тебя не выйдет. Ни-хе-ра, - он ещё ближе наклонился к Кагами, который практически перестал вырываться, зло смотря на него, но всё-таки вслушиваясь в слова. - Ты кое-что забыл, кретин. Точнее кое-кого. Думал, раз тебе один раз открыли дорогу, то теперь сможешь шастать по ней туда-сюда? Придурок! Блять, да я даже ревел, как баба, когда понял, что именно для тебя сделал Тецу. Он, бля, и именно для тебя. Ты - сука. Ты понятия не имеешь, что натворил. Ты понятия не имеешь, какого чёртова доверия это требовало. Но, - он ещё раз тряхнул Кагами, - вдолби себе в голову - ты больше никогда не сможешь открыть эту дверь. Ты даже её не увидишь, понял? Потому что ты самый настоящий кретин, который нихера не понимает в баскетболе... И в Тецу. Резко отпрянув, он вытер о штаны капли крови, уже почти застывшие на руке, и вышел с площадки. Громко хлопнув дверцей. *отсылка к манге, 220 глава