Stand Up

Все выжидающе уставились на Лухана, а тот в свою очередь не мог поверить своим глазам. Что его родители здесь забыли? Да и.. «Подождите.. Как они узнали об игре?... Черт! Игра… Ведь она предназначена только для альф, а я в форме баскетболиста..» Лухан в очередной раз сглотнул. Он почувствовал, как внутри него начинает что-то гореть и полыхать. Уши покраснели, а по виску потекла капелька пота. Обычно такое бывало в детстве, когда маленький Хань проказничал: разбивал чужие окна своими мячами или протаптывал папиным трудом выращенные грядки цветов. Однако сейчас он уже взрослый парень, и пальцем ему уже никто не пригрозит, как было десять лет назад. Тут все было более серьезно... «Что сейчас будет?» - Лухан, это правда? – тренер с непередаваемым шоком смотрел на омегу. Остальные же переводили свои взгляды с родителей парня на самого шатена и обратно. Собрав всю волю в кулак и мысленно приободрив себя тем, что он мужик, Лу ответил: - Да, тренер Квон. Я – омега. Глаза незнающих об этом людей увеличились еще больше. Команда начала перешептываться, однако Чанель и Бэкхен с ненавистью пожирали взглядом недалеко стоявшего Менсу. Затем Бэкки быстро что-то прошептал своему парню, тот кивнул, и брюнет отошел на небольшое расстояние ото всех, быстро достав телефон и набирая там что-то. Сехун же внимательно рассматривал родителей своей омеги, пытаясь понять, на кого же его парень больше похож. Однако в то же время, он думал, как уберечь Лухана от неприятных последствий его обмана. Тренер внимательно смотрел на своего нового подопечного. В его глазах читались разочарование и обида. Такой выдающийся ученик обманул его, но для чего? Опустив взгляд, мужчина покачал головой и взглянул на команду: - Что ж, в таком случае, Лухана заменит Чонхэ. Все переглянулись, а затем начали неодобрительно свистеть, в раздевалке появился гул. Чонхэ молча смотрел на своего друга и иногда пренебрежительно поглядывал на других членов команды. Из-за своей дружбы с неприятным для баскетболистов пловцом парень лишился доверия и уважения со стороны игроков. Чанель и Сехун начали выкрикивать фразы что-то вроде "Лухана на поле" или "омеги зададут всем жару". Все подхватили эти выражения и начали требовать от тренера того, чтобы Хань все-таки вышел на поле, ведь Лу играл гораздо лучше друга Менсу. - Ти-хо! – неожиданно выкрикнул Квон. Все разом замолкли и испуганно взглянули на мужчину. Лухан и Сехун встретились взглядами, альфа одобряюще улыбнулся своему парню и перевел взгляд на тренера. – Я не могу пустить омегу на поле, это против правил. - Но, тренер Квон, мы не сможем победить, если выставим Чонхэ на поле, - попытался возразить Чанель. - Сможете, иначе нам не поздоровится. - Уважаемый тренер, можно с вами поговорить? – раздался голос позади. Присутствующие в комнате обернулись. Уверенным взглядом на Квона смотрел альфа – отец Лухана. Справа от него с не менее твердым взглядом стоял папа омеги. - Э.. Да, конечно, мистер.. - Ким. Ким Чунмен, - представился альфа. Он был невысокого роста, в аккуратном костюме и прилизанными гелем волосами. Глубокие карие глаза светились странным светом, излучая тепло и доброту. Такие же глаза были и у Ханя. - А я тренер Квон, приятно познакомиться, - поклонился мужчина. В ответ он получил два поклона от родителей Лу. - Мне тоже, мистер Квон, - выпрямился Чунмен. – Но я бы хотел поговорить насчет своего сына, - альфа выстрелил взглядом на Лухана, и тот стыдливо опустил голову. - Простите меня, конечно, но я не могу. Моей команде выходить на поле через несколько минут, и я не имею права отпускать ее одну. - Я понимаю, но наш разговор не займет много времени. Просто нам бы хотелось, - Ким старший указал ладонью на себя и своего супруга, - чтобы