Baby It's Cold Outside

— Дурацкая Рождественская кутерьма, — бормотал Харви себе под нос, продираясь через глубокие сугробы. — Напомни, почему я вообще согласился пойти с тобой по магазинам прямо в разгар снежного шторма? — проворчал он в спину Майку, который уверенно шел впереди, не обращая никакого внимания на угрожающие снежные завалы на улицах Нью-Йорка. — Ой, да ладно тебе, Харви, все не настолько плохо! К тому же, нельзя называть этот снежок штормом. — Ты прав, он еще хуже. Знаешь, если бы ты меня послушал, сейчас мы бы валялись в теплой уютной квартире, замотанные в одеяло, и пили горячий какао, листая интернет в поисках твоих дурацких рождественских подарков. — Харви, заткнись уже! Ты ноешь, как большой ребенок. Прекращай дуться и двигай задницей! Пару кварталов назад я уже говорил, мне нужно твое мнение насчет нового Ролекса, который мы... нет, забей, который я собираюсь подарить твоему брату на Рождество. Харви закатил глаза. Маркусу точно не нужны были часы и уж тем более Ролекс новой коллекции 2014 года. Не имело значения, сколько часов нацепить на Маркуса, он все равно забудет о времени и опоздает, откуда бы ни шел. Ничто в мире этого не изменит, даже бессмысленная прогулка по нью-йоркским улицам в долбанный снежный шторм. И все же втайне Харви был благодарен Майку за этот жест. Не то чтобы праздники были обычным явлением в семье Спектеров с тех пор, как двадцать пять лет назад Лили ушла к другому. Кроме того, Майк только раз видел Маркуса — пару месяцев назад, на годовщине смерти их с Харви отца, но они друг другу сразу же понравились. Если бы Харви не был на все сто уверен в гетеросексуальности брата, то решил бы, что Маркус влюбился с первого же взгляда. Может, так оно и было. И не Харви обвинять его в этом. К радости Харви, которую тот безуспешно пытался скрыть, Майк вел себя в точности как щенок, когда с неба, подсвечиваясь огоньками рождественских украшений, начали падать первые снежинки. Майк со всем своим энтузиазмом уже успел потратить две трети зарплаты на подарки Харви, Донне, Рейчел и бабушке. А сегодня, именно сегодня, Майк выманил его из их уютной квартиры на холод... на холодину, пообещав, что чуть позже они поужинают. Он серьезно об этом пожалел. Харви хмурился, продолжая идти вслед за Майком. Тот все быстрее шагал сквозь снег, увеличивая расстояние между ними. Такой ребенок. Так хотелось его порадовать, увидеть улыбку на его лице. Харви все еще порывался ущипнуть себя, чтобы успокоиться и поверить: это на самом деле, Майк на самом деле его. Он улыбнулся украдкой. Майк решил купить Маркусу новые часы после того, как Харви заметил, что на старых протерся ремешок. На что брат равнодушно ответил, что носит их по привычке, а так-то они давно сломались. Харви сделал мысленную пометку купить ему часы на Рождество или День Рождения в январе, но Майк, судя по всему, решил его обскакать. Ничего, Харви выльет на Майка и консультанта в салоне столько притворной критики насчет любых часов, что они прислушаются, а затем отзовет консультанта в сторону. И пока Майк будет глазеть на дорогие сияющие модели, Харви сверкнет кредиткой и сам все уладит. Как бы сильно Харви ни любил Майка, его странная привычка заботиться обо всех вокруг и покупать чересчур роскошные — если не бесполезные, по меркам Маркуса, — подарки была не самой положительной чертой. Но, хотя Харви мирился не со всеми его поступками, он любил Майка, несмотря ни на что, потому что именно поступки определяли, каким человеком он был. И за это Харви был благодарен. Хотя и считал, что Майк для него слишком хорош. Донна бессчётное количество раз закатывала глаза, потому что слишком хорошо его знала. Знала, что он испытывает к Майку, но и о чувстве уязвимости знала тоже. В конце концов, она была Донной. Харви понимал, что это бессмысленно. И дело было не только в вере в собственную недостойность, нет... В чем-то значительно большем. Купить подарок, который задумал Майк, несмотря на его дороговизну. Или возить его домой каждый день, лишь бы он не садился на свой чертов велосипед. Не потому, что Харви ненавидел велосипеды, хотя, видит Бог, он ненавидел. Но он до ужаса боялся, что с Майком что-то произойдет. Не мог рисковать, выпуская его из своего поля зрения, чтобы пять