Ангел и Демон

На улице становилось всё прохладнее. Руки крепко держал девушку за руку, чтобы та случайно не споткнулась и в любой момент могла прижаться к нему. Майю радостно улыбается, говоря вампиру по пути соблазнительные и возбуждающие вещи. Муками не сопротивляется, охотно отвечая на заигрывания возлюбленной. Атмосфера между ними давно вернулась к интимной, поэтому только стоило рыжеволосой переступить порог комнаты Руки, как тут же была грубо прижата к кровати. Девушка довольно простонала от такой грубости с его стороны. Вампир тем временем медленно и соблазнительно снимал с себя верх, оставив только кофту. Как же ему хочется помучить Мэй в ожидании, но это того стоит. Девушка действительно нетерпеливая. Наблюдая за его маленьким стриптизом, она быстро поглаживала себе. Руки навис над ней, быстро снимая с неё ненужную в данный момент одежду. Но не позволил вампир в ответ раздеть его. Заметив, что руки девушки уже тянутся к его штанам, как он тут же прижал её обратно, хитро улыбаясь. Уже через некоторое время Мэй была умело связана в технике сибари*. На лице девушки выступил румянец. Усмехнувшись, юноша закрыл ей глаза галстуком, позволяя ориентироваться лишь на слух и прикосновения. Майю тяжело дышит, такая обстановка возбуждает её ещё больше. Медленные, аккуратные и холодные прикосновения вампира заставляли её тело вздрагивать каждый раз, хотя он даже не пристаёт к ней. Руки — истинный садист, который даёт почувствовать девушке, кто из них сейчас хозяин. Майю дрожит от нетерпения, желая почувствовать ещё больше приятных ощущений, которые может доставить только он. Нежные прикосновения прервал грубый шлепок по ягодице, от чего девушка простонала и выгнулась. "Вспомним одну из наших первых встреч", — прошептал он ей соблазнительно на ушко. Перед тем, как скрипнула кровать, вампир прикусил мочку её уха. Томительно было ожидание, что устроил ей брюнет. Он спокойно наблюдал за ней, за её нарастающим возбуждением и нежеланием терпеть. Заметив, что его жертва начала тихонько ползать, вампир тут же прижал её обратно на своё место и капнул воском ей на животик. Мэй громко простонала. "Надо научиться терпеть, тогда больше получишь", — проговорил брюнет, снова капая воском на девушку. Юноша то поднимал свечу выше, то опускал, едва касаясь кожи Мэй. Та извивается, громко постанывая от удовольствия. Почувствовав прикосновение его языка на своей шее, девушка прикусила губу и попыталась раздвинуть ноги, но хозяин снова не позволил этого сделать. "Рано", — пояснил он, отстраняясь от шеи. Вампир снова подождал, когда Майю опять потеряет терпение и попытается потереться. Тогда он капал воском на неё, давая те приятные ощущения, что она так хочет. Но если девушка слишком быстро начинает хотеть ещё, то Руки не даёт капли, заставляя помучиться ещё дольше, чем в прошлый раз. Спустя несколько таких манипуляции Мэй совсем задрожала от желания. "Что ты хочешь?" — вампир снова укусил её за ушко. "Тебя..." — своё рвение к юноше было глупо скрывать. Вампир аккуратно вытирает её, покрывая поцелуями тело. Усадив связанную девушку на себя, юноша резко насадил её на свой член. Громкие стоны обоих прервали тишину в комнате. Девушка быстрее двигалась на нём, отдаваясь чувствам. "Удовлетвори своего хозяина. Быстрее", — Руки грубо шлёпнул её по ягодице, предоставляя роль актива Мэй. Скрипы кровати всё громче и громче, как и стоны двух увлечённых друг другом людей. Хотя человеком один из них давно не является. Но это не