наш сын вышел на поле. Также я вижу, что названный до этого парень не вселяет особого доверия к себе. Среди игроков не будет хорошего командного духа, что вряд ли способствует победе в сегодняшнем матче. - Что, простите? – переспросил Квон. Команда с замиранием сердца уставилась на отца Лу. И только в уголке послышалось тихое хмыканье Менсу. - Я и мой муж хотим видеть сына на поле, - более тверже ответил Чунмен. – Да, это против правил, но, как я понял, кроме присутствующих в этом помещение о половой принадлежности моего сына никто не знает. Верно? Тренер задумался. А ведь и правда, об этом никто не знает, да и выпускать неполную команду на поле будет величайшей ошибкой для тренера. Вздохнув и взвесив все за и против, альфа улыбается и кивает: - Верно. Тогда, дорогой Лухан, игрок под номером 7, - тренер Квон переводит взгляд на шатена, - я жду вас в строю. Тут громко хлопнула дверь - из раздевалки выскочил взбешенный Чонхэ. Но кроме Менсу этого никто не заметил. Китаец не мог отвести взгляд со взрослого альфы – его выпускают играть! Несмотря на правила этой игры. Конечно, это неправильно, но кто как не Лухан должен идти против правил? Шатен только хотел поблагодарить всех за представленную возможность сыграть в игре и не подвести команду, как в раздевалку вошел один из организаторов полуфинала и попросил на английском следовать за ним. Лицо каждого игрока вмиг обрело серьезность вперемешку с волнением, Лухан подошел к друзьям и улыбнулся им. Чанель улыбнулся в ответ, а Сехун обнял одной рукой свою омегу и чмокнул его в лоб, несмотря на усмехающихся товарищей по команде и удивленных родителей Лухана с тренером. Когда команда наконец исчезла с поля зрения, в комнате остались лишь Чунмен с Исином, Бэкки и Менсу. Последний хотел уже потихоньку куда-то слинять вслед за другом, но был остановлен крепкой хваткой сильной руки. - Мне интересно узнать, молодой человек, чем же так не угодил Вам мой сын, что вы решили его подставить не только перед родителями, но и перед всем коллективом, превратив его в грязного обманщика. Обернувшись, пловец увидел, кому принадлежала остановившая его рука – отцу Лу. Чунмен с интересом разглядывал глаза напротив, как будто пытался в них найти ответ на поставленный вопрос. Тут они забегали по комнате, а их хозяин начал тяжело дышать. - Я-я… Мне пора идти, простите, - парень выдернул свою руку из крепкого захвата старшего альфы и стал быстро направляться в сторону двери, как его окликнул Бэкхен, и пловцу пришлось остановиться. - Подожди, Менсу. Брюнет внимательно осмотрел направляющегося на него омегу. Большие карие глаза, красиво обведенные подводкой, аккуратный маленький нос, розовые, слегка пухловатые губы. Да, Бэкхен – единственная омега, сумевшая растопить сердце Менсу. Парень уже давно приглядывал за омегой, но тот был таким неприступным, что альфе пришлось ждать. Ждать до того момента, пока все не узнали, что Бэкки – Дива. Менсу избил омегу в тот день, но он не сожалеет об этом. Сейчас многие альфы школы побаиваются его, среди многих он завоевал авторитет, но шанс быть любимым именно Бэкхеном исчез вместе с такой же надеждой. Он много слов выкрикнул вслед уходящим парням из "Золотой четверки", но он все еще помнит, с каким трепетом и любовью смотрели друг на друга Бэкки и Чанель. Наверно, большей боли он никогда не чувствовал. И теперь уже больше никогда не полюбит. - Чего ты от меня хочешь? – словно яд выплеснулся из губ Менсу. Он наигранно брезгливо взглянул на прекрасного Бэкхена. Омега лишь хмыкнул. - В данный момент ничего, просто хочу удостовериться в том, что ты отправишься домой и никуда не завернешь по пути, - затем Бэкки обернулся и сказал родителям Лу, - я скоро подойду, и мы с вами все обсудим. Парни