минут спустя получить звонок из больницы или чего похуже. Нет, он сдвинет землю и небеса, спустится в ад и вернется, лишь бы убедиться, что Майк будет в безопасности. Это пугало. Он же Харви мать его Спектер. Штуки вроде чувств и заботы не в его стиле. Были не в его — до того рокового утра в Чилтоне. С тех пор все, включая его самого, изменилось к лучшему. Харви медленно шел, не пытаясь догнать Майка, и так погрузился в собственные мысли, что не обращал внимания, куда идет. Прежде, чем он это понял, Харви поскользнулся. Отчаянно размахивая руками, попытался удержать равновесие, но поскользнулся снова — и рухнул, разразившись всеми бранными словами, которые только знал. Услышав эту гневную вспышку, Майк обернулся, но вместо Харви увидел только пустынный тротуар, по которому гулял холодный ветер. Нахмурившись, Майк сделал пару шагов назад — на дорожке было чисто, там, где ходили люди, снег растаял. — Харви? — с тревогой в голосе позвал Майк. — Харви, ты где? Отзовись! Поначалу он не расслышал легкое, но возмущенное ворчание из-за сугроба слева от себя, а когда подобрался ближе и разглядел... Майк очень старался не рассмеяться, но с треском провалился. Там он и был, Харви Реджинальд Спектер, чертов лучший клоузер во всем Нью-Йорке — растянулся на земле, лицом вниз. С вытянутыми над головой руками, пытался перевернуться на спину, но то и дело поскальзывался, рассыпаясь бранью. — Весело, правда, Бэмби?* Ответом ему было приглушенное проклятие. Провозившись еще с минуту, Харви наконец-то перевернулся на спину — тяжело дышащий, с раскинутыми руками и ногами. Майк аккуратно спустился, смеясь уже в голос от того, каким уничтожающим взглядом Харви на него смотрел. — Давай, чувак, помогу тебе встать. — Все еще улыбаясь, Майк протянул затянутую в перчатку руку, и Харви неохотно ухватился. Потянулся, оторвался от земли, оперся на левую руку, чтобы удержать свой вес. Бесполезно. Асфальт был слишком скользким, и не успел Харви опомниться, как неловко, с глухим стуком снова приземлился на лед. Майк покатился со смеху, смахивая выступившие слезы: — Какой же ты неуклюжий!** — Если ты закончил надо мной потешаться, буду благодарен, если ты наконец-то станешь полезным и поможешь мне встать, — огрызнулся он, сжимая губы в тонкую линию. В ответ на смущение и решительность Харви во что бы то ни стало подняться наконец с мокрого холодного асфальта, Майк рассмеялся еще громче. Харви вздохнул, раздраженный тем, что Майк, казалось, отлично развлекается за его счет. В другой раз он бы пусть неохотно, но усмехнулся, оборачивая инцидент в шутку. Но не сейчас. Он замерз, промок и разозлился, и поэтому преподать мальчишке урок — мысль просто замечательная. В ответ на озорной взгляд Харви Майк удивленно распахнул глаза. Его лицо озарилось пониманием, но было поздно — он помедлил, решая, отпускать ли ладонь Харви, а тот уже потянул Майка вниз — прямо в свои объятия. Майк выставил руки вперед, чтобы удержаться на весу, но в итоге свалился аккурат на Харви. Их ударило ветром, и с минуту они просто лежали, глядя друг другу в глаза, и пытались выровнять сбившееся дыхание. Майк улыбнулся первым — смущенно, одним уголком губ. Улыбка Харви вышла самодовольной — он гордился тем, что провернул: — Тебе надо поднять две лапы одновременно. *** Майк покачал головой, улыбаясь шире. — По сценарию это ты у нас Бэмби, а я — Топотун, хотя, должен заметить, ты в лучшем случае Дядюшка Сова. Ну, знаешь, весь такой ворчливый и... Харви прервал его легким поцелуем. — Если не можешь сказать что-то приятное, лучше вообще молчи, щенок. Майк ласково улыбнулся, запустив пальцы во влажные волосы Харви. — Майк... Как бы мне ни нравилось, когда ты сверху, но... — Но тут слишком холодно и мокро, да? Харви кивнул и снова надулся. Майк улыбнулся, игриво погладив его по щеке. — Хорошо, давай вставать. А потом пойдем домой, будем долго принимать душ... И я сделаю тебе теплый какао, пока ты будешь валяться под одеялом и заказывать своему брату те чертовы часы. Харви усмехнулся, проведя ладонью по подбородку Майка. — Звучит здорово, — прошептал он, потянув Майка за шарф так, что их лица почти соприкоснулись. — Просто замечательно. === Звездочками помечены цитаты из м/ф «Бэмби» (Walt Disney Productions, США, 1942 год)