мешает ему считать Мэй своей, ревнуя её ко всем, кто попытается прикоснуться к ней. И кусал он её везде только для того, чтобы отогнать ненужных поклонников, которые ведутся только на красоту. Вдалбливаясь в неё всё глубже, он желал, чтобы она всегда была только его, пусть он пока не в состоянии сказать ей это в глаза. Вот уже они лежат, прижавшись друг к другу. Снимая с лица девушки галстук, юноша нежно поцеловал её. "Люблю тебя", — отстранившись, произносит Асахина. "Знаю, — целуя девушку в щеку, отвечает вампир. — И я тебя". Этих слов девушке достаточно, чтобы влюблённо посмотреть на него, показывая тем самым, что никогда его не оставит одного, без своей поддержки. Отдохнув в его объятиях ещё немного, Мэй засуетилась, вспоминая, что надо вернуться домой. Руки не отпустил её, считая, что ещё слишком рано. "Ещё что-то будет?" — заинтересовалась Асахина. "А ты как думаешь? Мы повеселились совсем ничего", — что и ожидалось услышать от Руки, желавшего продолжения. "Ну хорошо", — хитро посмотрев на него, согласилась Мэй. Продолжались их игры ещё долго. Мэй лежит уставшая и довольная, пока Руки бережно развязывает её и помогает одеться. Но одну ночью вампир её не отпустил. Одевшись, он ушёл провожать возлюбленную. "Ты такой заботливый и милый~", — улыбается рыжеволосая. "Я не милый", — возмутился брюнет подобному. Их разговор прервал неожиданно начавшийся дождь, который быстрыми темпами нарастал и нарастал. Укутав Мэй в свою куртку и подхватив её на руки, вампир побежал к нужному дому. Пробежав к двери квартиры, Руки поставил девушку на ноги. "Может, у меня останешься? Ты промок. Ещё и бегал", — предложила Мэй, но юноша отказался, ссылаясь на то, что с ним всё хорошо. Распрощавшись, брюнет забрал свою куртку и, поцеловав девушку в губы, ушёл домой. Утром Мэй собралась и ушла на работу. Однако Руки не встретил её на кухне или в гостиной, где он обычно сидит. Возле плиты вместо него готовил Юма. "Здравствуй. А где Руки?" — поинтересовалась Мэй. Услышав, что Руки заболел и лежит у себя в комнате, девушка тут же помчалась к нему. "Что болит? Где?" — ворвалась она к нему в комнату. От неожиданности Сайко чуть не выронила лекарство из рук, которое собиралась дать больному юноше. "Мэй-тян, ти~ише", — попросила брюнетка, давая выпить горькую жидкость Руки. Подбежав, Мэй сразу ощупала парня с ног до головы. Руки был горяч, кашлял в одеяло, стараясь не заразить Мэй и пытаясь её отстранить от себя. "Надо было тебя оставить", — захныкала девушка, чем ввела Руки в ступор, заставив прекратить отстранять её. Хоть Мэй и старается особых чувств не показывать при окружающих, но если с её ненаглядным Руки что-нибудь случается, терпеть не хочется. — Всё нормально, Мэй. Нестрашно, – попытался он её успокоить. "Тише. Не разговаривай", — прервала его Майю, начав покрывать поцелуями его личико. Сайко, молча наблюдавшая за этим, кое-как смогла одеть Мэй марлевую повязку, чтобы та не заразилась от парня. "Это намордник?" — не поняла сначала Асахина. Рыжеволосая заметила, что Сайко тоже в "наморднике". — Да. Ты же заболеть можешь, заразиться, – ответила тем временем брюнетка. "Бедный мой мальчик, — Мэй гладит Руки по голове. — Сайко, какие лекарства нужны?" — Доктора уже вызывали. Вот, лекарства на столе. Сейчас Юма должен подойти с завтраком для Руки, — объяснила быстро подруга. "Хорошо", — Майю крепко обняла вампира. Вскоре подошёл Юма с горячим супом для брата. Мэй взяла тарелку и начала кормить Руки с ложечки. Тот попытался