вышли из раздевалки и направились к выходу из здания. Менсу никак не покидали мысли о том, почему же омега вышел с ним. Неужели на самом деле следить за ним? Проводит его до дома? Чушь. - Докуда ты со мной? – не удержался от вопроса альфа. - Уж явно не до постели, - цокнул Бэкхен. - Я и не думал об этом, мне просто интересно. Омега промолчал, но загадочно улыбнулся. Это насторожило Менсу, но виду он не подал. Что может сделать с ним одна маленькая омежка? Всю дорогу по коридору они больше не выронили ни слова. Слава Богу, их совместный путь был короток, потому делить общий кислород им пришлось буквально пару минут. Дойдя до выхода, Бэкхен остановился и, взглянув на удивленного остановкой Менсу, улыбнулся. - Надеюсь, ты хорошо проведешь сегодняшний вечер. А мне пора, - как полагается воспитанному омеге, Бэкки поклонился и, развернувшись на каблуках своих туфель, направился в обратный путь, бросив через плечо краткое: - пока. Закатив глаза, альфа подошел к двери и взялся за ее ручку. Что эта омега о себе возомнила? Покачав головой, Менсу тянет на себя дверь и выходит на улицу. Он приближается к лестнице и начинает по ней спускаться, боковым зрением замечая небольшую кучу людей. «Фанаты, наверное», - думает парень, однако подняв глаза на них, он узнает в парнях своих всех бывших омег, взгляды которых явно не горят доброжелательностью. Не успевает он развернуться и забежать обратно в здание, как его схватывают три пары рук и, завязав глаза альфе, уводят куда-то… Чунмен ходил взад-вперед, маяча перед глазами своего мужа. Исин сидел спокойно на скамейке, только глазами следя за передвижением альфы. - Может, успокоишься и присядешь? – поинтересовался китаец. - Я спокоен, любимый, правда, - ответил Ким старший, но все-таки последовал совету омеги. – Единственное, что меня сейчас волнует – это то, ради чего он нас обманул и попал сюда. Он нашел здесь альфу, это прекрасно, но все-таки что-то здесь не так. - Лухан придет и все нам объяснит, потерпи. - Я не для этого летел на самолете несколько часов, чтобы теперь сидеть и ждать! – вскрикнул альфа и вскочил на ноги. - Не надо повышать на меня голос. Я в этом не виноват, - спокойно ответил Исин. – А что ты прикажешь делать, если другого нам, к сожалению, не дано. Шкафчики ничего не расскажут, как и воздух в этом помещении. - Прости, милый, я просто не люблю ждать попросту, - Чунмен вновь сел рядом с мужем и приобнял его. Тут дверь открылась, и в раздевалку вошел Бэкхен. Он с милой улыбкой подошел к паре и, сев рядом с ними, поклонился верхней частью корпуса: - Меня зовут Бэкхен. Я один из друзей вашего сына. - Чунмен и Исин, - улыбнулся в ответ старший омега, отец семейства просто кивнул. - Приятно познакомиться. - Нам тоже, Бэкхен, - ответил альфа и, не отрывая взгляд от нового лица, спросил: - ты не можешь нам рассказать всю историю, о которой нам не известно? - Конечно, могу. Только вот с чего мне начать и чего именно вы не знаете? - Мы знаем лишь о том, что наш сын все то время, что был здесь, учился в элитной школе для альф. Он соврал нам, - в сердцах воскликнул Чунмен. – Лухан показал все сайты, документы, мы даже лично говорили с "директором" школы – он должен был учиться в омежьей школе. - Да, с этим не поспоришь, - отвел взгляд Бэкки. - А потом, спустя время нам приходит смс о том, что наш сын учится в спортивной школе, да еще скоро будет участвовать в матче между Кореей и США в баскетболе для альф, - продолжил за мужа Исин. – На почту нам выслали документы Лухана, подделанные где-то, ведь в графе "пол" значилось "альфа". Все остальное, кроме адреса и номера телефона, было верным. Мы сразу не поверили, решили зайти на сайт школы – слава Богу, профессия научила пользоваться интернетом. А там правда