подняться, дабы самому покушать, но Юма уложил его обратно. Брюнету ничего не оставалось делать, как покорно принимать еду. Вскоре Сайко уходит с посудой, а Юма за ней, оставляя пару наедине. Внимательно прочитав рецепт, Мэй дала оставшиеся лекарства Руки. Затем укутала его потеплее в одеяло, прося, чтобы тот поспал. Вампир не стал на этот раз сопротивляться, уснув почти сразу же. Руки прижимался к груди девушки, пока Мэй его гладила. — А меня? – Коу незаметно подкрался и наблюдал за ними всё это время. — Нет, – твёрдо ответила Майю и отвернулась. — Жадина какая, ну ладно, – идол накрыл их теплым одеялом, затем ещё одним, которое принёс подоспевший Азуса. Укутав Руки, словно маленького ребёнка, Мэй укачивала его. Представив на секунду, будто она укачивает настоящего малыша, она покраснела. — Не рано ли?~ , – усмехнулся Коу, прочитав её мысли. "Эй, — отвернулась Асахина, — это не то, о чём ты подумал". — Да-да, я вижу тебя насквозь, – продолжал хихикать блондин. — Я не думаю заводить детей, прекрати. — Да-да-да, – юноша уходит. — Дурак. Не будет у меня никогда детей, потому что я так решила. — Руки-куну потом это скажи~ — А он и не хочет, – фыркнула Асахина. — Не тебе знать его мысли. — Так скажи сам. — А зачем? Что мне за это будет? — А что ты хочешь? Конечно, лучше бы Асахина не интересовалась, так как взгляд идола сразу же пал на приоткрытые участки её тела. Он с явным удовольствием и предвкушением рассматривал тело, представляя в голове самые пошлые картины. Майю ответила твёрдым отказом: на такое она никогда бы не согласилась. "Какая печаль", — вампир демонстративно развёл руки и ушёл. Майю задумалась. Она ведь не хочет детей только потому, что смертная, в отличии от Руки. Даже если она согласиться, где гарантия, что детишки при родах выживут? Рожать от мёртвого же. И врачи не дураки, пульса нет — мёртв. Они никогда его к жизни не вернут, это бесполезно. А сама Мэй будет только страдать. Всхлипнув, она аккуратно уложила Руки на подушку и пошла бродить по коридорам. На секунду ей пришла идея поговорить с Сайко, но тут же отогнала эту мысль. Хоть Сайко тоже человек, вышла за вампира, но делиться с кем-то своими переживаниями Мэй не хочет. Решив хоть как-то отвлечься, Майю ушла убираться в доме. Вскоре проснулся Руки и спустился к остальным. Завидев, что больной возлюбленный встал на ноги, Мэй тут же подбежала к нему и увела обратно в комнату. Руки попытался объяснить, что теперь он в порядке, но девушке уже укутала его в одеяла, как ребёнка, и начала качать. — Я не малыш. — А мне нравишься ты в образе ребёнка. Вздохнув, юноша попытался сам раскутаться, но это было бесполезно. Показав ему язык, Асахина продолжила его укачивать. Не упустив момента, Руки укусил её за язычок в знак мести. "Ммм. Как мило, но не надо. Ты моя ляля сейчас", — усмехнулась девушка. — Тогда молока мне. — Вот я убегу за молоком, а ты выпутаешься, – надулась рыжеволосая. Вздохнув, юноша укусил девушку за грудь. Освободив носом от одежды грудь, Руки взял сосок в рот и засосал, заставляя Майю покраснеть. Вампиру понравилось такое выражение лица девушки, поэтому он продолжил, прикрывая глаза. Асахина постанывала, гладя брюнета по голове. Вскоре Руки уснул, продолжая изредка причмокивать, как ребёнок грудь матери. Майю очень смущена, боясь, что кто-нибудь зайдёт и увидит это. В итоге она укрыла его одеялом, чтобы не было видно. Руки проспал весь день, искусав сквозь сон грудь девушки. Зато здоровый и бодрый всю ночь был.