числится наш сын. Мы бросили все дела, отпросились с работы и примчались сюда. - То есть, вы узнали об этом только недавно? – спросил Бэкхен. - Да буквально вчера! – ответил альфа и громко вздохнул. - Ох. Вы, оказывается, совсем малого знаете, - подытожил брюнет, затем, взглянув на обоих взрослых, начал рассказ. Он говорил и говорил, пытаясь не забыть ничего, чтобы Чунмен и Исин полностью вошли в положение своего сына и поняли, почему он так поступил. Бэкки говорил, не переставая, боясь пропустить хотя бы малюсенькую часть в истории, которую знал из рассказов Лухана. С каждой минутой охи и вздохи старшего омеги озвучивались все чаще, а глаза старшего Кима становились все больше. Когда же друг Ханя закончил рассказывать, Чунмен смог лишь помотать головой, а его муж выдохнул: - Многого же пришлось пережить нашему сыну. Как же повезло, что Сехун оказался его альфой! Иначе столько труда было бы насмарку. Но я все равно недоволен тем, что он совершил… - Вот именно! Таких глупостей натворил попусту! – перебил Исина глава семьи. - Нет, не из-за этого. Он бы мог сказать своим родителям об этом, - вздохнул китаец. – Мы бы не волновались так сильно об этом сейчас и не неслись бы на самолете над океаном ради того, чтобы узнать, что наш мальчик – романтичный омега. - Господи, Исин, что за сопли? – нахмурил брови Чунмен. – Он не обдумал свои действия, поступки, ведь ему уже 17! Он взрослый молодой человек, а повел себя как ребенок. - Милый, просто вспомни, как мучились мы, и замолчи, - странной улыбкой посмотрел на мужа омега. Ким старший не смог ничего возразить, а Бэкхен еле сдержался, чтобы не засмеяться. Родители Лухана такие забавные. За эти несколько минут, брюнет понял, что его друг от каждого родителя взял понемножку. Тут распахивается дверь, и в раздевалку входят уставшие и потные баскетболисты и их тренер. Семья Ким и Бэкки вскакивают со своих мест и подрываются к команде: - Ну как? - Разница в три очка, - отвечает Чанель и обнимает своего парня, прижимаясь к его лбу взмокшейся челкой. - В чью пользу? - Не в нашу, - вздохнул Хань, не переставая смотреть на родителей. Те подошли вплотную к сыну и просто без слов обняли его. Парень от неожиданности распахнул глаза, попутно думая, из-за чего проявилась эта нежность. - Малыш, почему ты нам сразу все не рассказал? – запричитал Исин. - Пап, я все объясню позже, только не плачь. - Хорошо, - на последнем слоге голос старшего омеги задрожал. - Ребят, мы хорошо идем! – вышел вперед тренер, привлекая к себе внимание. – Мне кажется, у нас реально есть шансы на победу. Вперед, Корея! - Да! – крикнули в ответ команда. - Извините за опоздание! – послышалось у входа в раздевалку. Все обернулись и увидели запыхавшегося Криса. – Я бежал, как мог. - Ты где был? – спрашивает тренер парня, подходя к нему ближе. - Маму нужно было отвезти в больницу, ей вдруг неожиданно стало плохо, - опустил глаза блондин. - Ох.. Что ж, это веская причина, - кивнул Квон и похлопал китайца по плечу. – Тогда зачем ты бросил свою маму и прибежал сюда? Ей не нужна твоя поддержка? - Она сама меня сюда отправила и сказала, что я не должен оставлять своих друзей в такую трудную минуту, - улыбнулся Крис. - Слово родителей – закон, да, Лухан? – засмеялся тренер, взглянув на омегу. Хань лишь незаметно для старшего закатил глаза и затем улыбнулся пришедшему другу. Интересно, альфа все еще держит на него обиду за Тао? Судя по ответной улыбке, вряд ли. - Конечно, - Лу посмотрел на своих родителей, и улыбка тут же покинула его лицо. Исин и Чунмен – оба не сводили широко раскрытых глаз с Криса. Они внимательно изучали еще одно новое лицо, что немного смутило их сына. Шатен перевел взгляд на друга, тот выглядел растерянно. Кажется, он тоже заметил, что на него смотрят странно. Чтобы как-то сгладить получившуюся ситуацию, омега обратился к тренеру. – Тренер Квон, кажется, я немного повредил ногу. Думаю, будет лучше, если Крис меня заменит. Тем более так наверняка хотела его мама – чтобы Крис играл на поле. Не будем ее расстраивать, - вновь улыбнулся парень. - Что с твоей ногой? Господи! – тренер схватился за голову. – Зачем ваши родители увезли половину команды во всякие поездки и отдыхи? Теперь у меня хоть и есть один запасной игрок, но он уже поврежденный. - Но я.. – начал было Лухан, однако почувствовал, как кто-то дернул его за шорты. Парень повернул голову и увидел рядом с собой Сехуна. Тот наклонился к уху своей омеги и прошептал: - Просто молчи. И да, я одобряю твой поступок. Тебе серьезно не стоит выходить больше на поле. Не представляю, что с собой сделаю, если ты получишь более серьезные повреждения. Ты точно не сильно повредил ногу? – обеспокоенно начал разглядывать конечность своего парня блондин. - На самом деле, - очень тихо ответил китаец в самое ухо Сехуну, обдавая его горячим дыханием, из-за которого альфа невольно поежился от пробежавшихся по его телу мурашек, - она у меня не болит. Я просто уступил место Крису. Место, предназначенное именно для него. Я не альфа, чтобы играть здесь, и ты прекрасно знаешь это. - О, да, я знаю, - пошленько улыбнулся блондин, за что получил кулаком по плечу от омеги. Затем он тихо рассмеялся, но, увидев, как Хань уже вновь вклинился во всеобщий разговор, последовал его примеру. Крис успел молниеносно переодеться в свою форму и уже готовый стоял рядом с тренером. - Что ж, у нас осталось, - тренер взглянул на часы, - пять минут отдыха. Играем, как договаривались – по схеме, и никаких своевольных выходок, всем ясно? – грозно осмотрел каждого игрока мужчина. Получив шести кивков, Квон продолжил: - рад, что вы все понимаете, а мы пойдем на поле. Лухан, - альфа перевел взгляд на шатена, - ты на скамейку. Китаец кивнул. Команда, а вместе с ней и тренер скрывались по одному за дверью. Хань хотел бы отправиться следом, однако его окликнул отец. - Сын, подойди, пожалуйста. Лу приблизился к родителям. Рядом с ними стоял Бэкхен, он поглядывал то на друга, то на его отца – ему вдруг стало интересно, о чем же таком будут говорить члены семьи Ким. - Кто этот Крис? – осторожно поинтересовался Чунмен. - А, - рассмеялся Хань. – Я уж думал, ты что-то другое хотел спросить. Это один из моих друзей. Капитан команды. - Почему Крис? Он американец азиатского происхождения? - Нет, он китаец. - Он сказал, что у него что-то с мамой произошло… Почему мама? - Он приемный, ему мама не родная. - Вот оно как, - задумался Чунмен. - А запах так похожий на Ханин, - как в бреду произнес Исин. Нахмурив брови, омега уже открыл свой рот для того, чтобы поинтересоваться, зачем отец устроил ему этот допрос, как в раздевалку заглянул Сехун и попросил своего парня поторапливаться. Решив для себя, что с этим он разберется позже, Лу поспешил к полю. Яркий свет софитов ослеплял глаза, но Хань привык к этому. Что на сцене, что на глобальных соревнованиях по любому спорту от них не скрыться. Правда, на сцене ты просто отдаешь душу своему любимому делу, ты можешь положиться только на себя, а вот в баскетболе или другой игре все зависит от силы духа команды, не только от тебя одного. Лухан подошел к команде, которая что-то обсуждала с тренером Квоном. Омега лишь успел пожелать им удачи, как команду позвали на поле. СеХун смог только подмигнуть перед выходом Ханю, и тут же серьезность поглотила его с ног до головы. Пришло время побеждать. То ли присутствие капитана команды вдохновило парней на поле, то ли ощущение того, что Корея сможет продвинуться в финал, не давало корейцам и секунды расслабиться. Они были быстры, ловки и точны в последние минуты матча. Лу был поражен тому, что за несколько бросков его команда смогла догнать, а потом и перегнать американскую сборную. Последний бросок сделал ЧанЕль, закинув мяч с трехочковой зоны, и через секунды раздался гудок окончания игры. Опередив своих противников на целых 7 очков, команда Кореи побеждает в данной встрече и выходит в финал! Не дождавшись друзей, омега выскакивает на поле, и несется к своему парню, затем он прыгает на Сехуна и сам того не замечая чмокает альфу в щеку. Блондин так же не обратил на это внимания. Он просто крепче обнял шатена и кричал тому в ухо: «Победа!». Спустя какое-то время команда собралась в раздевалке. Все, кто присутствовал там, отмечали данное событие громкими возгласами и некрепким спиртным, ведь спортсменам много нельзя. Лухан сидел на коленях своего парня и радостно улыбался родителям, если вдруг случайно встретится с ними взглядами. Незаметно для сына Исин тихонько вытирал платочком заслезившиеся от радости глаза, а Чунмен лишь сильнее зажимал кулаки, если ему казалось, что Сехун слишком близко прижимал к себе его сына, однако омега, сидевшая рядом с ним, ежеминутно напоминала мужу о том, что и они были таковыми в молодости. - Вы – лучшая команда, которую я когда-либо тренировал, - вдруг сказал Квон спустя час после начала посиделок. – И я это говорю не только потому, что мы прошли сегодня в финал. Только что был посвящен тост троим хорошим игрокам – Дэсону, Митчелу и Юнджуну. Ну а сейчас я хочу выпить за тех, кто изменил мое представление о жизни, и оно уже никогда не станет прежним. Просто я никогда не видел столь сильной дружбы, как у вас, - мужчина посмотрел на Сехуна, Криса и Чана, - таких замечательных и любящих своих парней омег, - он перевел взгляд на Лу, недавно пришедшего Тао и Бэкки, - и такого целеустремленного человека, как ты, Лухан, - тренер Квон с нежностью и улыбкой задержал взгляд на китайце. – Поэтому этот стаканчик я предлагаю выпить за вас, за ваше счастье, здоровье и любовь. Ура! – альфа высоко поднял свой стакан, остальные все встали и громко повторили: - Ура! Отпив немного, все сели на свои места и принялись потихоньку поедать то, что успели наколдовать присутствующие омеги, но тут постучали в дверь. - Войдите, - пригласил тренер. Дверь приоткрылась и оттуда показалась голова одного из судей сегодняшнего матча. Все разом затихли и замерли, не сводя глаз с человека, нарушившего их маленькое празднование. - Мистер Квон, пройдите, пожалуйста, со мной, - попросил мужчина. - Конечно. Случилось что-то серьезное? - Сейчас все узнаете, - загадочно ответил судья и исчез за дверью. Все переглянулись, а Лухан обеспокоенно посмотрел на тренера. Мужчина вмиг стал серьезен, затем перевел взгляд на своих игроков и пожал плечами. После он направился к выходу и, перед тем как выйти, взглянул на шатена. В глазах альфы Хань увидел еле заметное напряжение, и через миг мужчина вышел в коридор. - Что-то случилось? – спросил Квон на английском, при этом смотря то на одного из судей, то на другого. В этом помещении собрались все судьи, а так же организаторы игры. Все они расположились на кожаных диванах и таких же креслах. - Присаживайтесь, пожалуйста, мистер Квон. Тренер, приподняв уголок одной из брови и не сводя глаз со сказанного эту фразу мужчины, последовал приглашению. - Вы хотели мне что-то сказать? Неизвестный мужчина кивнул. Скорее всего, он был главным среди всех присутствующих. - Да, хотел. Квон мигом насторожился. Он уже представил множество причин, по которым его могли позвать сюда, но никак не ожидал услышать того, чего боялся за последние два часа. - Мы дисквалифицируем команду Южной Кореи за использование в команде участника-омеги.